Моя прекрасная нуна

Чонгук лежал на своей кровати в отеле, широко раскинув руки, и смотрел в потолок. Перед глазами до сих пор стояла картина обнимающихся Бонни и Джунги. Между рёбер ныло, не переставая. Когда их взгляды пересеклись после того, как он увидел её руку на спине Ли, задорное настроение Чонгука улетучилось со скоростью света. Всё, что происходило после – шутки с хёнами, разговоры, прогулка – всё это уже сопровождалось фальшивыми эмоциями и улыбками с его стороны, и исключительно для того, чтобы не показать мемберам своего истинного состояния. То, что она называла дружескими отношениями с Джунги, в ту минуту вовсе не выглядело таковым. И любой бы с ним согласился. Хён светился, как начищенная до блеска монетка, и смотрел на Бонни так, словно не мог на неё надышаться. Чон, возможно, не психолог уровня «Мастер», но и не настолько слеп и наивен, чтобы не считать очевидное состояние Джунги в тот момент. Рука сама потянулась к телефону, лежащему рядом на подушке. Думать, анализировать не хотелось, а вот быстро и прямо задать вопрос – вполне.

Jungkook

Просто друг?

И плевать, что он потом может пожалеть о написанном и вообще о том, что высказался по этому поводу. Внутри всё кричало в обиде и негодовании. Он повёлся на это её «друг», хотя уже тогда многое говорило совсем о другом. Вряд ли у них всё случилось за день. Джунги справляет её первую неделю на рабочем месте; Джунги допоздна ждёт её, чтобы подвезти, засыпая в машине; Джунги летит в Лас-Вегас, чтобы встретиться с ней и прогуляться. Что там ещё по списку? В голове вновь всплыло воспоминание её касания к нему у фонтанов и стало так тяжело на душе. Чонгук смотрел на экран телефона, но никаких сообщений нет, хотя его собственное прочитано. Он убрал гаджет на прикроватную тумбу и перевернулся на живот, обнимая подушку и глядя теперь на стену напротив. Скорее всего, она и не ответит.

***

Бонни не знала, что написать в ответ. Она сразу поняла вопрос, но совершенно не знала, что сказать. Оправдываться не хотелось, придумывать что-то - тоже, но вот парадокс – говорить правду так же не было желания. Когда она увидела его взгляд, полный разочарования, хотелось дать себе хорошего «леща». И попробуй разбери, за что и почему. Она всё ещё считала, что поступила абсолютно верно, согласившись попробовать построить отношения с таким замечательным человеком, как Джунги. Он точно будет ей дарить ощущение твёрдой почвы под ногами и безопасности. Но стоило ей только вспомнить глаза Чонгука, как в очередной раз засосало под ложечкой. Неужели он имел какие-то виды на неё? На полном серьёзе? Нет, этого не может быть. Абсурд. Зачем она ему? Вокруг есть куда более привлекательные и молодые претендентки на его сердце. Бонни же совсем недавно нарисовалась в поле его зрения спустя несколько лет. Так с чего бы это ему думать о ней в таком ключе? Сейчас бы Лейла ей такой нагоняй устроила за подобные мысли. «Что ты несёшь, Бонни? Большей чуши я не слышала!» — самое частое высказывание подруги, когда Бонни начинала загоняться «всякой ерундой». Конечно, она ещё молода, красива, умна, но не так-то просто перенастроиться на другое мировоззрение уже сформировавшемуся человеку. Что бы там ни было, но сообщение от Чонгука она оставила без ответа. *FLASHBACK* — Нуна, спой, пожалуйста. Этот щенячий взгляд сражал наповал, и отказывать не было сил. Какой же он негодник! Опять, видимо, о чём-то размышляет. Они одни сидели в гримёрке, пока остальные обедали, разойдясь кто куда. Оба устали, и хотелось посидеть на удобном диванчике подольше. Хотя желудок явно не был доволен подобным раскладом дел. Им было так легко и комфортно просто сидеть и молчать, изредка перебрасываясь простыми фразами. Макнэ по привычке устроил свою голову на плече Бонни, и её это нисколько не тяготило. Она привыкла. — Тебя что-то расстроило, Чонгук-и? Бонни с нежностью провела рукой по его волосам, от чего он, как всегда, прикрыл глаза, на какое-то время теряя свой «ход конём» в уговорах подруги. Этот жест стал уже таким привычным. Как и его реакция на него. — Я немного устал и мне нужен релакс в виде песни. Она рассмеялась. — Ты день и ночь в музыке, и в качестве релакса просишь спеть? Чонгук улыбнулся чистой, светлой улыбкой и открыл глаза. — Ты не понимаешь, нуна, я хочу послушать именно тебя. Бонни с минуту всматривалась в него, обдумывая варианты песен, чтобы негромко напеть этому неугомонному макнэ. — Есть у меня на примете одна старенькая песня. Она такая красивая, я иногда слушаю её в наушниках. Чонгук с интересом посмотрел на неё и, отвернувшись, снова прикрыл глаза. Наконец, собравшись с мыслями, Бонни начала, вытягивая ноты тонким голосом: — Oceans apart day after day Нас разделяют океаны, и день за днём And I slowly go insane Я медленно схожу с ума. I hear your voice on the line Даже твой голос в телефонной трубке But it doesn't stop the pain Не излечит от этой боли. If I see you next to never Раз наши встречи так редки, How can we say forever Как мы можем говорить, что это навсегда? Wherever you go Где бы ты ни была, Whatever you do Что бы ты ни делала, I will be right here waiting for you Я буду ждать тебя здесь. Whatever it takes Чего бы это ни стоило, Or how my heart breaks Даже если сердце моё будет разбито, I will be right here waiting for you. Я буду ждать тебя здесь. Она закончила петь, и наступила тишина. Лишь где-то вдалеке, за пределами комнаты, слышались чьи-то голоса. — Красиво… – тихо выдал Чонгук. Бонни кивнула, задумавшись о чём-то своём. А он лениво, почти неслышно стал напевать, словно себе самому, строчки из Boy In Luv. Но, даже не закончив, вдруг оживился и, глядя прямо на Бонни, сказал с воодушевлением: — Нуна, я решил, что когда подрасту, стану твоим оппой! Бонни удивлённо смотрела на него, пытаясь понять, о чём это он. Чонгук сейчас выглядел так, словно принял для себя какое-то очень важное решение. — Это я сейчас мал, – продолжал он, – но ведь так будет не всегда. Потом я вырасту и смогу стать тебе оппой. Я буду взрослым парнем. Бонни ещё какое-то время смотрела на него, едва сдерживая смех, но, так и не сумев справиться с собой, звонко расхохоталась. — Чонгу-ук, – смеялась она, – ты же понимаешь и сам, что это не тот статус, который с возрастом меняется. Даже если тебе будет тридцать лет, я всё равно останусь нуной по отношению к тебе. Бонни смахнула слезинки с уголков глаз. Казалось, даже усталость прошла – настолько он её развеселил. Чонгук широко улыбнулся. — Ты корейцу это объясняешь, мисс Эванс? Бонни шлёпнула его по руке. Чонгук хихикнул и продолжил: — Просто я стану взрослым и смогу тебя защитить, смогу сам быть тебе опорой. Я просто сам стану твоим оппой. — Да ну тебя, – Бонни махнула рукой и поднялась с диванчика, направляясь в сторону выхода, – пойдём уже поедим. Они там наверняка всё самое вкусное разобрали, пока мы тут торчали. Чонгук посидел ещё буквально несколько секунд, но быстро подскочил и, следуя за ней, крикнул: — Вот увидишь, нуна, я буду твоим оппой!

***

Саундчек пролетел незаметно, и наступило время концерта. Стадион был забит до отказа и утопал в свете арми-бомбочек. Парни стояли за кулисами в ожидании своего выхода и разминались. Сколько за всё время существования группы у них было концертов, выступлений? Много. Очень много. Но каждый раз они испытывали это приятное волнение перед встречей с арми, которых любили особенной любовью. Такой, которую могли разделить только с ними. Слышны были шум из зала, скандирование имен участников. — Давайте просто сделаем это, – ободряюще сказал Намджун, и остальные согласно закивали, собирая в центр руки для дружеского выброса вверх. Начало было положено. Парни зажгли зал с первых нот и держали планку песню за песней. На сцене они чувствовали себя максимально комфортно и могли веселиться от души, взаимодействуя как с залом, так и между собой. Подпевающие и танцующие фанаты, световые эффекты мерча, море плакатов с различными надписями, коллажами и просто постеры с фото, смех, слёзы, догонялки прямо на сцене, излюбленное дурачество, которое с годами никак не исчерпало себя и, конечно же, жгучие танцы вкупе с искренним и душевным пением — вот он, идеальный концерт BTS. В промежутках между выступлениями, когда нужно было сменить одежду, мемберы старались отдышаться и охладиться. С последним им помогали работники-стафф, которые каждый раз ждали их за кулисами с портативными мини-вентиляторами, которыми освежали участников. Тэхён сидел на невысоком стуле, стянув с себя футболку, и подставлял лицо такому вентилятору, который держала Бонни. Она старалась не задерживать его на одном месте и в одном направлении, периодически перемещая то в район шеи, то затылка, то спины. Видеть бантанов без одежды не было чем-то новым или экзотическим, ведь вне камер и вне сцены они были обычными людьми, которым нужно переодеться, обтереться, отдохнуть. И если поклонники, а вернее, поклонницы, хихикая, искали даже малюсенькое фото или кадр, на котором у мембера хотя бы задралась кофта, то стаффу лицезреть «голых» BTS было не только не в новинку, а даже обычным делом. Работа есть работа, как для одних, так и для других. — Может, я принесу тебе воды? – предложила Бонни Тэхёну. Он безмолвно покачал головой, одаривая её лёгкой улыбкой. — Я уже осушил бутылку, так что пока воздержусь. — А вот я хочу воды, – услышала Бонни справа от себя. Чонгук смотрел в её сторону, поигрывая ногой, закинутой на другую, всем своим видом показывая ожидание живительного напитка. Буквально за его спиной крутилась Сэри, которой он мог адресовать свой запрос, прекрасно видя, что Бонни занята другим участником. Ви с едва заметным любопытством посмотрел в его сторону, но никак не прокомментировал сказанное. Немного неловко потоптавшись на месте и видя, что Чонгук не собирается отзывать свою просьбу, она чуть наклонилась к уху Тэ и негромко проговорила: — Если ты не против, я скоро вернусь. Тот кивнул, принимая из её рук вентилятор и направляя поток воздуха в область груди. Менее чем через минуту Бонни, с двумя бутылками воды, снова была на месте. Она бойко открыла одну и подала её Чонгуку. — Секундочку, мне тоже жарко, – бросил он ей перед тем, как принять напиток, и так же, как и Тэхён, стянул с себя футболку. Но ведь это можно было сделать намного раньше, когда он только сел на своё место, или хотя бы в тот промежуток времени, когда Бонни отходила за водой… Она заметила, как глаза Тэ заискрились от улыбки, которая пока не отображалась на губах. Он повернулся всем корпусом к Чонгуку и пристально посмотрел на него, выгнув бровь. — Что? – улыбаясь, спросил Чон. — Жарко мне, говорю. Ви буквально одними губами сказал: «Ты серьёзно?», и секунду спустя беззвучно засмеялся, закрыв лицо руками. Кажется, сейчас проснулся тот самый Чон-ребёнок. Тэхён практически сразу понял, почему он себя так вёл, но Бонни… А вот это уже интересно. Надо будет потом ещё к ним присмотреться… Ким, придя к такой мысли, больше не стал терять времени и сразу встал, чтобы быстро переодеться. — Чонгук, время! Почему ты ещё сидишь? – рядом громко оповестила о своём появлении Наён и недовольно посмотрела в его сторону. Воспользовавшись моментом, Бонни быстро покинула это место, следуя за Тэхёном. Этот небольшой эпизод снова и снова посещал голову Бонни, которая не знала, смеяться ей или плакать. Конечно, рыдать она не собиралась, но внутренне стушевалась от осознания того, что Чонгук, пусть и так по-детски, пытался переключить её внимание с Тэхёна на себя, да ещё и решил впечатлить эпичным снятием футболки, демонстрируя безупречную фигуру. На этом моменте она не смогла подавить смешок. «Чонгук, Чонгук, а я уж думала, ты давно и окончательно вырос». Ну, фигура, безусловно, была безупречна, тут не поспоришь, сложен ДжейКей отлично. Но он, видимо, забыл, что они на работе, на которой в порядке вещей светить за кулисами голым торсом в процессе переодеваний, примерок и прочей суеты. И впору бы сказать резонное: «Да что я там не видела!», если бы не малюсенькое «но». На концертах в Сеуле так уж вышло, что Бонни работала в другой локации и разглядывать Чонгука-Аполлона ей попросту не пришлось. А тут получите-распишитесь. Просто она настолько была сегодня поглощена выполнением своих обязанностей, что не было времени рассматривать и оценивать некоторых личностей. И она не будет показывать пальцем, каких. Так или иначе, но она поймала себя на мысли, что последние минуты улыбалась, не переставая. Должно быть, со стороны это выглядит странно, а значит, надо взять себя в руки. — Сейчас у них на очереди чёрные костюмы, а значит… — послышался громкий голос менеджера с планшетом в руках, и Бонни вновь влилась в рабочий процесс.

***

Лишь на четвёртый день концертов Бонни смогла более или менее нормально посмотреть на парней из-за кулис, а точнее, за их выступлениями. Она понимала, почему их так любит публика, и почему так сильно поклонники хотят попасть на их концерт. Взаимодействие между BTS и ARMY было потрясающим. Они отдавали себя друг другу на все сто процентов. Чонгук выкладывался на все двести. Не зря же сами мемберы так о нём говорили. На плечо Бонни легла чья-то тёплая ладонь, заставив её вздрогнуть. — Наслаждаешься концертом? – мягко спросил Джунги, улыбнувшись. — Можно сказать, что так, – ответила Бонни, – не поверишь, но это практически впервые за то время, что я работаю. Суматоха, указания, беготня за кулисами не давали мне такой возможности. А ведь большинство людей думают, что мы постоянно смотрим бесплатные выступления. — Я тебе больше скажу – большинство думает, что это работа мечты, ведь ты в постоянном контакте с айдолами. — Да, да, – улыбнулась Бонни, – и трогаем их, и на голых смотрим, и болтаем с ними — не работа, а действительно мечта. Джунги рассмеялся и кивнул в сторону сцены: — Некоторые даже не подозревают, что сами артисты очень усердно трудятся и от многого отказываются ради вот этого. Они оба замолчали, глядя на танцующих бантанов. Бонни знала. Она знала, какой это труд. Она видела истоки. Взгляд сам зацепился за Чонгука, лицо которого блестело от капелек пота в то время, когда он совершал отточенные танцевальные движения, исполняя свою партию в песне. Резкий оборот на сто восемьдесят градусов и попытка отдышаться, отбежав в сторону, к самому краю сцены у кулис, пока другие участники отрабатывают свою часть. На это уходят лишь секунды, и грудь Чона тяжело вздымается. Он, словно зная заранее, впивается глазами в Бонни, слегка приподнимая уголки губ, но практически сразу замечает за её спиной Джунги. Выражение его лица резко меняется, но уже вновь пора выбегать в центр сцены. Бонни провожает его взглядом и вновь слышит у самого уха: — Бонни, как насчёт того, чтобы погулять сегодня перед сном? — М… угу… — Бонни? Она поняла, что толком не ответила ему, задумавшись и промычав что-то непонятное. — Да, конечно, почему нет. Только ты не забудь, пожалуйста, – добавила она сразу, понизив голос и повернувшись к нему лицом, чтобы никто их не услышал, – я «помолвлена», а значит, нам не стоит постоянно светиться вместе, гулять на виду. Меня могут неправильно понять и оклеймить… скажем так, не очень верной невестой. Джунги посмотрел на её руку, но не увидел кольца и удивлённо спросил: — Но где… — Оу, я снимаю его на время работы вот в такие дни, потому что оно мне мешает. Но потом вновь надеваю. Так что после работы оно будет на месте. — Бонни, наши люди и такое могут не понять, ты это учти… Бонни прекрасно понимала, о чём он, и не могла с ним не согласиться. Но… Но в последнее время она ловила себя на мысли, что кольцо ей словно мешает. И не во время работы, а теперь уже постоянно. Особенно когда взгляд невольно падал на Чонгука. И как бы она не отвергала взаимосвязь между этим неудобством и Чонгуком, отрицание получалось слабым. Если подумать, это какое-то чудо (пусть и не очень понятное), что он ни разу не обратил на него внимания за эти месяцы. Однако если копнуть чуть глубже, ответ очевиден. По сути, они чаще всего сталкивались в разгар её очередного рабочего процесса, а тут она Джунги не соврала – кольцо снималось. Бонни вообще не сильно жаловала украшения на руках, а потому все эти кольца и браслеты чаще её тяготили. Серьги, цепочка или колье на шее были куда привычнее. — Я поняла тебя, Джунги, и учту, – сказала она и немного отодвинулась в сторону, так как бантаны один за другим стали забегать за кулисы. — Ладно, я пройдусь в другом месте, не буду тебе меш… — Прости, Джунги-хён, – послышалось вежливое извинение Чонгука, который толкнул Джунги плечом, проскакивая мимо них. — Всё в порядке, Чон, – Ли понимал, что тот не специально. «Да что с тобой? Ты что творишь?» — корил себя Чонгук, направляясь в гримёрную. Никогда он не позволял себе подобного поведения. На его памяти не было такого случая, чтобы он вёл себя так. Всегда сдержанный, максимально вежливый и воспитанный, но, обуреваемый сильнейшим раздражением, чуть не выдал свои эмоции, толкнув ни в чём не повинного Джунги. Да, это не было случайностью, и рядом было вполне достаточно пространства, чтобы пробежать, не задевая других. Видеть их, воркующих и мило улыбающихся друг другу, оказалось невыносимо. Он всё ещё помнил, что она не ответила ему на сообщение. Зато на следующий день поздоровалась, как ни в чём не бывало. Она не подтвердила его опасения относительно романтических отношений между ней и хёном, но и не опровергла. И это просто бесило. Неизвестность сильно бесит. Спросить в лоб он не мог: вдруг она неправильно поймёт его? «А как тут вообще по-другому понимать?"

***

На город опустился весенний поздний вечер. Но такой город как Лас-Вегас всё равно игнорировал сей факт, сияя тысячами огней. Здесь именно с вечера и начиналась вся самая активная, интересная и яркая жизнь. Чонгук стоял перед зеркалом, приводя волосы в порядок, в то время, как на кровати его номера распластался Тэхён, набирающий что-то в телефоне. На кресле позади Чона расположился Чимин, который так же залипал в светящийся экран. — Итак, чем сегодня займёмся? – спросил Чимин, не отрываясь, как оказалось, от игры. — У нас же небольшая вечеринка, – проговорил Чонгук, который теперь был полностью удовлетворён своей причёской. — Очки возьми, те классные, – послышался голос Тэхёна. — Ночью? — А на передачи и интервью ты как ходил? — Ну, то съёмка. Чонгук, немного подумав, всё же захватил аксессуар и повернулся к парням. — И долго вы будете валяться? Чимин лениво поднялся с кресла, и его примеру последовал Ви. Не теряя больше ни минуты, парни покинули номер макнэ и направились к лестнице, ведущей вниз в холл. В конце коридора показался Юнги. — О, хён, ты тоже с нами? – оживлённо спросил Тэхён. — Ты терроризировал меня сообщениями последние полчаса, а теперь удивляешься? – недовольно пробурчал Шуга. — Хё-ё-ён, – Тэхён радостно повис на шее старшего, всем своим видом выказывая восторг. — Ну всё, всё, давай только без этих нежностей, – сморщившись, Юнги попытался отцепить от себя Тэ, который сдался далеко не сразу. Перекидываясь между собой ничего не значащими фразами, они незаметно оказались в холле, недалеко от ресепшена. Мистер Ли о чём-то разговаривал с администратором и, увидев спустившихся парней, кивнул ему и направился к мемберам. — Готовы? Ничего не забыли? Парни вразнобой ответили, и все вместе они направились к заднему выходу из отеля. — Спереди вас уже стерегут, – коротко бросил Ли через плечо, и бантаны понимающе кивнули, следуя за ним. Показав рукой, чтобы они немного подождали, мистер Ли сначала выглянул за дверь первым, проверяя, на месте ли автомобиль и пара парней из охраны. Затем жестом дал понять, что теперь и бантаны могут следовать за ним. Наконец автомобиль тронулся с места, и Чонгук стал смотреть на улицы за окном. Всюду мелькали огни ночного Вегаса, окрашенного в фиолетовый цвет. То тут, то там сновали люди, кто-то катался на скейте, кто-то сидел за столиком открытого кафе, кто-то бегал у фонтана. Разные компании, как молодых парней и девушек, так и людей более зрелого возраста. Но, в основном, преобладала молодёжь. На светофоре, когда машине пришлось остановиться и ждать своего света, Чонгук заметил целующуюся на тротуаре парочку. Они ничего и никого не стеснялись и явно чувствовали себя максимально свободно. В Корее такое открытое проявление чувств было не принято, несмотря на большое количество парочек и вообще чуть ли не их культ. Однако одно дело прогуливаться за ручку, и совсем другое - стоять посреди улицы и целоваться. Чонгук вздохнул, подумав о том, что давненько у него самого не было никаких отношений. Последние получились настолько короткими, что он даже не успел их как-то прочувствовать. А ведь изначально понимал, что надолго их не хватит. Тот темп, в котором он жил, отнюдь не устраивал девушек, жаждущих долгосрочных и крепких отношений 24/7. А ещё в мыслях вновь возникла Бонни. Интересно, а она будет на сегодняшней вечеринке? Ведь её изначально решили устроить и для артистов, и для желающих работников. Небольшая тусовка для своих, чтобы отметить окончание концертов и расслабиться. Правда, Чонгук решил, что вряд ли будет напиваться сегодня и вообще постарается держать себя максимально в трезвом состоянии. «Ну и зачем туда тогда идти?» – деловито поинтересовался у него Чимин, когда Чон озвучил свои намерения. «Сегодня, думаю, можно и напиться» – поддакнул Тэхён. Чонгук посмотрел в ту сторону, где сидели эти двое, о чём-то переговариваясь. Чимин с возмущённым видом смотрел на Кима, который о чём-то говорил с довольным видом и явно наслаждался тем, что по его милости Пак закипал с каждой секундой. Чонгук усмехнулся. Это излюбленное занятие Тэхёна — бесить Чимина. Ему просто жизненно необходимо периодически что-то вбрасывать в их диалог, чтобы потом с удовольствием наблюдать за тем, как глаза Чимина улетают куда-то в стратосферу, становясь больше, чем это вообще возможно в его случае. Как тут можно не улыбнуться. С другой стороны от них сидел Юнги, который так же, как и Чон, смотрел в окно и думал о чём-то своём. Чонгук как раз хотел спросить у мистера Ли о том, сколько ещё им ехать, как машина мягко притормозила у нужного заведения. Внутри уже было шумно, и слышались звон стекла бутылок и рюмок, музыка, а так же смех присутствующих. Как только они зашли, дверь за ними закрыли на ключ, чтобы никакие другие посетители не смогли попасть в этот ресторанчик, который был забронирован ещё днём. — А вот и мальчики, – сказала Наён, накладывая себе в тарелку мяса и листьев салата. Бонни посмотрела в сторону входа и увидела зашедших. Глаза сами, в первую очередь, нашли Чонгука. Но он быстро пропал из поля зрения, увлекаемый своими товарищами по группе. Джунги идти сюда с ними отказался, однако добавил, что, если передумает, то обязательно подъедет в любой момент. Да и нужно было, как никак, попытаться соблюдать их с Бонни договорённость о конфиденциальности отношений. — У-у-у! – послышались громкие улюлюканья, и девушки машинально повернули головы влево, откуда доносились крики. Тэхён показывал свой фирменный приём с бутылкой, которую он вертел и так, и сяк перед тем, как разлить по бокалам напиток. — Да будет веселье! – послышался голос одного из работников команды стафф, и многие радостно поддержали его хлопаньем. — Чонгуку тоже налейте! Вечер обещал быть интересным.