Зимние каникулы с Максом

После возвращения блудного кота (Макс именно так окрестил это событие, хотя всё указывало на то, что Степан никуда и не уходил) все заметно повеселели. Даже Яровые приободрились и перестали ныть про то, как они умрут голодной и холодной смертью. Сенька сварганил какао, и все всемером устроились с жестяными кружками и пачками крекеров на одеяльно-подушечном лежбище. Собаки скромно приткнулись сбоку, а утерянного было навеки Степана Макс устроил у себя на коленях и укрыл пледом. Степан благосклонно затарахтел, время от времени втыкая Максу в живот острые когти. — Не, всё-таки хорошо отдыхаем, — заявил Макс. — А что связи нет, так это даже плюс, да, Мишань? Зато всякие там не доебутся. — Угу, — буркнул Мишка. — Но Златка же просила скинуть фотку коттеджа. — Ну, я ей пофоткаю и скину, — согласился Макс. — Вот завтра, если вышку назад не втыкнут, полезу на какую-нибудь ёлку и… — И свернёшь к хуям голову, — договорил Мишка. — Не, Мишань, и отправлю ей фотки. На высоте связь всегда ловит. Вот я как-то в универе… — В физкультурном! — вставил Мишка, сразу же разоблачая потенциального самозванца, и Макс возразил: — А вот и попал хуем в небо! На филфаке! — Где? — недоверчиво переспросил Мишка. — Это типа факультет такой, — скромно перевёл Макс. — Философский. А, не, филологический, во. — И на кого там учат? — спросил Женька. — На филолога, — подсказал Юрка. — Язык, литература. — Это типа как Селёдка, что ли? — испугался Женька и на всякий случай отодвинулся от Макса подальше, как от чумного. — Ты там не учился! — недоверчиво выкрикнул Мишка. — Чё это? Может, учился, — оскорблённо задрал нос Макс. — Не, Мишань, на самом деле я посещал лекции этим самым. Вольнослушателем, во. — Здорово! — воскликнул Женька. — На нормальное поступление денег не хватило, да? — с жалостью спросил Виталик. — Тяга к знаниям! — важно поднял палец Сенька. — У нас вон тоже, помнится, один парнишка с мехмата посещал… — Да не, Сень, я там просто одну барышню окучивал, — пояснил Макс. — Мы с ней прямо на лекциях… Не, ну реально беспонтовые занятия были, ну! Всё такое, знаете, с претензией. Дискурсы, блядь, фокальные персонажи, блядь. И названия все с выебонами. «Какая-то там хуйня, или Новая Элоиза». Типа старую-то все прочитали и в курсах, чё там и почём. А старую ваще не он писал, не тот же чувак, я узнавал. Примазался, сука. И лекторша ещё такая сушёная в очочках, вопросы каверзные задаёт и зырк-зырк на меня, мол, читал? Фу, бля! Слушайте, а чё мы вообще это вспомнили? — Ты ж сам завёл шарманку, как там в твоём каменном веке было, — подсказал Мишка. — А, да, — спохватился Макс. — Короче, я этой Ангелине — ну, барышню так звали — писал эсэмэски, а связь же не в пизду вообще была, так я это самое. Короче, возле её общаги была такая ёлка, и вот я на неё лазил и оттуда отправлял, во. — Тогда уже телефоны были? — недоверчиво спросил Женька. — Охуенная история, — мрачно подытожил Мишка. — Да ваще! — закивал Макс. — Там у этой первой Элоизы, прикинь, мужику того. Яйцен клац-клац. — Да ладно! — воскликнул Женька. — Исторический факт, зуб даю, — ответил Макс. Толик вынул телефон и попытался это загуглить, но связи по-прежнему не было. — Вам, молодёжь, вообще полезно пожить без гаджетов, — поучительно сказал Макс. — Вот когда мы с Андреем сожгли тот сарай, мы… Снаружи что-то тяжело шмякнулось, обрывая Макса на полуслове.