В семейном кругу

***

Семья — это крохотная страна. И радости наши произрастают, Когда в подготовленный грунт бросают Лишь самые добрые семена! Асадов

      Влад поправляет лямку рюкзака и тяжело вздыхает. Сейчас каким-то непонятным чудом удалось отделаться от навязчивой компании родителей. Они ни с того ни с сего решили сблизиться и стать теми самыми «заботливыми папами, участвующими в жизни ребёнка». Подобное происходит стабильно раз в несколько месяцев, и в этот период жизнь Влада начинает напоминать кошмар наяву.       Ускорив шаг, Влад нервно проглатывает слюни — на душе неприятный осадок после разговора с родителями. Они в очередной раз начали, откровенно говоря, докапываться до учёбы и прочего. «Почему у тебя тройка по биологии? И что с того, что у меня двенадцать двоек в аттестате, ты не должен брать с меня пример. Учись хорошо!» — чуть ли не вбивал в голову отец, глядя в электронный дневник. Последний обычно мало волнует и отца, и папу. Они вспоминают об учёбе только после просмотров фильмов про семью или вопросов от фанатов. Тогда Миша и Андрей вспоминают, что, между прочим, у них единственный сын сидит в соседней комнате и ничего не делает.       Сейчас Влад буквально сбегает из дома, сказав родителям, что дедушке Юре срочно нужно помочь. Только после этого Андрей и Миша отстали и позволили уйти. Влад же, ни секунды не раздумывая, накидал вещей в рюкзак и выбежал из дома. Вообще, тот не является тем самым домом, о котором так любят говорить. Влад просто живёт в той квартире, но безопасности и полного комфорта там не может ощущать. Наверное, всему виной то, что Влад рос не там, а в доме бабушки и дедушки. По правде говоря, именно они ощущаются родителями, а не кровные. Нет, Андрей и Миша вовсе не ужасные, их просто не было рядом почти всю жизнь Влада. Он потерял первый зуб рядом с бабушкой, на выпускном в садике были именно старшие Горшенёвы, а не родные папы. Они, конечно, звонили каждый день, но этого было недостаточно. Всё равно, что пытаться тушить лесной пожар чайной ложкой воды.       У дедушки и бабушки Влад чувствует себя в полной безопасности. Он будто попадает под щит, способный отгородить ото всех проблем и невзгод на свете. Дедушка Юра, несмотря на возраст, в глазах Влада является самым сильным и крепким альфой на всём белом свете. А бабушка Таня — самой стойкой омегой на всей планете. Влад искренне восхищается этими людьми, доверяет им почти все свои секреты и стремится быть похожим на них. Так, Влад достаточно длительное время собирался поступать в военную академию, но дедушка Юра, на удивление, сказал, что Владу стоит лучше развиваться в театре. Он, Влад, поверил и сейчас продолжает прикладывать все усилия, дабы принимать участие в постановках.       Влад преспокойно может много-много вещей рассказать о дедушке и бабушке, а о родителях — нет. Они остаются чем-то неизвестным и непонятным. Влад не может разобраться в их интересах, принять их и попробовать обсудить. Миша и Андрей творческие, у них свой, отдельный ото всех мир, куда Владу банально закрыт доступ. Он вроде бы самый родной человек, но при этом самый далёкий. Влад не разбирается в музыке, которой горят его родители. Одно время они пытались «приобщить сына к семейному делу», однако Влад не понял текста и стал указывать на постоянные повторы и непонятки. Андрей подобного не оценил и просто перестал включать сыну заготовки. Горшок же просто стал следовать примеру мужа.       Каждый шаг приближает к дому дедушки и бабушки и заставляет широко-широко улыбаться. Влад готов прыгать от счастья, потому что совсем скоро он окажется в самом безопасном месте, под защитой любимых людей и будет слушать самые интересные истории от них. Папы тоже частенько что-то, да рассказывают, но Влад не очень-то и любит выслушивать родителей. Они всегда повествуют о чём-либо так, словно Влад тогда стоял рядом и должен вспомнить это. Влад из раза в раз лишь неловко улыбается и считает минуты, когда он сможет уйти.       Парень снимает портфель с плеч и принимается искать ключи. Они увешаны разными брелками, которые подарила бабушка. Она почти на каждый незначительный праздник старалась подарить безделушку, приговаривая: «Это для того, чтобы ты не забывал нас, стариков, когда уедешь». И никакие доводы Влада о том, что он никогда не сможет стереть из памяти любимых дедушку и бабушку, не помогали. Кого-кого, а их Влад чисто физически не сможет забыть, зато родителей — да. Воспоминаний, связанных с ними, крайне мало. Конечно, есть что-то тёплое и любимое, но этого недостаточно, если сравнивать с дедушкой и бабушкой. Раньше Влад сильно злился и обижался на это, однако с возрастом понял одну неприятную истину — музыка для пап всегда будет намного важнее, чем ребёнок. Он обречён вечно находиться на втором плане.       Папы обожают включать режим «заботливых родителей» и начинать учить сына, давать ему советы, которые забудутся буквально через минуту после разговора. Влад ненавидит выслушивать подобное, потому что ему всегда становится больно, невероятно больно. Конечно, нравоучения родителей звучат так, словно это не они бросают его на полгода, чтобы отыграть тур. Безусловно, это важно, но зачем же строить из себя рыцарей в белом пальто, которые всегда-всегда рядом?       Ключ с лёгкостью поворачивается в замочной скважине и открывает дверь. Влад осторожно заходит в квартиру и закрывает всё за собой. В нос бьёт смесь родных и самых любимых запахов. Они одновременно и самые обычные, и невероятные. Конечно, Влад чувствует, как пахнет его семья, готовая подарить поддержку и уют. В квартире пап подобное не ощущается. Влад обожает их запахи и в детстве часто старался строить эдакое гнездо из футболок Андрея и Миши, только вечно что-то не даёт мысленно раствориться в смеси ароматов и почувствовать себя защищённым.       — Есть кто дома?! — спрашивает Влад, разуваясь и оставляя яркие кроссовки в углу, на своё место.       — Влад? — слышится громкий голос дедушки Юры из зала, где он обычно клеит кораблики из наборов.       — Собственной персоной, деда! — Влад спешит в зал, куда фактически залетает, но быстро замирает возле дивана. — Прости, что не предупредил… Просто… — Влад мычит, не зная, какие слова можно подобрать.       Он не горит желанием жаловаться на родителей, а придумать что-то относительно правдивое не может. Сейчас какой-то ступор, захватывающий с головой. У Влада выходит только беспомощно смотреть на дедушку Юру и ждать от него хоть какого-то понимания и разрешения сесть рядом.       — Не извиняйся, всё хорошо, — дедушка Юра стучит по месту рядом с собой. — Садись давай. Кораблики будем собирать.       Портфель падает на пол, и Влад садится на диван. Дедушка Юра не спрашивает, почему Влад так быстро вернулся от родителей: понимает всё и не спешит давить. Наверное, потому что подобное однажды обернулось истерикой Влада. Тогда он фактически сбежал от родителей, когда они снова начали играть в заботу. Дедушка Юра заставил прямо сказать причину, нервы Влада сдали, и он позорно разревелся. Однако никто его за это не ругал, просто напоили чаем и уложили спать.       Дедушка Юра завязывает лёгкий и непринуждённый разговор, никак не затрагивающий тему родителей. Влад безгранично благодарен за это. Сейчас он не готов обсуждать родителей и их тараканов в голове. Это в детстве Влад мог чертовски долго болтать о своих папах и всем подряд рассказывать, какие они крутые. Потом же пыл поугас, потому что розовые очки разбились о суровую реальность. Произошло это тогда, когда Влада отдали в сад. Его двойная фамилия обеспокоила родителей других детей. Взрослые быстро сказали своим чадам, что нельзя играть с ребёнком наркомана. Дети плохо понимали, кто такие наркоманы, и просто скопировали пренебрежительное отношение родителей, устроив маленькому Владу ад воплоти. Всё закончилось только в тот момент, когда обо всём узнали бабушка и дедушка, они устроили самый большой скандал в истории садика, а дедушка Юра чуть не побил одного из родителей. На произошедшее Миша и Андрей тоже негативно отреагировали, они сами пошли во второй раз разбираться. Миша тогда особенно болезненно принял близко к сердцу, и его смог успокоить только Андрей.       — А как там у тебя с учёбой? — вдруг спрашивает дедушка Юра, смазывая детали кораблика клеем.       Настроение Влада быстро портится, и он поджимает губы. Не хочет говорить правду, потому что дедушка Юра может расстроиться. Подобное является чем-то невероятно страшным для Влада. Он ненавидит портить настроение дедушке и бабушке. Они никогда не ругают, а просто грустно смотрят.       — Всё не очень… Биологичка опять давит и оценки занижает… Она будто ненавидит меня, хотя я ничего ей не сделал! — Влад вымученно выдыхает и прикрывает глаза. — Надоела она мне, хочется иногда ей хорошенько треснуть.       — Влад, нельзя бить людей. Даже если они не очень хорошие, — дедушка Юра хрипло смеётся. — Нужно всё мирно решать.       — Деда, ты чуть не избил того мужчину из детского садика, — Влад припоминает тот старый случай.       — Тихо, — дедушка Юра подносит палец к губам внука. — Тогда это были необходимые меры, а сейчас не такие.       Влад не выдерживает и тихо хихикает, дедушка Юра подхватывает веселье. Он даже когда ругает, делает это не так, чтобы Влад почувствовал себя самым ужасным и отвратительным человеком. С Мишей же всё совершенно иначе. Каждое его слово во время споров приносит боль и заставляет ночами рыдать в подушку. Андрей просто давит на чувство вины, не пытаясь ничего нормально объяснить. А дедушка Юра буквально говорит, в чём именно Влад не прав, и тот прислушивается.        — Всё равно никого не нужно бить, — дедушка Юра приобнимает внука одной рукой. — Ты лучше мне скажи, как там зовут твою биологичку, и я пойду разбираться с ней. Покажу, что будет с теми, кто моего внука обижает. Я же за тебя, Влад, готов всех порвать. Ты только не бойся мне говорить, если тебя обижают. Я соберусь и всех их так обижу, что они тебя за тридцать километров обходить будут.       Влад доверчиво прижимается к дедушке Юре. Он пахнет домом, теплом и уютом, а ещё детством самого Влада. Тот прекрасно помнит, как будучи маленьким прибегал к дедушке Юре после ночных кошмаров и обнимал, утыкаясь носом куда-то в плечо. Тогда запах леса укутывал с головой и заставлял улыбаться.       — Верю. Спасибо, деда, спасибо, — Влад укладывает голову на плечо самого лучшего альфы в своей жизни.       Пока что Влад мало думал о серьёзных отношениях с кем-либо, однако уже он был точно уверен, что хочет, чтобы его партнёр был похож не на Андрея, а на дедушку Юру. «Идеальный альфа» Влада имеет твёрдый характер, чёткое представление того, что хочет видеть в будущем, и готовность брать на себя ответственность. Проще говоря, это почти полная противоположность Андрею. Нет, тот вовсе не раздолбай и лентяй, просто Владу не нужен рядом человек, который будет вечно витать в облаках и обитать в выдуманном мире, куда всем закрыт доступ.       — Деда, я тебя люблю, — говорит Влад и обнимает дедушку Юру. — Спасибо, что ты есть… Я бы без тебя пропал…       — Владик, ну чего тебя на нежности пробило? — ласково улыбается Юра и обнимает внука в ответ.       Дедушка Юра никогда не против подобных нежностей, но сам их редко проявляет, чего-то постоянно боясь. Сам же Влад никогда не упускает возможности прижаться к дедушке и бабушке и вдохнуть их запахи. Юра пахнет лесом, а Таня — выпечкой. Ароматы вроде не сочетаются, но это лишь на первый взгляд. Если хорошенько принюхаться — можно попасть в сказку, самую красивую и нежную. Именно в неё проваливается Влад каждый раз, когда переступает порог квартиры бабушки и дедушки. Наверняка они даже не подозревают об этом.       — Просто я рад, что у меня такая замечательная семья, — «мурлычет» Влад и потирается щекой о плечо родственника.       Дедушка Юра добродушно смеётся и гладит внука по волосам, взъерошивая их. Это заставляет Влада тихо хихикнуть и довольно прикрыть глаза. Он проваливается в сказку, но для полноты картины не хватает Татьяны с её сладким запахом выпечки, такой тёплой и вкусной.       — Это ты у нас самый замечательный, Влад, — дедушка Юра всё не отпускает внука. — Ты только помни, что я и твоя бабушка всегда поможем тебе, даже если ты убьёшь человека. Обещаю, что помогу закопать труп.       Влад оценивает шутку и весело гогочет. Сейчас он по-настоящему счастлив. Все проблемы, связанные с родителями, забылись. Им нет места в доме бабушки и дедушки. Здесь Влад в полной безопасности.

***

Людям нельзя доверять, в этом весь ужас. Рэй Брэдбери

      Счастливый день омрачается после репетиции. Тогда Влад берёт из сумки телефон и видит, что ему звонит дядя Лёша. Это сразу предвещает нечто ужасное: он, дядя Лёша, никогда не звонит, предпочитая переписываться.       — Алло? — настороженно спрашивает Влад, ощущая, как его лёгкие сдавливает нечто невероятно тяжёлое.       — Влад, ты… Ты же сейчас не занят? — голос дяди Лёши немного дрожит, а сам он заикается больше обычного.       Это заставляет Влада начать покрываться, так называемой, гусиной кожей. Что-то подсказывает, что дядя Лёша звонит из-за дедушки Юры. С последним наверняка случилось нечто по-настоящему ужасное.       — Я свободен, что случилось? — Влад не уверен, что он хочет знать, что произошло, пока он был на репетиции. Нужно быть в курсе правды, только вот Владу страшно, как никогда. Он готов сесть и начать плакать, выключив телефон, лишь бы никого не слышать и продолжать оставаться в эдаком мире, где всё хорошо.       — Юра умер, — коротко и быстро отвечает дядя Лёша каким-то не своим голосом, а каким-то убитым.       Влад замирает на месте, сжимая телефон и кусая губы. Услышанное не может быть правдой! Ну просто не может быть! Влад же буквально час назад говорил с дедушкой и обсуждал с ним постановку, ну не могла смерть прийти так быстро! Да и Юра же был полностью здоровым, он никогда не жаловался на то, что у него что-то там болит. Наверняка дядя Лёша просто неудачно шутит. Плевать, что подобное совершенно не в его характере. Человек же может изменять своим привычкам?       — Лёша, хватит шутить так! У меня из-за тебя чуть сердце не остановилось! — Влад нервно смеётся.       Он сгибается пополам от боли в животе, но не может прекратить, всё продолжая и продолжая истерично гоготать. Лёша в ответ молчит, а Влад бьётся в истерике, обращая внимание всех омег в раздевалке. Они непонимающе переглядываются друг с другом, явно понимая, что произошло что-то ужасное.       — Влад… Влад, у папы… у твоего дедушки… оторвался тромб… мама… ну, твоя бабушка, нашла его тело в зале… Папа… дедушка умер, собирая кораблики, — бессвязно, обрывисто говорит Лёша. — Я не знаю, правда ли про тромб… Врачи говорят, что это он, но я не знаю… Влад, пожалуйста, не твори глупости… Ты… ты же вроде собирался ночевать у дедушки и бабушки? Сегодня лучше иди к родителям, а то я сегодня буду успокаивать маму, ну, твою бабушку… Влад, это не шутки…       Влад не замечает, как сбрасывает трубку. Его в следующую секунду накрывает. Он падает на колени и просто начинает плакать, ощущая, как на него давит весь мир. Влад громко и отчаянно скулит, понимая, что он потерял не просто дедушку, а дом и защиту. Теперь Влад совершенно один против целого мира. Никто больше не защитит от тех же учителей… Дедушки Юры больше нет.       Кто-то из омег пытается успокоить Влада, но он только сильнее ревёт и скулит, как побитое и всеми покинутое животное. Влад не может нормально дышать, он задыхается в своих же рыданиях и дрожит, лёжа на холодном полу и отказываясь верить в реальность. Зачем она нужна, если рядом нет дедушки Юры?       Какой-то омега выбегает из раздевалки и громко кричит, что Владу нужна помощь. Сам Влад готов убить любого, кто сейчас полезет к нему. Ему не помощь сейчас необходима, а дедушка Юра, живой и здоровый, готовый обсуждать корабли и учёбу. К чёрту других взрослых! Просто к чёрту!       В раздевалку вбегает кто-то из старших. Он тут же опускается на корточки рядом с Владом и предпринимает попытки выяснить имя. Влад же не отвечает, он не то, что говорить, он дышать нормально не может. Ему страшно и просто дико, за ним прямо сейчас кто-то гонится, но он не может понять, кто именно. Эта сущность невидима, она просто пожирает изнутри.       — Его Влад зовут! — пищит омега-девушка. — Ему кто-то позвонил, и он начал плакать, мы не знаем, что происходит!       — Он задыхается, быстро отойдите от него! — говорит прибежавший альфа. — У него, похоже, паническая атака.       — Что делать, Костя? — скулит кто-то другой, явно впервые столкнувшись с подобным явлением.       — Я же сказал вам отойти! — уверенно заявляет этот Костя, после чего осторожно помогает Владу сесть.       Последний ничего не понимает и слышит всё с трудом. Он может только плакать и отчаянно кричать, задыхаясь. Лёгкие будто разрывает чем-то изнутри, а в голове бьётся вечное чувство страха. Влад хочет оттолкнуть от себя этого Костю, но не может даже нормально пошевелиться.       — Влад, посмотри на меня, давай же! — Костя говорит твёрдо и уверенно. — Влад, ты обязан посмотреть на меня.       Влад с трудом выполняет требования, ему едва удаётся сосредоточиться на лице Кости. Тот почему-то напоминает родного папу, но при этом больше располагает к себе. Нужно слушать Костю: он выглядит уверенно, наверняка он сможет помочь… Он не дедушка, но точно знает, что делает.       Дальше Костя буквально заставляет Влада называть предметы и их цвета. На удивление, это действительно помогает Владу успокоиться, пусть и не сразу. Он прижимается к Косте и тихо беспомощно всхлипывает, дрожа всем телом и постоянно повторяя, что дедушка Юра умер.       — Позвоните его родителям и скажите, чтобы его забрали, — командным голосом говорит Костя, оглаживая Влада по спине и позволяя тому жаться, как маленькому ребёнку. — Сам он не дойдёт до дома.       Дальше Влад слабо осознаёт происходящее. Кажется, Костя был рядом, пока не приехал Андрей и не усадил в машину. Дома же Влад просто ложится в кровать и вырубается от усталости и эмоционального шока.

***