Вирус

      Антон одним движением смахнул всё, что было на столе: все бумаги, аппаратуру, склянки. Чужие научные данные и разбитое стекло сейчас было последнее, что его волновало. Серёжа, едва удерживая Арсения, уже укладывал его на поверхность стола. Немного небрежно, всё-таки весил Попов больше, но его тут же подхватил Антон, поддерживая голову и зажимая кровоточащую рану на плече.       — Скорее!!! — кричал он Серёже так, словно тот находился на другом конце компании. — Найди что-нибудь! Нужно кровь остановить! Нужно остановить это!!!       От криков Серёжа терялся только ещё больше, при слабом свете натыкаясь на другие столы в лаборатории. Стас шатался где-то в стороне, откашливаясь от попавшей в рот крови и пытаясь нащупать вонзённый в тело по самый корень иглы пустой шприц. Когда нашёл, машинально вытянул и отбросил куда-то в сторону. Припал к стене и сполз по ней вниз. Всё тело жгло, помещение вокруг плыло и вращалось, голос Шастуна доносился откуда-то из банки. Стасу Шеминову казалось, что он сейчас умрёт.       Но вопреки его ожиданиям, чёрная паутинка вен потихоньку исчезала, тогда когда по телу Арса она расползалась, бескомпромиссно разбрасывая свои паучьи лапки из-под ладони Антона. И время Арсения уходило быстрее, чем было у Стаса. Мозг к плечу был гораздо ближе.       — Серёж!!! — не замолкал Антон, не замечая, как по щекам скатываются слёзы. — Арс! Арс!!! Не закрывай глаза, слышишь меня?!       — Нету… Нету больше, — севшим голосом проговорил Серёжа. Он не раз слышал, что Антон легко может заплакать, но видел такое впервые. Отчего ситуация казалась паршивее некуда. Она и была паршивее некуда.       Арсения бил озноб. Всё тело и кости крутило, ни рук, ни ног он не чувствовал, и в глазах постоянно чернело. Но ему очень хотелось дотронуться до Антона. Показалось, словно очень плотный сон, что всё-таки поднял окровавленную руку, вроде коснулся его руки, пачкая кожу и рубашку.       — Че ты?.. — показалось, что спросил едва слышно. И, кажется, даже выдавил улыбку. — Я просто полежу часок…       — Замолчи, — в бессилии Антон уткнулся в шею и плечо Арсения лбом. И без того мокрая футболка намокла ещё сильнее от слёз. — Замолчи, козёл.       Трясущимися руками Серёжа пытался набрать Диму. От безысходности. В городе, полном заражённых людей, наполовину разрушенном государством, без связи, он не знал, что делать. Звонки сбрасывались. Индикатор связи упорно и бездушно показывал ничего. Разозлившись на всё вокруг и на самого себя, Матвиенко с криком швырнул телефон в пол.       В голове промелькнуло, что если бы можно было вернуть время назад, он не дал бы Арсу ввести лекарство Стасу. Стало стыдно, но приоритеты расставились сами собой, на уровне животного инстинкта. А теперь он терял лучшего друга и ничего не мог с этим поделать. Никак не мог ему помочь.       Серёжа с силой ударил кулаком в соседний стол. Потом ещё раз. Снова и снова, пока кожа на ладони не треснула.       — Не уходи, — едва слышно пробубнил Арсению в шею Антон. — Не уходи, прошу тебя…       Арс хотел сквозь смех сказать «никуда не уйду, дурачина», но рука, едва касавшаяся запястья Шаста, ослабла, скользнула пальцами и безжизненно свесилась со стола.       Дима хмурил брови и поглядывал в зеркало заднего вида на человека в белом халате, представившегося Константином Ветровым. Сначала Ветров долго благодарил Позова, что тот остановился и, рискуя, позволил ему сесть в машину. Потом учёный начал сумбурно и без умолку тараторить, из чего Дима понял, что он «лишь на минуту к начальнику вышел, кто ж знал, что в его крыле ещё кто-то остался».       — Этот вирус, я его… я его изучаю шестнадцать лет, понимаете? А живёт он ещё дольше. Он в девятнадцатом веке половину города покосил. Тогдашнего. Я не знал, что она зайдёт в лабораторную, откуда ж я знал, что она порежется? Он сожрал ещё часа… за три, наверное. Она всех кусала, всех, кто попадался. Из Сашки мясо вырвала. Я её ножницами… Но я не заражён! Вот! Видите? Видите? Всё в порядке со мной. Я пока соображал, попробовал кое-что…       Пока Дима понимал, что этого ненормального лучше бы где-нибудь высадить. За пределами города, но лучше до того, как он найдёт Катю. Позов на всякий случай бросил взгляд на телефон в держателе. По-прежнему ничего, ни единой палочки связи. Он уже на Симферопольском, может, осталось чуть-чуть проехать и быть может…       — Она меня укусила, — внезапно тихо признался пассажир, обняв свой портфель словно ребёнок плюшевого мишку. — Я там последний остался. Когда понял, что мне осталось от силы несколько часов. Я смешивал всё подряд. Знаете, когда стрессовая ситуация, где время играет против тебя, уже не обращаешь внимания на правильную консистенцию и сочетание препаратов. Я, наверное, стал бы одним из них.       Ветров замолчал и какое-то время смотрел в окно на мелькавшие вдоль дороги фонари и деревья.       — У меня не было иного пути, пару препаратов я спустил на крыс, — с жалостью продолжил он. — Одна умерла сразу, вторая мучилась. Больше испытывать не на ком было, я решил на себе. Оно расползалось и мне казалось, я сейчас сойду с ума. Не знаю, удача ли, или что это было, но один не сработал, а второй… Вот…       Ветров вытянул руку, разглядывая её, будто там что-то должно было быть. Но на руке ничего не было, обычная кожа мужчины среднего возраста.       — Он помог, и я сделал ещё немного, но там… налетело что-то, военные кругом. Один я потерял, второй вот со мной остался, — Константин в подтверждение своих слов порылся в портфеле и извлёк оттуда наполненный жидкостью шприц. — Когда приедем, я его исследую ещё раз и выпущу партию. Может, удастся ещё кого спасти?       — Это антивирус?! — впервые за время всего монолога Ветрова подал голос Дима.       — Ну да, — ответил Константин, посмотрев на Диму в зеркало заднего вида так, словно это было слишком очевидно даже для ясельника.       Дима поджал губы. Внутри было как-то неспокойно. Будто он забыл что-то сделать: выключить утюг или перекрыть газ. Если эта жижа правда помогла мужчине н заднем сидении его машины, то, возможно, она могла бы вылечить ещё кого-нибудь. Кого-то важного.       Может, всё-таки не стоит высаживать Ветрова раньше неизвестно где, а стоит сначала найти Катю. Найти и убедиться, что никто из них не заболел и антивирус им срочно не понадобится.       Скорее всего, так бы Дима и поступил. Увёз бы Ветрова туда, где могла бы быть его семья. И не важно, сколько прошло бы времени. Наверное, Дима его не отпустил бы. Но в этот момент внезапно зазвонил телефон. Определитель номера высветил: «Катя».