Case 143

      Прошла целая неделя мучений, когда Юнги выписали из больницы. Ему сказали ни в коем случае не подвергаться опасностям и не напрягать руку, а заниматься только чем-то безопасным для здоровья, то есть бумажной волокитой, которой обычно занимается Тэхён. Мину эта новость была не в радость, но лишь один факт поднимал настроение – заниматься этим, восстанавливать свои силы и проводить время в комфорте он будет рядом с Чонгуком, который предложил переехать к нему на период реабилитации. И Юнги согласился. Ведь спать в обнимку с любимым, смотреть на то, как тот готовит завтраки, и наблюдать за тем, с каким обожанием они смотрят каждый раз, уже зная о чувствах друг друга, невероятно. Ему казалось всё это прекрасным сном, сказкой наяву, которую не хотелось прекращать. Но, увы, Тень бродит ещё свободно по улицам города и замышляет что-то ужасное, и ему надо помешать.       Юнги практически все следующие семь дней занимался в квартирке Чонгука бумажными делами, разбирая необходимые документы и ища что-то общее между анкетами и того, что видел, столкнувшись с Тенью. Заметить Мину удалось немногое, а точнее – ничего стоящего. Всем детям с учётом того, какого года эти данные, сейчас примерно от двадцати пяти до тридцати лет, то есть в кругу змеиной банды собрались уже самостоятельные люди, брошенные в жестокие реали. Кроме татуировки на пальце и общего сиротского происхождения, их должно объединять что-то ещё. В этом Юнги уверен и намерен разузнать, чтобы вычленить главного преступника.       Ещё неоднократно полицейского тревожит мысль о том, кто же из их отдела предатель. Самое отстойное в этой ситуации то, что Юнги – человек необщительный, переговаривается тет-а-тет он только с некоторыми. Остальные же проходят мимо, изредка начинают диалог с угрюмым полицейским, если дело не касается общего. И так, он пришёл к тому, что предатель, скорее всего, находится среди ближнего круга Пак Тэуна – злого мужчины их отдела, лейтенанта подразделения всех сопляков, которые и не подозревают о крысе среди своих.       Юнги делает себе пометку в записной книжке проверить всех, кто близко контактирует с их начальником. Вычислив предателя, они смогут добраться и до Тени.       И вот, в прекрасный и ненавистный многим понедельник Мин счастливый возвращался из больницы домой, потому что ему наконец-то сняли гипс (однако всё равно запретили выполнять очередные спецзадания, чтобы не напрягать руку). Он шёл на квартиру Чонгука, как к себе домой, за своими вещами, чтобы после отправиться на работу. Недели длились будто вечность, и смотреть чёрный текст на белом фоне, который уже расплывается перед глазами, ему надоело. Радостный он шёл и, дойдя до нужного подъезда, встретил соседку, пожилую женщину, которая всегда была приветлива с ним, но не менее ворчлива. И в этот раз, поздоровавшись, она невзначай сказала полицейскому:        — Прошу, скажи своему дружку с верхнего этажа, чтобы его друзья не ошивались здесь больше. Они детей пугают и устраивают громкие разборки по ночам время от времени, мне надоело им угрожать и выгонять их.       А Юнги только пообещал, что поговорит об этом с Чонгуком. Однако кое-что озадачило Мина. Дело в том, что он никогда, пока жил тут, никакой рядом ошивающийся толпы не видел и ни о какой компании друзей не слышал. Ему всегда казалось, что Чонгук человек-одиночка, но думать так было бы глупо. Чон ведь совсем не похож на Юнги, он более социальный, доброжелательный и то, что у него есть друзья, не должно быть новостью для Мина. Рядом с Чонгуком он никого не видел, кроме Тэхёна, что и заставило его задуматься об этом. И Юнги однажды обязательно об этом поговорит с Чонгуком.       Собрав всё необходимое, Юнги отправился в свой отдел, где его ждали. Стоило только перейти порог, как все, завидев полицейского, обрадовались его возвращению. Юнги не на шутку напугался от столь внезапного прилива радости ото всех, но было приятно знать, что не позабыли и желают его видеть с преступником в наручниках, а не со сломанной рукой. Практически каждый подошёл и спросил, как поживает офицер, на что Мин сухо всем отвечал «всё в порядке».       Когда ему всё-таки удалось отстать от коллег, Юнги зашёл в кабинет и тяжело выдохнул. Такой внезапный наплыв сотрудников ему в тягость. Осмотревшись, он был рад видеть знакомые лица. Намджун тихо, без энтузиазма поздоровался и продолжил вести учеты, разбираясь с очередными документами, а Тэхён, увидев командующего, как и все до этого, начал расспрашивать того о самочувствии. Всё это приятно, но единственное, что волновало Мина по возвращению, так это то, как движется их дело. Отлёживаясь в обнимку с Чонгуком, он мало что узнавал, и теперь у него есть такая возможность.       Он садится за своё рабочее место с мыслью о том, что обязан поймать ублюдка в чёрном, пока тот что-нибудь не совершил. Раскладывает все бумаги, которыми занимался всю прошедшую неделю. Юнги посмотрел на эту кипу, решая незаметно всё втихую подсунуть Тэхёну, пока сам займется чем-нибудь другим.       — И так, каков прогресс? — начал Мин вникать в дело, снова погружаясь в работу с головой.       — Сокджин просил передать, чтобы ты зашёл к нему. У него что-то есть для тебя, — ответил детектив полицейскому, не отвлекаясь от своего дела.       А Юнги вспоминает, что ещё две недели назад был найден притон и оттуда он взял разные вещи на экспертизу. Не теряя и минуты, Мин выдвинулся в кабинет судмедэксперта. По пути к Сокджину ему встречались разные лица, и, вглядываясь в них, в их говорящие о многом глаза, Мин думал о том, кто же среди них предатель. Самый близкие к Пак Тэуну – это министерство, которому нужна как раз-таки вся макулатура, докладные – увы, не то; его жена, которая перестала его навещать после публичной ссоры примерно год назад, – такой вариант тоже вылетает; тогда кто-то из старших и близких офицеров, либо детективов, у которых есть доступ и, возможно, ещё адвокаты. От таких размышлений круг подозреваемых только увеличивается, а не уменьшается.       Всё же дойдя до нужного кабинета, не забыв надеть халат, Юнги решает включиться постепенно в работу и позабыть на время о предстоящей разборке подозреваемых. Вникнуть в то, что же ему скажет судмедэксперт. Сокджин сидел и, услышав о возвращении полицейского, словно ждал того, когда тот его навестит. Обменявшись парой приветствующих и дружеских фраз, Ким начал важный для них разговор:       — Специально ждал тебя, чтобы это показать, — увидев радостного Кима, Юнги был только в предвкушении.       Сокджин роется в ящике стола, достаёт оттуда огромную папку с документами, а Мина скоро будет тошнить от разбора всей этой макулатуры. Однако он берет её и начинает медленно перелистывает страницы, где видит всех подозреваемых, у которых находились отпечатки и прочие химические элементы за время этого дела, ища что-то интересное. Воодушевленный своей работой Сокджин сидит и ждёт чего-то в ответ, а получает лишь взгляд, который требует объяснений. Кажется, каждый, кто когда-либо работал с Юнги, знает, что самая ненавистная часть его работы – это бумажная, поэтому, пощадив полицейского, Ким решил всё разъяснить.       — В общем, пока тебя не было, на экспертизу мне принесли много всего. Опять же сборная солянка из кучи отпечатков. Все интересующие тебя имена находятся в этой папке, многие из этих имен простые офисные служащие, как ни странно, либо простые рабочие. Но! — и тут Джин решил выдержать паузу, дождавшись, когда Юнги посмотрит на него. — Кажется, я нашёл имя твоего убийцы.       И Мин думает: почему Сокджин не начал с этого сразу. Он сел ровно, убрал подальше эту зловещую для него папку и, навострив уши, ждал чертово имя. А Ким сам открыл на нужной странице все данные об убийце.       — Я сделал экспертизу на отпечатки твоих митенок, которые ты нашёл, и ещё парочку вещей из того детского дома. Проанализировав всё, я заметил единственное сходство с одним человеком. В нашей базе оказались такие отпечатки. Видимо, Бог благословил тебя за пожертвование твоей руки и выдал тебе имя – Чон Хосок.       Юнги не может поверить услышанному. В ту же минуту ему хочется расцеловать Сокджина за полученные данные, но времени в обрез, если об этом известно уже давно, то предатель точно в курсе. Мин, вскочив с места, оставил мощный чмок в лоб судмедэксперту и поспешил обратно с нужным документом в кабинет.       Запыхавшись, он вывесил на доску этот лист с именем проклятого, который только чудом ещё бродит по улицам Сеула.       — Что это? — заинтересованно спросил Намджун.       — Имя ублюдка в чёрном, — заявил Юнги, а у всех глаза полезли на лоб от услышанного.       Тэхён сразу встрепенулся, даже встал из-за стола, чтобы посмотреть – правда это или нет. Намджун же выпрямился, изучая поведение коллеги.       — И кто? — любопытствует детектив.       — Чон Хосок. По данным, которые мне дали, он работает бухгалтером в компании по транспортным средствам. Ха, как раз он может оформлять мотоциклы на других людей и спокойно разъезжать по городу.       — Тогда его надо брать! — сказал Тэхён.       И с этим решением Юнги полностью согласен. Этот ублюдок может планировать что-то невообразимое в данную минуту, а они возьмут и схватят его, пока он этого не ожидает.       Потребовалось много времени, чтобы получить разрешение на задержание этого человека, но у них получилось. Быстро сгруппировавшись, одевшись, они поехали арестовывать Тень. Как же они долго этого ждали. Юнги всё время, пока ехал в машине к месту, где тусуется их убийца, не верил тому, что вот ещё немного и всё закончится и он заживёт свободно. Ещё чуть-чуть и Тень закуют в наручники, а он будет со спокойной душой спать по ночам, без кошмаров, в обнимку с любимым.       По приезде в ту самую фирму Юнги желал наконец-то посмотреть в лицо Тени и увидеть там разочарование за поражение, но когда вывели того самого злочастного человека, он не почувствовал облегчения. Мин увидел обычного гражданина, мужчину тридцати пять лет с кудрявыми русыми волосами, в белой выглаженной рубашке с бежевой жилеткой и в тон брюками, и единственное, что выражало его лицо – был испуг. Тогда у Юнги закрались сомнения, что это человек может и не быть Тенью.       Когда привезли подозреваемого в отдел, Юнги долго стоял по другую сторону комнаты допроса, где посадили Чон Хосока. Он просто наблюдал за тем, что будет делать, как будет себя вести их убийца, но ничего, кроме нервного дёргания ногой под столом и ковыряния заусенцев, как признаки тревоги, не было. Либо Тень – искусный лжец, либо тут дело не чисто.       Не желая терять драгоценные минуты, собравшись с духом, Мин направился в комнату допроса. Ведь он не боится Тени, также как и Змея. Юнги зашёл, не выдавая собственных смятений, сел напротив и ждал, когда тот начнёт говорить первым.       — Извините, но за что меня всё-таки задержали? — спросил Хосок, а глазами он бегал по лицу полицейского в полном непонимании того, почему здесь находится.       — Неужели? — Юнги думает, что это очередная игра разума, ведь Тень не успел совершить очередную сделку.       — П-правда, сэр. Меня так быстро взяли, что я ничего не понял, — он начал заикаться и осматриваться по сторонам в поиске подмоги, — поймите правильно, я простой бухгалтер, никогда не нарушал закон, у меня есть семья и дети. Они очень волнуются за меня, если бы я знал, хотя бы за что меня взяли…       — Что привезут в конце этого месяца и где? — Юнги не намерен уступать, лишь давит вопросами, пока преступник не расколется.       — Не понимаю, о чём Вы, — мотает головой подозреваемый, а Мин ему не верит. Никому верить нельзя. Только Тень может придумывать странные отмазки, хотя на него это совсем не похоже. Он скорее выскажет всё как есть, чем будет прикрываться семьёй и изображать дурака.       — Врёшь, — заключает для себя полицейский, — хорошо, скажи, кто предатель, и наказание тебе снизят, будешь жить.       — Я правда не понимаю…       — Хватит! — надоели ему упрёки и эти жалкие попытки улизнуть от правосудия, не может человек долго играть в жертву. Тень отнюдь не жертва, а жуткий и ужасный зверь. — Либо ты расскажешь мне всё, либо будем по-плохому!       — А-адвоката! Требую ад-двоката!       — А без него слабо? Когда ты разговаривал со мной в прошлый раз, ты не защищался адвокатурой, а смотрел мне в глаза и говорил ужасные вещи.       — Я в-вижу вас впервые, — и на этих словах нервы Юнги сдали.       Он со всей силой бьёт кулаком по столу. Мгновенно боль пронзает всю левую руку, и Юнги вспоминает о том, что её нельзя травмировать. Мин хватается за неё, в последний раз с презрением смотрит на мужчину и выходит из комнаты. Осточертело всё! Почему он должен вытаскивать из него по ниточке правду, неужели Тень не понимает, что поймали, что всё – бежать некуда? Юнги многое знает, и ничего, кроме поражения в глазах и правды, ему не нужно. Вот только преступники тоже не обделены большим эго и высокомерием, как у полицейского. А сломать нутро человека надо уметь.       Злого полицейского ловит детектив, увидев, как тот не удержался и с дуру ударил по столу. Он видит, как черти пляшут в глазах коллеги, и ничего с этим поделать пока не может.       — Я допрошу его другими, более спокойными методами. Но, Юнги, у меня сомнения...       — Как? Этого не может быть! Это он! Его же отпечатки на местах преступления и митенки тоже его. Он просто прикидывается полоумным, думает, что я его не узнаю!       — Узнал? — задаёт ключевой вопрос Намджун.       — Он же без маски и без бейсболки, сложно сказать вот так, — и в мгновенье Мин думает, что если бы это был он, то узнал бы сразу, — но думаю, это он…       — Мы не можем обвинять человека, если из доказательств у нас только его отпечатки. Это лишь основание для его задержания, — Ким берёт за плечи Юнги, чтобы тот посмотрел на него, — у тебя сутки, чтобы обдумать правильные вопросы и расколоть Тень, если это действительно он.       И после детектив уходит, заменяя своего вспыльчивого коллегу.       Юнги хочется раздавить как таракана этого вруна, ублюдка, что теперь прикидывается невинным. Он какое-то время пытается успокоиться, прийти в себя, потому что не мыслит здраво. Так надеялся, что пришёл конец этой кроваво-ужасной истории. Видимо, ещё не время. С разочарованием и досадой в душе Мин возвращается домой, где его ждёт Чонгук.       У Чона дома редко бывает алкоголь, поэтому перед тем, как встретиться с возлюбленным, подаренным судьбой-сукой, Юнги заходит в ближайший магазин, покупает несколько банок пива, если вдруг парень захочет присоединиться, и виски. Затем по пути он долго размышляет о том, какой рычаг давления применить к преступнику и ничего, кроме вопросов об отце, то есть о Змее, в голову не пришло. Мин шёл размеренно, уже подвыпив по пути всего пару баночек пива. Ведь голова не варит, а алкоголь притупляет, будто приводит в чувства. Идя вдоль улицы и уже сворачиваясь к нужному дому, Юнги замечает припаркованный между домами чёрный мотоцикл. Тень ему уже мерещится, потому что здесь его нет и не может быть, ведь ублюдок сейчас сидит у них за решеткой. А этот чёрный зверь ещё и с номерами, значит, точно это транспортное средство не имеет никакого отношения к их делу, только к предрассудкам Юнги. Мин рано или поздно свихнётся, однозначно.       И вот он заходит в дом, где его уже ждут. Чонгук что-то колдует на кухне, и аромат нового шедевра распространяется по всей квартире. И ничего так не успокаивает, как видеть любимого человека в домашней одежде, готовящего ужин на двоих. Когда Чон замечает Мина у порога, то оставляет все свои дела и подходит, чтобы поцеловать.       — Как первый день на работе? — спрашивает Чонгук, а потом замечает пакет в руках полицейского с выпивкой внутри. — Оу... — догадался, — что же произошло, что тебя снова потянуло выпить?       — Дурдом, — коротко и ясно. Либо же это хаос у него в голове и всё это он придумал, либо сейчас за него говорит сущность под алкоголем.       — А поподробнее? — начал допрашивать Чонгук, раскладывая домашний самгёпсаль с овощами по тарелкам.       Юнги скинул вещи, даже не переодеваясь, сел за стол. В компании Чонгука он чувствует себя спокойно и расслаблено. Мин не знает, какие чары использует Чон, но один его взгляд и прикосновение способны успокоить бешено стучащее сердце, а затем завести его вновь, но уже по другой причине.       — Поймали Тень сегодня, но что-то тут не так, — Юнги ел и смотрел на то, как отреагирует на его новость Чон. А парень лишь слегка был удивлён и явно ждет продолжения. — Не знаю, что не так, но Ким сказал, чтобы я подумал над вопросами, которые должен задать, чтобы его разоблачить. Этого ублюдка я видел неоднократно, знаю много, но вот что задать, без понятия...       — Хм, думаю ты его хорошо знаешь, а если это так, то задай то, что знаете только вы оба, — даёт совет Чонгук.       Юнги задумался, что же общего. Что же можно спросить, что знает только он и Тень. И вспоминая их последнюю встречу, его кое-что озарило. Он повернулся к Чонгуку и, не обращая внимание на то, что тот хотел съесть кусочек свинины, решил его расцеловать. Чонгук лишь удивлённо смотрел, позволяя такой прилив чувств со стороны полицейского.       — Ты гений, знаешь это? — риторически спросил.       — Знаю, — всё же ответил Чонгук, а затем, позабыв о том, что хотел сделать, продолжил целовать по своей воле.       Пускай день и начался неоднозначно, вновь перемещая Мина на американские горки, зато закончился вновь страстно. Юнги, удовлетворённый и усыпанный миллионами поцелуев, заснул счастливым, зная, как вывести преступника на чистую воду.       На следующий день Мин прибыл раньше. Он снова стоял за стеклом и смотрел на Хосока, который сидел в этот раз уже увереннее, потому что на сей раз на его стороне был адвокат. Это усложняет работу, но не помешает разузнать правду. Почти у цели, остался последний рывок и всё.       Снова собрав мысли в кучу, Юнги заходит с чёрным пакетом в комнату допроса. Никто не дёрнулся и полицейский сам, не проявляя излишних эмоций, смотрел в упор на подозреваемого.       — С вашего позволения, я задам всего пару вопросов? — спросил разрешения Мин у адвоката, и тот только кивнул, давая согласие на дальнейшие действия. — Скажите, что Вы знаете о Змеиной банде? — спросил изначально что-то попроще.       — Увы, впервые слышу об этой банде.       Юнги думает, что тот врёт, потому что при ответе и ни один мускул не дёрнулся у мужчины. Тогда Мин начал дальше.       — Ладно, что делали Ваши отпечатки пальцев в детском доме, где мы нашли наркопритон банды, о которой Вы ничего не слышали?       — Мой клиент в праве не отвечать на заданный вопрос, — тут же вступился адвокат.       Понятно, ответа он не получит, тогда остался последний вариант. Юнги достаёт из пакета чёрного цвета бейсболку и респиратор и протягивает их Хосоку.       — Зачем? — спрашивает мужчина.       — Попрошу вас надеть их и сказать мне всего лишь одну фразу.       Хосок, сомневаясь в правильности действий, переглядывается с адвокатом, а тот сидит и смотрит на полицейского, как на полоумного. И всё же берёт предметы и надевает их на себя.       — Цирк какой-то, — тихо выругивается адвокат, а Юнги только ждёт.       Когда подозреваемый был прикрыт элементами одежды, его лица практически не было видно, только глаза, Юнги всё стало сразу понятно. Однако надо закончить начатое, чтобы убедиться в своём решении, и продолжил:       — А теперь скажите: «Прекрати искать меня, брось это дело, так будет больше вероятность выжить».       И с первых секунд, как Хосок посмотрел всё стало ясно – это не он. А затем слишком быстро и неуверенно Чон начал говорить эту фразу, что лишь подтверждает – они поймали невиновного, очередная жертва Тени, которую вмешали в нечестную игру. Глаза у Хосока тёмные, но не такие ужасающе чёрные, как у настоящей Тени. И голос не такой глубокий и низкий. Это Лже-Тень, но как его подменили? Этот ублюдок перенял ум от отца, в этом вопросе спорить бесполезно.       Долго не задерживаясь на допросе, Юнги вышел из комнаты с утратой веры в лучшее. Ему, видимо, никогда не поймать Тень, несмотря на то, что он единственное связывающее звено в их деле. Единственное решение, которые видит Юнги, – пора ставить свечи, чтобы, дай Бог, благословил его на поимку этой мрази.       Словив в коридоре коллегу, Намджун увидел печаль во взгляде.       — Мне жаль, — искренне сказал Ким.       — Мне тоже, — тяжело вздохнув, продолжил Мин, — у нас совсем на него ничего нет?       — Я попросил вчера сделать дополнительно его отпечатки пальцев, и в скором времени должны быть результаты. Если это его, мы берем, если нет, то у нас нет оснований держать его здесь.       И Юнги ждал до последнего, надеялся, что всё-таки не прав. Однако, когда пришли результаты, они отпустили ни в чём не повинного человека. Отпечатки оказались другими. Чон Хосок – бухгалтер в транспортной фирме, который в свои юные годы был пойман за небольшую кражу в продуктовом магазине и никаких убийств он не совершал. Тень ведёт свою игру, в которой нарушает всевозможные правила. Подставил человека, чтобы, как настоящая тень, совершать ужасные дела, оставаясь безнаказанным.       Надежда умирает последней, не так ли?       Юнги возвращался домой опустошённым. Он так надеялся, что поймал, что смог помочь Чимину. В итоге, его обвели вокруг пальца – снова. Ему ничего не остаётся, кроме как ждать дня «Х» и готовиться к худшему. Он должен придумать план «B», если всё пойдет не так, как запланировано. Никто не должен пострадать, но никто от этого не застрахован.