В девятнадцатом веке
21 апреля 2023 г., 21:26
Примечания:
Эта глава каким-то чудом вышла на двадцать три страницы, так что если вы собрались читать это по дороге куда-то, я всё же советую прийти домой, лечь в кроватку и уже там читать
Начать, наверное, стоит с того, что Скарамучче было девятнадцать, и он ходил в универ. Он так ругался на вечернюю смену – раньше девяти парень домой не приходил. Но хоть то, что он обычно видел по приходу домой, радовало. Портфель оставляется у порога в комнату Куникудзуши, сам парень моет руки и направляется на кухню. Там витает приятный аромат молока и какао. За столом сидит Эи, его мама, и её подруга – Яэ Мико, которую Скарамучча, сколько себя помнит, зовёт просто Мико. В гости она приходит очень часто, и всегда приносит с собой что-то вкусное. С Эи она всегда лакомится сладостями вроде данго, а Скара с сестрой от них отказываются, ибо сладкое не любят. Про детей Яэ, конечно, не забыла, так что и им по возможности приносит какие-нибудь чипсы, к примеру. Домашнего изготовления, между прочим! Мико ходит к Эи чуть ли не с самого детства Куникудзуши, так что для него она уже как родная стала. Когда тётя Скарамуччи умерла, Яэ постаралась заменить её парню: и с уроками помогала, и книжки на ночь читала, и на прогулки с ним ходила, и всё остальное тоже делала. Тоска по покойной Макото прошла относительно быстро, что тоже радует – когда ребёнок десяти лет целыми днями грустит из-за умершего человека, так себе ситуация.
– Привет.
– Привет-привет.
– Как успехи в универе?
– Нормально. Ещё день отмучаюсь и буду отдыхать неделю.
Парень проходит на кухню, берёт из плетёного лукошка на столе яблоко, моет его и откусывает.
– Может, поужинаешь нормально?
– Спасибо, я не голодный.
Скарамучча вместе с яблоком направляется в комнату и плюхается на кровать. Где-то через полчаса к нему придёт сестра, Сёгун, с просьбой помочь с геометрией, потом отлипнет от него, потом Куникудзуши ляжет спать и утром будет делать что задали. Это обычные будни Скарамуччи, он живёт так с понедельника по пятницу без изменений и чего-то интересного.
В один, как оказалось, не такой уж и прекрасный, день, рутина Скарамуччи пошатнулась. Лучше бы всё было как обычно.
Парень как обычно возвращался с универа, витая в тёмных переулках. Бесспорно, он уставал от пар, и возвращаться домой в такое позднее время было на любителя. Но Скарамучча вечерние прогулки любил, а на предложения матери перевести его на дневную смену лишь недовольно фыркал, ровно как и на предупреждения, что с ним может что-то случится. Что с ним случится то? Правильно, ничего. Да и возвращаться домой вечером явно лучше, чем рано вставать.
Тем вечером «что-то» с ним всё-таки случилось. Куникудзуши шёл, глядя себе под ноги и мысленно напевая какую-то мелодию. Но в один момент его кто-то толкает. Брюнет, благо, вовремя выставляет руки вперёд, предотвращая падение. А колени он всё же поцарапал. Скарамучча вроде не дошёл до такой степени, чтоб о свои ноги спотыкаться, так что обернулся назад, чтобы посмотреть, кто виновник этой ситуации. Как только он это сделал, благополучно стукнулся о стену ближайшего дома. Точнее, его стукнули. Нормально дышать стало невозможно, ибо его шею сдавливала чья-то рука. Увидеть личность этого негодяя нельзя было, так как в темноте был виден лишь его силуэт, но в одном Скара был уверен – это явно мужчина. Он приблизился к Куникудзуши, всё так же не отпуская его. Ну нет, на такое Скарамучча не подписывался. Его сейчас убьют, да? Нетушки.
Кое-как Скарамучча нащупал камушек размером примерно с две фаланги пальца. Оранжевый такой, им ещё вместо мелков по асфальту писать можно. Не самая лучшая самозащита, но другой нет, а действовать нужно быстро, ибо дышать с каждой секундой становится всё труднее. Замахнувшись, Куникудзуши кинул камень. Из-за несильно удобной позы парня камень пришелся по руке напавшего, но тоже сойдёт. Хватка ослабла, позволяя Скарамучче нормально вдохнуть глоток воздуха, сейчас как никогда нужного. Куникудзуши видимо здорово поцарапал преступника. Когда парень пытался отдышаться, то ему заткнули рот рукой, из-за чего на кончике языка сразу же почувствовался металлический привкус. Но сейчас Куникудзуши уже никто не душит и не держит, так что, зарядив покушавшемуся на его жизнь ногой по паху, тем самым заставив мужчину скрутиться от боли, Скарамучча убежал.
Куникудзуши бежал куда глядели его синие глаза. Бежать домой значит подвергать опасности всю его семью, а этого брюнет уж точно не хотел. Убедившись, что его никто не преследует, парень сел на ближайшую скамейку перевести дыхание. В какой-то парк забежал, класс. Ну хоть домой знает как дойти. Тело ныло и болело, сердце бешено колотилось от адреналина и немаленькой пробежки. А ещё кружилась голова и в животе было странное чувство пустоты. Вполне объяснимо, ведь в это время Куникудзуши обычно уже был дома и, если не ужинал, то хотя бы перекусывал. Чуть посидев и относительно придя в порядок, Скарамучча поплёлся домой.
Мико подметила, что одежда Скарамуччи несколько запачкалась, да и сам он явно не в хорошем настроении. Куникудзуши сказал, что объяснит всё утром, поужинал и пошёл спать. Странным было то, что чувство голода после ужина не прошло, но брюнет решил не придавать этому большое значение.
На утро всё было ещё более странным. Боль в теле немного прошла, а голод даже не думал. Куникудзуши отдёрнул занавески, впуская в комнату солнечный свет, и недовольно скривился. Солнце резало глаза сильнее, чем обычно, а кожу из-за него будто жгло. Нет, это всё очень странно, надо спросить об этом у кого-то из взрослых. Эи сейчас, как и всегда, где-то недалеко от дома гуляет с Сёгун. А вот Яэ дома, это слышно по шагам на кухне. Куникудзуши лениво поплёлся туда.
– Доброе утро, – поздоровался парень с девушкой.
– О, Дзуши, ты проснулся. Доброе.
– Нам нужно поговорить.
– Без проблем.
Мико пригласила Куникудзуши за стол и сама села туда же.
– Солнце режет глаза сильнее обычного и как будто жжёт кожу, а ещё чувство голода не уходит. Не знаешь, что это может быть?
Яэ заметно напряглась.
– Дзуши, с тобой вчера ничего не происходило?
Скарамучча отвёл взгляд. Да, он обещал объяснить это утром, но как же неловко было.
– Рассказывай. Во всех подробностях. – приказ девушки вызвал страдальческий вздох.
Куникудзуши рассказал ей всё, как было, и на все вопросы по ходу тоже ответил. Яэ, видимо, поняв, что к чему,сжала руки в кулаки, а из её глаз невольно потекли слёзы.
– Эй, Мико! Почему ты плачешь? Объясни...
– Дзуши... Единственная идея, к которой я пришла... На тебя напал вампир и в твой организм попала его кровь.
Дальше девушке объяснять не пришлось – из синих глаз также полились слёзы. Куникудзуши прекрасно знал, что это значит. Либо выпить кровь в течении двадцати четырёх часов после попадания крови вампира в организм, тем самым стать таким же, либо смерть. Варианта выжить, оставшись человеком, не существует.
– Я не хочу умирать...
– Ты ведь знаешь, что нужно делать, чтобы не умереть. Нужно выбирать.
– Я хочу... – Скарамучча пытался досказать предложение, но из-за всхлипов, издаваемых им самим, не получалось. Впрочем, Яэ и так всё поняла.
– Уверен?
Куникудзуши только закивал в ответ, не в силах что либо ответить. Мико вздохнула.
– Пойдём.
Яэ отвела парня в его комнату. Перед тем, как завести Куникудзуши, девушка отдёрнула занавески назад и закрыла до этого открытые шторы.
– Я сейчас приду.
Парень, уже устроившийся на собственной кровати, кивнул. Его жизнь превращается в кошмар..
Мико вернулась довольно быстро. В её руках была пластмассовая крышка, а в ней какая-то красная жидкость. Даже дурак поймёт, что это. Девушка присела на кровать рядом с парнем. Фактически, она действует на самовол, но вряд ли Эи будет рада смерти её сыну. Если не сделать этого, Скарамучча умрёт.. Меньше чем через десять часов.
Куникудзуши, чуть морщась, выпил кровь. Солёная. Скарамучча прикрыл глаза, в которых всё плыло из-за слёз. Где-то из коридора послышались звуки открытия двери и шаги двух людей. Мико вздохнула и вышла из комнаты Скарамуччи. Через несколько минут послышались громкие возгласы и в комнатку Куникудзуши без стука влетели две фиолетововолосые персоны, ну и за ними следом вернулась Яэ. Вся эта компания, конечно же заставила брюнета открыть глаза и посмотреть, кто вторгся в его личное пространство. Эи хоть и не любила плач, считая слёзы проявлением слабости, но всё же сама прослезилась. Другое дело Сёгун – у неё на слёз нет ни намёка, но тем не менее, выглядела она довольно-таки грустно. Райдэн-старшая подошла к парню, крепко обняв его.
– Мам...
– Чшш, всё хорошо...
Скарамучча был удивлён. Он теперь чудовище, внушающее ужас и страх людям, он думал его вышвырнут из дома.. Но его приняли. Никакие слова не смогут выразить то, насколько Куникудзуши благодарен.
***
Его сердце перестало биться через несколько часов. Это подтвердило догадку Яэ – напади на него не вампир, после крови ничего бы не произошло. Скарамучча убрал руку с сердца, которую положил чтобы вслушиваться в своё сердцебиение. Комната наполнилась тихими всхлипами. Они быстро привлекли внимание сестры рядом. Кажется, за все четырнадцать лет, что живёт Сёгун, это был первый раз, когда она так внимательна к брату – легла рядом, ещё и обняла. Для неё это действительно что-то новое. Сёгун взяла руку брата в свою, после чего, посмотрев ему в глаза, улыбнулась, вызывая лёгкую улыбку и у Куникудзуши. Всё-таки, это успокаивало.***
Оказалось не так уж и сложно, как думал Скарамучча. С универом проблем из-за вечерней смены не возникло. Кровь приносила Эи, с ней тоже особых проблем не возникло – семья Райдэн разводила овец. Днём Скарамучча сидел дома и не высовывался на солнце, вечером же Мико вытаскивала его на прогулку. Единственное что, на первых порах парня немного подташнивало от крови, но он вскоре привык. Казалось, всё было хорошо. Казалось. Одним вечером Скарамучча как обычно возвращался с универа, но остановился на холмике в пару сотнях метрах от своего дома, завидев яркий свет. Его дом горит ярким пламенем. На фоне вечерней темноты прекрасно видны искры, взлетающие в небо, стены покрываются чёрным пеплом. Скарамучча, не думая, кидается к дому. До этого прохладный и приятный воздух разгорячён и пропитан запахом дыма. Зрение у брюнета хорошее, так что даже с не слишком близкого расстояния он видит как в одной из комнат обвалилась горящая балка. Увидеть что-то ещё было невозможно. Там не было видно ничего, кроме бушующего пламени. Ох, хотелось бы чтобы это были неудачные попытки Эи что-то приготовить. Но будь так, дом бы не смог гореть так сильно, да и толпы этих людей, что-то выкрикивающих, тут бы явно не было. Дурак поймёт, что это устроили они. С учётом того, какое пламя играет по ту сторону не понятно как ещё целых окон, вряд ли мама и сестра Куникудзуши ещё живы. Скарамучча инстинктивно подходит, чуть ли не подбегает ближе, но собравшаяся толпа людей тут же обращает на него внимание. – Во́т этот вампирёныш, ловите его! Куникудзуши, мягко говоря, был шокирован. В руках некоторых людей он заметил заточенные деревянные колья. Больше всего Скарамуччу напрягали далеко не возгласы крестьян, а то, что в доме его мать и сестра. Даже если они сейчас ещё живы, парень не сможет ничего сделать. Он бы запросто мог вынести девушек из горящего дома, если бы тут не стояла толпа людей, желающих смерти Скарамуччи. Людей, уже готовящих острые колья, и людей, махающими горящими палками, скорее всего зажжёнными об пламя, поглощающее дом. Парень быстро рванул подальше от людей, те, конечно же, побежали за ним. Впрочем, вампирская скорость позволила Скарамучче сохранить себе жизнь. Он довольно часто гулял по лесу не далеко, и этот лес показался лучшим вариантом для укрытия. На всякий случай Скарамучча бежал по труднопроходимых местах, где можно споткнуться о корни деревьев или по неосторожности упасть в яму, чтобы усложнить задачу своим преследователям. На небольшой поляне парень позволил себе перевести дух, так как голосов и шагов позади он уже не слышал, а слух у него, как-никак, отменный. – Мама, Райдэн... Их то за что? Скарамуччу переполняли обида и злость, гнев и страх. Он просто хочет жить, почему все против этого? Почему люди такие злые? Он питается только животными, но, наверное, всё-таки зря он себя ограничивает. Слёзы падали на опавшие листья, сливаясь с каплями дождя, который шёл ещё утром. Скарамучча просто сидел на пне и рыдал. Почему ему такое наказание за простое желание жить, почему?... Надо бежать из города. Это было понятно, как ничто другое. Нужно сбежать в безопасное место, где нет столько угроз для жизни. У Скарамуччи теперь нет ни жилья, ни денег, ни родственников. Хотя нет, Мико вроде не должна была сегодня приходить. Значит, она была у себя дома и она до сих пор жива. Наведываться к ней не очень безопасно, но это ведь всё равно лучше, чем на закате искать детей, и пользуясь их наивностью, просить их помочь. Куникудзуши даже нечего им взамен дать, так что Мико лучший вариант. Так, Яэ стала для Скарамуччи единственной надеждой. Брюнет часто гулял в этом лесу, так что хорошо знал, где что, поэтому никогда и не терялся. Пройдя чуть вглубь леса, парень посмотрел себе под ноги, на небольшую нору в холме. Вот только Скарамучча прекрасно знал, что никакая это не нора, а пещера. В детстве он в неё как-то свалился. Именно после того случая и знает, что там камни можно использовать как лестницу к выходу, а сама пещера довольно просторная. Что ж, на ближайшие несколько дней это его жильё. Скарамучча немного походил возле и насобирал немного веток и листьев, не успевших намокнуть от мелкого утреннего дождя. Куникудзуши закинул хворост в пещеру, а после и залез сам. Сыро и холодно, но всё равно лучше чем на улице. Куникудзуши разложил ветки и листья, после чего стал ждать. Ждать, пока будет достаточно поздно, так как идти к Яэ в пол-одиннадцатого идея не из лучших. Разводить костёр парень не стал, во-первых потому что через несколько часов уйдёт, во-вторых потому что пещера по сравнению с лесом была очень тёплым местом. Посидев энное количество времени, Скарамучча вылез из пещеры. Сколько сейчас времени? Час, два, полчетвёртого?Небо было достаточно тёмным, значит в город можно идти. Куникудзуши прокручивал список вещей, которые ему нужны, и надеялся, чтобы он разбудил Мико и она нехотя открыла ему дверь, что она не пошла к Эи. Ведь сейчас она единственная надежда парня, а отсутствие надежд порождает отчаяние, отвратительное чувство. Дом Мико находится на окраине города, так что, к счастью Скарамуччи, долго ходить по городу ему не пришлось. Действовал он быстро и настороженно, ведь крестьяне такие чокнутые, что и поздно ночью могли его караулить. Куникудзуши поднялся на крыльцо, после чего стал стучать в дверь, повторяя про себя всего одну фразу: «Мико, пожалуйста, открой». Через несколько минут, показавшихся ужасно долгими, девушка всё же открыла. Она была сонной и явно только что разбуженной. Пока Яэ протирала глаза, стоя на пороге, Скарамучча быстро прошмыгнул под её рукой и стал за угол коридора. Тяжко вздохнув, Мико закрыла входную дверь и подошла к ворвавшемуся в её дом парню. Как только она это сделала, Скарамучча кинулся к ней и крепко обнял, на что конечно же получил удивлённый взгляд Мико. Да, Куникудзуши и нежным бывает. Яэ часто была в гостях у Эи, в большинстве случаев именно она готовила для всей семьи Райдэн, к тому же довольно таки вкусно. Она читала Скарамучче сказки на ночь, когда тот был маленьким, и она же иногда забирала его со школы. Брюнет знаком с ней сколько себя помнит, за это время Яэ стала ему, без преувеличения, родной. Скарамучча воспринимал её чуть ли не как вторую мать. Слёзы с синих глаз текли одна за другой: «Хоть она жива..» Мико чуть отстранилась от брюнета и прошла в зал, присаживаясь на небольшой белый диванчик и позволяя Скарамучче, севшему рядом, плакаться ей в плечо. Яэ аккуратно укрыла дрожащее то ли от холода, то ли от слёз худое тельце и положила руку на волосы Скарамуччи, начиная аккуратно их поглаживать. Её сочувственный взгляд говорил сам за себя, позволяя не задавать лишние вопросы: Она в курсе. Когда брюнет немного успокоился, всё же решил спросить, зачем пришёл. – Можно я у тебя немного вещей возьму? – Конечно можно. – Мне нужны нож, верёвки и иголка. Мико кивнула, после чего принесла Скарамучче большой кухонный нож, а затем и остальное, что он просил. – Если не секрет, куда ты собираешься это всё сложить? – В руках как-то донесу. – Дзуши, не будь дураком. Яэ ещё куда-то удалилась, но быстро вернулась с небольшой кожаной сумкой. – Все твои приключения она, конечно, не выдержит, но, вроде как, немного от дождя защищать должна. – Мико... Спасибо тебе огромное... – Не благодари. Думаю, Эи была бы рада, если после её смерти я хоть капельку буду просматривать за её сыном. Кстати, куда ты пойдёшь? – Сначала посижу несколько дней-недельку в кое-каком месте, потом пойду, куда глаза глядят. – У меня есть одна знакомая, в городе севернее нас живёт. Если будешь помогать ей по дому, она могла бы тебя приютить у себя. – Было бы неплохо... Яэ кивнула, после чего подошла к тёмному круглому деревянному столику, который стоял прямо в гостиной. Впрочем, он был довольно удобным, ведь на нём стояли и канделябр с свечами, и перо с чернильницей, и несколько бумаг, на случай если надо будет что-то быстро записать. Мико достала из кармана пачку спичек, после чего зажгла одну из трёх свечей, наконец позволяя свету быть в доме, так как до этого она сидела со Скарамуччей в полной темноте, и села на потрёпанный табурет рядом. Макнув перо в чернила, Яэ стала что-то выводить на листке бумаги. Через несколько минут своеобразная карта была готова, а ещё несколько минут потрачено на ожидание, пока чернила высохнут. Девушка протянула листок Куникудзуши. – Поместье Кудзё... Разберусь. – Хорошо. Возьми ещё вот это. Мико передала парню спичечный коробок, а достав из шкатулки несколько купюр, и их. – Это слишком много... – Дзуши, тебе понадобятся деньги. Просто возьми их. – Ладно... – Может, на эту ночь останешься у меня? – Нет, слишком рискованно. – Хорошо, будь осторожен. – Позаботишься о похоронах мамы и Сёгун? – Если от них что-то осталось, конечно. Кроме того, фактически, это поджог, убивший двух ни в чём невиновных людей. Пока нет доказательств, что в том доме проживал вампир, то есть ты, мы в праве требовать, чтобы виновника посадили в темницу, или в крайнем случае, хотя бы только деньги. – Тогда удачи тебе. – Тебе она больше понадобится. – Мико... Спасибо тебе за всё. – Иди уже, пока не рассвело. Куникудзуши кивнул, после чего взял сумку с собранными вещами и направился к выходу из дома, по пути кинув взгляд на освещённый свечой циферблат настенных часов. Три часа ночи, отлично. Успеть всё то, что он запланировал, за одну ночь не выйдет, как ни старайся, так что Скарамучча ещё вернётся в город следующей ночью. Тёмноволосый аккуратно спускает сумку, а затем и сам спускается следом. Сумку ставит у стены, а сам проходит в центр. Пещера была далеко не самым лучшим местом, где можно ночевать. Когда да на улице дождь, здесь сыро, когда сухо, душно. Единственное, когда здесь хорошо – летом. Тут всегда приятная прохлада, поэтому это пещерка – то место, где Куникудзуши пропадает летом. Раньше это было просто любимое место, а сейчас укрытие от чёртовых людей. От осознания этого становится обидно и как-то печально. Но сейчас не время предаваться чувствам. Парень смотрит в сторону сумки и пропускает мысль о спичках, но тут же от неё отказывается. Сейчас лучше экономить. С этой мыслью Куникудзуши садится возле кучки веток, выбирает две не самые тонкие палки и начинает тереть их о друга. Наверное, со стороны он выглядит жалко. Скарамучча понятия не имеет сколько прошло времени, но от палочек вскоре стал исходить запах дыма, а затем и искры начали мелькать. Он подносит их ближе к хворосту, и о, чудо, хвала физике, травинки начинают гореть. Синеглазый аккуратно начинает махать ладошкой возле, раздувая огонь и боясь его потушить, ведь снова мучаться с силой трения ему очень не хочется. Огонь, благо, не тухнет и становится больше. Парень придвигается ближе к костру, обнимая колени. Слёзы всё-таки начинают течь, хоть Скара и не давал на них никакого разрешения. Его мать и сестра умерли из-за него. Не сказать, что у Скарамуччи были с ними идеальные отношения, но он их любил, хоть и не всегда это показывал. Любил, а теперь их не стало. Два близких ему человека просто умерли по его вине. Вместо них должен был умереть он, но люди столь глупы, что даже не могут просчитать от кого избавляются. Он должен был умереть. Должен был. Должен. Скарамучча переводит взгляд на огонь в костре, но тут же шумно вздыхает. Смелости не хватит. Не хватило в прошлый раз, не хватит и сейчас. В прошлый раз, когда Скарамучча стал этим не понятно кем, кому все желают смерти. А он всего лишь хотел жить. Неужели он правда не достоин жизни? Даже если так, умирать он не собирается. Он прекрасно знает, что отправившись на тот свет, не будет с мамой и сестрой сплетничать за чаем у тётеньки Макото. Он умрёт ничего не увидев и ничего не достигнув, даже не закончив универ. Он оставит Мико одну. Да и хотя бы из-за сочувствия к барашкам не стоит умирать. Хотя кого он обманывает, он просто боится смерти. На следующую ночь Скарамучча забрал двух овечек, использовав верёвку вместо поводка. Отвести животных в лес было несколько проблематично, а ещё сложнее завести их в пещеру, но всё же, Куникудзуши справился. Привязав овец к не сильно большому камню, Куникудзуши разжёг костёр. Взяв из сумки нож, парень подошёл к овцам и, более-менее утихомирив их, начал стричь их. Когда у него на руках было достаточное количество шерсти, Скарамучча принялся вязать нитки. До пожара он явно такой ерундой не занимался.***
В конце концов, Скарамучча немного пожил в пещере. Овец уже нет, так как Скарамучча благополучно использовал их чтобы не умереть от жажды крови. Наконец, он всё же отправился в город. За проданные нитки он выручил немного денег, за которые остановился в отеле. За одну ночь всё равно не доберётся – Сара, к которой отправили Скарамуччу, жила в другом конце города. Вечером следующего дня Куникудзуши сделал не самое гуманное – использовал кровь найденного уличного зверька в качестве ужина. Он, к слову даже живым остался. Парень медленно плёлся по городу, мысленно ворча о том, почему эта Сара живёт не пойми где. – Подвезти? Рядом с парнем останавливается карета, запряжённая двумя чёрными лошадьми. На ко́злах сидит мужчина с волосами мятного цвета. – Мне на другой конец города надо. – Не страшно. Скарамучча вздохнул, после чего сел в карету, продиктовав мужчине нужный адрес. Хотелось спать. Сонливость явно превышала желание смотреть на однообразные дома, которого толком и не было. По городу он ещё успеет погулять. Поразмышляв в таком ключе, Куникудзуши закрыл глаза, начиная погружаться в дремоту. Сладкие сны полностью завладели юным телом. Вот, карета остановилась, а Скарамучча всё так же спит. В шею будто что-то укололо, но и на это парень не обратил внимания. А вот проснулся Куникудзуши далеко не в особняке Кудзё, и не в месте, которое могло бы быть хоть как-то на него похожим. Скарамучча был в каком-то подвале с одним маленьким окошком на стене. Парень попробовал пошевелиться, ибо сидел он в углу, но тут же вздрогнул из-за звона, который сам создал. На шее и левой ноге были самые настоящие кандалы. Скарамучча встал на ноги, решив проверить сможет ли он вообще ходить. Сперва Куникудзуши решил попробовать до ближней из двух дверей, заодно и узнать, где он находится. С ходьбой особых проблем не возникло. Цепь иногда мешалась под ногами, но ходить можно было. Так, Куникудзуши выяснил что цепи на ноге и шее одинаковой длины. За дверью, к которой подошёл брюнет, оказался туалет и душ. Ничего интересного. Теперь Скарамуччу интересовала вторая дверь. По виду из окошка понятно, что это всё таки подвал, а значит за этой дверью лестница наверх. Иными словами, выход. Брюнет пошёл к заветной двери, но вот незадача, цепи достигли максимального напряжения всего в нескольких дециметрах, чтобы дотянуться до ручки не хватает совсем чуть-чуть. Сколько бы Скарамучча не пытался пройти ещё несколько шагов, он лишь причинял себе боль. Внезапно, дверь распахнулась, заставив Скарамуччу от неожиданности отскочить назад. Тот самый мужчина, что «подвёз» его, сейчас прошёл внутрь, с неким любопытством разглядывая синеглазого. – Что за чёрт? – Тише, спокойно. Для начала, могу я узнать твоё имя? – ...Куникудзуши. – Отлично, меня можешь звать Дотторе. Куникудзуши, ты нечисть, которой не должно существовать. Убить тебя будет скучно, поэтому я предпочту изучить твой организм. По этой причине ты и здесь. Дотторе хитро улыбнулся, заставляя Куникудзуши в шоке широко распахнуть глаза и чуть попятиться назад. Чёрт, видимо он немного замазался кровью, из-за чего его разоблачили. Это кошмар как плохо. – Что ты собираешься делать? – Для начала я хочу взять твою кровь. – Нет. Даже не приближайся ко мне. – Если ты не дашь спокойно взять у тебя кровь, я просто вколю тебе успокоительное и всё равно возьму её. Скарамучча сглотнул комок в горле, смотря мужчине в глаза. Не хотелось, чтобы после снотворного, как предположил брюнет, ему вкололи ещё и успокоительное, так что брюнет со страхом и злостью в глазах неуверенно кивнул. Дотторе взглядом показал на угол комнаты, после чего Скарамучча вернулся на место, где он проснулся, садясь на пол. Мужчина присел рядом, после чего Куникудзуши протянул безымянный палец. Быстрый укол иглы, и Дотторе собирает пипеткой выступившие капли крови. Колоть пришлось несколько раз, так как у Скарамуччи ранки от укола за несколько секунд заживали, а несколько капелек крови было недостаточно. – Думаю, вата тебе не нужна, – поразмыслил Дотторе, смотря как последняя ранка затягивается на глазах. – Как долго я здесь буду? – Смотря по обстоятельствам. Скарамучча нахмурился. Не нравится ему такой ответ. – Где мои вещи? – Если ты про те, что были у тебя с собой, они тебе не понадобятся. Чистую одежду я тебе занесу. Немного жутко ухмыляясь, Дотторе вышел из подвала, закрыв за собой дверь. Теперь Куникудзуши сидит один, пытаясь совладать с нарастающей злостью. Почему на него то вампир нападает, то какие-то сумасшедшие его похищают? За что всё это.. Хотелось куда-то выплеснуть агрессию, но тут единственный способ это сделать – ударить кулаком об стену, а если Скарамучча так сделает, то он добьётся только боли для себя. Брюнет обнимает свои колени, обдумывая всю ситуацию. Он хоть до двадцати доживёт с такими приключениями на пятую точку? Синеглазый тут же усмехается, осознавая глупость это мысли. Ему уже никогда не исполнится двадцать. Он застрял в девятнадцатилетнем возрасте навечно. Но лучше ведь каждый год праздновать девятнадцать лет, чем в этом же возрасте умереть, так ведь? А сейчас.. Думать ни о чём не хочется. Куникудзуши переводит взгляд на единственное окошко. Днём солнце в любом случае сюда попадёт. Не долго думая, Скарамучча плетётся в ванную и залезает в ванну, пытаясь устроиться поудобнее. Не очень то получается из-за того, что в ванне в принципе не спят, и мешающих цепей. А ещё из-за них даже дверь в ванную закрыть не выйдет. Кошмар, где личное пространство? Кое-как устроившись в ванне, Куникудзуши прикрывает глаза. Вот бы хоть сон ему хороший приснился..***
Скарамучча торчит здесь уже недели две. Нельзя сказать точно. Бесцельно бродя в пустой комнате и иногда заходя в ванную он потерял счёт времени. Знал только время суток, ориентируясь по окошку. Стоит ли говорить, что он находится в ужасных условиях? Что ему устраивали проверки на терпение к боли, втыкая в него стрелы и прижимая к коже раскалённый металл? Обеспечивать его питание никто и не думает. Но один раз кровь ему всё же удалось достать – когда Дотторе хотел проверить что-то вроде «Как вампиры испытывают страх» и запустил в подвал приличное количество крыс. После всего ранее крысы казались просто отдыхом от остального. Ни страха, ни неприязни к этим грызунам у Куникудзуши не было, так что вместо того чтобы визжать от страха и ужаса, парень просто поймал одну крыску и попил её крови. Вот только это было около недели назад. За это время силы успели покинуть парня. Хотелось сбежать, но у Скарамуччи не было ничего чтобы открыть замки на кандалах. С ногой был вариант лишиться ступни, перетерпев адскую боль, – регенерация у вампиров штука хорошая, но опять же у него нет никаких инструментов. А с шеей этот вариант уже не сработает – лишение головы для вампира всё же обернётся смертью. Из-за голода он был слабым. Из-за недостатка сил и инструментов не мог сбежать и продолжал медленно умирать. Дверь снова открылась. Куникудзуши уже стал мысленно готовиться к очередным пыткам Дотторе, но мужчины на входе не было, что сильно удивило парня. Вместо него стояла зелёноглазая девушка с русыми волосами, заплетёнными в две пышные косы до плеч. Девушка прошла к Скарамучче, осматривая его. – С тобой ужасно обращаются, милашка. – Ты ещё кто?... – Меня зовут Лиза. Я что-то вроде подруги Дотторе. Он уехал на неделю и поручил мне за тобой присмотреть. Куникудзуши вздохнул. Теперь его будет пытать девушка, замечательно.. – Но знаешь.. Я не поддерживая ни его идеи, ни методы. Минчи достала небольшой ключик и, опустившись на корточки, стала открывать кандалы, сковывающие тело Скарамуччи. Синие глаза заискрились, впервые за всё время пребывания здесь они были так переполнены надеждой. – Что ты делаешь?... – Помогаю тебе с побегом, разве не видно? – девушка улыбнулась, а Куникудзуши вслед за ней, самой счастливой улыбкой. Довольно быстро Скарамучча стал свободным. Первом делом он довольно потянулся и размял шею. Как же хорошо... – Теперь пойдём. Лиза открыла дверь погреба и начала подниматься по каменной лестнице, Скарамучча последовал за ней. Шёл он гораздо медленнее, еле поднимая ноги. Сил совсем не было.. Выйдя из подвала, парень оказался в каком-то большом зале с несколькими дверьми, ведущими непонятно куда. Рассмотреть его, он, увы, не успел, так как Минчи повела его на этаж выше. На втором этаже за одной из дверей, как оказалось, была библиотека. Довольно уютное место. Цвет книжных стеллажей был приятен для глаз, а запах тысяч книг тоже к раздражающим не отнесёшь. – Присаживайся, – Лиза подводит Скарамуччу к небольшому столику и Куникудзуши принимает приглашение за него присесть. На нём не было ничего, кроме ажурной настольной лампы и большой книги в углу, открытой на каком-то развороте. Девушка уходит, оставляя Скарамуччу одного, и Куникудзуши заглядывает в лежащую на столе книгу. Прочитав пару строчек, парень быстро понимает, что это правила библиотеки и отстраняется от книги. Их он и так знает: не шуметь, не бегать, книги возвращать и не портить. Больше интересовали появлявшиеся в голове вопросы: Зачем его сюда привели? Какие цели у Лизы? Почему она ему помогает? Что парню нужно будет сделать взамен? Из мыслей выбивает звук поставленной на стол посуды. Скарамучча оборачивается на звук и не верит своим глазам. Тарелка со стейком редкой прожарки, нож с вилкой, рюмка алой жидкости со знакомым запахом и улыбающаяся рядом Лиза. От этой картины наворачиваются слёзы, и Скарамучча из-за всех сил старается их сдержать. – Это... – Человеческой крови нет, так что, надеюсь, свиная тебя устроит. Приятного аппетита. С этими словами Минчи удаляется. Куникудзуши настороженно принюхивается. Никаких намёков на яд в еде, да и отраву можно было просто вколоть парню, пока он был прикован цепями. Лиза.. Почему она так добра к нему? Почему помогает? Почему... Скарамучча берёт приборы и с некой жадностью начинает есть стейк. О боги, его прожарка настолько слабая, что в нём ещё есть кровь! Кровь, которой парню так долго не хватало. Как же вкусно, чёрт возьми. Со стейком парень расправляется быстро, после берёт рюмку и залпом выпивая содержимое, чуть ли не начиная урчать от удовольствия. Кровь, это и вправду кровь. Натуральная свежая свиная кровь. Энергия мигом разливается по телу, становится так хорошо. Прилив сил явно был, Скарамучча мог нормально ходить, а не как раньше, еле волоча за собой ноги, его движения приобрели былую скорость, а взгляд перестал быть таким замученным. Несмотря на это, сонливость никуда не делась. В отсутствии помешанного яда в крови или стейке парень был уверен, а желание спать легко объяснялось. Сейчас, как-никак, день на дворе. Скарамучча смотрит на посуду, чуть хмурясь. Стоило бы её занести, но вот только он ни где сейчас Лиза не знает, ни где её искать, ни планировку здания, где он находится, да и под солнце попасть может. Куникудзуши решает разобраться с посудой вечером, так что складывает её в угол и, зевая, опускается на сложенные на стол руки, прикрывая глаза. Проснулся парень всё в той же позе. Потянувшись и размяв онемевшие руки, синеглазый осматривается. Всё та же библиотека, из окон за пару метров от Скарамуччи уже не проступает солнечный свет. Брюнет вспоминает про посуду, но к его удивлению, где он её оставил, её не оказывается. Вместо неё стопка какой-то одежды. Правильная мысль быстро всплывает в голове и Куникудзуши, беря одежду, уходит за один из стеллажей и переодевается. Свитер и брюки оказались ему как раз по размеру. Хотя, не удивительно. Дотторе брал с него мерки, так что Лиза вполне вероятно просто на них взглянула. Кстати, Лиза.. Надо её найти. Скарамучча проходит через книжные полки и подходит к деревянной двери, но звук её открытия останавливает парня. – О, милашка, ты уже проснулся. – Привет, я как раз хотел тебя искать. – Есть что-то о чём ты хочешь меня спросить? – Конечно есть. – Тогда я сейчас сделаю нам чай и мы поболтаем, идёт? – Идёт. Скарамучча облокотился о шкаф, в ожидании Лизы. Эта девушка так добра к нему, и это даже как-то напрягает. Через несколько минут Минчи вернулась с подносом с двумя чашками и декоративным чайником. Взглядом маякнув Куникудзуши идти за ней, Лиза присаживается за небольшой столик у окна, Скарамучча садится следом. Минчи разливает чай по чашкам и помещение мигом наполняется ароматом ягод и трав. – Аккуратно, может быть горячий. Чай и правда довольно горячий. Но тем не менее, Скарамучча берёт чашку, сжимая руками, тем самым грея их. Как будто это ему сильно поможет. – Так какие у тебя ко мне вопросы? – Для начала, что мне дальше делать? – На счёт этого не беспокойся. Я попросила своего знакомого заехать за тобой вечером. У тебя ещё есть пару часиков. – И куда он меня отвезёт? – К одному человеку. – Человеку?... – Не переживай, он спокойно относится к вампирам. Тебе лучше пару дней побыть у него, а потом можешь уже делать, что хочешь. – А у тебя с Дотторе из-за меня не будет проблем? – Будет, конечно. Но ничего серьёзного, поверь. Иль быстро найдёт тебе замену. – Какой кошмар... – Такой уж он кошмарный человек. Но некоторые штучки у него выпрашивать можно. Вроде этой, например... Лиза задумчиво начала крутить в пальцах кулон на шее с каким-то дорогим пурпурным камнем. – У меня ещё вопрос. – Слушаю, – Лиза оторвалась от украшения и вновь вернулась к Скарамучче. – Я не понимаю кто я. Знаю только что мне нужно пить кровь и нельзя показываться на солнце, а про всё остальное без понятия. Что я могу и чего не умею? Что мне можно делать, а что нельзя? Я ничего о себе не знаю.. – Я поняла, к чему ты клонишь. Посмотрим.. Лиза отложила уже пустую чашку на столик и встала из-за него, пройдя куда-то вглубь книжных полок. – Где-то здесь.. О, вот она. Лиза достала с верхней полки какую-то книгу и, вернувшись к брюнету, передала её ему. – На твои вопросы вроде должна ответить. – Ты читала эту книгу? – Я читала большинство книг в этой библиотеке. Куникудзуши мягко говоря был удивлён. Этих книг здесь тысячи, и начитанностью Лизы остаётся только восхищаться. – Спасибо большое. – Как прочтёшь, оставь на этом столике, я потом положу её на место. И постарайся случайно не пролить на неё чай. – Не пролью. – Славно. Я зайду за тобой позже. Девушка улыбнулась Скарамучче и, забрав чашку с подносом, ушла, а Куникудзуши принялся за книгу. Спустя часа два книга закрывается с характерным шлепком обложки. Скарамучча действительно вычитал много полезного. Сердце вампиров не бьётся, но продолжает качать кровь. Дыхание у вампиров как возможность организма есть, но в экстренных ситуациях они могут его отключить. Пример – если вампира вдруг решили удушить, он просто перестанет дышать, тем самым не позволив себе умереть от нехватки воздуха. Способны быстро перемещаться в пространстве и обладают потрясающей силой и регенерацией, но прочих способностей, вроде чтения мыслей, телекинеза, превращения в летучих мышей и прочего у них нет. В зеркалах не отражаются. К крестам и святой воде безразличны. Чеснока тоже не боятся, однако не подходят к нему сильно близко из-за неприятного запаха. У них обострены все чувства, от зрения и слуха до голода и агрессии. Словом, все без исключений. Царапины и порезы заживляют моментально, переломы за двадцать секунд - минуту. На ранения категории синяков регенерация не работает. – Я могу перестать дышать по собственному желанию.. Куникудзуши отставляет книгу к чашке из-под чая, обдумывая прочитанное. Через несколько минут заходит Минчи и, улыбаясь, обращается к Скарамучче. – Ты закончил? – Да. Спасибо тебе огромное... – Не стоит меня благодарить. Я просто дала почитать тебе книжку, а как библиотекаря, это моя обязанность. Кстати, это твоё, вроде? Лиза показывает Скарамучче сумку, и у него глаза округляются ещё больше прежнего. Это та самая кожаная сумка, которую дала ему Мико и которую так нагло забрал Иль. – Моё. – Забирай, – девушка протянула Куникудзуши сумку, после чего тот её быстро забрал. – У тебя точно будут проблемы с Дотторе... – Не страшно. Тебя, кстати, уже ждут. – Хорошо. Спасибо тебе за всё. И прощай. Лиза помахала парню ручкой на прощание, а сам вампир вышел из библиотеки и спустился на первый этаж, где вышел в знакомую дверь. Кожа при контакте с вечерней прохладой мигом покрывается мурашками. У входа в здание, из которого вышел Скарамучча, стоит карета с лошадьми, а рядом – светловолосый юноша с длинными волосами, заплетёнными в косу. Заметив брюнета, он отрывается от поглаживания одной из лошадок и подходит чуть ближе к парню. – Куникудзуши? – Да. – Поехали. Блондин садится на козлы, а сам Скарамучча в карету. Ему показалось, или этот парень на него как-то странно посмотрел? Куда-то в район шеи. И Лиза при их первой встрече сделала так же. Да что с ним не так, в конце концов? Спросить у этого, что-ли.. Нет, плохая идея. Всё может вылиться к тому, кто он, а гарантии, что этот миловидный блондин поддерживает таких, как он, нет. Откуда Скарамучче знать, что он ему не вонзит кол в сердце? Лучше в таком случае вообще не заводить диалог. Придерживаясь такого решения, Куникудзуши крепче сжимает сумку в руках. Куда его везут вообще? Зачем? Что это за человек? Раньше времени он всё равно не узнает, так что решает просто смотреть в окно. Деревья, здания, здания, деревья.. Одно и то же, ничего интересного. Минут через двадцать кучер всё-таки сообщает, что они на месте, и Куникудзуши выходит из кареты. Его высадили напротив небольшого дома. Другие дома только через дорогу, так что, скорее всего, ему нужно именно в этот. Парень поднимается на крыльцо и дёргает за потёртый шнурок с почещенным на нём маленьким колокольчиком, служащий дверным звонком. Дверь быстро открывают. И на пороге Куникудзуши видит девочку лет четырнадцати-пятнадцати с зелёными волосами до плеч и красивыми глазами необычного розово-фиолетового цвета. – О, здравствуйте! Проходите! – Ага, Добрый вечер.. Скарамучча проходит в дом, снимая обувь. – Ванная вон там, – указывает девочка в сторону одной из дверей. – Как вымоете руки, заходите ко мне. После она удалилась в самую ближнюю комнату. Что ж, ванная так ванная. Скарамучча направляется в указанную комнату и, открывая напор воды, начинает мыть руки. Поднимает взгляд на зеркало над раковиной, надеясь, что сейчас увидит, что у него с шеей и какого все на неё пялятся, и честно, если бы у него были сухие руки, он дал бы себе по лбу. Не стоит забывать, кто он. Зеркало просто напросто не воспринимает Скарамуччу и не показывает ни то, что у него с шеей, ни самого парня. А вот это уже не удобно. Куникудзуши отряхивает руки, ибо не вытираться же чужим полотенцем и направляется в комнату к девочке. Комната с выходом на балкончик-террасу, у стены стоит односпальная кровать, перпендикулярно шкаф для одежды. На стене несколько полок, заполненных какими-то книгами, а на комоде возле кровати стоит клетка с декоративным кроликом. Белый такой, возле глазика коричневое пятнышко, а на ушке чёрное. И уши в разные стороны торчат. Интересно.. – Пожалуйста, присаживайтесь! Девочка вежливо подвинулась чуть дальше на кровати. Скарамучча сел рядышком продолжая рассматривать комнату. – Меня зовут Коллеи. – Скарамучча. Во время дороги парень успел придумать себе новое имя. «Куникудзуши», безусловно звучало красиво, но теперь это имя уже не сияет чистотой и не звучит как тихий звон колокольчиков, с которыми Скарамуччу часто ассоциировали. Это имя было запятнано вмешательством Дотторе. Он хочет начать жизнь с чистого листа. – Рада знакомству с вами! – Ну-ну, я тебя не так уж и сильно старше, так что можем на «ты». – А, хорошо... Тигнари пока дома нет, но он скоро должен прийти. – А Тигнари это...? – Он врач, он поможет тебе. – Пока он не пришёл, лучше ты мне помоги. Во-первых, ты знаешь кто я? Уточнить это было важно, ведь Скарамучча должен понимать, сколько ему можно рассказывать. – Вампир, да? – Верно... Не боишься? – Да нет, не особо. Ты ведь меня съесть не собираешься? – Нет. И кролика твоего тоже, – на всякий случай заверил Куникудзуши. – Лиза передала мне голубем письмо, что Итэр сегодня завезёт к нам вампира, так что я особо не удивлена. Ага, она знакома с Лизой, а того кучера звали Итэр. – Можешь сказать, какого чёрта на меня сегодня все косо смотрят? – А, ну.. У тебя вокруг шеи огромный синяк... Я предполагаю это и есть причина, по которой Лиза отправила тебя к Тигнари. – Он будет меня пичкать таблетками и витаминами, да? – Не исключено, но всё же насильно заставлять тебя их принимать он не будет. – И на этом спасибо. – Может, ты голодный? Хочешь крови? – Нет, спасибо. На самом деле, от перекуса парень бы не отказался. Но пить кровь такой юной девицы перебор даже для него. Вскоре раздался тот же звон колокольчика. – О, это Тигнари! Пойдём. Коллеи и Скарамучча встали с кровати и вышли в коридор. Зелёноволосая открыла входную дверь, и тут показалась новая для Куникудзуши персона – парень с чёрным каре с салатовыми прядками. Одет он был в серую толстовку. Таких в то время было нигде не найти, так что догадка синеглазого, что одежду тут шьют, а не покупают, подтвердилась. – Здравствуйте.. – Привет. Ты Скарамучча, так ведь? Парень кивнул. – Хорошо, тогда проходи вот сюда. Тигнари указал на комнату по соседству с комнатой Коллеи. Куникудзуши вздохнул, но ничего не ответив, прошёл в комнату. Комната Тигнари, судя по всему. Она гораздо просторнее, чем комната Коллеи. Тут и кровать двухспальная, и шкаф больше. Скарамучча присаживается на кровать, а через несколько минут заходит Тигнари. – У-у.. Замучили тебя, как я посмотрю. Куникудзуши ничего на это не ответил, да и что отвечать на подобное? Но глубоко внутри, Скарамучча понимает, что Тигнари задел тонкую струнку обиды. Но впрочем, он же только помочь хочет. Виноват во всём Дотторе. Он ничем не лучше тех стариков, что подожгли дом Куникудзуши. – У тебя такое только на шее? Скарамучча отрицательно кивает головой и закатывает край брюк. На ноге похожий синяк, только уже не такого насыщенного фиолетового цвета и меньшего диаметра. Про его наличие Куникудзуши знает прекрасно, ведь его во-первых и без зеркала видно, а во-вторых, ну если после тех же кандалов остался синяк на шее, логично, что и на ноге синяк тоже будет, нет? Тигнари достал из одного из ящиков какую-то мазь, после чего присел рядом с Куникудзуши. – Давай тебе обработаем твои синяки? Скарамучча кивнул. Ну а что ещё делать? Отказываться от помощи чтобы не показаться слабым? Спасибо, не в этот раз. Он уже всем о своей слабости рассказал своими синяками. Тигнари аккуратно нанёс мазь на пальцы, после чего начал её растирать по ноге Куникудзуши. – Запрокинь голову назад. Скарамучча слушается, а Тигнари наносит мазь и на шею. Затем отставляет баночку с ней, протирает пальцы и даёт синеглазому таблетку со стаканом воды. – Ты точно меня отравить не собираешься? – Точно. Я не вампир, и мне, уж поверь, прятать твой труп пользы, выгоды или тем более удовольствия не предоставит. – Ладно.. Куникудзуши забирает стакан и запивает таблетку несколькими глотками воды. – Молодец. Слушай, у меня к тебе предложение. – Помогаешь мне, взамен получаешь кровь, что скажешь? – Какую? – Куриную, свиную и из этого разряда. А за хорошую помощь и мою. – Что нужно делать? – Сегодня поможешь мне с ужином и посидишь с Коллеи, пока она не уснёт. У неё в последнее время довольно беспокойный сон. – И за это я получу твою кровь? – Да. – Я согласен. – Чудесно, пойдём на кухню. На ужин была пита. Помочь Тигнари её приготовить труда не составило, да и ему с Коллеи судя по всему понравилось. Сам Скарамучча есть не стал – ну а на кой ему человеческая еда? От неё толку нет. Со второй задачей Куникудзуши тоже справился. Правда пришлось около часа послушать мысли Коллеи из разряда «А если у меня будет плохая оценка по тому-то?» «Мне кажется, я забыла сделать одно упражнение» и так далее. К слову, упражнение у неё было сделано, потому что она всё же встала и решила проверить. Скарамучче тоже пришлось проверить, хотя точнее сказать проверять: он проверил домашку Коллеи и только когда сказал, что ошибок у неё нет, ей стало немного спокойнее. Что за тревожный ребёнок.. А, ну и вишенка на торте. Пришлось рассказывать ей сказки про вампиров на ночь, но по сравнению с уроками это ещё цветочки. Немного уставшим, Скарамучча вернулся к Тигнари. – Ну, как успехи? – Спит. – Хорошо. – Я могу получить то, ради чего всё это делал? – Да, конечно. Только не переусердствуй. Тигнари протянул Скарамучче руку, после чего тот пробил клыками кожу на запястье. Кровь у Тигнари была совершенно обычной, но так о ней Куникудзуши может высказаться только сейчас. Раньше он не смог бы определить, что у Тигнари вторая положительная. Тогда его кровь вызвала целую бурю эмоций. Она была вкусной, совершенно отличалась от животной. Так, Тигнари стал первым человеком, кровь которого Скарамучча попробовал. Куникудзуши жил у Тигнари до момента пока не прошли синяки. Некогда длинные волосы были отрезаны, так как Скарамучча посчитал их плохой ассоциацией с прошлым. В том доме он пробыл ровно десять дней. Успел узнать, что Тигнари увлекается ботаникой, подтянул Коллеи по учёбе, много раз успел обоим помочь. Тигнари был рад присутствию Куникудзуши, ведь он быстро стал Коллеи другом, а друзей у девочки было откровенно немного. Общение у них, конечно, сильно длинным не было. Болтали они в основном только вечером и первые полтора часа после полуночи: после половины второго желание спать преодолевало Коллеи, а утром и днём на её кровати отсыпался Скара. Этот момент они обсудили ещё в первую ночь Куникудзуши в этом доме, когда укладывал её спать. Но тем не менее, хоть и не очень много, но они общались, к тому же довольно хорошо. За эти десять дней Скарамучча выпил не мало таблеток. По словам Тигнари это витамины для укрепления иммунитета. Не раз Куникудзуши пробовал человеческую еду, ведь просто не мог отказать на выпрашивающее «Скарамучча, попробуй, пожалуйста!» от Коллеи. Как оказалось, она любила готовить, и готовила довольно-таки вкусно. Что же до самого Тигнари, Скарамучча полакомился его кровью всего лишь трижды, но по своей инициативе. К человеческой крови он явно пристрастился, но если бы пил её слишком часто, Тигнари бы вряд ли смог стоять нормально. Но и за ту кровь, что он ему дал, Куникудзуши очень благодарен. Скарамучча озвучил свой следующий пункт назначения и Тигнари с Коллеи ему согласились помочь. Предоставили ему карету, кучером которой был всё тот же Итэр, взамен взяв обещание приезжать в гости по возможности. Куникудзуши передал ему чуть помятый листок от Мико, который он конечно же до сих пор хранил, ну а после сел в карету и блондин повёз его туда, куда ему надо. С прошлого раза как он катался с Итэром изменилось разве что только то, что теперь Куникудзуши знал его имя. А в остальном всё как было: Скарамучча всё ещё ему не доверяет и всё ещё не разговаривает с ним. Но, впрочем, не так важно. Куникудзуши привозят к большому особняку в городе. Наконец-то, а то что-то затянулась его дорога к нему. Куникудзуши заходит во двор и почти сразу же встречается с девушкой. Она была гораздо выше самого Скарамуччи, с тёмными фиолетовыми волосами. Её причёска отдалённо напоминала стрижку Тигнари, только у неё с одной стороны прядка была чуть длиннее, чем с другой. – Добрый вечер, Скарамучча. Ох, и тут его имя успели узнать. – Добрый, мисс... ээ... – Скарамучча, ты правда не помнишь меня? Нет, не помнит. Он эту девушку впервые в жизни видит. Парень как-то виновато мотает головой. – Я Кудзё Сара, можешь звать меня просто Сара. Я была близкой подругой твоей сестры, прими мои соболезнования за неё и за Эи. Мы были с ней довольно близки, когда ты был маленьким, она часто водила тебя ко мне. Я тебе, считай, как тётя была. Что за хрень? У Скарамуччи одна тётя, и это Макото, а она умерла когда ему было десять. А эта Сара, видимо, из тех дальних родственников, о существовании которых ты до определённого момента жизни не догадываешься. Но Скарамучча сделает вид, что верит ей – вдруг она добрая и ему достанется её наследство? – Я в курсе того, что произошло, и я не вправе тебя осуждать. Пойдём, покажу тебе твою комнату, заодно вещи разложишь. Сара направилась в особняк, Скарамучча следует следом. Комната на втором этаже слева теперь становится комнатой Куникудзуши. Это не шикарные хоромы, но как же Скара полюбил эту комнату. Личное пространство, где можно прилечь, отдохнуть и ничего не делать, не беспокоясь ни о чём. Больше не придётся бежать, спасая свою жизнь. Тут его не тронут. Не придут люди и не захотят его убить. Лучшее место. Ещё бы Мико, Коллеи и Тигнари сюда, и вообще замечательно было бы. Даже не разбирая вещи, Скарамучча ложится на кровать, вздыхая. Довольно мягкая кстати. Что ж, теперь он здесь живёт. Как же хорошо, чёрт возьми.. Сара учила Скарамуччу манерам, этикету, как держать осанку и прочим аристократичным вещам, даже в гольф играть научила. В ближайший университет Кудзё определить парня смогла. Куникудзуши довольно способный, а пропустил он всего лишь около месяца. Опять же, на вечернюю смену, оправдав это тем, что утром Скарамуччи добудиться не возможно. Пропущенное он быстро наверстал, так что проблем с учёбой не было, плюс он ещё и заумные книжки, имеющиеся дома у Сары, от нечего делать читал. На выходных он любил выйти из дома на закате, пройти пешком полгорода и прийти к дому Тигнари. Он был не против, а Коллеи так вообще в восторге была. До утра он вернуться не успевал, так что там же и ночевал. С Коллеи можно было много чего пообсуждать, а Тигнари так вообще свою кровь давал. Даже жаловаться не на что. На каникулах же парень просил Сару, и в итоге получал в другой город и обратно. Он ездил к Мико, конечно же. Как он может про неё забыть? С ней он, безусловно, много болтал и гулял вечерами, она ему помогала морально и финансово, но было принято негласное решение ходить на кладбище на второй день пребывания Скарамуччи в городе. Маму и сестру похоронили рядом с Макото. Навещать их могилки было не очень. Смотреть на трёх своих родственников, похороненных рядом друг с другом, было не очень. Куникудзуши клал на каждую могилу по два цветка, а затем в слезах уходил с кладбища. Одно и то же каждые каникулы в универе. Хотелось бы навещать ещё и Лизу, но являться к ней слишком опасно из-за Дотторе. У Сары Куникудзуши пытался заработать. Вышивал крестиком, рисовал что-то. Удивительно, но вышивки и его размазню кто-то покупал. Не за очень дорого, но покупали же. Да и за несколько лет сумма накопилась приличная. Закончив университет, парень съехал от Сары и снял себе маленький домик. Вместе с тем, устроился на подработку. Так как еду ему покупать не надо, бюджет парня всё рос. Когда он был достаточно большим, он перестал снимать дом и купил более большой и удобный. Начал больше путешествовать. Вот только в городах, в которые ездил Скарамучча всегда вскоре находили жертв, обычно подростков, или с ножевыми ранениями, или с укусами животных. Укусы принадлежали Скарамучче, тут даже дурак поймёт, а раны от ножа, который брюнет взял у Мико при побеге с родного города, и который он всегда носит с собой, на случай самозащиты от типов вроде Иля или того, из-за кого он стал вампиром, да и кровь добывать он помогает. Так он приспособился питаться самостоятельно. А дальше ничего интересного. Квартиры, машины, алкоголь, какие-то мероприятия. И так вплоть до теперешнего года. Куникудзуши вздохнул и поднял взгляд на Каэдэхару. – Скара.. Кадзуха тут же обнял Куникудзуши, заставляя синеглазого удивлённо хлопать ресницами. Такое любимое тепло вновь разлилось по телу, наполняя небьющееся сердце самыми разными чувствами. Рубиновые глаза напротив смотрят со всей ласковостью и нежностью и чутка с грустью. – Мне жаль, что это произошло с тобой. В следующую секунду Куникудзуши чувствует прикосновение мягких губ у себя на лбу. Это наверняка сделано с целью немного успокоить Куникудзуши, но вместо этого это наоборот вызвало у него ещё больше эмоций. Лицо тёмноволосого покрылось румянцем, а сам он вглядывался в глаза Каэдэхары, пытаясь в этих глазках необычного цвета найти ответ на вопрос что сейчас было.
Примечания:
Я не думала, что эта глава выйдет настолько большой.. В любом случае, пожелания на счёт поцелуя в лобик я учла, ещё я чуть не уснула за клавиатурой, так что ошибки с большей вероятностью тут всё же есть. Публичная бета открыта, как и всегда
