Стороны души

— Шизу-тян! Эй, Шизу-тян! Девочка с короткими каштановыми волосами пыталась растолкать спящую Канзаки, но та только лишь отмахнулась, пробурчав что-то невнятное в ответ. — Да вставай же! — горячо прошептала Юки, с большей настойчивостью теребя Шизуку за плечо, — У нас, кажется, новенький! — Юки-тян, мне всё равно, — чуть более разборчиво проворчала Шизука, всё-таки разлепляя веки, — Ночь на дворе, все спят, а ты.. — Но у него такие красивые крылья! Ну хоть одним глазком взгляни.. Несмотря на попытки Юки, Шизука так и не смогла побороть желание хорошенько отоспаться. Накануне были тренировки, и она потеряла много крови, активируя причуду несколько раз подряд. Даже врач сказал ей хорошенько выспаться этой ночью и воздержаться от какой-либо активности, да Шизука и не возражала в общем-то. Но вот Юки.. На следующее утро никакого «новенького» группе не представили. Шизука открыла глаза, натыкаясь взглядом на белоснежный потолок. Тело ломило, раны ныли, а рядом стояла капельница с кровью, подключенная к катетеру на сгибе локтя. Ну, хоть в голове была пустота — белокурая даже не смогла вспомнить, что ей снилось. — Какое отвратительное дежавю, — прохрипела девушка, оглядываясь. Обыкновенная больничная палата: пара коек, тумбочка между ними и широкое приоткрытое окно. За эти несколько дней Канзаки оказывалась в таком положении уже дважды, а это чаще, чем за последнюю тройку лет. Такая тенденция не понравилась девушке, но в этот раз она не могла так просто уйти, ведь слабость многотонными цепями сковала всё тело — и пальцем двинуть не получалось, не то чтобы встать. — А ведь я просто недопила этот чёртов сок, — с отвращением прошептала героиня, тяжело вздохнув, — Пора бы тщательнее относиться к здоровью. Спустя пару десятков минут, Шизука всё-таки смогла двигаться — и первой, что она увидела, была какая-то записка на тумбочке. Она лежала лицом вниз, сливаясь с такой же белой поверхностью, поэтому Канзаки сразу её и не заметила. С лёгким интересом в глазах девушка аккуратно протянула руку и взяла небольшой бумажный квадратик, поднося к лицу. — «Без сознания ты выглядишь куда милее. Быть может, стоит почаще падать в обмороки, когда мы пересекаемся?» — прочитала Шизука, почувствовав, как дёрнулся глаз. — Козёл, — скрипнула зубами героиня, сминая записку и откидывая её подальше, — Засунь свой сарказм себе в.. Гневную тираду прервал телефонный звонок, что раздавался из ящика в тумбочке. Кое-как открыв его и достав мобильник, Шизука увидела «Босс» на дисплее и хмыкнула. — Алло. — Кажется, ты переработала, Канзаки-сан, — сразу переходя к делу, ответила Рюкю, и по её голосу Шизука поняла, что женщина встревожена, — Как ты? — Немного потрепали, но, в целом, всё нормально. — Что-то я не заметила, — недовольно раздалось по ту сторону трубки, — Ты снова в больнице, и на этот раз не только с ранами, но и с анемией. — Ну.. Всякое случается, я же всё ещё жива, — пожимая плечами, ответила Канзаки, — А анемия для меня — обычное дело. — Я знаю. Но в этот раз всё зашло слишком далеко, и я считаю, что тебе стоит взять отпуск. Хотя бы на неделю, — Рюкю знала, что белокурая не согласится на больше. Да и согласится ли вообще? — Это не просьба. Канзаки поморщилась, проклиная чёртову анемию. Рюкю с самого начала знала о возможном развитии этого недуга, но всё равно дала Шизуке шанс, и девушка оправдывала её ожидания целый год, лишь только иногда жалуясь на некоторые симптомы, но она никогда не попадала в больницу по этому поводу. — Так точно, — ей оставалось только согласиться, потому как начальница была права — быть может, небольшой отдых без применения причуды действительно пойдёт ей на пользу, — Благодарю за беспокойство. — Хорошо, — подитожила женщина, с облегчением вздыхая, — К слову, Ястреб неплохо о тебе отозвался, даже несмотря на твой..тон. Конечно, я-то знаю об этом, а вот он.. Ещё несколько минут героини говорили ни о чём, а затем Шизука решила оповестить о своём пробуждении медработников. По правде говоря, она хотела отпроситься домой, но подошедшая медсестра бескомпромиссно ответила, что ещё минимум пару дней Канзаки должна была находиться в больнице под присмотром врачей. Эта новость вызвала лишь раздражение, но вместе с тем и смирение.

***

Эти дни были чуть ли не самыми скучными в жизни Канзаки. Привыкшая к максимальной активности, девушка то и делала, что пыталась хотя бы разминаться, на что врачи только отрицательно мотали головами и категорически настаивали на постельном режиме. Единственным развлечением Шизуки был Интернет, но и постоянный скроллинг ленты героине тоже порядком надоел. И какова же была её радость, когда она, наконец, смогла вырваться на волю. Погода была шикарной для первых дней осени: солнце слепило глаза, на небе не было ни облачка. А самое главное, физическое состояние было прекрасным — дрянное головокружение больше не мучило, как в первый день появления в больнице, слабости не было, да и другие симптомы отступили. Все эти факторы сложились в отличное настроение, и Шизука даже позабыла о том, что ей практически приказали не работать целую неделю.. А когда вспомнила, то сразу поникла. — Ну, ладно, зато, наконец, займусь собой, — постаралась убедить себя белокурая, но не особо-то и получилось. Шизука априори отдыхала слишком мало, ведомая отчасти болезненной мыслью о том, чтобы спасать других. Это началось ещё в детдоме, когда она сказала Хитоми, что хочет стать героем. Измучивая себя тренировками по управлению причудой, девочка всё не понимала, почему так усердно хочет подчинить свою непростую силу себе и направить её на спасение людей. Словно одержимая. Словно нечто в прошлом поспособствовало этому. Воспитательница тогда очень волновалась, ведь слишком часто видела лежащую в луже собственной крови Канзаки, вымученную, разбитую, но с лихорадочным блеском в глазах. — Шизука-тян, может, передохнёшь немного? — мягко обратилась женщина к ней, наблюдая, как врач обрабатывает раны воспитанницы. Честно говоря, её тревожило такое рвение, ведь именно после подмены памяти она начала себя так вести, — Ты так усердно занимаешься.. Некоторые дети уже побаиваются тебя, — неловко улыбнулась она, отведя взгляд, — Правда, остальные хотят быть похожими на тебя, проявляя соответствующее рвение в учебе. Особенно Юки-тян. — Она вечно таскается за мной, — морщась от обеззараживающих процедур, ответила Канзаки, — И мешает. Из-за неё я не могу сосредоточиться.. Ай! — вскрикнула Шизука, когда врач слишком сильно надавил на рану, — Больно.. — Извини, Шизука-тян, — добродушно улыбнулся мужчина, поскорее перевязывая руку малышки, — Задумался. Хитоми-сан ведь права, ты перегружаешь своё тело. Мы же не хотим, чтобы ты заболела. — Заболела, в итоге, — мрачно ухмыльнулась белокурая, ожидая автобус на остановке, — Но не волнуйтесь. Я буду лучше заботиться о себе.

***

Ещё два дня назад, закончив с подрывниками и доставив Луноликую в больницу, Ястреб вернулся в свой район, который, к слову, находился через один от района, где работала и жила девушка. Не так далеко, но и не близко, чтобы выкроить время для сентиментального посещения этой беловолосой язвы. К счастью, или к сожалению, Крылатый герой слишком ценил своё время, поэтому в любом случае не стал бы растрачивать его на подобного рода вещи, пусть даже и добраться до больницы для него было парой пустяков. Недаром же ему даны столь мощные крылья. В небе, вдали от городской суеты, Кейго частенько посещали разного рода мысли. И в это раз они коснулись Шизуки, потому что при первой встрече она показалась ему отдалённо знакомой. Много ли блондинок с прямыми угольно-чёрными рогами и отстраненным взглядом он видел? Быть может и много, ведь ежедневно общается с приличным количеством людей, хоть и на уровне «привет-можно автограф-мы любим тебя, удачи». Действительно. — «Стоит получше изучить её досье», — подхватывая пожилую женщину, что, не увидев красного света на светофоре, чуть не попала под машину, и аккуратно опуская её на противоположную сторону перехода, подумал Кейго, с улыбкой принимая благодарности от старушки. Вообще, у мужчины сложилось двоякое ощущение о Шизуке: как герой, работающий относительно недавно, она справляется очень даже хорошо. Несмотря на то, что он спас её дважды, Рюкю — нанимательница девушки — давала лишь положительные комментарии, когда Кейго позвонил ей, что, конечно, не могло не радовать. Герои, подающие надежды в юном возрасте, всегда находились у Ястреба в почёте. Причуда Луноликой произвела неизгладимое впечатление на мужчину, признаться честно. Как-то раз пролистав краткую информацию о ней, мужчина даже подумать не мог, что девушка наносит себе такие увечья в угоду профессии. Страдает ради других? Это похвально, бесспорно. Однако.. Её характер никак не вязался с тем, что она вообще работает героем. Конечно, герои разными бывают — главное, чтобы оправдывали своё имя, но и диалоги вести с общественностью нужно уметь. — «Хотя, откуда мне знать? — растягиваясь в ироничной улыбке, подумал мужчина, легко отлавливая парочкой перьев грабителя, зачем-то решившего действовать средь бела дня, — Может, это я ей просто не нравлюсь. Что за предвзятость?» К слову, Рюкю и об этом тоже обмолвилась. Шизука — довольно закрытая личность, прохладная в общении и, в целом, немногословная. Удивительно, как такая женщина, как Тацума-сан, могла взять под крыло столь противоречивое создание? Улавливая себя на мысли, что слишком много размышляет о той, с которой, скорее всего, уже не встретится, мужчина взъерошил волосы на затылке, выслушивая очередные хвалебные комментарии от группки подростков, перед которыми поймал очередного негодяя. — «Пора бы направить мозговую деятельность в нужное русло.»

***

Шизука оглушительно чихнула — звук отразился от стен, резанув по барабанным перепонкам. — Этого не хватало ещё в придачу к анемии, — шмыгнув, проворчала Канзаки, ставя пакеты с продуктами на кухонный стол. Сегодня она захотела устроить себе плотный ужин, ведь обычно ест не больше раза в день. Наверное потому, что готовит неважно, и это еще мягко сказано, однако в этот раз белокурая со всей серьёзностью взялась за приготовление. Спустя пару часов на столе красовалось любимое ещё с детства блюдо — карри, выглядящее немного неказисто. К приятному удивлению, на вкус оно оказалось более-менее сносным, и Шизука почувствовала внутреннее удовлетворение. К карри девушка приготовила ещё и темпуру, но, кажется, переборщила с перцем. Есть было можно, но только в паре со стаканом воды. И, наконец, десерт.. — Мама.. — подавленно пропищала героиня, проглатывая абсолютно сырой мандзю, и сразу закашлялась. Дрожащей рукой дотянувшись до стакана воды, Шизука осушила его за пару глотков, с грохотом поставив на стол. Во рту все ещё чувствовалась липкая консистенция теста, поэтому Шизука решила заесть карри. Значительно полегчало. — Отныне только доставка, — с жалобным вздохом проговорила белокурая, складывая посуду в мойку, — Столько сил и продуктов потрачено в пустую.. Спасибо хоть за карри, — саркастично обратилась к себе героиня, всплеснув рукой. В детдоме, когда была очередь Канзаки готовить, все воспитанники заведомо были готовы к несварению желудка. Хитоми настаивала на том, чтобы все дети учились готовить и хотя бы раз в день угощали своей едой других, даже несмотря на неутешительный результат. Наверное, с Шизукой в отвратительных блюдах мог посоревноваться только Кай, но Шизука, в первую очередь, была подрастающей девушкой, поэтому и спроса с неё было больше. — Шизука-тян, как же ты будешь готовить для своего будущего мужа? — качая головой, спрашивала Хитоми, с подозрением глядя на странное месиво в тарелке, — Это очень важно, так что в следующий раз уж постарайся. — Зачем мне какой-то муж, если он сам готовить не умеет? — в ответ пробурчала белокурая, заслуживая осуждающий взгляд женщины, — Тем более, я могу и рамена съесть. Девушка прыснула, вспоминая. Кажется, в последние дни она слишком часто возвращается к прошлому. Хотелось бы скинуть это всё на возраст, но героиня была ещё слишком молодой, чтобы жаловаться. В старости ещё и маразм начнётся, вот тогда-то уже можно будет и волноваться. Вечер девушка провела за книгой. У неё имелась небольшая домашняя библиотека, даже очень небольшая, но частенько обновляемая, так что от одного и того же чтива она не страдала. На фоне звучал какой-то сериал, только лишь заполняя тишину, на кухне дымился чайник — Шизука заимела привычку еще в подростковые годы пить на ночь сладкий кофе. Наверное, поэтому она потом не могла уснуть, но от привычки было уже не избавиться. Может, и не снится ей ничего из-за кофе? Канзаки не могла вспомнить, когда ей априори что-то снилось, начиная ещё с детдома, так что кофе вряд ли имел к этому какое-то отношение. А что тогда имело?