Глава 8
7 декабря 2022 г., 11:09
Они решили взять Ательстана с собой в Уэссекс. Он быстро всему учился, и Рагнар и Лагерта знали, монах будет им полезен в будущих переговорах, которые как они рассчитывали, должны были принести плоды. И Бьерн тоже поплыл с ними. В свой первый набег.
Когда они сошли на берег, их встретил посланник.
Рагнар поднял руку, предотвращая атаку, когда их драккары приблизились. Его семья вышла из лодки, шагая в сторону прибывшего к ним посланника.
— Рагнар Лодброк. Я принц Этельвульф. Мой отец передает вам свои... Наилучшие пожелания.
Ательстану позволили говорить за них всех:
— Принц Этельвульф, для нас это большая честь.
Принц глянул на него с удивлением.
— Ты один из нас? — спросил он, не веря своим глазам.
— Я…Был, — ответил Ательстан. Этельвульф пристально посмотрел на него, прежде чем повернулся к остальным.
— Мой отец хотел бы вас увидеть. Я вернусь, как только вы устроитесь, — сказал он.
Они проводили его внимательным взглядом. Лагерта приказала воинам разбить лагерь. Снова повалили деревья и поставили палатки. На дворе поздний вечер, когда на берегах Уэссекса возникло небольшое поселение.
— Ну, что нам делать? — Хорик потребовал, чтобы лидеры снова собрались вместе. — Он ушел и вернется с армией!
— Нет, — подметил Ательстан. — Если король послал своего сына, это – добрый жест.
Лагерта и Рагнар кивнули в знак согласия.
— Мы договорились встретиться с Эгбертом по возвращению, — сказал Рагнар. — Итак, мы встретимся с ним.
— А как же добыча?! — Хорик вышел из себя, пылая яростью. — Мы пришли сюда, чтобы совершить набег. У меня есть воины, которые жаждут крови и сражений. Какой смысл говорить, когда мы можем просто взять?
— Зачем без необходимости проливать кровь? — заговорил Бьерн задумчиво, но твердо. — Зачем рисковать нашими людьми, если мы можем достичь соглашения и получить желаемое без необходимости убивать? Возможно, это мог бы быть новый путь…Если христиане не хотят войны.
Лагерта и Рагнар обменялись одобрительными взглядами. Бьерн все понял. Но Хорик нет.
— Я КОНУНГ! — кричал он на них, рвал и метал. — Все эти разговоры о сельском хозяйстве и почвах – пустые мечты! И ничего больше. Вы будете делать то, что я прикажу! И я говорю, что мы убьем их, прежде чем они смогут вернуться с армией!
Большую часть разговора Рагнар сидел на земле. Он встал и подошел ближе, чтобы поддержать своего сына и жену.
— Что ж, — холодно произнес Рагнар. — Поскольку ты конунг, мы должны повиноваться тебе.
Бьерн и Лагерта пытались возразить, но он взглядом заставил их замолчать.
— Хорошо, — буркнул Хорик, сердито глядя на них. — Мы будем ждать их возвращения и нанесем удар. Отправьте послание. И ждите. Войны. — Он развернулся, уходя прочь, его сын Эрлендур последовал за ним.
— Я говорил тебе, что будет возможность, — сказал Хорик сыну, когда их никто не смог услышать.
***
— Рагнар, что нам делать? — поинтересовалась Лагерта. Они собрались в его палатке – Бьерн, Лагерта, Торстейн, Флоки и Ролло.
— Мы должны попытаться встретиться с королем, — рассуждал Ролло. — Если Хорик нападет, это будет выглядеть так, как будто мы отказались от своего слова.
— Но его слово выше моего, — спокойно говорил Рагнар, констатируя факт. Он знал, чем все закончится. Начался небольшой дождь.
— Приготовьтесь, — предупредил он. Все смотрели друг на друга, не совсем уверенные, обращается ли к ним Рагнар или к кому-то другому. Один за другим они покидали палатку, пока Рагнар с Лагертой не остались одни. Она подошла ближе, села рядом с ним и положила голову ему на плечо. Он протянул руку, поглаживая ее по волосам и нежно целуя в лоб.
— Надвигается буря, — заметила Лагерта.
Рагнар согласно кивнул.
***
Все произошло так, как Рагнар и предвидел.
На посланника Этельвульфа гнусно напали со спины. И когда саксы вернулись, то уже с большой армией. Хорик вел их войска в бой, но на этот раз Рагнар приготовился. Он решил оставить два контингента позади, отправив их в разные стороны. И когда армия Этельвульфа атаковала с фронта, справа и слева, войскам Рагнара удалось сдержать правый и левый фланги.
Битва была кровавой и долгой — ломались щиты, рубились головы и трескались кости, но не смотря на горький вкус поражения, Рагнару удалось спасти много своих славных воинов. И самое главное, ему удалось спасти своего брата.
Пусть тело Ролло покрывали кровь, ссадины и шрамы, он остался жив и невредим. Бьерн тоже смог пережить битву.
Большинство людей Хорика убиты.
Но в борьбе и неразберихе они потеряли одного…
Ательстана нигде не было.
Рагнар снова взглянул на берега Англии. Они вернутся. Но есть неотложные дела, зовущие их домой.
Настало время народу надеть корону на голову новому конунгу.
***
Когда они вернулись в Каттегат, Рагнар прижал Лагерту к себе и прошептал ей на ухо, что сегодня вечером он должен остаться в Зале.
Она отстранилась от него, и в ее глазах - смесь боли и покорности, а потом они разошлись своими дорогами. Лагерта ушла к себе домой, и Бьерн составил ей компанию. Они снова увидятся на следующий день. Рагнар же отправился в спальню к Аслауг.
Но когда он поздоровался с ней, то мог сказать, принцесса не в духе. Дети спали, и Рагнар старался не разбудить их, пока они злобно перешептывались друг с другом:
— Тебе нужно выбрать, — заявила ему Аслауг громким шепотом. — Либо я, либо Лагерта.
— Я не буду делать такой выбор. Это ты пришла в Каттегат. Это ты искала меня в Гёталанде. Или ты этого не помнишь? — парировал Рагнар.
Аслауг расхаживала по комнате.
— Я ненавижу тебя!
— Знаю. Но такова наша договоренность.
Аслауг всматривалась в его лицо, смотрела на него с гневом и презрением. Рагнар сказал вслух то, что они оба знали, но отказывались признать. Что их отношения договоренность - и ничего больше. Всегда была и будет договоренность.
Рагнар сделал шаг к ней, сгреб в объятия, приподнимая ее платье и целуя в плечо. Аслауг напряглась, пыталась отпрянуть, но он не выпускал ее.
— Еще раз, — прошептал он. — Еще один раз, и я никогда больше не прикоснусь к тебе. Я клянусь.
— Я не могу,— выдохнула Аслауг.— Я видела нашего будущего сына, и мне страшно, —но Рагнар не примал отказа. И поэтому она смягчилась, оттаяла.
В эти моменты она могла быть рядом с ним. Когда Рагнар внутри нее, Аслауг пыталась представить, что он любил ее, что она его жена, а не любовница, что они нечто большее, чем просто два человека в отношениях по расчету. Но на этот раз ее воображение нарисовало иную картину. И она поняла, что ее тело просто не реагировало так, как раньше. Когда Рагнар двигался в ней, Аслауг представляла на его место кого-то другого. Но даже видя чужое лицо, она не получала ни капли удовольствия. Никакого освобождения - по крайней мере, для нее. Она ждала, пока Рагнар закончит, и испытала облегчение, когда он наконец вышел от нее. Аслауг знала, он не получил удовольствия.
Но они никогда не делили ложе, чтобы насладиться друг другом.
Он защищал ее, оберегал, а она рожала ему сыновей - вот и все их "наслаждение".
Рагнар пообещал, это в последний раз. И Аслауг знала, что так и будет. Она откатилась от него на дальнюю сторону кровати и заснула.
Но Рагнар был заснуть не в силах.
Аслауг подарила ему троих сыновей. Скоро родится четвертый. Но Рагнар видел - принцесса день ото дня становилась все печальнее и несчастнее, и чувства ее к нему давно перегорели, стали пеплом. Может быть, есть способ возродить ее, заставить вспорхнуть? Рагнар обдумывал в уме идеи, как подарить душе Аслауг покой. Рагнар думал, что стоит поговорить с женой. Ему казалось, он нашел решение, но ему нужен был вердикт Лагерты. Нет, окончательно принял решение. И у Лагерты не будет другого выбора, кроме как принять это.
Беспокойный, Рагнар встал и вышел из покоев, подойдя к бочке с водой, все еще стоящей в Большом Зале. Он не торопился мыть свое тело, пока не убедился, что все следы Аслауг исчезли. Рагнар оделся, натянул сапоги и на выходе остановился возле сыновей, целуя их милые лица. Сигурд поерзал и задышал чаще, но не проснулся. Рагнар расплылся в улыбке.
Его сыновья прекрасны, и он в очередной раз рискнул бы своим будущим счастьем, чтобы они были рядом с ним. Доски мягко поскрипывали под ногами, когда Рагнар выскользнул из Большого Зала, поторопившись к горному домику Лагерты. Ее дому.
После более чем трех лет в таком...Затруднительном положении это все еще ее дом. Рагнар всего лишь гость. Было бы намного лучше, если бы Лагерта вернулась в город и разделила с ним постель, но она уже сказала, что не будет спать с ним и Аслауг, и ни разу не нарушила своего слова. Независимо от того, насколько поздний час, Лагерта всегда уходила домой.
Рагнар мечтал о той самой ночи, когда она не уйдет; когда он сможет чувствовать ее и обладать ею в постели, которую они когда-то делили вместе. Рагнар хотел заняться с ней любовью в этой постели. Они отдалились друг от друга вот уже три года, и только однажды она уступила ему, и он знал, похоть сыграла свою роль, не любовь.
На его месте тогда мог быть кто-то другой, эта мысль частенько терзала разум Рагнара.
Рагнар знал свою жену. Знал ее желания, ее страстную натуру, и задавался вопросом, пустила ли Лагерта кого-то в свою постель за три года?
Поездка на гору верхом занимала около тридцати минут, он использовал данное ему время с умом, готовился к предстоящему разговору, подбирал правильные слова. К счастью, Лагерта дала ему ключ. И Рагнар намерен им воспользоваться.
В домике горел камин, обогревающий всю комнату.
— Где Бьерн? — спросил Рагнара. Лагерта не спала, стояла перед очагом.
— Бьерн...— отозвалась Лагерта. — Он со своей возлюбленной.
— Возлюбленной?— Удивленно поднял брови Рагнар. Как он этого не заметил?
— Да. Молодая девушка из вашей домашней обслуги. Торунн.
Имя казалось знакомым, но Рагнар никак не мог вспомнить ее лица.
— Ну, сейчас он в таком возрасте, — рассмеялся Рагнар, подходя и становясь рядом с ней.
— Знаю. Кажется, он очень привязан к девочке. Я надеюсь, что он хорошо к ней относится.
— Ммм....— Он ухмыльнулся вспоминая себя в том же возрасте. Тискал женщин на сеновале, сражался, ввязывался в драки. О да, он повидал столько женщин, сколько раз успел подраться. — Бьерн - ответственный малый. Все будет хорошо.
— Я надеюсь на это. В подобных вопросах я хорошо его обучила, — Лагерта надавила на фразу, с намеком. Болезненным.
Рагнар поморщился. Слова жены задели его за живое.
— Ты надеешься, что он не пойдет по моим стопам, вот что ты имеешь в виду.
Лагерта смотрела на него, ее лицо - нечитаемая маска. Но Рагнару и не нужно читать, ответ он знал.
— Ты прав, муж. — Лагерта отошла от огня и села на кровать. Она медленно начала заплетать волосы.
Возможно, ему следовало прийти завтра. Заплетание волос - прелюдия к драке, которой давно не было.
— Что я натворил на этот раз? — Рагнар звучал раздраженно, устало. Он думал, что у них все начало налаживаться. Последние несколько месяцев он проводил здесь, согревал ее постель по ночам. Они постоянно спали вместе, и она позволила ему большую степень близости, чем раньше. Где он допустил ошибку?
— Ты солгал, — отрезала Лагерта прямо. Рагнар не понимал.
— Я никогда не лгал тебе, — защищался он, садясь на корточки у ее ног и кладя подбородок ей на бедро. Она дернула ногой, убирая ее.
— Ты обещал мне, что я никогда не узнаю.
Медленно пришло озарение. Лагерта смотрела на него в ожидании, а Рагнар только мог, что открывать и закрывать рот. Он поднялся с пола.
Лагерта все еще ждала, а Рагнар мерил шагами комнату, пытался подобрать правильные слова, и потерпел очередную неудачу. В доме так тихо, он готов поклясться, что слышит, как снаружи мочилась крыса. В один момент тишина стала громче крика.
— Сегодня был последний раз,— признался Рагнар, поворачиваясь к ней лицом.
Лагерта усмехнулась и отвернулась от него, симая платье, медленно обнажая себя. Рагнар видел очертания ее тела под тонкой тканью и почувствовал знакомую боль в животе. Он взвешивал варианты. Уйти или остаться. Они рисковали подраться, но Рагнар все равно намеревался остаться.
Как только Рагнар прикоснулся к ней, Лагерта обернулась, чтобы дать ему пощечину, но он схватил ее за руку, прежде чем она нанесла удар. Ее попытка ударить его в пах тоже пресеклась, но когда Рагнар отпустил ее руки, она сумела врезать ему в челюсть, заставляя его отшатнуться назад.
— Я должна была оставить тебя! — Лагерта тяжело дышла, ее грудь вздымалась, когда она наблюдала на ним, он держался за подбородок. Утром обязательно нальется синяк.
— Но ты этого не сделала, — сказал ей Рагнар, медленно приближаясь. Лагерта настороженно следила за ним, сжав кулаки. Он поднял руки в мирном жесте.
— Я больше не хочу этим заниматься, Рагнар.
— Тогда мы нам и не придется. Мне не придется. Клянусь, это было в последний раз.
— Я УСТАЛА. Устала притворяться, что я счастлива. Устала притворяться, что это, — она обвела рукой дом, — нормально. Это не нормально. Я хочу вернуть свой дом. Я хочу вернуть свою жизнь обратно. Я хочу вернуть наши жизни обратно.
Вот оно. Она наконец сказало о том, что мучило ее днями и ночами, и Рагнар знал, глядя на лицо Лагерты, в ее глаза, блестящие от непролитых слез - это их переломный момент. Как знал и то, что его следующие слова, которые должны быть произнесены, расколят, доломают их пополам окончательно:
— Мы не можем вернуться.
Горькая, суровая правда. Обратного пути нет. Их ферма сгорела. Дочь умерла, сын не родился. Дети не смогут вернуться к родителям. Рагнар стоял неподвижно, ожидая дальнейших действий Лагерты.
Она покачала головой, пыталась смахнуть слезы с глаз. Она не позволит себе разрыдаться перед ним. Никогда.
Лагерта думала, что уже смирилась с этим, смирилась с тем, что теперь они вынуждены жить так. Но когда они сошли с драккаров, когда он сказал ей, что идет в Большой Зал, стало ясно - никакого примирения они не достигли, только одно скользкое предательство. И знание о том, что он снова оставил ее, режущие боли в животе становились невыносимее. Лагерта больше не хотела вариться в собственных умирающих надеждах, не хотела давать вторых шансов.
— Завтра я уезжаю в Хедебю, — сказала ему Лагерта, как только самообладание вернулось к ней. — Там накопилось много важных дел. И поскольку я там ярл, мой долг - разобраться с ними.
— Как долго тебя не будет?
— Я не знаю. Возможно, в течение следующих девяти месяцев. — Выплюнула она язвительно, намеренно причиняя боль.
Рагнар сел на стул и провел рукой по лицу и бороде. Как ее муж, он мог бы запретить ей уезжать, но он понимал, что она все равно уедет И Рагнар никогда не был в состоянии отказать Лагерте в чем-либо. По крайней мере, они не разводятся, а расстаются. И как раз в тот момент, когда они почти смогли зашить их разорванную в клочья связь.
— Хорошо.
Это все, что Рагнар смог сказать, когда встал, чтобы уйти, но, подойдя к двери, остановился, вспомнив, зачем он вообще пришел к ней. Если она уедет завтра, то у него не нет другого выбора, кроме как сделать сегодняшний вечер еще хуже.
— У меня есть кое-что, что я хотел бы обсудить с тобой....Относительно Аслауг, — говорил Рагнар, растягивая каждое слово.
Лагерта уже почти забралась в постель, но остановилась и оглянулась на него.
— Аслауг? — она опасно прищурилась.
— Она глубоко несчастна, уже очень долгое время.
Лагерта рассмеялась, но в ее смехе слышалось негодование.
— По тебе не скажешь.
Рагнар пропустил язвительную реплику мимо ушей.
— Я подумываю о том, чтобы возложить на нее больше ответственности за домашнее хозяйство. Ей, кажется, нравятся такие вещи, а нам с тобой...Нет.
— Значит, ты отберешь у меня еще больше ... — начала Лагерта, — и отдашь ей?
— Ты все еще моя жена, и ты все еще ярл. Ты всегда будешь превосходить ее по роли и статусу. Ты по-прежнему будешь выполнять свои обязанности, но Аслауг несчастна и...
— Ты чувствуешь себя виноватым, — закончила за него Лагерта. — Спокойной ночи, Рагнар. — Ее голос ровный, когда она отпустила его восвояси.
