Марго

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ

ЛИСА

      Даже через два часа полиция всё ещё не уехала. Они заполняли протокол, а Афанасия сидела на крыльце, в окружении своих бывших подчинённых. Прикрытый чёрным полотном, на заднем дворе лежал труп Оли.       Лиса смотрела на это, размышляя о том, как люди сдержались от того, чтобы не совершить самосуд. Катерина разгоняла толпу и даже в какой-то мере помогла приёмной матери остаться наедине с собой.       Люба говорила с Машей. Саша подошла к машине, закурив. Марго сидела рядом, уже даже не думая, что не поехала бы с ней домой. Поехала бы. Это точно. Рита смотрела на родного для неё человека, слушала голос, практически чувствовала её рядом с собой… но понимала, что выхода из этого тела она не знает.       Звон «Марго» прекратился с тех пор, как она позволила себе вспомнить тот день ещё раз. И наконец смириться, что та самая Марго, с лисьими повадками, это она. Но неужели ей придётся жить в лесу, словно зверю? Судя по тому, что происходило раньше, это будет не сложно. Человеческое сознание всё глубже впадало в спячку. Но сейчас на душе было так спокойно. Казалось, никогда ещё так она себя не чувствовала.       Сердце стучало ровно, не беспокоясь. Лапы не дрожали, нос не дёргался, и даже спать не хотелось. Рита хотела растянуть эти минуты на как можно дольше. Приятный ветерок, колыхание деревьев… Люба в безопасности, а об Оле все узнали. Теперь никто не должен пострадать.       Катерина подошла к Саше и сказала:       — Я должна им про Агриппину сказать.       Девушка кивнула, беря вторую сигарету:       — Они сейчас заняты другим, подойдём через пару минут. Пока постой со мной, ладно?       Катерина кивнула и встала рядом. Только сейчас Лиса заметила, что та без платка.       «Похоже не только я тут перестала в Бога верить»       Эта мысль заставила девочку усмехнуться.       Люба стояла одна, держа за плечи Таню, которая всё не могла успокоиться. Маша сидела в запустении. Марго и понятия не имела, что с ними случилось, но была рада, что с Любой всё в порядке. Увидев ту картину, как Афанасия схватила её, Лиса уже собралась броситься вперёд. Но Катерина её опередила. Было слегка ревностно, но не более.       Рита встала и прошлась вдоль кустов, подойдя поближе к зданию. Она хотела ещё раз взглянуть в лицо Любы… попрощаться что ли. Но сознание то и дело пыталось отключиться. Чувство удовлетворённости застилало животное неведение. Хотелось поскорее отсюда уйти. Но в последний раз увидеть подругу… Вспомнить и навсегда забыть её черты лица.       Марго хотела расплакаться, но решила, что этот миг не хочет омрачать собственным горем. Поэтому просто уселась, намереваясь через пару минут уйти.       — Так вы тётя Грини? — спросила Люба, у подошедшей к толпе девочек девушки.       — А?       — Я про Агриппину, — сказала девочка. — Где она, Вы не знаете? Она же с Вами?       Саша застыла на месте, за плечо её схватила Катерина и сказала:       — Люба, нам нужно поговорить.       Послушница оглядела их обоих и кивнула, напряжённо вздыхая. Отойдя от монастыря, близко к месту, где сидела Лиса, Катерина сложила руки перед собой и сказала:       — Мне нужно тебе кое-что сказать.       Люба опустила голову, сердце тревожно зазвенело. Она уже хотела высказать свои догадки, но краем глаза она зацепилась за лису, что сидела и смотрела прямо на них:       — Там лиса.       — Что? — Катерина посмотрела в сторону, в которую смотрела Люба.       Девочка не понимала, почему её тянет к ней. Она сделала шаг к лесному зверю, затем схватилась за подбородок и тихо сказала:       — Лиса…       Катерина нахмурилась:       — Люба, это серьёзный разговор.       — Катерина, — вдруг сказала Люба, посмотрев на неё. — Знаете как я из сундука выбралась?        Девушка молчала.       Люба посмотрела на лису и сказала:       — Это она мне помогла. Я точно знаю.       — Люба…       Но послушница не слушала, она подошла к Лисе почти вплотную и села перед ней на колени. Смотря в её глаза, с губ сорвалось:       — Гриня… это же ты?       Катерина прикрыла рот рукой, нахмурившись.       Рита тем временем сидела в шкафу, плотно держа дверцу. Мама сейчас в комнате и такая злая, не нужны ей другие проблемы. Но дверь в комнату скрипнула, от чего девочка вздрогнула, притаившись. И снаружи раздался голос, пусть и тихий… но слышимый.       — Лиса, ты ведь наша Лиса?       Голос был незнакомым, кажется он вообще был детским. А в доме живёт только папа, мама и Рита. Больше никто.       — Ну, я знаю, это ты.       Девочка вздрогнула. Она не лиса!       Животное привстало, готовясь убежать, но вдруг услышала:       — Нет, нет! Гриня, прости! Это же я, Люба.       Рита не понимала. Кажется, этот ребёнок ошибся шкафом.       Прозвучал другой голос:       — Люба… не надо…       Он был спокойным и взрослым, не похож был на мамин.       — Гриня, подойти сюда, пожалуйста…       Лиса стояла и всё не могла решится, убегать или послушаться? Снаружи было тихо, никто не говорил, только глубоко вздыхал.       — Может тебе Гриня разонравилось? Тогда Марго. Рита!       Девочка услышала знакомый мужской голос. Это папа!       — Рита?       Дочка не спешила открывать, но… терпеть эту духоту и темноту уже было невозможно. Она медленно открыла дверцу. Мужчина заметил это и подошёл к Рите, сел на корточки и протянул ей руки.       — Ты чего там сидишь, родная?       Девочка и не думала кидаться ему в объятья. Вдруг он тоже её заругает и лисой назовёт. Руки мужчины опустились.       — Что случилось, расскажи мне.       Рита нахмурилась. Он её точно заругает.       — Скажи мне, я не буду ругаться.       — Я…       Папа кивнул и улыбнулся. Рита не выдержала и заплакала. Это слишком страшно! Пусть в шкафу темно и душно, но вылезти из него страшнее! Там злые… злые люди, которые говорят, что любят тебя, но из-за любой мелочи готовы сказать совсем обратное!       — Я маму расстроила, — сказала девочка сквозь слёзы. — Ты меня наругаешь, я точно знаю.       Папа вздохнул, сердце его больно укололо. Да, он уже видел свою жену, спящую пьяной. Но чтобы всё было настолько плохо — это впервые.       — Рита, ты мне можешь всё рассказать.       Мужчина снова протянул руки.       — Пожалуйста, расскажи мне всё, и мы вместе придумаем, что делать с мамой.       Рита молчала и смотрела в крупные ладони отца. Хотелось… хотелось выйти из шкафа. Девочка спустила первую ножку, затем вторую. Папа схватил её и мягким движениям заключил в свои объятия.       — Пожалуйста, хватит уже, — продолжил голос Любы, который Лиса тут же узнала. — Пожалуйста, вернись. Я не хочу, чтобы ты умерла. Я не хочу! Не хочу!       Катерина потянулась схватить Любу, которая обняла лису, но в последний момент остановилась. Лисий мех начал опадать, а тело, заключенное в Любины объятья, начало менять форму. Через секунду в объятьях послушницы сидела Агриппина. Вернее Марго.       Люба обняла подругу крепче, совсем не удивившись тому, что произошло. А вот Катерина сделала шаг назад, не веря своим глазам. Она оглянулась, взглядом зацепившись за рыжую голову и крикнула:       — Саша! — та аж вздрогнула.       Девушка вопросительно наклонила голову, но видя издалека, в какой растерянности сейчас находилась Катерина, пошла в её сторону.       Рита чувствовала, как коже стало холодно, но думать о том, что она голышом – не приходилось. На глазах навернулись слёзы, она аккуратно обняла подругу, а та лишь сильнее прижала её к себе, сказав:       — Я так тебя ждала.       Марго кивнула, прикрыв глаза. Она чувствовала запах, исходящий от волос Любы, она слышала её дыхание, и если замереть, то могла различить сердцебиение. Она здесь, она жива. И сама Рита тоже, рядом с ней, там, где у неё есть место.