Рассвет

Прошло два дня. Рафи писал мне, что с ним всё хорошо, что он уже соскучился, и скоро вернётся. Если честно, я совсем отвыкла жить одна и без него. Мне нравится спать, прижимаясь к его горячему тельцу, ощущать его запах, прикосновения, и слышать, как он тихонько сопит во сне. Иногда я просыпаюсь без него среди ночи, а потом слышу шаги на кухне, и понимаю, что ему захотелось поесть. А потом он возвращается, укладывается, подминая меня под себя и целуя в лоб. И утром я просыпаюсь либо с кетчупом, либо с кремом на лице. Засыпая, я смотрю на оберег, что ему подарила. Это перевёрнутое распятие, которое я заколдовала так, чтобы оно защищало Рафи от тёмных заклинаний. Но оно проклято, с ним в рай нельзя, поэтому пришлось оставить дома. Днём я договорилась с девочками пройтись погулять, ибо у них выходной, а мы после моего увольнения виделись всего раз. Мы зашли в магазин прикупить одёжку, и выбор наш пал на вечерние длинные платья. Мало ли, в театр соберёмся, а подходящего наряда нет. Правда, если на Гейл с Каденс платья выглядели нормально, то я в нём выглядела кубышкой. Мало того, что оно полнит, так ещё и из-за того, что я из нас троих самая низкая, половина платья таскалась по полу и лезла под ноги, из-за чего я пару раз чуть не навернулась. Каденс меня придержала. — Да и пофиг, всё равно я платья не ношу. — буркнула я, расстёгивая молнию. Хотя, я немного лукавила. Платье-то красивое очень. — Давай другое посмотрим? — предложила Гейл из соседней примерочной. — Смотрите сами, я Рафи лучше ремень поищу. Потом снова забуду. Но и здесь возникла проблема. Я забыла параметры Рафи, так что пришлось выбирать на глаз. — Этот, думаю, нормально. — предположила я, взяв один. Каденс рядом поджала губы. — Ну, если он у родителей успеет за неделю двадцать кило потерять, то да. Девочкам я сказала, что он уехал к родителям. Никто из наших кентов не знает, что мы не люди, а светиться нам нельзя — небесный и адский законы запрещают раскрывать свою сущность. — Да, пожалуй, этот мал. А вон тот? — Тоже. Я б на твоём месте подтяжки присмотрела. — О, а это мысль. — Вообще я пошутила, но… Соф, ты меня не побьёшь? — Тааааак. — я поудобнее взяла ремень и угрожающе им взмахнула. — Я не хочу обижать, но я скажу. У Рафи отдышка, когда он на третий этаж поднимается. Он очень быстро устаёт, ему всегда душно. Тебе не кажется, что ему не мешало бы похудеть? Я моргнула. Как бы помягче-то сказать… Ангелам без разницы, какое у них физическое тело, они всегда чувствуют себя хорошо, поддерживая с небесами связь. Рафи стал выматываться, потому что исчерпал запас энергии, и ему нужно было восстановиться. Был бы он тощим, проблемы были бы те же. Хотя интересно, что ему по этому поводу говорит брат? Рафи рассказывал, что с Гавриилом они ни разу не похожи, значит скорее всего, Гавриил стройный, и у них в семье только Рафи такая полненькая булочка. — Мы с ним поговорим об этом, когда он вернётся. — Я правда не хочу никого задеть. Он хороший парень, просто теперь ведь меня попросили помогать ему с расследованием, а это сложно, когда он вечно уезжает в пекарню перекусить. — Каденс замолчала и взялась за щёчки. — Боже, я чувствую себя сукой. — Да нормально. Ты Рафи об этом не говорила? Она помотала головой. — Я подумала, что это у него больная тема, я не хотела его в комплексы вгонять. — Лады, мы примем к сведнию ваши претензии. А теперь у меня вопрос. — Какой? — Вы узнали хоть что-то новое про похитителя? Каденс помялась. — Ну как тебе сказать… только то, что кровь из распятой девушки выкачали чем-то тонким. На её запястье были две маленьки ранки, будто от двух шприцов. — А… то есть, из женщины, которая покрупнее меня будет, двумя шприцами слили кровь? — Звучит очень тупо, я знаю, но это всё. — офигеть просто. — простонала я. — Ой, там Гейл из примерочной машет, видимо помощь нужна. — Иду! — Каденс развернулась и пошла к подруге. Я вернула ремень на родину и задумалась. Отсутствие крови, две ранки, как от шприцов, распятие, и вбитый в сердце крест. По идее, я могла бы обратиться к боссам за помощью, но они же не ответят. А хотя, вдруг? Я погладила распятие на шее. Порыв ветра за окном перевернул картонную коробку. После того, как мы закончили закупаться, мы пошли в гости к Каденс. Нас радостно встретила её такса Милли. Я смотрела на то, как подруга её тискает, и улыбалась. — Ути моя девочка, моя лапочка, мой ребёночек маленький! Рафи, давай собак заведём? двух. Или одну, но большую. Или кошку. Крыску хотя бы. А то что мы всё одни, да одни? Мы пили чай с конфетками. Потом шампанское. Потом вино. Потом за Гейл приехал Джереми, ибо уже темнело. Он предложил и меня до дома докинуть, Я согласилась. Они высадили меня во дворе, и едва я вышла из машины, как они стали страстно сосаться. Цокнув, я пошатываясь пошла к подъезду. Войдя внутрь, я доплелась до лифта, поднялась на свой этаж, и едва вышла, как прямо передо мной нарисовалась мужская фигура в капюшоне. В голове всплыл тот вечер, когда он меня чуть не забрал. Как он… откуда он… я не успела додумать вопросы до конца. В этот раз Рафи рядом нет. Теперь я сама за себя. Мужчина двинулся на меня и шевельнул руками, собираясь их поднять. Вино мгновенно выветрилось из головы. Я призвала к своей магии и с размаху засветила ему глыбой льда по лицу. Затем пнула в пах, и ударила под дых. Он вскрикнул, осел на пол, и выставил руку вперёд, пытаясь защиться. Он что-то говорил. — Сию секунду съебался в ужасе из моего дома, пока я твою мать не выебала, ты меня понял?! — рявкнула я первую пришедшую в голову угрозу. Примерно так Сатана и Белиал выясняли отношения в хмельном угаре. — Стой… стой, остановись… — тяжело дыша сказал парень. Я приморозила его за руки, ноги и шею к полу, и стянула капюшон. Лицо у него было молодое, на щеке небольшой шрам. Но едва он распахнул глаза и уставился на меня, как я ощутила себя очень тупо. — А… ой… — Ненормальная. — буркнул он. Его глаза были золотыми с кошачьим вертикальным зрачком. Он тоже жрец. Как-то неловко получилось.