Case 143

      У Чонгука просторно и свежо. Нет заставленных полок с кучей книг и бумаг, у него цветы в горшках. У него светлая мебель, в отличие от Юнги. А ещё у него квартирка небольшая, но очень уютная с видом на город и ночное небо, усыпанное мириадами звёзд из окна во всю стену. Он живет на последнем этаже пятиэтажного здания на окраине Сеула. Это далеко от его места работы, но Чонгук не жалуется, говоря, что расположение магазина удачное.       Юнги, пребывая в эйфории от прожитого дня, наблюдает за Чонгуком, который повернут к нему спиной. Парень готовит рамен для их позднего ужина, так как встретившись у цветочного магазина, они решили прогуляться пешком и нагуляли аппетит. Мин получил слишком много нужной информации, чтобы вот так просто поддаваться искушению, но, сидя на просторном бежевого оттенка диване и смотря на то, как футболка прилегает к крепкому телу Чона, не может иначе.       Чимин сказал, что не будет раскрывать все карты сразу, ведь на этом парне лежит большая ответственность — он должен заслужить доверие у нового главаря, чтобы вступить в банду Змея, а также не подвести детектива с полицейским. Он дал для связи небольшой кнопочный телефон, чтобы отследить их было не так просто, и, в случае чего, доложит необходимые новости. Есть что-то, что отличает змеиную банду от других мелких наркопритонов, и это станет известно братьям. Теперь важно, чтобы они работали на совесть, им платят немалые деньги.       Эта сделка со шпионами – дело секретное, поэтому Намджун попросил об этом никому из их отделах не рассказывать, даже самому Пак Тэуну, который никогда не в курсе того, что замышляет детектив. Юнги доверяет в этом целиком и полностью Киму, пускай так, главное, чтобы это принесло свои плоды, без потерь. Больше смертей он видеть не желает.       После того, как японцы ушли, Юнги остался ненадолго выпить по стаканчику с Намджуном. Они довольно редко разговаривали друг с другом не по работе с выпивкой. Но их темы всё же тронулись главных фигурирующих лиц в их жизни.       — Что ты думаешь о Чон Минсо? — спросил из любопытства Мин у детектива. Он считает, что раз уж им известно больше, чем раньше, то и мысли на этот счет должны быть. Тем более, узнав имя Змея, тот должен теперь казаться в глазах полицейского человеком. Однако те вещи, которые совершил мёртвый ублюдок, никак нельзя сопоставить с человечностью, а значит и сравнивать его стоит не с человеком, а с настоящей тварью. Змей занимался проституцией, похищением невинных девушек, торговал наркотиками, которые от передозировки вещества убивают.       Ким, отпив немного алкоголя, размышлял. Дело, что досталось им, оказалось запутаннее, чем они предполагали. У Намджуна всегда есть догадки на тот или иной случай, и обо всех их он не спешит говорить вслух. Однако, сидя наедине, Юнги надеялся услышать хоть каплю догадок по поводу полученной информации.       — Думаю, это человек, который свернул не туда. Так сказать, в одно время бес попутал, — посмотрев на неудовлетворенное выражение лица полицейского от такого полученного ответа, Ким задал встречный вопрос. — А что ты думаешь о Тени?       — Шавка Змея, вот и всё. Неуловимый, бесстрашный, человек или же тварь без инстинкта самосохранения. Мы должны думать сейчас о Змее, точнее о Чон Минсо…       — Боюсь, тебе следует думать именно о Тени, а работу над прошлым Минсо предоставь мне, — Намджун перебил размышления напарника.       Ким мог умело менять темы, показывая это своим недовольством или резкой сменой настроения, но не в этот раз. Намджун словно снова предупреждает Юнги об опасности. Он предчувствует что-то неладное.       — Какие бы цели не преследовал Тень, выводить тебя из себя ему доставляет огромное удовольствие, чем что-либо ещё. Этот парень замышляет что-то, и мы выясним обязательно. Главное – оставаться непоколебимыми и больше не делать необдуманных поступков, — последнее что сказал Намджун на встрече, припоминая случай с наркоманом.       Мин понимает, что в их работе стал главной пешкой, той, которой предстоит сделать шаг, который решит весь ход игры. Поэтому он старается с осторожностью наступать, просчитывать свои шаги и пути наступления. Но не зная ничего толком о сопернике — всё равно что бить вслепую.       Он просто рад, что у него есть возможность хотя бы на время позабыть об этих проблемах и насладиться спокойствием, приятной атмосферой с его любовником.       Чонгук, приготовив блюдо, ставит его на небольшой журнальный столик перед Юнги. У Чона много разных растений, что говорит полицейскому о том, что тот очень любит свою работу. Парень включает скорее для антуража телевизор, по которому показывают какую-то мелодраму, и приступает к трапезе. Юнги вместе с Чонгуком начинает есть, но также бессовестно рассматривает профиль своего партнёра. Раньше он этого не делал, не обращал на него должного внимания, считая это незначимым, но что-то щёлкнуло в голове, заставило передумать. И вот он смотрит на его аккуратный профиль, небольшой еле заметный шрам на щеке и ещё один затерявшийся в густой брови, на большеватый нос и его примятый кончик, пухлые и алые от остроты губы. Затем взгляд перемещается ниже на вздымающийся от глотка кадык, на ключицы, что закрыты воротом футболки, а потом на татуированную руку, которую до этого момента он не рассматривал. На ней много мелких разных рисунков, но они настолько идеально сочетаются друг с другом, что Юнги мог бы назвать это произведением искусства. Он видит пару надписей на латинском, символы не известные ему, и взгляд приковывает змея, что окольцевала бицепс парня. Её взгляд хищный, смотрит прямо в душу, словно говорит, что сожрёт. От такой мысли Юнги передёргивает, бросает в дрожь, но он приходит в себя, понимая, что это всего лишь татуировка, которая не выскочит так просто и не нападет его ежесекундно. Затем Мин обращает внимание на пару звёзд на ладони и две небольшие точки на указательном пальце. Это что-то напоминает, где-то такое он видел…       — Всё в порядке? — заметив состояние Юнги, заботливо спрашивает Чонгук. Он прикладывает ладонь ко лбу партнёра, проверяя наличие температуры. А Мин боится спросить.       — Просто устал, — признаётся Юнги. Он вправду устал от Змея, загадок его предшественника, от того, как ужасно долго он пытается поймать их обоих. Ему передохнуть, как и предлагал Намджун, но его желание заполучить признание мешает жить, просто так он не намерен отступать.       — Может, тебе взять отпуск, отдохнуть со мной?       Чонгук откладывает тарелку с рамёном, выключает звук у телевизора и укладывает голову на плечо полицейского. Нежится в его присутствии. Юнги мягко перебирает смольные волосы, видя в этом для себя некий вид терапии. Он хотел бы так лежать вечность, но не понимая, что происходит между ними, не может так просто.       — Не могу. Зло не дремлет, знаешь ли, — отвечает Мин. — Вот как закончу с этим делом, поеду на Чеджу подальше от Сеула, чтобы насладится свежим воздухом, там объемся мандаринов. А сейчас я просто устал, — ему главное не впадать в уныние, но с каждым днём и ночью, что в редких случаях, он проводит в одиночестве, становится труднее.       — Почему ты выбрал именно этот путь? — интересуется Чонгук. Его выражения лица Юнги не видно, но по голосу слышатся печальные нотки. Наверное, он беспокоится от душевном состоянии своего партнёра, ведь сам когда-то понял, что это не его.       — Когда был школьником, мечтал стать героем и сейчас воплощаю мечту в реальность, — из года в год пытается воплотить задуманное, брошенный один в суровое общество, по собственному желанию карабкается на пьедестал, который кажется всё дальше и дальше от него.       За окном уже ночь. Жители города засыпают, а Юнги может только догадываться, какие россказни замышляет в данную минуту Тень снова. Полицейский, может лишь надеется, что о прошлом Змея тот не знает ничего, и ничего не узнает о Чимине с Тэмином.       — Я не знаю, как мне его поймать, — шёпотом, чтобы услышал только всевышний, который может дать подсказку.       — Сдайся, — также тихо слышится ответ от Чонгука. — Иногда проще сдаться, чем предпринимать невзвешенные решения или идти напролом, ведь не знаешь, чего ждать от противника. Я вот сдался, не видя для себя пути среди полицейских, как Тэхён. И сейчас я проживаю лучшую жизнь.       — Я не могу так поступить, иначе это может показаться проигрышем в глазах Тени.       — Тень — тот преступник, которого ты ищешь? — Чонгук поднимает голову, чтобы посмотреть на лицо своего любовника. В ответ Мин только кивает, утопая в его тёмных глаза, что радужка сливается со зрачком, а в них виднеется ночное небо. — А что тебе о нём известно?       Юнги усмехается, даже не зная, как правильно описать этого преступника. Собирается рассказать человеку, которому начинает проникаться доверием, о том, кого ненавидит всей душой.       — Что этот ублюдок очень меток, чему поражаются все в отделе, видя, как он убивает своих жертв. Что этот человек невероятно хитер, помогая другому преступнику, скрывать преступления. И ещё он азартный, бесстрашный и, кажется, безумец.       — Почему безумец? — любопытствует Чон.       — Потому что он первый в моей работе, кто осмелился убить человека прямо у меня на глазах. Он мог убить и меня, как и я его, но не стал.       — Почему же ты его не убил?       Чонгук, хоть не разбирается в делах полиции, но задаёт довольно логичный вопрос. Ведь ещё тогда, когда Юнги гнался за мотоциклом, то мог пристрелить Тень — и был бы написан конец в судьбах обоих. Но нет, всё не так просто. Он нужен живым. Зачем? Чтобы совершить правосудие, чтобы найти на наглой морде хоть долю сожаления, раскаяния и проигрыша в этой битве, того, чего он не получил от Змея.       — У меня к нему много вопросов, поэтому я желаю поймать его живым, чтобы их задать.       Юнги смотрит на задумчивое выражение лица партнера, который пытается понять всё сказанное ранее. Но ему не обязательно забивать голову такой ерундой. Юнги только целует его в лоб, говоря так, чтобы не переживал ни о чём. Ведь пока он жив, значит город и сам Чонгук могут спать спокойно. Мин поймает ублюдка, чему бы ему этого не стоило.       Но помимо вопросов, касаемо Тени и Змея, один внезапно закрался в голову. Чонгук видит обеспокоенное лицо любовника, поэтому дарит нежный поцелуй, словно так говорит доверять, не скрывать свои внутренние терзания, а поделиться тем, что тревожит душу. Юнги берёт в руки правую ладонь Чонгука, осматривая её.       — Откуда у тебя эти татуировки? У них есть свои истории?       — Конечно, — воодушевившись, Чон сел ровно и протянул Мину свою руку. — Эту, — показывает на перекрестные надписи, — я сделал в последний раз для композиции. Каждая имеет своё значение, но тебе я расскажу, возможно, позже. Вот эти орнаменты я сделал, чтобы скрыть своё уродство. Как-то встрял в неприятную перепалку и проиграл, и, чтобы не вспоминать об этом, набил их поверх шрамов. Эту, — показывает на змею, — набил по глупости на спор, когда начал учиться в полицейской академии.       Чонгук продолжал рассказывать о каждой татуировке и её небольшой истории. Что за перепалка случилась в его жизни, что оставила непоправимый след на коже, который он решил очернить? И что за спор, на котором он набил именно змею?       — А здесь? — когда Чонгук закончил речь и не упомянул о двух точках на пальце, которые Юнги заметил сразу, то спросил его.       — Это родинки.       Не веря в услышанное, Мин проверил несколько раз и, рассмотрев поближе, понял, что это правда. Простое совпадение, что у его любовника на месте, где змеиная банда договорилась ставить метку, оказались две аккуратные родинки. Ещё немного и Юнги свихнётся, будет подозревать в своём деле всех, кто к этому даже не причастен. Намджун каждый раз твердит оставаться в здравом рассудке, а у Мина скоро поедет крыша. Расспрашивать Чонгука подробнее о татуировках Мин не решается, чтобы не портить их момент, который и без этого довольно личный и сближающий для них обоих.       Спустя пару дней, проведенных у Чонгука дома, Юнги чувствовал себя оживлённым. Запах любимого кофе с утра, приготовленный именно Чонгуком, стал началом ещё одного отличного рабочего дня. Рядом с этим человеком он чувствовал себя иначе, словно Чон готов держать за руку Мина до последнего, чтобы ни случилось. Между ними происходит химия, которая чувствуется на кончиках пальцев и с пересечением взглядов с утра в одной постели. И вместо того, чтобы искать в своём окружении виновных, Юнги должен уже себе признать, что впервые по-настоящему влюблён.       Когда Мин приехал в отдел, на лицах коллег читалось беспокойство, что-то случилось, пока он наслаждался своей короткой иллюзией счастья. Тень с большой вероятностью не дремлет по ночам, а совершает массовые убийства, чтобы насолить полицейскому.       Войдя в кабинет, Юнги внимательно посмотрел на лица своих напарников. Но ни у Тэхёна, ни у Намджуна не было и доли беспокойства или нервозности, как у других. Все занимались своими привычными делами.       — Что происходит? — первым делом, спросил полицейский, объявив так о своем прибытие.       — Пак Тэун встал не стой ноги, — высказал своё мнение Намджун, разбирая документы, даже не поднял головы. — А ещё он ждет тебя, — дополнил он.       — Зачем? — спросил Юнги, которого застала врасплох такая новость, на что детектив только пожимает плечами.       И снова все невзгоды и оскорбления полетят на Мина. Тэун человек серьезный, он не потерпит непослушания и дисциплина в работе по его мнению очень важна, а после того, что натворил полицейский хорошего отношения к себе может не ждать. А злить его ещё сильнее Мину не хочется.       Юнги направляется в кабинет к Пак Тэуну, попутно пытается по лицам коллег прочесть хоть что-то, но все только прячутся, да мечутся с места на место. Что-то явно произошло. И это никак не прельщает Мину.       Постучав пару раз и услышав твёрдое «войдите», Юнги заходит в кабинет, где за столом уже сидел главный лейтенант. Спина прямая, руки спрятаны сзади, подстать послушному полицейскому и всё для того, чтобы получить очередную порцию говна в свой адрес.       — Вызывали? — первым прерывает тишину Мин.       — Да. Как проходит расследование?       Как-то спокойно, без доли колкостей и злобы спрашивает Тэун. Мужчина разбирается с документами, не смотря в лицо полицейскому. Юнги чувствует подвох, но всё же отвечает:       — У нас есть уже более веские зацепки, которые помогают продвинуться в деле. Сейчас ищем связи между Змеем и Тенью, — уверенно отвечает Мин.       — И всё? — видимо не услышав ничего стоящего и нужного, Пак поднимает голову и кидает суровый и враждебный взгляд, который ему присуще. Юнги прекрасно знал, что просто так отделаться не может. — Я прикрываю твою тощую задницу перед начальством не просто так, Мин Юнги. Если ты не забыл, то ты совершил преступление, за которое должен вообще-то сейчас сидеть, а не разгуливать по улицам Сеула. Мне нужен этот стрелок! Шевелись вместе с детективом быстрее, а то змеиная банда уже наводит хаос. А вы только нашли какие-то жалкие зацепки, — лейтенант скалится, вскочив с места и пальцем грозит полицейскому, — мне нужен результат!       — В смысле наводит хаос? — интересуется Юнги, впервые слыша об этом. Он старается не подавать виду, что вновь его смешали с грязью, концентрируя внимания на полученной информации.       — Не доложили? — усмехается Тэун. Он встаёт из-за стола, убрав руки в карманы брюк, и медленно подходит ближе к полицейскому, не отводя сурового взгляда. — Другая группа разбирается с последствиями грабежа и парочкой стычек на окраинах города. Говорят, банда Змея замешана в этом, почерк тот же.       Это странно, потому что Змей никогда не действовал так опрометчиво. Но Змея нет — есть Тень. Что задумал этот ублюдок?       — Что за кражи?       — В продовольственных магазинах с разным видами товаров. Украдено было всего понемногу. Однако деньги не брали, — уточняет Пак Тэун, а затем встав перед Юнги и посмотрев ему в глаза, заявил: — Найди его, чего бы тебе это ни стоило.       Не сказав и слова, Мин только кивнул. Он понял всё. Если сопоставить всё то, что делал когда-то Змей, то картина более менее похожа. Тень пытается запутать всех, особенно Юнги, который слишком хорошо знаком с почерком Змея.       Быстрым шагом он движется к своему кабинету, заходит и ищет Тэхёна. Напарник, переживая за своего командующего, всё время сидел и грыз кончик карандаша. Намджун выглядел спокойным, но лишь по взгляду можно было понять, что тоже чем-то взволнован.       — Тэхён, ты составил список всех предприятий, с которыми совершались сделки в «Sky group»?       — Да, сэр, — Ким сразу же протянул нужные документы Мину.       Юнги, быстро проходясь по всем пунктам, смотрел на те компании, которые приносили больше прибыли. По отчётам фирма не планировала крупного развития, заключала сделки с мелкими предприятиями, и скорее всего не законным способом. Но лишь два пункта заинтересовали Юнги больше всего. Один был с химическим заводом, где по мнению полицейского может храниться привезённый опиум из Японии и табачное производство, где он увидел знакомое для себя имя, а значит там вполне могут изготавливать и торговать наркотой.       Мин ещё раз проходится по документам и передает их Намджуну, чтобы тот глянул.       — Предлагаю организовать группу захвата и двинуться в это табачное предприятие, — озвучивает свои мысли Юнги.       — К чему такая спешка? — видя, как взволнован и тяжело дышит напарник, спрашивает детектив.       — Тень затеял игру, в которую вмешиваются и другие. Слышали, что недавно было несколько ограблений, в которых замешана змеиная банда. Я считаю, это неспроста. Это отвлекающий манёвр, чтобы мы не добрались до сути. Тень своим собачьим чутьём знает, что мы наступаем ему на пятки и хотим испортить все планы. Нам медлить нельзя, если хотим поймать ублюдка, — как на духу выпалил всё, что думает, Юнги.       Он чувствует, что есть шанс поймать его наконец-то. Они подобрались к чему-то очень близко, что Тень пытается такими манипуляциями скрыть. Откуда это знать Юнги? Он сам не ведает, но видя, как Намджун кивает — соглашаясь с этой мыслей, понимает, что они на верном пути. Им нельзя отступать сейчас, иначе могут что-то упустить.       — Тэхён, пойди и попроси разрешение на захват здания, — командует детектив.       — Хорошо, — встав с места, соглашается Ким и подходит к своему командующему, хлопает того по плечу. — А вы очень умны, сэр, — после скрывается за дверьми.       Юнги, чувствуя прилив адреналина и ощущая кончиками пальцев скорую победу, быстро собирается. Он поймает, чего бы это ему не стоило. Как приказали, так и сделает.       Перед тем как получить ордер и пойти надевать бронежилеты, собиравшись со всей группой, Намджун останавливает полицейского у самых дверей. Он смотрит на воодушевленного, как обычно азартного от очередной поимки человека, и знает, что его слова могут повергнуть в шок. Ведь они напарники, доверяют друг другу, значит, все особенности дела должны знать, потому говорит:       — Юнги, Тень не просто так знает о том, что мы можем знать. Ты как-то предположил, что их двое. Думаю, ты прав. Полагаю среди нас предатель.       После таких слов, поймать Тень желания у Мина появилось ещё больше. Пушки к бою, патроны в магазине, потому что Юнги планирует подстрелить беглеца и предателя, убив двоих зайцев одним ударом.