First love / Late spring

Четыре недели пролетели в одно мгновение. Еще никогда для Ангела время не шло так быстро. Первые месяцы в Токио казались ему пресной, зажёванной до безвкусия жвачкой, то и дело наматываемой на палец. Что же касалось последних дней… он не успевал даже моргнуть, как утро сменялось вечером, только-только заправленный футон снова расправлялся, а стоило ему встретиться с Аки утром, как время тут же перематывало его жизнь на тот момент, когда демон вместе с Кишибе уже направлялись в сторону дома. Это были самые продуктивные дни, в самом ужасном смысле этого слова. Словно потянув за ниточку свитера, Аки медленно, но верно нашёл к демону верный подход, чтобы заставить его работать. Обычно это была кормежка мороженым и десертами, и в такие моменты, когда Ангел вновь попадался на эти унизительные уловки, он злился на самого себя, да и на человека тоже – это же антигуманно, использовать на нём такие варварские методы. И вот такие вот люди, как Аки, считали себя оплотом здравомыслия? Абсурд. Хотя, возможно, дело было не столько в мороженом, сколько в самом человеке, а точнее в его слабости. Оружие у того было не лучшее – одна катана да волшебный глаз. В мире охотников на демонов с такими контрактами далеко не уйдёшь, но Аки продолжал выживать в нём уже больше трёх лет. То ли от общей ненависти к демонам, то ли от личной мести, он упрямо рвался в бой, не оставляя Ангелу ни шанса отсидеться в стороне. За весь июнь они успели собрать столько кусков Огнестрела, что, слипшись, те образовывали массу размером с кулак. Макима, верно, была в восторге от таких результатов, но демон этот восторг не разделял. Как-то раз под ним рухнул потолок – и он поломал все конечности. В другой день демон откусил Ангелу часть руки, и тому пришлось полчаса рыться в вонючих кишках, чтобы найти её и прирастить обратно. Работать стало сложнее и опаснее. Если описывать ситуацию в общих чертах, жизнь Ангела стала еще более невыносимой. Единственное, что в ней стало хорошо – это приличная еда, десерты, и, возможно, сам человек. Но только самую малость! Аки был не сахар, просто Ангел не считал себя избалованным. Спустя какое-то время общения с человеком демон пересмотрел своё мнение о нём – по сравнению с Кишибе Аки выигрывал несколько баллов как минимум за то, что от него воняло не спиртом, а каким-то цветочным кремом для рук и… кошкой. Честно. Ангел принюхивался несколько раз, но это всегда был легкий запах кошачьей шерсти. Почему? Он не спрашивал, чтобы не выглядеть в глазах Аки хоть как-то заинтересованным в его личности. В один из первых дней июля, когда Ангел, только проснувшись, сидел на футоне и собирался с мыслями для нового дня, из дверного проема высунулась голова Кишибе. — Сегодня у тебя выходной, – сообщил он радостную новость. – Да и завтра тоже, походу. Смотри не обмочись от счастья. Ангел удивленно похлопал глазами, не веря своим ушам. — С чего вдруг такие почести? — Аки заработал сотрясение на вчерашней стычке, – объяснил старик. – Пару дней будет приходить в норму, а одному тебе работать нельзя. Вот и получается, что отдыхать вы будете вместе. Ангел вспомнил вчерашнюю битву с Демоном-Карандашом. Тот бросил в них уличным баннером, когда оказался зажат в тупик. В тот момент Ангелу удалось спастись, как можно сильнее вжавшись в стену. Человеку же повезло меньше – его снес с места огромный баннер с рекламой Макдональдса, заставляя отлететь на несколько метров. Понятно теперь, почему он был таким зеленым и шатался, когда они возвращались в офис. Демон даже как-то забеспокоился, а не грохнется ли он в обморок посреди улицы, ведь что ему тогда нужно было бы делать? Тащить эту огромную тушу за ноги? Нет уж, увольте. Ангел довольно хмыкнул. — Я благодарен этому человеку за то, что у него такая хрупкая черепушка. — Ну-ну, – хмыкнул Кишибе. – В общем, я пошёл, а ты сиди здесь смирно. Из дома не выходить, кнопочки на плите не тыкать. — Мне не пять лет, – фыркнул демон. Когда Ангел остался один, то плюхнулся обратно на футон и без зазрений совести проспал еще часов пять. После пробуждения умыл лицо и позавтракал чаем с куском сырого мяса… Ангел не помнил, когда оно появилось в морозилке. Скорее всего, старик хранил его там еще со времён мезозоя, но для него, как для демона, срок годности мяса важной роли не играл. Ангел неумело залил его кипятком, но разморозить мясо получилось лишь частично, и зубы всё равно наткнулись на лёд, когда принялись разжевывать плоть. Включив телевизор и развалившись на диване, демон хрустел замороженным мясом, как сухарем. На экране расхаживало большое парнокопытное. Живот бедного животного был распорот, и его внутренности вываливались наружу. — Антилопа Гну чудом выжила в схватке с африканским узкорылым крокодилом, – с придыханием говорил мужской голос за кадром. – Однако, удача скоро покинет её. Раны слишком глубоки, а стадо ушло далеко вперед. Бедняге остались считанные часы, и сезона дождей она уже не застанет… Её кровь привлекает хищников. Пятнистые гиены могут учуять запах крови на расстоянии до трёх километров. Кажется, непоседливой антилопе суждено стать живым обедом для стаи. Гиены, окружившие антилопу со всех сторон, покусывали её за бока, хохоча, точно играясь. Некоторые из них впивались клыками в её кишки, вытаскивая наружу всё больше, разбирая по частям наживую. Облепленная хищниками со всех сторон, антилопа ковыляла вперед, не оставляя тщетных попыток отбиться от гиен рогами. «Бедное создание, – мысленно прокомментировал Ангел, болтая свешенными с дивана ногами. – Это, наверное, ужасно – быть живым, но знать, что твои дни уже сочтены. Если бы я оказался в такой ситуации, то предпочел бы убить себя, нежели жить с мыслями о приближающейся смерти. Как хорошо, что я не антилопа Гну». Пару раз Ангел умудрился заснуть прямо на диване, а когда он проснулся в последний раз, то за окном был уже вечер и на экране шел фильм про тибетские горы, который он уже смотрел раз пять, как будто других фильмов про Тибет и вовсе не существовало во Вселенной. Ангел зевнул, утирая пальцами выступившие во время сна слезы, и принялся переключать каналы в надежде найти там что-то поинтереснее. — Мне больно видеть грусть в ваших глазах, mon chérie, – шептал усатый мужчина в помпезном наряде, заглядывая в лицо красивой бледнокожей женщине. – Если бы я мог, то подарил бы вам все звёзды с неба, лишь бы вы всегда улыбались. — О, monsieur… – убивалась она, хватаясь за его грубые руки. – Любые звезды с ночного неба меркнут рядом с вами. Я не мыслю, как жить без вас. Прошу, не оставляйте меня… — Не плачьте, mon chérie. Даже если судьба отправит меня на другой конец света, моё сердце всегда будет с вами. «Люди такие слюнтяи, – закатив глаза, подумал Ангел и снова переключил канал, на этот раз на кулинарное шоу. – Миллионы лет эволюции, а они так и не научились снимать хорошие фильмы». «Аки сейчас сидит дома», – всплыла в голове случайная мысль, пока он возился на диване, в сотый раз поправляя под головой продавленную подушку. Может быть, Аки сейчас тоже смотрит фильмы. Интересно, какое кино ему нравится? Он не похож на человека, который обожает сопливые драмы, о нет, он такой зануда, что, наверное, включает телевизор только ради сводки новостей. Сто пудово, так и есть. «Но какие-то фильмы он же смотрит? – продолжил рассуждать неугомонный мозг. – Наверняка сидит с каменным лицом и прямой, как штык, спиной. Смотреть фильмы с таким человеком было бы чертовски скучно… или наоборот, приятно? Ведь это значит, что он сидел бы молча и не отвлекал бы меня от просмотра…» В животе появилось непонятное волнение. Ангел вскинул брови – неужели мясо было настолько плохим? Щелкнул дверной замок – домой вернулся Кишибе. Он принёс гобаджоу, которые купил в китайском ресторане на первом этаже, и Ангел решил отложить размышления о странном самочувствии на второй план. — У тебя ненормальная зацикленность на китайской кухне, – заметил он, жадно запивая свинину водой из-за того, что она оказалась слишком острая. – Обратись с этим к кому-нибудь, я серьезно. Кишибе отвёл взгляд и вылил на свое мясо еще больше острого соуса. Ночью демон долго ворочался, пытаясь заснуть, но сон почему-то не шёл, что было странным, ведь это была его любимая часть существования. Волнение в животе не унималось, и Ангел начал всерьёз задумываться о том, а не заболел ли он случаем. Демоны не болели тем, чем обычно болеют люди, но вдруг это была какая-то исключительная, особенная болезнь, которая могла поразить даже его? И если он и правда болен, то не могла бы Макима отпустить его на больничный?.. Ангел пробовал отвлечь себя воспоминаниями о побережье и Шанти, однако перед глазами вставало другое: сопливая влюбленная парочка из того фильма, заливающая друг другу в уши дерьмо. На бессоннице странности не закончились, и следующим утром демон проснулся раньше Кишибе. Сослав это на внезапную жажду, он прокрался мимо спящего мужчины на кухню и налил себе стакан воды из графина, но даже после этого странное чувство не утихло. Время на микроволновой печи показывало полседьмого… Если бы это был самый обычный день, то через час он должен был бы уже завтракать, чтобы потом переодеться, выйти на работу и встретиться с человеком в фойе Общественной Безопасности. Ангел вдруг застыл прямо так, с пустым стаканом в руках, озаренный осознанием – то, что он сейчас чувствовал, так сильно походило на то, что он испытывал, когда Макима отняла у него родные берега океана. — Надо же, – прохрипел за спиной сонный голос Кишибе. – Ты впервые встал раньше меня. Кажется, на улице снег собирается. — Не неси чепухи, старик, – цокнул языком демон и убрал стакан в раковину. – Сейчас лето, на улице не может пойти снег. — Ага, в точку, – кивнул мужчина, прошлепав босыми пятками к кофеварке. – Суть ты уловил. Они завтракали в тишине. Ангел угрюмо жевал сэндвич, сделанный из тостов не первой свежести, запивал их апельсиновым соком и поглядывал в окно. На звеняще-голубом небе снова не было ни облачка, а деревья не колыхал даже самый легкий ветер. Жара продолжала набирать обороты. Хорошо, что внутри самой квартиры температура оставалась приемлимой – здание, в котором они жили, располагалось в тени зданий повыше, а окна смотрели на запад, так что солнце к ним практически не попадало. Ангел неловко потеребил между пальцами прядь волос. — Как поживает человеческая черепушка? Рука Кишибе, подносившая ко рту чашку кофе, замерла, и мужчина сконцентрировал на нем внимательный взгляд. «Ну и что я такого сказал, чтобы ты пялился на меня вот так?» – проворчал демон про себя, уже жалея о том, что спросил. — Идёт на поправку, – ответил старик. – Скоро можно будет вернуться к работе. Конечно, было бы лучше, если бы он отлежался хотя бы неделю, но горбатого, как говорится, только могила исправит. Сердце Ангела тихонько кольнуло, и он оправдал это тем, что он всего лишь разочарован, что его счастье длилось недолго. — Досадно, – хмыкнул он, и Кишибе переспросил с нажимом. — Досадно? — Я надеялся, мои каникулы продлятся подольше… – мечтательно протянул Ангел, снова переводя взгляд на чистое небо. – Правду всё-таки говорят: все хорошее быстро кончается. Когда Кишибе ушёл и он снова остался один, то не смог заниматься привычными делами. Сидя на диване, прижав колени к груди, он задумчиво пялился в чёрный экран телевизора. Смотреть документалки не хотелось. Спать тоже. Встав на ноги, демон прошелся по небольшой квартире туда-сюда, обтирая тесные коридоры крыльями, но в этом месте явно не было того, что было ему нужно – а что ему было нужно, он и сам не знал. Раньше Ангелу не составляло труда лежать на одном месте и ничего не делать днями, но сейчас… может, с непривычки? Волнение в животе не прекращалось. Болезнь — окончательно убедился Ангел. Какая-то человеческая болезнь. Может, следствие безумно острой китайской еды или типа того. Вместе с непониманием собственного состояния пришло легкое раздражение. Вернувшись к телевизору, демон плюхнулся обратно на диван и упрямо схватился за пульт, намереваясь занять себя хоть чем-то, вот только на этот раз он намеренно пролистал мимо канала про животных и остановился на другом – здесь с утра до ночи крутили старые и новые фильмы. На экране были два с половиной человека: женщина, мужчина и едва влезший в кадр таксист. Она сидела в машине, закутавшись в тонкое белое пальто, а он заглядывал к ней, наклонившись. На заднем плане слышался шум дождя. — Знаешь, что с тобой не так, Мисс-Неизвестно-Кто? – улыбнулся мужчина. – Ты трусиха – и больше ничего. Ты боишься поднять голову и сказать: «Жизнь есть жизнь». Люди влюбляются, люди хотят принадлежать друг другу, потому что это единственный шанс стать счастливыми. Ты называешь себя “свободной” , “дикой”, и ты так боишься, что кто-то посадит тебя в клетку. Но детка, ты уже в клетке, ты сама её создала. И она не ограничивается Дублином, Техасом или Сомали, она всегда будет с тобой, потому что, куда бы ты ни отправилась, от самой себя тебе не убежать. Женщина курила прямо в автомобильном салоне и плакала, а потом Ангел наблюдал за тем, как она выбегает из машины вслед за ним, бежит под проливным дождем, промокшая насквозь, с заплаканными глазами. В финальной сцене они поцеловались на фоне мусорных баков, пока другие прохожие спешили по своим делам, прикрывшись черными зонтами. Когда на экране замелькали титры, Ангел продолжил сидеть с нечитаемым выражением лица. Следом за титрами была реклама средства для мытья посуды, после неё – реклама зубной пасты. А Ангел всё сидел. И когда начался следующий фильм, он не переключил. Этот фильм был про человека, который бежал три года, просто потому, что хотел бежать. «Эта сумасшедшая человеческая фантазия… – то и дело жаловался про себя Ангел, сидя перед телевизором с очередным сухим бутербродом. – Я бы убился, если бы у меня в голове была такая же каша». За просмотром фильмов он не заметил, как миновал весь день и очнулся только тогда, когда услышал, как поворачивается ключ в двери. Старик вернулся домой. — Прежде, чем ты спросишь, как поживает черепушка Аки, я скажу тебе: хорошо. Завтра пойдете работать. Ангел равнодушно пожал плечами. — Вовсе не хотел я это спрашивать. — Ври больше. Скажи еще, что не рад. — Кто в здравом уме будет радоваться рабочим дням? – искренне возмутился демон.

—

...и всё же на следующее утро он неожиданно быстро съел свой скудный завтрак, провозился с пиджаком и крыльями меньше обычного, зашнуровал кроссовки в три счета и оказался в коридоре еще тогда, когда Кишибе не успел толком одеться. — Давай быстрее, старик, – недовольно поторопил он мужчину. – Ожидание утомительно. Появившийся в коридоре Кишибе поправил наспех затянутый галстук. — Кажись, два дня наедине с самим собой свели тебя с ума, – он влез в черные классические ботинки. – У меня нет другого объяснения, почему ты, малой, ведёшь себя так странно. — Надеюсь, ты не думаешь, что я тороплюсь на работу. Это бы меня оскорбило, – фыркнул Ангел, и они вместе вышли из квартиры. – Меня лишь раздражает, что ты стал настолько старым, что делаешь всё супер медленно. Помимо того, что этот день был так же жарок, как все предыдущие, в воздухе витала влажность, отчего Ангел чувствовал, будто вляпался в паутину – настолько липкой пленкой ложилась влага на его лицо. Плотной простыней на небе повисли облака, собирающие под собой тепло и духоту. Оказавшись в такой жаре, демон не мог думать ни о чем, кроме мороженого – он прожил без него целых два дня, и сейчас избалованный организм как никогда нуждался в порции холодного и сладкого. Традиционно, Аки прибыл в офис раньше него. Едва завидев Ангела, он сделал шаг навстречу – слишком торопливый, по скромному мнению демона. Он оглядел человека с головы до ног. Тот же вылизанный прикид, то же лицо, тот же невозмутимый взгляд. — Я должен поблагодарить тебя, человек, – сказал он вместо приветствия. – Твоя хрупкая черепная коробка подарила мне два незабываемых выходных. Не ответив, Аки выставил руку вперед. Между его пальцев красовался круглый леденец на палочке, завёрнутый в пеструю обертку. Ангел с подозрением посмотрел на переливающиеся жёлто-красные полоски и перевёл взгляд на человека. Поймав непонимание в глазах напротив, тот пояснил: — Это чупа-чупс. Сегодня будет необычный патруль – для нас есть задание в Йокогаме. Мы поедем на машине и не успеем купить мороженое, поэтому я взял для тебя чупа-чупс. Замешкавшись, Ангел протянул руку к подарку. Всего на миг их руки оказались в такой близости, что могли запросто соприкоснуться, но человек даже не дрогнул, как будто перспектива лишиться парочки дней жизни совсем не пугала его. Бессмертный он, что ли? — Не уверен, что чупа-чупс может стать достойной заменой мороженому. — Хватит капризничать, – цокнул Аки. – Время работать, поехали. — Не уверен, что смогу работать за чупа-чупс так же хорошо, как за мороженое… Всё вернулось на свои места. Выйдя на парковку, заставленную однотипными черными машинами, Аки подошёл к одной из них. Заваливаясь на переднее сиденье, Ангел заерзал в попытке уместиться в салон вместе с крыльями. Когда демон в последний раз ездил в машине, то сидел позади, где, не считая Макимы, было довольно просторно, а вот стандартные служебные автомобили Общественной Безопасности были тесными и низкими изнутри. В какой-то момент демон извозился настолько, что зарядил левым крылом в нос человека. Было видно, каких усилий стоило Аки сохранить невозмутимый вид, и это выглядело ну очень забавно. — И что, – вздохнул он и завёл автомобиль. – Я теперь умру раньше или типа того? — Мои крылья безопасны в этом плане, – отмахнулся Ангел. – Перья – это мертвые образования. Можешь считать их моей естественной одеждой. — Понятно, – с едва заметным на лице облегчением проговорил человек. – А волосы? — А что волосы? — Это тоже мертвые клетки, значит их можно трогать? Ангел отвёл взгляд в окно, смотря на проносящиеся мимо дома. Он никогда не задумывался над этим вопросом: можно ли трогать его за волосы? Кому, в конце концов, вообще могло взбрести в голову касаться волос Ангела? — Можно. Человек кивнул, не отвлекаясь от вождения, и на какое-то время в салоне повисло молчание. Ангел скучающе смотрел в окно, плотно прижав крылья к бокам, практически лежа на мягких перьях. «Йокогама… – пронеслось в голове, и он попытался вспомнить всё, что знал об этом месте. – Кажется, это где-то вне Токио. Хорошо, что человек умеет управлять машиной, потому что я бы ни за что не поперся в такую даль своим ходом». — Ну, – подал голос демон, когда ему показалось, что молчание длится слишком долго. – Может, введешь меня в курс дела? Аки постучал пальцами по рулю. — Демон Цунами бушует на складах Токийского залива. Уже сожрал кучу охотников и планирует выйти в город. Пока что его сдерживают частники, но непонятно, как долго они смогут продержаться. Из груди Ангела вырвался тихий, полный страдания стон. — Звучит как что-то очень проблемное, – подытожил он и зашелестел упаковкой чупа-чупса, который припрятал в карман пиджака. – И почему нельзя было отправить туда кого-нибудь другого? Я был бы счастлив продолжать охотиться на слабых демонов типа Демона-Жвачки. — Это значит, что мы работаем хорошо, – у Аки на эту ситуацию было совсем другое мнение. – Поэтому мисс Макима доверила нам это дело. — Надеюсь, ты не планировал меня этим утешить. Распаковав чупа-чупс, Ангел положил его в рот и довольно хмыкнул – вкус леденца отдавал чем-то клубничным, более кислым, чем у того же мороженого, но всё еще достаточно сладким. Помимо клубники, демон чувствовал что-то еще, но никак не мог разобрать, что именно. — А эта штука неплоха, – одобряюще промычал он. — Правда? И какова она на вкус? — Купи себе такой же и пробуй, – надул губы Ангел. – Я не собираюсь позволять языку человека лизать свою еду. Фу-у, лучше умереть. Следящий за дорогой Аки бросил на него быстрый взгляд. — Я и не просил делиться со мной едой. Удивительно, но он не выглядел раздраженным, даже наоборот – Ангелу хотелось протереть глаза, потому что ему показалось, что человек вот-вот улыбнётся. Это было странно, ведь демон не говорил ничего такого, что могло бы его рассмешить. Замешкавшись от такой реакции, демон перевел взгляд в окно и тут же дал себе мысленную встряску – как он мог позволить человеку застать его врасплох! Ядром чупа-чупса оказалась конфета с начинкой-желе. Ангел едва успел разгрызть её, вынимая изо рта пожеванную палочку, как машина притормозила. Высунувшись из окна, чтобы оценить обстановку, демон пробежался взглядом по водам Токийского залива. Из-за застеленного белыми облаками неба цвет воды был тусклым, серо-голубым. Со всех сторон возвышались блеклые здания промышленного характера, а вдалеке виднелись огромные машины с длинными кранами, созданными для того, чтобы поднимать большой груз с кораблей. Вместо пляжа здесь был бетон, обнесенный скупым забором. — Что за глупость такая, ограждать воду от суши… – пожаловался Ангел, когда вылез наружу и осмотрелся. – Как люди здесь купаются? — Это не общественная зона, – пояснил Аки. – Здесь разгружают и загружают корабли, поэтому людям в этом месте купаться запрещено. — Как и ожидалось, японцы не умеют веселиться… – вздохнул демон в ответ. – На побережье, где я жил, не существовало этих дурацких правил. Каждый мог пойти купаться тогда, когда захочет. Человек помолчал, задумавшись, как будто в его голове созрела какая-то идея, и ему требовалось немного времени, чтобы взвесить все “за” и “против”. — Я могу отвести тебя на нормальный пляж, – неожиданно сказал он. – Но только при условии, что мы победим Демона Цунами. В животе Ангела образовалась воронка, а сердце дернулось так сильно, что с разбегу ударилось об рёбра. Он резко задрал голову, внимательно разглядывая лицо Аки и сталкиваясь с его честным взглядом – он не выглядел как человек, который врал. Уши демона налились теплом. — Тебе лучше не лгать мне, человек, – предостерегающе сказал он. — Я не вру, – спокойно ответил Аки. – Этот демон должен быть довольно сильным, так что поход на пляж взамен на его убийство я считаю достойной платой, – со стороны складов раздались пронзительные крики. – Если мы договорились, то вперед. Медлить нельзя, там погибают люди. — Да… – растерянно пробормотал Ангел. – Договорились… Он пошел за человеком, с интересом разглядывая темноволосый затылок, и не верил, что это действительно происходит. Пляж? Его отведут на настоящий пляж? Вряд ли он будет так же хорош, как на родине, но это намного лучше, нежели шумный город и вонючая квартира Кишибе. Стоило отдать Аки должное, ведь сегодня он выбрал лучший способ заставить Ангела работать. Так уж и быть, он выложится на полную… но только в этот раз. Снаружи склада столпилась кучка частных охотников, на лицах которых читались напряжение и испуг. После короткой беседы с ними человек вернулся к демону. — Расклад такой, – озадаченно поджал губы он. – Демон Цунами состоит из воды. Его форма изменчива. Он поглотил уже пятерых охотников – они не смогли справиться со внутренним течением и, кажется, задохнулись. Судя по всему, самостоятельно выбраться из него нельзя. А еще… – его рука легла на внутренний карман и сжала. – Мой кусок Огнестрела шевелится. Думаю, мы найдем похожий в Цунами. Стены склада задребезжали, как картонные, и Ангел с опаской посмотрел на них – что за чудовище могло заставить такое огромное здание дрожать, как при землетрясении? — У тебя есть какой-то план? Аки кивнул. — Я попробую его четвертовать, а ты поразишь его сердце. План казался прост, но, когда они пробрались на склад, он мигом потерял все надежды на удачное исполнение. Сначала Ангелу показалось, что помещение было затоплено – на полу плескалась вода, бурля шипящими волнами, доставая до середины голени. Отскакивая от стен рикошетом, брызги летели во все стороны. В центре склада возвышалась огромная, достающая до потолка волна. Внутри неё циркулировало несколько течений, по которым бултыхались безжизненные тела людей, рыб, кусочков камней и водорослей. Сквозь мутную толщу воды просматривалось демоническое сердце – подобно человеческому, оно пропускало через себя течения, как кровеносные сосуды. «Нужно валить отсюда», – сразу понял Ангел, но не успел ничего сказать. Цунами протянуло к ним лапы, и Аки снесло потоком воды. Барахтаясь в демонических руках, он выкрутился и полоснул по лапе катаной – она ослабла лишь на мгновение, позволив человеку высвободиться, но тут же срослась обратно. — Демон! – прокричал Аки, откашливаясь от соленой воды. – Стреляй! Арбалет, который создал Ангел еще в битве с Машиной, был одним из мощнейших. Он направил стрелу ровно в сердце и спустил её, однако та застряла в водной толще без единого шанса добраться до цели. Эта выходка пришлась Цунами не по душе, и водный поток обрушился уже на Ангела – тот вцепился в железную балку, торщачую в стене, и зажмурился от брызг в лицо. — Чёрт! Рассекший водное щупальце Аки помог ему освободиться и потянул Ангела за огромный железный контейнер, один из немногих на этом складе, который был настолько тяжелым, что стоял особняком. Вода била изо всех щелей, мешая открыть глаза. Складывалось впечатление, как будто они оказались внутри одного огромного фонтана. — Ты как, порядок?! – из-за сильного шума воды Аки приходилось кричать. — Нормально! – повысил голос Ангел. – Твой план – полный провал! Есть какие-то другие идеи?! — Для начала – попробовать ему не попасться. Бежим! Аки вцепился в локоть демона и рванул в сторону, спасая того от очередной волны. Кое-как переставляя ноги в бушующей воде, они играли с Цунами в догонялки. Каждый раз, когда Демон ловил кого-то из них, Аки отсекал его конечность, и форма теряла стабильность, но только на пару мгновений. В нос и уши забивалась вода, раздражающая слизистую, они спотыкались об тела утопленников – таких же охотников, как они, просто тех, кому повезло чуть меньше. Ангел стрелял в этого монстра, но стрелы либо проходили насквозь, либо застревали в водяной плоти. Одна из стрел, которую он запустил в Цунами, была затянута во внутреннее течение. Аки проследил за тем, как она циркулирует внутри тела Демона и вдруг вздрогнул, словно его осенила догадка. — Новый план, – человек нахмурился и стиснул зубы, как будто принимал очень сложное для себя решение. – Я дам Цунами затянуть себя. Сердце Ангела беспокойно колыхнулось. — Это же самоубийство, – разозлился он неожиданно для самого себя. – Из тебя что, вымыло все мозги? Аки покачал головой. — Внутри Цунами циркулирует течение. Оно проходит через его сердце, видишь? – он ткнул пальцем в сторону волны. – Так что, если меня засосет туда же… — Течение доставит тебя прямиком к его сердцу, – закончил Ангел и похолодел. – Безмозглый человек! Ты ведь понимаешь, что, попав внутрь, ты никогда оттуда не выберешься? — Выберусь, если убью это чудовище. У меня всего лишь нет права на ошибку. Мокрый с головы до пят, он смотрел своим чистым синим взглядом, и капли воды стекали по прилипшей ко лбу челке, текли по скулам, попадая в рот. Он боялся – запах человеческого страха был так велик, что забивал демону рот и нос. У Аки был всего один шанс на успех, и этот шанс был всего одной сотой, теряющейся среди огромной вероятности неизбежной гибели. Ангел вдруг почувствовал себя не в своей тарелке, и первой его мыслью было двинуть человеку чем-нибудь тяжелым по голове, схватить и бежать куда подальше. Аки перехватил катану поудобнее. — Ну, я пошёл, – выдохнул он. — Стой, – резко отреагировал демон и схватился за его рукав. – Лучше я. …и сам поразился тому, что сказал, а еще больше – возмутился. Что это значит, «Лучше я»? Как ему вообще взбрело в голову высказать подобную мысль? Аки поразился услышанному не меньше – хлопнул на Ангела синими глазенками и нахмурился. — Все в порядке. Просто подстрахуй меня, демон. — Нет. Я… – хватка на пиджаке стала крепче. – Я умею нырять и быстро плавать. Умею задерживать дыхание намного дольше людей – научился в океане. Я справлюсь лучше тебя. Живя в Индии, Ангел время от времени занимался своеобразной рыбалкой – он нырял в глубину океана, намного глубже, чем могли себе позволить люди. Когда он встречал в глубине акулу или любую другую рыбу, то просто клал на её тело ладошки, мгновенно умерщвляя создание. Этой еды хватало ему надолго. И вот сейчас, он мог использовать свои навыки во благо. Он мог использовать их ради… ради чего? — Давай начистоту, человек: сколько ты продержишься без воздуха? – как можно более убедительно произнес он. – Бьюсь об заклад, что не дольше пары минут. Ты уверен, что тебе хватит этого времени? Я могу задерживать дыхание намного больше. Почему он вообще считал нужным в чем-то убеждать его? Аки замешкался. Это было видно по его глазам, растерянно снующим туда-сюда. Что-то удерживало его от того, чтобы послать Ангела прямиком в пасть демона, но тот искренне не понимал, что именно. Цунами, однако, ждать его выбора не стало – демон потянулся к ним, и охотникам вновь пришлось перебегать в другое укрытие. — Решай быстрее, человек! – не выдержал Ангел. – Мы помрем раньше, чем ты закончишь думать! Аки сосредоточенно прикусил губу. — Создай веревку, – вдруг приказал он. – Длинную, длинную веревку. Когда верёвка оказалась в руках человека, он надежно обвязал один конец вокруг талии Ангела, а второй обмотал вокруг своей руки. Раскинув руки по сторонам, чтобы облегчить ему задачу, демон стоял по колено в воде, не понимая смысла этого действия. — Это подстраховка, – объяснил Аки. – Если я пойму, что ты не справляешься, то вытяну тебя оттуда. Ангел опустил глаза на свой живот, рассматривая крепкий узел. — Ничего страшного, если я умру, – закатил глаза он. – Это будет стопроцентная гарантия того, что я больше не буду работать ни минуты. Аки его юмора отнюдь не оценил и лишь слегка нахмурился. — Просто выживи, – сказал он. – И будет тебе пляж. Понятно? Человек был серьёзен, и от этих слов в животе демона снова проснулось волнение. — Ради такого грех не рискнуть, – вздохнул он и вытащил из нимба острое мачете. Выйдя в открытое пространство, он хлопнул крыльями, чтобы привлечь внимание Цунами, и демон бросился в сторону движения со свирепым штормовым шумом. Ангел задержал дыхание – и в следующий миг оказался поглощен голодной толщей воды. Его маленькое тело завертело во все стороны, унося куда-то вниз или вверх, раскручивая волчком. Об лицо то и дело бились дохлые рыбы, кальмары и крабы, а ноги путались в склизких водорослях. Кое-как разомкнув глаза, которые сразу защипало от соли, Ангел попытался сориентироваться в пространстве. Сердце Демона билось гулко и медленно, посылая вибрации по собственной туше. Оно было близко, но течение уносило Ангела совсем в другую сторону. Вот чёрт, кажется, его затянуло не в тот поток… Веревка на талии натянулась. «Не спеши, человек… – процедил демон про себя. – Знаю я тебя. Если у меня не получится, ты бросишься в Цунами самолично, а это, блин, верная смерть…» Напрягая мышцы в крыльях, Ангел заработал ими изо всех сил, чтобы вырваться из одного течения и угодить в другое. Он уже попадал в такие водовороты, и не раз, а ведь тогда, посреди открытого океана, у него не было подстраховки в виде верёвки вокруг тела. Совсем понемногу Ангел стал сопротивляться потоку – вот оно, еще немного, совсем чуть-чуть… Есть! Совершив последний рывок, демон кувыркнулся в воде, и его понесло в совсем другую сторону. Сердце Цунами становилось все ближе, ближе, ближе, и Ангел уставился на него, чтобы не упустить из виду, игнорируя жжение в глазах. Когда сердце оказалось совсем рядом, он приготовил мачете и в решающий момент вонзил лезвие ровно в его середину. Вода вокруг завибрировала. И все снова перемешалось. Вместо того, чтобы распасться, Демон пришел в движение. Почуяв скорую смерть, он потёк обратно в залив, забирая Ангела вместе с собой. А воздуха в груди, между тем, становилось меньше… сколько времени он уже болтается здесь? Циркуляция воды была нарушена, но он всё равно не мог выплыть из треклятого Демона. Веревка, обвязанная вокруг него, с силой потянула наружу, но Ангел понял, что Аки не успеет – замурованный внутри Демона Цунами, он ухнул в серые воды залива, камнем вниз, быстро уходя ко дну. Свет гас перед глазами. «Вот чёрт, – подумал Ангел, выдыхая остатки воздуха в виде крохотных пузырьков. - Аки привязан ко мне. Надеюсь, у него хватит мозгов отрезать веревку, чтобы не утонуть…» Но стоило ему вспомнить про веревку, как та натянулась. Чьи-то руки вцепились в ткань его пиджака на спине, а тьма вокруг вдруг начала рассеиваться, и чем ближе он был к поверхности, тем меньше давила на ребра вода. Ангел вынырнул на поверхность, жадно глотая воздух – в такие моменты он казался вкуснее даже самого помпезного мороженого. Перед расплывающимся взором мелькало встревоженное лицо Аки. Задыхаясь и отплевываясь, он поддерживал тело демона до тех пор, пока тот не смог плыть самостоятельно, и они поднялись обратно на причал по скользкой железной лесенке, после чего раскинулись прямо там, на грязном бетоне, с трудом переводя дыхание. Легкие Ангела болели от кислорода, хлынувшего в них беспорядочным потоком. Серое небо перед глазами расплывалось, превращаясь в сплошное пятно. «Это была самая худшая идея, которая могла прийти мне в голову, – пульсировал в ушах собственный голос. - Что на меня вообще нашло? Чтобы я еще хоть раз сделал что-то настолько безумное ради какого-то там человека…» — Эй, демон, – позвал охрипший голос Аки, и чужая рука сжалась на его локте, ощупывая. – Живой? — Живой, – не менее хрипло откликнулся Ангел и повернул тяжелую голову к человеку. – Что с Цунами? — Сдох. Если бы ты всё еще был внутри него, я бы ни за что не смог тебя вытащить. Черные волосы липли к его лбу, а по точеному профилю скатывались крупные блестящие капли. Широкая грудь судорожно вздымалась. Вокруг его руки всё ещё был обвязан конец верёвки. «Не оборвал», – с удивлением заметил Ангел. — Кусок Огнестрела... – вдруг вспомнил демон, не в силах пошевелить даже пальцем, – Вероятно, он утонул вместе с Цунами. Аки медленно выдохнул через нос. Было видно, что человек расстроен, учитывая то, как сильно он носился с этими чертовыми кусками плоти… Облизав соленые губы, он ненадолго прикрыл глаза и мотнул головой. — Ничего страшного, – Аки приподнялся на локтях и провел по мокрому лицу, убирая прилипшие волосы. - Вот чёрт. Я даже не думал, что ты способен на такое только ради того, чтобы искупаться на пляже. Ангел разумно промолчал. Он не хотел упоминать, что во время этого нелепого сражения о пляже он даже не вспоминал.