Сможешь ли ты разгадать?

Еще раз пробегая глазами по тексту заявления о переводе, Гарри остановился перед дверью министра Магии. Сейчас пост занимал Кингсли Шеклболт и вполне неплохо справлялся с управлением магической Британией. Сегодня Поттер пренебрег своей формой, накинув мантию со знаком министерского работника поверх обычного свитера и черных брюк. Парню казалось, что такой вид прибавит ему решимости, но теперь… Теперь он начинал сомневаться в своем решении. С момента разговора с Гермионой прошла ровно неделя, за которую с Гарри произошли некоторые достаточно существенные изменения. Он неожиданно для самого себя понял необходимость движения вперед, понял, что рядом с ним находятся настоящие друзья, которым на него не плевать. Понял, что можно быть хотя бы немного счастливым, не полностью утопая в своих проблемах, не давая им выхода. Он встретился с Роном и Джинни, поговорил с ними по душам, постепенно снова вливаясь в новый-старый жизненный ритм. Гермиона, как единственная, знающая обо всем, взялась за него основательно и теперь каждое утро вместо наспех перехваченного бутерброда и черного кофе, Кричер передавал ему завтрак, заботливо приготовленный Гермионой, потому что «Завтрак — это самый важный прием пищи, Гарри! Я и так готовлю для себя и Рона, мне не сложно немного увеличить порции еды.» Также девушка пыталась заставить его посетить психотерапевта, но Гарри отказался наотрез. К маглам он не пойдет ни под каким предлогом, а психология в магическом мире оставляла желать лучшего. Преимущественно, вся колдомедицина, завязанная на психике, являла собой ликвидацию последствий от проклятий разума, восстановление его по ошметкам, но никак не душеспасительные беседы. Так Гарри начал нормально питаться, снова стал общаться с друзьями и коллегами, реагировать на их шутки и шутить в ответ. Он даже договорился встретиться всей компанией в субботу у него на Гриммо! Парень считал это огромным шагом. Да, ему все еще было тяжело и больно думать, вспоминать… Но он учился отодвигать весь негатив на второй план. Тяжелее всего было с решением, касающимся Аврората. Он проговорил с Гермионой несколько часов, пока на кухне не материальзовался патронус Рона, вопрошающий «Герми, ты где? Я специально освободился пораньше, чтобы побыть с тобой, а ты ушла!», после чего девушка убежала, впопыхах снова забыв про порожек в камине Гарри и споткнулась о него. Гермиона уверяла его, что ему нужно движение, что быть простым «лицом спокойствия для Британии» явно не его. Она говорила о переобучении, о стажировках на разных профессиях… Но вот сам парень понял, что решение стать главой Аврората в возрасте, когда постоянно хочется что-то делать и куда-то бежать, никогда не принаделжало ему. Он просто не смог отказать, подумал, что так будет нужно, так будет хорошо. Но хорошо ему не было. И вот, таким образом сейчас он стоял напротив двери министра Магии, держа в руках заполненный и уже заверенный необходимыми инстанциями документ о переводе в розыскной отдел. Тот отдел, куда он грезил попасть еще с самого первого дня учебы в аврорской академии, как только узнал о внутреннем устройстве Аврората. Гарри набрал в грудь побольше воздуха, готовясь к не самому простому разговору, и уже занес руку чтобы постучать, как вдруг кто-то тронул его за плечо. Он дрогнул, сжимая в руках бумагу, и резко развернулся, встречаясь взглядом с льдистыми глазами Делани Лестрейндж. Гарри беглым взглядом осмотрел её. Как всегда выглядит идеально, одета с иголочки. Обычно на работу она приходила в черной юбке и рубашке или блузке. Верхний элемент одежды обычно был зеленого, черного или белого цвета. Гарри никогда не видел даму в брюках, но сейчас… Девушка стояла в черных брюках свободного кроя, которые просто шикарно сидели на её талии и бедрах. «Наверное, шьет одежду у миссис Малкин по каким-то особым выкройкам» — подумал Гарри, которому было несвойственно отмечать детали женской одежды, но Делани умудрилась выделиться даже здесь. Черная рубашка идеально подходила ей, её светлым волосам и она не была…облегающей, а наоборот, как говорят магглы — «oversize», вне размера. Сверху был накинут пиджак, конечно же, черный. Кажется, девушка следила за маггловскими течениями моды, что удивительно для чистокровной. Да, она выглядела достаточно необычно для её стандартного «офисного вида», но кое-что все-таки оставалось неизменно. Её красная помада и того же цвета лаковые туфли. Губы у неё были не пухлые, но и не похожи на тонкую линию. Они были правильной формы, всё в меру. Гарри подметил, что нижняя губа чуть больше верхней, а еще, что перед тем как наносить помаду она прорабатывала контур красным карандашом. «В моем окружении определенно слишком много девушек.» — хмыкнул Гарри про себя, с удивлением отмечая, что благодаря Джинни неплохо разбирается в средствах макияжа. Мерлин, всё же Делани выглядела просто восхитительно. Она стояла непозволительно близко, обдавая парня флером своих сладковатых, но терпких духов, в которых явно была нотка сексуальности. Сладость. Соблазн. Неутолимое желание, кажется, именно так можно было описать её аромат… Эти духи переносят в место, где невинность пересекается с наслаждением, а сладость встречается с соблазном. Почему он хочет впитать каждую её частичку? Сердце в груди Поттера пустилось галопом, и он, чувствуя себя глупым подростком на первом свидании, выдавил: — Привет? — Здравствуй, Гарри. — она привычно склонила голову набок и парень даже не стал отмечать сходство этого движения с движением головы Малфоя. Он… должен был привыкнуть и научиться жить так, а не сомневаться в своей ориентации и отчаянно желать человека из прошлого. — Как продвигается с Менором? Дата торгов уже назначена на вторник следующей недели. Сердце рухнуло вниз. Всю прошедшую неделю он даже не думал о договоре. — Д-да? Хорошо, у меня уже есть стратегия, я собираю бумаги… — он врал, глядя в колдовские глаза девушки. Как он мог забыть?! Мордред! Они отошли немного в сторону опускаясь на диванчик для посетителей, ожидающих аудиенции у министра. — Ты врешь. — безкомпромисно заявила девушка и при этом в ее облике что-то незримо изменилось. Ее осанка все еще была идеально прямой, взгляд — открытым, на губах блуждала легкая улыбка, но теперь во всем виделась сталь. Слишком напряжены плечи, слишком искусственный изгиб губ, напоминающий улыбку только поднятыми уголками рта. Стали видны тени, залегшие глубоко под глазами, но хорошо скрытые… Косметикой? Это не походило на стандартные чары гламура, обычно используемые девушками вместо тональных средств. Поттеру хотелось успокоить её, хотелось привлечь Делани к себе за руку и… Что и? О нет. Нет! — Делани, — выдавил Гарри из себя, переключаясь на разглядывание бумаги в своих руках, уже слегка помятой. — Я… Пожалуйста, я всё решу. Присоединись ко мне за обедом, я думаю, нам стоит поговорить. Девушка скривила губы, больше не стараясь удержать дружелюбную маску на лице. Она резко поднялась, не говоря ни слова и разрушая то хрупкое равновесие, возникшее между ними. Гарри по инерции потянулся к ней, но одернул себя. Лестрейндж посмотрела на него, ее губы дрогнули, словно она боролось с желанием что-то сказать. Но в итоге она развернулась и с громким стуком каблуков по пустому коридору, удалилась. Поттер поник, понимая, что совершил глупость. Внезапно в голову пришла мысль, что Делани знает Драко. Она знает, где он, участвует в этой игре, являясь далеко не последним игроком. Чего она добивается? Единственная ли её цель Малфой-менор? Мысли, так тщательно подавляемые целую неделю, хлынули в голову бешеным потоком. Гарри рывком встал, подавляя нервную дрожь. Через секунду он уже вошел в кабинет министра, молча отдавая тому бумагу, которую Кингсли, высоко подняв бровь, принялся изучать. В конце-концов, у него были дела поважнее Делани.

***

Кажется, Гарри уже сбился со счету в какой раз он сидел за столом в столовой, пялясь в пустоту перед собой. Рон увлеченно жевал курицу, не реагируя на замечания своей жены, которая пыталась подложить ему салат. Разговор с Кингсли оказался куда более приятным, чем ожидал Поттер. На него не кричали, не давили, не пытались сыграть на его гипертрофированном чувстве ответственности. Мужчина устало вздохнул, вчитываясь в прошение о переводе в розыскной отдел, и спросил только о том, понимает ли Гарри, что на него снова обрушится волна не самой приятной популярности. Как же так, Гарри Поттер отказался от такой высокой должности?! Да и сам парень уже представлял отвратительные статейки Скитер, которая сразу же схватится за свое прытко пишущее перо как только прознает об этой новости. Гарри быть столь популярной персоной было отвратительно до зубного скрежета. — …коллеги! — Гарри резко включился, понимая, что он снова завис. На него выжидающе смотрели друзья. — Гарри, Рон поздравил тебя с тем, что теперь вы коллеги. Кингсли же подписал заявление? — чтобы не ставить в неловкое положение Поттера, Грейнджер в общих чертах рассказала всё, о чем, похоже, был разговор за столом. Гарри положил себе в рот ложку горячего супа и задумчиво обвел взглядом зал, в котором была расположена столовая. — Да, и не попытался меня переубедить, что удивительно. Даже пообещал проконтролировать, чтобы в прессе из этого не раздули очередной скандал, — поделился Гарри, концентрируя внимание на подавшемся вперед от интереса Роне. — Это же замечательно! Ну, что он оказался… Таким понимающим, вот. — затараторил он с набитым ртом, за что тут же получил тычек в плечо от Гермионы. — Я согласна, эта Скитер может любую новость превратить в непойми что. Пора бы уже поднять вопрос о её увольнении… — добавила Гермиона. — Да на ней весь Пророк и держится! — вспыльчиво воскликнул Рон, слегка стукнув кулаком по столу. Гарри усмехнулся в свой стакан с чаем. Теперь чаем. Опять же «Гарри, пить кофе в таком количестве вредно!». Очнувшись, он понял, что за столом воцарилась тишина. Рон таращился куда-то за его спину. — Кхм, — выдавая своё присутствие резко обернувшемуся парню, Делани смерила презрительным взглядом Уизли. — мистер Поттер? Кажется, вы говорили, что я могу присоединиться к вам за обедом для обсуждения нашего… Дела. Лестрейндж буквально выплевывала эти слова, сразу же окутывая пылающей от злости аурой троицу. — Гарри, у тебя дела с Ле… М-мисс Лестрейндж?! — шепотом воскликнул Рон, не скрывая шока на свое лице. Он, как и многие другие мужчины Министерства, молча вздыхал на девушку, но верен в чувствах был только Гермионе. Подумать только, мало кто решается с ней заговорить, а к его другу-стопроцентному гею она сама подходит! Он бы с такой популярностью явно бы не отдал предпочтения парням, никогда… Словно почувствовав мысли мужа, Гермиона снова пихнула его в плечо, но уже более яростно. — Рональд, пойдем, я хотела бы чтобы ты посмотрел мой отчет еще раз, — довольно громко, но даже не скрывая шипящих интонаций в голосе сказала Гермиона, вздернув Рона на ноги и потащив его из столовой прочь. Напоследок она успела удивительно понимающе сверкнуть Гарри глазами, отчего тот сморщился, и вновь обратил внимание на опустившуюся напротив Делани. Она выглядела облегчённой, но на ее лице застыло выражение глубокого отвращения. Гарри надеялся, что оно было не к нему направленно. Лестрейндж тем временем кинула на их столик заглушающее и чары отведения внимания. «Невербально!» — в который раз поразился Гарри. — Я вспылила, — сказала, как отрезала. «Извиняется» — угадал Гарри, снова чувствуя себя не в своей тарелке. — Да, — непонятно на что ответил Поттер, и за столиком на время воцарилась неловкая тишина. — К слову… Делани, когда ты в последний раз встречалась с Драко Малфоем? Голос предательски дрогнул, когда парень назвал имя. Он снова ощущал себя так, как чувствовал себя только рядом с ней. Казалось, словно весь мир канул в бездну, а реальным, некоей константой, была только девушка напротив. Гермиона спросила, нравится ли Делани ему. Поттер сразу же отвергнул эту идею. Точеная фигура не вызывала желания, накрашенные алой помадой губы были безразличны, наверное… Но её аура… Сила её магии, её поведение, её стать, были болезненно схожи с ним. Ему нельзя было строить что-то с девушкой, просто потому что он псих, зацикленный на своем школьном враге! Девушка нахмурила брови, пытаясь скрыть за этим движением нервную дрожь. От наметанного взгляда Гарри движение не ускользнуло. — Достаточно… Давно. — видимо не стоило обижаться, один-один, ведь ложь в словах Лестрейндж была крайне очевидна. — Зачем? Чего вы хотите? Почему ему самому не заявить права на Мэнор? — вопросы так и сыпались с языка Гарри, который старался глушить отчаянно рвущиеся наружу эмоции. Все, что было подавлено им за неделю в двойной мере грозилось проявиться прямо сейчас. — Он не может появиться на людях. Я должна завладеть Менором. И ты, — она переклонилась через стол, до странного напоминая Рона пять минут назад. Ее голос был властным, глаза горели, но Гарри… Гарри видел, что это защитная реакция. Только что он посягнул на что-то, недоступное ему. И почему она так четко могла проводить границы в отличие от него?! — Мне в этом поможешь. Против воли губ Поттера коснулась ироничная усмешка. Он не знал, что должен делать, но не соглашался быть у нее под контролем. Гарри чуть наклонился, им овладевала холодная решимость. — Твоей целью не было дать мне зацепку в поиске Малфоя. Ты и так знаешь, где он. Контактируешь с ним. И я помогу тебе, да, — он упивался чуть расширившимися глазами Делани, упивался ее удивлением от его решимости. — Но ты устроишь нам встречу тет-а-тет. Она резко отодвинулась, проигрывая в этой маленькой битве и складывая руки на груди, выпрямляясь. — Хорошо. Но ты дашь мне ответ, как получить Малфой-Менор завтра. — По рукам, — выплюнул Гарри, ощущая внезапный прилив сил. Делани больше не завораживала, её холодная ярость затапливала всё вокруг, вызывая желание сбежать куда подальше. В этот раз он ушел первым. Уже ночью, скуривая сигарету за сигаретой и обложив рабочий стол тоннами фолиантов, дневников, статей и записей, Гарри думал, каким образом все устроить. Ответ пока что получался только один и он был явно не самым надежным вариантом. Поднявшись со стула и разминая затекшую шею, Поттер с презрением очистил переполненную пепельницу. Горло саднило от количества выкуренного за раз, но казалось, никотин был единственным, что заставляло его бешеное сердце перестать так сильно биться, а мозги — работать в столь убийственном темпе. Парень подошел к окну, распахивая его и впуская прохладный воздух в комнату. Кто ему Делани? Кто Делани Драко? Кто Драко ему? Он не мог ответить ни на один вопрос. Что настоящее, а что — выдуманное? Где подлинные чувства, а где — маска? Он пытался мыслить простыми категориями. Пытался разгадать Делани. Отчаянно желал разгадать Малфоя. Почему Гермиона говорила, что он — нормален, что его чувства нормальны? Рон, поймав его на выходе из столовой и пробурчав, что никакие такие отчеты проверять ему было не нужно, с интересом стал расспрашивать о Лестрейндж, впоследствии переключившись на расспросы о новом положении Гарри. Парень отвечал другу односложно, сказав лишь что их с Делани связывают исключительно рабочие вопросы, а для перехода на новую должность ему было необходимо пройти проверку, уже назначенную на следующую пятницу, ибо фактически он уже не являлся главой Аврората. Уизли, довольный полученным ответами, выхватил откуда-то Дина и убежал с ним, махнув напоследок рукой. А вот Гарри серьёзно задумался. Что связывало его и Делани? Он ли один испытывал эти чувства, разрывающие изнутри? Девушка не робела в его присутствии, не пыталась быть кем-то иным, но настолько поражала своей естественной харизмой, прекрасно вписываясь в небольшлй мирок Поттера, что хотелось… Хотелось… Серые глаза Драко. Серо-голубые Делани. Усмешка, изгиб тонких губ Драко. Идентичная усмешка на губах Делани. Наклон головы Драко, произносящего очередной язвительный комментарий. Наклон головы Делани, показывающий ее властность. Общая игра. Общее прошлое и даже… Настоящее? Кто они друг другу? Те ли, за кого себя выдают? Пугающие догадки, одна безумнее другой, словно паразиты расползались в голове Поттера. Он замёрз, ветер хлестал его по щекам, но это не ощущалось. Комната, да и весь Блэк-хаус внезапно ощутились слишком давящими и это было практически больно. Он помнил лишь о колдографии в тумбочке, окруженной кучей не самых разрешенных охранных заклинаний.

«Сеансы с психотерапевтом помогли бы тебе, Гарри. Я вижу, что ты не можешь доверить мне всего, да и я не подберу подходящих слов. Пора тебе перестать цепляться за прошлое, как за спасительный якорь, иначе в итоге ты все равно пойдешь ко дну.»

Мудрая, заботливая Гермиона, которая всегда знала и видела больше других. Не являлась ли она четвертой переменной в этой истории? «Выключи профессиональную паранойю, сейчас ты не аврор, Поттер!» — воскликнула в его голове воображаемая Джинни. А вдруг ему самому не хотелось отпускать прошлое? Гарри схватил сигареты со стола и слабеньким беспалочковым, невербальным Инсендио зажег очередную, затягиваясь пока голова не начинала кружиться от недостатка воздуха. Было плевать на саднящее горло. Поттер снова повернулся к окну, вглядываясь в темноту ночи. Одинокий фонарь освещал улицу, на которой уже давно не лежал снег. Тишина ярко контрастировала с его чувствами, застывшими внутри, это заставляло волоски на руках встать дыбом от ощущений. Фильтр обжег пальцы, а Гарри даже не заметил этого. Он отошел от окна, а ветер, словно усиленный магией, ворвался в комнату, сметая бумаги со стола и воплощая в жизни тот же хаос, что творился в голове Поттера. Был лишь один способ узнать правду. Был лишь один способ дать Делани право на Малфой-менор. Она должна была стать главой рода Малфой.