Буря

Это была ловушка, но Гарри поняла это слишком поздно. Это была ловушка, и сейчас, сейчас, кто-то может умереть, если она ничего не сделает. Время тянется, будто сладкий мёд, который так любила Петунья, который Гарри ни разу в жизни не пробовала, и она клянётся себе, что если выживет, то купит десять банок… А время всё тянется, и Гарри видит безумие в ухмылке Беллатрисы Лестрейндж, весёлую улыбку Сириуса, сосредоточенность Нимфадоры, она видит всех их, и слова, которые кричит Беллатриса, слишком поздно до неё доходят. Она бежит, и она пытается, палочка уже скользит в её руке, Гарри пытается обогнать летящую искру смерти. Она толкает Сириуса, и он на удивление поддаётся, он летит в сторону, сжимая свою волшебную палочку, а сама Гарри занимает его место. Гарри оборачивается медленно, будто не зная, что будет дальше, и молча смотрит на злобно-шокированную Беллатрису, когда красная капля растекается по груди. Гарри смотрит непонимающе, будто это мудрёный текст, который она силится понять, когда падает, нет, она тонет в молочном тумане, и смотрит, смотрит, смотрит… Та сторона встречает её домашним уютом и всесторонним шёпотом. — Отдохни, — шепчут ей голоса, и Гарри не остаётся ничего иного, как подчиниться.

***

— Я убила Гарри Поттер! — безумно хохочет Беллатриса, — Я убила Гарри Поттер! Она будто не понимает, где она и кто вокруг. Сириус вскакивает и с болью смотрит на Арку Смерти. Не смог. Он не смог уберечь дочь лучшего друга. «Не смог-не смог-не смог» — бьёт набатом в его голове, и точно так же, как минуту назад он был на высоте, сейчас он скатился в пропасть. Белла… Она убила его племянницу, девочку, называвшую его «Си’ус», когда ещё не выговаривала все буквы. Маленький лучик света в их огромном, жестоком мире. И Беллатриса заплатит за это. Палочка ничего не весит в его руке, а ноги не слушаются, и всё же Сириус встаёт, через силу поднимая руку. Белла смеётся, воздевая руки к верху, грациозная и смертоносная. За ней, молча, незримым спутником, стоит Люциус Малфой. Сириус ухмыляется. Интересно, расстроится ли Нарси, если он убьёт её муженька? Впрочем, какая разница. Он танцует с пожирательницей, что некогда была его кузиной, и ждёт удобного момента… как сейчас. Два слова — и мстить уже некому. И ему плевать, что о нём подумают. Люциус Малфой стоит и смотрит безмолвно, а после растворяется в воздухе, забирая с собой тело Беллатрисы. Ушёл, гад, — думает Сириус, а на сердце ложится тяжесть, что ранее скрывалась в азарте битвы. Его крёстница умерла. Умерла.

***

Снегг молчит, уперев взгляд в противоположную стену, он молчит, даже когда Тёмный Лорд кричит и выспрашивает у Пожирателей, как именно его самая верная последовательница умерла, как, как, как… Он молчит, когда Лорд шипит, словно Нагайна, и требует у молчаливого Люциуса ответа. Малфой заносит руки за спину, когда независимо отвечает: — Мой Лорд, Блэк убил её. — Как интересно, — шипит Волан-де-Морт. В эти моменты ему бы куда лучше подошло лицо змеи, чем та красивая оболочка, которую он носит. — И зачем же ему понадобилось убивать свою дорогую кузину? Люциус бесстрастно отвечает ему: — Белла убила Гарри Поттер. Тёмный Лорд распахивает глаза, шок явно виден на его лице, когда он переспрашивает, полный гнева: — Как? — Белла… Она хотела убить Блэка, — отвечает Люциус. — Но Поттер вмешалась и попала под Убивающее проклятье, упав в Арку Смерти. Я ничего не мог с этим сделать, Блэк был вправе мстить. — Если бы он не убил Беллу, я бы сделал это самостоятельно. — соглашается Тёмный лорд, так по-человечески хмуря брови. Проблемы ещё впереди, — думает Том, когда остаётся наедине с собой. Теперь ему нужно придумать, как вытащить неудачливый крестраж с того света. А он это сделает непременно.