Фея в кроссовках

Проснувшись на следующее утро, Мелодия некоторое время просто лежала в кровати, осознавая пробуждение и тот факт, что она пока что в квартире Лидии Николаевны. Было тихо, должно быть, старушка еще не проснулась. Фея думала о том, что через час с лишним продолжит путь и удивлялась, что это не вызывает у нее такого нетерпения, как вчера, когда она буквально рвалась идти дальше. Вспомнились мальчики и все, что она пережила с ними, начиная от вражды и заканчивая песнями и играми. И вдруг ей захотелось остаться здесь на некоторое время, еще пообщаться с мальчиками и даже побродить по городу. Но не ходить на стройку – лучше проводить время в рощице. Мимолетом подумав о стройке, Мелодия вдруг вспомнила о тех предметах, что нашла на стройке – они сейчас у Паши, должно быть. О том, что их нет у нее, фея не пожалела – ведь не прониклась тем значением, которое вкладывали в них мальчики. Размышления эти оставили Мелодию, когда она услышала скрип кровати из соседней комнаты – это встала Лидия Николаевна. Ей тоже пора вставать. Подумав так, фея поднялась, и, переодевшись, зашла в ванную, совершить обычные водные процедуры. После фея прошла в кухню, пожелав доброго утра хозяйке – та как раз ставила на плиту чайник. Зная, что без сытного завтрака гостеприимная хозяйка ее не отпустит, Мелодия села на табуретку возле кухонного стола и стала слушать, как закипает чайник. Ее мысли тут же унеслись туда, куда она стремилась всем существом, но, увы, не могла попасть – в Туманную долину. Вспоминала всех ее обитателей и гадала, что же сейчас их занимает… - Уже думаешь о предстоящем пути?- спросила у нее вернувшаяся в кухню Лидия Николаевна,- и ни дня не хочешь здесь задерживаться? - Да, выйду вскоре после завтрака,- кивнула фея,- но уйти мне будет не так легко, как я думала – мальчики, что встретились в роще, такие хорошие. Да и вы были добры ко мне. Старушка лишь улыбнулась, разливая чай по чашкам. Мелодия принесла из холодильника варенье, а со стола возле плитки - пирог, и следующие 10 минут вместе с хозяйкой отдавала дань ее кулинарному мастерству. А после помогла ей с уборкой посуды. - Куда пойдешь?- спросила Лидия Николаевна, когда Мелодия завязывала узлы на кроссовках. - Вперед. Когда мне нравится вид впереди, я иду туда. Если не нравится – смотрю, где поблизости есть вид получше, и меняю направление. А иногда подсказывает чутье. Хозяйка понимающе кивнула. - Что ж, удачи тебе,- пожелала она, когда фея выпрямилась,- если снова будешь неподалеку – непременно заходи. - Конечно,- произнесла Мелодия с жаром,- я непременно зайду к вам еще. И спасибо большое за гостеприимство и кроссовки. - Мне было приятно помочь тебе,- отозвалась старушка. И фея, открыв дверь, побежала вниз по ступенькам, не зная, что Лидия Николаевна смотрит ей вслед с грустным лицом. Выйдя на улицу, фея быстрым шагом направилась вперед – былое чувство нетерпения и предвкушения вернулось, и теперь она хотела идти навстречу своей цели. Мимо проплывали дома, деревья, проезжали машины, проходили люди. Мелодия жадно впитывала все, что видела – как смеются играющие в «догоняшки» дети, плачут малыши, которых ведут за руку мамы, за компаниями молодых людей и девушек, о чем-то оживленно говоривших. И на птиц, реющих в небе, перепархивающих с куста на куст и даже вышагивающих по тротуару. Улицы становились то шире, то уже, а она все шла и шла, поражаясь тому, какой же большой этот город. Как-то раз дорога стала прямой и узкой, сбоку был лишь малый участок тротуара, чтобы пройти одному человеку. Эта дорога убегала вниз с горы, а, когда поток машин стал совсем редким, фея поняла, что скоро выйдет из города – дома становились все ниже, больше деревьев и кустов, и даже встретилась пара коров, что меланхолично жевали траву у края дороги. Сама дорога к этому времени стала сельской, с рытвинами и ухабами, кое-где засыпанными песком и мелким щебнем. Здесь Мелодия почувствовала прилив сил – большое количество зелени и прямые лучи солнца, что не были преграждены ничем, опьяняли ее. Да и воздух изменился, стал душистым, с запахом цветущих деревьев и трав. Мелодии так нравилось идти, что она решила не останавливаться в этой деревне. Солнце ярко сияло где-то над головой, иногда скрываемое легкими облаками, в небе реяли птицы: одни – небольшие и быстрые, ловко выписывающие пируэты в воздухе, другие – покрупнее, одиночки, парящие широкими кругами. Фея несколько раз останавливалась понаблюдать за ними, и только шум играющих детей возвращал ее сознание на землю. Незаметно для нее, деревня вдруг кончилась, оборвавшись последним полуразрушенным домом. Мелодия пошла по большому лугу, колосящемуся разнообразными злаковыми. Это знание ей дал Максим, и она с радостью встретилась бы с ним еще. Только вот получится ли? Фея думала об этом, идя через луг пешком. Лишь изредка ей встречались люди, два раза мимо проехали машины. Она шла по лугу очень долго, под лучами жаркого солнца, и вскоре ей захотелось пить. Но поблизости не было даже ручейка, не говоря уж о реке, поэтому Мелодия искала ягоды. Клубника еще спела, но все кустики были обобраны, встречались лишь одинокие ягоды, которые разжигали жажду феи. Поэтому, отчаявшись найти живительную влагу на лугу, Мелодия направилась к стене леса, что недавно появилась слева от нее. Лес был лиственный, солнечный, полный шорохов и перезвона птиц. А в одной из ложбинок на его поляне Мелодии посчастливилось найти воду – мутноватую, но прохладную. Она опустилась на колени, и, наполнив пригоршни влагой, напилась. После этого мир, и, в частности, лес, показался ей еще прекраснее. Бодрым шагом фея продолжила свой путь, уже не желая уходить из леса – здесь было прохладно и тенисто, но, в то же время, попадались и осеянные солнцем участки, так что замерзнуть или обгореть ей не грозило. Скоро этот лес закончился, начался более мрачный, сосновый. Идти по шишкам, что в изобилии покрывали землю, было бы больно, если бы Мелодия до сих пор ходила босая, но теперь, в кроссовках, она почти не ощущала неудобств. Пару шишек она подобрала, хорошенько рассмотрев, после чего положила обратно. То и дело встречались грибы – то высокие, с широкой и мясистой шляпкой, то маленькие, похожие на пуговки, что теснились кучкой. Фея не знала, как их зажарить в лесу, поэтому не трогала, а сырыми не захотела есть. Задумавшись о том, чем еще можно поживиться в лесу кроме грибов и ягод, которых тут почти не было, Мелодия не сразу заметила, что снова вышла на луг. Он располагался на вершине склона, так что фея почти побежала по тропинке, чувствуя, как хлещут по ногам луговые травы. В какой-то момент она устала бежать и упала в траву, спиной на землю, увидев далеко в небе небольшие, почти прозрачные, облачка. Фея смотрела на них, на изредка пролетающих птиц, а потом, закрыв глаза, задремала… … Проснувшись, она почувствовала, что стало холоднее, а облака, что появись в большом количестве на крыльях резкого ветра, стали серо-синими тучами. Явно собирался дождь, и при мысли об этом Мелодия пошла вперед быстрым шагом, выискивая какое-нибудь укрытие. Строений поблизости не было, зато после луга, невдалеке, синел сосновый лес. Нужно было лишь свернуть чуть влево, что фея и сделала. И через несколько минут ступила под сень деревьев, ощущая, что немного дрожит от холодного ветра. Здесь было теплее, но все равно, надежное укрытие от дождя все не находилось – полог леса был не сплошным, кое-где виднелись упавшие деревья или дерево, с высохшими ветвями почти до самой макушки. Мелодия решила найти дерево с густой кроной, а, тем временем, пошел мелкий дождь. До нее долетали редкие капли, но фея не останавливалась – знала, что если морось перейдет в ливень, она и в лесу промокнет насквозь. Вот ей встретился дуб, одиноко росший на опушке леса – Мелодия укрылась под его кроной, но тут же ощутила, как тяжелые капли с листьев капают ей на макушку и за шиворот. Поспешно вернувшись в лес, она продолжила поиски укрытия, и вскоре удача ей улыбнулась: там, где сосны стояли тесно, и почти не было подлеска, стоял маленький, полуразрушенный, домик. Фея поспешно зашла в него, отворив покосившуюся дверь, и, пройдя тесную прихожую, оказалась в темной, маленькой комнатке с обломками мебели – среди самых обычных от стола и нескольких стульев попадались очень большие, странной формы, заставив Мелодию призадуматься, чем же они были в целости. Она присела на большую доску, что лежала на двух других на расстоянии метра от пола, и ноги ее лишь чуть-чуть касались пола теперь. Сквозь приоткрытую дверь и разбитые окна слышался усиливающийся шум дождя, становилось все холоднее, и кожа на руках и ногах феи покрылась мурашками. Фея подтянула ноги к груди, оперлась о палку сзади, закрыла глаза и, убаюканная шумом дождя, скоро уснула… Проснулась она в темноте. Шума дождя слышно не было, поэтому осторожно вышла наружу и огляделась: здесь было светлее, чем в домике, но все равно чувствовалось, что наступила ночь. Видимо, дождь перестал уже давно – почва под ногами успела немного просохнуть. Мелодия посмотрела на небо в просветах между ветвей деревьев – темно-синее, с крапинками звезд. Спать ей больше не хотелось, поэтому она решила продолжить путь. В темноте это было нелегко – под ногами встречались извилистые корни, об которые она нередко запиналась, да так, что едва не падала. Постепенно стало светлее, посвежело, на траве на опушках засеребрилась роса. В какой-то момент фея вышла из леса, оказавшись на окраине деревни. Она ожидала услышать лай собак, но вокруг царила тишина, даже птицы еще не пели свои первые трели. А когда стало чуть светлее, и Мелодия поравнялась со вторым домом, то поняла, что зашла в заброшенную деревню. Смысла задерживаться здесь не было – ночь уже закончилась, да и полуразрушенные дома Мелодии исследовать не хотелось. Среди общей картины разрухи попадались чудом уцелевшие дома, но их было всего 2. Скоро эта небольшая деревня закончилась, и фея вошла в рощу, которую в этот миг осенили первые лучи взошедшего солнца. Она порадовалась им, и, закрыв глаза, подставила лицо теплым лучам. Но идти с закрытыми глазами было рискованно, поэтому спустя пару секунд Мелодия открыла глаза, внимательно глядя под ноги – поверхность стала холмистой, и приходилось обходить бугорки и холмики, даже овраги встречались. То и дело мимо пролетали бабочки, в ветвях деревьев вовсю распевали птицы, а под ногами копошились разные насекомые и ящерицы. Вскоре Мелодия в одном неглубоком овраге нашла кусты с желтой малиной, которой с аппетитом полакомилась. Ее саму в это время начали кусать комары, и не всегда Мелодия успевала их прихлопнуть. После оставались зудящие красные точки, и лучше было перетерпеть зуд, чем чесать их до крови. Этот лес тянулся недолго – вскоре фея опять вышла на луг, превращенный людьми в пашню. Всходы дружно колосились почти до самого горизонта, соломенного цвета, и щекотали Мелодии голые руки, когда она проходила мимо. Незаметно поле кончилось, и потянулся луг, заросший сорной травой. Сначала фея не поняла, почему этот участок тоже не распахан, но, пройдя немного по нему, ощутила, что он весь в рытвинах и небольших бугорках. Тропинки не было, и идти было очень тяжело – сколько бы Мелодия не уклонялась вправо или влево, рельеф не менялся. Так что ей оставалось только идти прямо и надеяться, что местность станет ровнее. Идти по этому лугу ей пришлось долго, а когда Мелодия вся покрылась потом и вконец устала, она увидела вдали небольшие домики, но не деревянные, а кирпичные или бетонные, не больше 2-х этажей. Городок окружил ее через десяток минут, но был крайне не похож на тот, в котором Мелодия провела неделю: дома были неопрятные, с выпадающими из стен кирпичами и облупившейся краской, улочки кривые и грязные, замусоренные объедками и испорченными предметами обихода, чувствовался сильный запах гнили и отбросов. Фея решила покинуть этот город как можно быстрее, и не только от его отталкивающего облика – жители не вызывали у нее доверия, все одетые в какие-то лохмотья, они исподлобья косились на Мелодию, а некоторые были вооружены ножами. Но, к счастью, никто не нападал на нее. А улочки все заводили ее вглубь города, поворачивая подчас так круто, что Мелодия думала, что скоро выйдет там же, откуда зашла в город. Но впереди опять были все новые улочки, и фея решила просто идти вперед, чтобы окончательно не заблудиться. Но даже это оказалось делом непростым – пару раз фея внезапно оказывалась в тупике и поворачивала назад. В этом городе даже небо, бледно-голубое, словно выгоревшее, не радовало Мелодию, а из зелени были лишь редкие, чахлые, деревца, да заросли крапивы, лопуха и чертополоха. Вот фея опять зашла в тупик – длиннее, чем предыдущие, он заканчивался каменной оградой такой высоты, что Мелодия не смогла бы осилить даже при большом желании. Пришлось, конечно же, идти обратно, но едва она сделала пару шагов, как заметила, что путь ей преградили пятеро оборванцев, чуть старше нее. Все невысокого роста, они с явной угрозой смотрели на фею, а впереди стояла единственная девочка среди них. Впрочем, лицо ее было настолько некрасивым, что девочку в ней выдавали только волосы, спутанные и неровные, а остальное: косящий вправо глаз, большой, горбатый, нос, и толстые губы, были как у парней. Как и остальные, она была босой, и ее глаза с жадностью смотрели на кроссовки Мелодии, хоть и не новые, но целые и опрятные. - Давай сюда обувь,- сказала девочка низким, хриплым, голосом, вынимая из-за спины нож, острие которого направила на фею,- и можешь проваливать. - Нет,- отозвалась Мелодия решительно, не чувствуя страха ни перед оружием врага, ни перед грозными взглядами.- Эти кроссовки мои, и я вам их не отдам. Девчонка без слов двинулась на фею, а она медленно попятилась к ограде, пока не уперлась в нее спиной. Обернулась, выискивая лазейку…. Но все кирпичи были на диво хорошо подогнаны, ни один не выпал. Так что ей оставалось только прорываться с боем. - А где ваша обувь?- спросила Мелодия, когда девчонка почти подошла к ней. - В этом городе только хорошие воры носят обувь,- отозвалась девочка глухо,- самые хорошие. А их не больше 3 банд. Мы же только год воруем – здесь по-другому никак, это город воров. Ее дружки подошли ближе к девчонке, а она же приблизилась к Мелодии вплотную, занеся нож. И тут фея, понимая, что через них ей не прорваться, выпалила: - Я могу воровать с вами! Только не долго, а то мне дальше идти нужно. Девчонка оценивающе посмотрела на Мелодию, и остановила свой взгляд на ее кроссовках. - Три дня будешь с нами,- решила она, после долгой паузы,- если украдешь много ценных вещей, отпустим. А нет – заставим пожалеть о том, что ты зашла в наш город. - Хорошо,- согласилась Мелодия,- что мне нужно делать? - Идем с нами,- бросила девочка уже на ходу – мальчишки тут же устремились за ней, и фея после недолгого замешательства тоже. Ей едва удавалось не отставать от шайки воров - так быстро они шли. Мелодия не представляла, как они ориентируются в этой паутине улочек – ни разу не зашли в тупик, в отличие от нее. И, наконец, поравнялись с домом получше остальных, правда, тоже грязным. Все полезли через невысокий забор, а потом – принялись залезать в окно на первом этаже, которое открыла какой-то тонкой железкой девчонка. Тихо забрались внутрь и рассеялись по комнатам, распределив между собой шкафы и тумбочки. Прошарив вторую из них, фея нашла цепочку из желтого металла, которую тут же показала девчонке. - Золотая,- одобрительно кивнула она, забирая цепочку,- хорошая работа. Чуть позже Мелодия нашла небольшую стопку денег, а остальные – несколько драгоценностей из золота и серебра и потертую кожаную безрукавку, которую тут же напялила на себя девчонка, вырвав из рук лохматого мальчишки. Уходя, воры говорили о том, как хорошо было бы найти обувь – но жители города, видимо, ценили обувь больше, чем деньги и драгоценности. - Здесь живут одни воры,- сказала девочка, когда они остановились в одном из тупиков, чтобы перекусить черствеющим хлебом,- нет фабрик, поэтому еда и одежда – самое дорогое здесь. Все крадут друг у друга, а кто попадается – умирает. А уйти нельзя – в других городах нас сразу ловят, и садят в тюрьму. Поэтому живем здесь. Мелодия не нашла, что сказать, и установилась тишина. Сегодня они обокрали еще два дома – последний уже почти ночью. Фее везло, как и остальным, и она думала, что еще два дня – и она уйдет из этого города, чтобы больше в него не вернуться. Спали они на крыше одного из домов, укрывшись какими-то тряпками. Мелодии их не досталось, поэтому она спала, как обычно, в платье, не снимая кроссовок. Это было неудобно, но фея знала, что если снимет кроссовки, их точно утащат. Спать ей долго не хотелось, и уже под утро она, глядя на светлеющее небо, забылась сном… … Следующие два дня она провела в городе воров. По несколько раз в день она вместе с шайкой Коры залезала в разные дома, с переменным успехом – то добычи было много, то совсем ничего. С ворами Мелодия почти не разговаривала, и добычу оставить себе не пыталась. А на второй день, под вечер, они столкнулись в большом доме с другой шайкой – из 6 человек, выглядевших лет на 18, а у главаря даже были на ногах что-то вроде сандалий. У каждого в руке был нож, но, не смотря на это, Кора не собиралась убегать, а решила сойтись в поединке с главарем. - Я тебя по стенке размажу,- недобро усмехнулся тот – с всклокоченными черными волосами, обнажив 2 дырки в зубах, желтых и кривых. Он нацелил на Кору свой длинный нож, похожим на тот, которым Лидия Николаевна как-то разделывала курицу. От мысли о том, что этот парень навредит Коре, фее стало страшно, а парень сказал: - А после этого мы заберем с собой эту красотку, и найдем ей лучшее применение, чем вы, малолетки сопливые. Подельники Коры чуть не кинулись на него, но она остановила их, рубанув по воздуху ножом: - Оставьте его мне. Я заставлю проглотить его угрозы и насмешки. Мелодия от души понадеялась, что так оно и будет – ей не понравилось заявление парня насчет нее. Банда Коры, хотя бы, не делала ей ничего плохого, делила поровну еду с ней, и собиралась отпустить завтра вечером. Обе шайки выбрались из дома, и, дойдя до ближайшего тупика, окружили Кору и парня с дырками в зубах. Противники встали в трех шагах друг от друга, и, выждав несколько томительных секунд, бросились вперед. Мелодия едва успела увидеть блеск клинков – два тела стали словно единым целым, одной рукой каждый пытался поразить врага ножом в грудь или живот, а второй – держал руку противника с ножом на безопасном расстоянии от себя. В какой-то момент они разошлись, застыли на месте, словно выжидая удобный момент для нападения…. И через несколько секунд сошлись вновь. Фея даже не успела увидеть, что произошло – Кора застыла на месте, а потом упала на землю, зажимая кровоточащую рану на груди руками. Мелодия поняла, что она не поднимется, и бросилась бежать. Но пробежала только пять шагов – чьи-то руки схватили ее за запястья, заставив остановиться. Мелодия повернулась, и удивилась, увидев, что ее поймали двое из шайки Коры. Подвели к главарю, что как раз убирал нож… - Держите свою добычу,- сказал один из мальчишек,- и дайте нам уйти. - Добычу мы заберем,- ухмыльнулся главарь, схватив сильной рукой Мелодию за запястье – она поморщилась от боли.- Но раз эта девчонка мертва, то вы тоже за ней последуете. Мальчишки едва успели осознать это – подельники парня метнулись к ним и перерезали горло. Хрипы умирающих фея едва слышала – шла за главарем, что стремительным шагом покидал тупик. И знала, что мальчишек и Кору никто не похоронит – вороны и насекомые съедят их тела. Они долго шли в сгущающихся сумерках. И, наконец, зашли в маленький одноэтажный дом – здесь была всего одна комнатка с низким потолком, и главарю приходилось нагибать голову, чтобы не ушибиться. В полутьме фея разглядела стол, столешница которого была заляпана свечным воском, красными пятнами и испещрена дырами от ножей. На полу слева было несколько матрацев, из которых вылезали пружины и набивка. А в углу комнаты примостилась маленькая дровяная печка, без трубы – было ясно, что ею не пользовались. - Устраивайся поудобнее, красотка,- произнес главарь, отпустив Мелодию. Она подошла к самому дальнему матрацу и села, обхватив колени руками. Ей негде было спрятаться от пугающих ее взглядов парней, и она старалась не думать о том, что они с ней сделают. - Нам всем нужно отдохнуть,- сказал главарь,- только вы все будете это делать в одиночестве, а я – вместе с нашей добычей, которая сама выбрала мою постель. Преисполнившись ужасом от понимания значения этих слов, фея тут же поднялась на ноги, отойдя к печке. - Что, не хочешь спать со мной?- удивился главарь,- а остальные? Может, тебе кто-то из них по вкусу? Или ты вообще не устала? Мелодия отчаянно помотала головой. - Какая робкая,- произнес один из парней, низкий ростом, с короткими рыжими волосами,- сразу видно – девственница. Но это ненадолго. Он, было, направился к фее, но его остановил главарь, тем же рубящим воздух движением рукой, что и Кора своего подельника: - Пока она на нейтральной территории, у печки, которой мы не пользуемся. Будешь действовать, если она сама выберет твою постель. Фея с облегчением выдохнула, не веря своей удаче – чтобы не пострадать от них, ей нужно просто не садиться на их постели! Она опустилась на грубый каменный пол, оперевшись о стену, и обхватила колени руками, глядя на укладывающихся парней. Они завалились спать, в чем были, и скоро все уснули. Мелодия выждала еще некоторое время, после чего очень тихо поднялась на ноги и направилась к двери. Она была на полпути, когда мимо ее левого плеча просвистел нож, воткнувшись в дверь. В ужасе обернувшись, Мелодия увидела главаря, что сидел на своем матраце, держа в руке короткий нож. - Еще шаг – и ты тоже ворон будешь в тупике кормить,- сказал он.- И учти – мой слух хорош настолько, что может услышать и более тихий звук, чем поступь крадущейся девчонки. Уняв бешеную дробь сердца, Мелодия вернулась в уголок рядом с печкой, решив больше не пытаться сбежать. Главарь улегся вновь, а она, сев в прежнюю позу, вскоре забылась сном… Наутро ее разбудил главарь, что грубо тряс за плечо. Мгновенно поднявшись, фея отошла подальше – и стукнулась спиной о стену. - Что, я такой страшный?- оскалился тот. И правда – после сна о лесах и широкой реке Мелодия опять почувствовала ужас, увидев его. - Что ж, это пока. Ты с нами надолго, девочка, успеешь привыкнуть. - Зачем я вам?- спросила фея дрожащим голосом,- вы не собираетесь меня трогать, и крадете лучше, чем я. Может, отпустите? - Нет,- протянул главарь,- сегодня мы позволили тебе отдохнуть перед работенкой дневной. Пойдешь на кражу с нами – ты тихо крадешься, и будешь залезать в дома первая, проверять, нет ли там кого-то. А насчет «не трогаем», ты ошибаешься – это было вчера, а сегодня – совсем другое дело. Мы посмотрим, кто больше украдет, и этот счастливчик сможет поиметь тебя первым в награду за хорошую работу. А после – все остальные. Мелодия вся окаменела от ужаса – ее расправу просто отсрочили! - Но вы же говорили, что пока я не выбрала постель одного из вас, вы меня не тронете!- воскликнула она в отчаянии. - Да, вчера ты была нашей гостьей, поэтому мы были гостеприимны и вежливы,- сказал рыжий парень.- А сегодня ты уже в нашей банде, так что, церемониться мы с тобой уже не будем. А не захочешь красть – горло перережем. Фея не знала, каково быть изнасилованной, но интуитивно чувствовала, что не должна допустить этого. И тем более, не должна умереть. - А если я украду больше всех?- спросила она, затаив дыхание. - Мы тебя отпустим,- отозвался главарь,- но это вряд ли – мы воруем всю свою сознательную жизнь, и ни разу не попались. Мелодия не стала ничего говорить, подумав: «Есть два выхода – украсть больше всех или сбежать в то время, когда шайке будет не до меня». Вместе с парнями она вышла из дома, вновь очутившись на улице. Дома сверху позолотили лучи солнца, и это вселило надежду в душу феи – ей обязательно удастся убежать! Только нужно действовать очень осторожно… Как и говорил главарь, Мелодию пустили в дом, который нужно было обокрасть, первой. Фея быстро справилась со своей задачей, обнаружив, что дом пуст, к тому же, успела заприметить пару ценных вещей и завладела ими прежде, чем кто-то из шайки вступил в дом. Если так пойдет и дальше, она сможет украсть больше, чем остальные, и этим же вечером покинет опасный город… Но надежды Мелодии вскоре развеялись, как дым по ветру – главарь сразу понял, что совершил ошибку, пуская ее вперед одну, и во второй дом он решил зайти вместе с ней. Их взгляды одновременно остановились на золотой статуэтке на столе, но Мелодии пришлось говорить остальным, что можно заходить, а в это время главарь успел завладеть не только статуэткой, но и парой украшений. Она смогла найти только маленькую серебряную брошку, а остальные взяли хорошую добычу. В других домах было примерно так же, отчего Мелодия чувствовала все больший страх. При входе в последний, по словам главаря, дом, этот страх перерос в ужас, граничащий с паникой – фея знала, что украла меньше всех, а больше всех везло главарю. Но после этого дома им еще надо было дойти до убежища, так что оставалась надежда сбежать… В этом доме Мелодия уже почти не старалась что-то найти. И, осматривая отделения трюмо, услышала радостный вопль главаря. Оглянувшись, фея увидела, что вся шайка столпилась у старого шкафа, дверцы которого были открыты. Она быстрым шагом подошла к ним и увидела маленький сундучок с открытой крышкой, полный монет из золота. - Это моя добыча,- говорил главарь хриплым голосом,- и самая лучшая! Не успела Мелодия ужаснуться тому выводу, что следовал из этого заявления, как увидела внезапно нечто странное – из груди главаря начали расти странные ленты красного цвета, завивающиеся друг вокруг друга, образовавшие кокон. И внезапно фея поняла, что увидела эмоцию главаря – жадность. Кокон, образовавшись, не исчез, только чуть потускнел, и оттого фее казалось, что глаза главаря тоже красные, что ужасало ее. Но к чувству ужаса примешивалась радость – она продвинулась в достижении своей цели, увидела, наконец, одну из эмоций! Правда, вряд ли это ей поможет спастись от главаря и его дружков… Распределив добычу, банда быстрым шагом направилась к своему убежищу. Мелодия уже немного ориентировалась в лабиринте улиц и знала, что идти туда долго, особенно с тяжелым сундуком, который главарь нес один в потертом черном мешке. До дома оставалось всего несколько поворотов, когда им навстречу выскочили трое в черных лохмотьях. Мелодия едва успела удивиться тому факту, что они носили нормальную обувь – они молниеносно подскочили к главарю и двум другим, что несли наиболее ценную добычу, и, вонзив ножи им в сердце, отобрали ее, после метнувшись к трем оставшимся, успевшим достать ножи. Мелодия зачарованно смотрела на черные ауры вокруг оставшихся парней из шайки, пока не поняла, что ей нужно бежать, пока и ее не убили. Бросив в грязь награбленное, она со всей прыти помчалась туда, где должен быть выход из города. Она боялась погони, но, видимо, новым ворам не нужна была девчонка. Поэтому, убедившись, что опасность ей больше не грозит, фея перешла на шаг, осознавая, что напоролась на самых лучших воров. Видимо, они как-то узнали о сундучке и напали, чтобы отобрать его. Благодаря им она успела сбежать, и увидела эмоцию ненависти. Не самая приятная эмоция, но хоть какое-то продвижение… Устав от бегства, и желая узнать, сколько ей еще идти, Мелодия забралась на крышу двухэтажного дома. Город раскинулся вокруг нее, почти до горизонта, а за ним виднелся луг. Убедившись, что идет в верном направлении, фея возобновила путь, готовая бежать при любой угрозе – на город уже опускались сумерки. Но, к счастью, ей никто не встретился, и когда небо стало густо-синим, Мелодия с громадным облегчением вышла из города. Ветерок, теплый и свежий, овеял ее лицо, и она пошла с радостью вперед, к лугу, пока не почувствовала, что хочет спать. Улегшись под раскидистым дубом, фея закрыла глаза и заснула…