Секрет жатвы

      Кадзуха не понял, как долго он проспал. В голове мелькали картинки чужой смерти. Демон-паук оказался повешен еще в средневековье за каннибализм. И даже тут не изменял себе. Наверное, таким людям и правда нужно быть в аду. От того в голове появилось смутное ощущение, что ему самому тут нечего было делать. Однако сейчас и самого Каэдэхару сложно было назвать нормальным. Убивал ли он своим существованием или же на самом деле полностью поглощал души послушников церкви, больше не позволяя переродится и стать чем-то еще, понять было трудно.       Открыв глаза, демон понял, что он вновь почти полностью восстановился. На коже уже заживали оставшиеся раны, медленно затягиваясь.       Присев на голой земле, Каэдэхара осмотрел округу. Больше паутины не было. Она пропала, так же как и демон, который так старательно пытался его съесть. И все же во всем этом бедламе оставался один-единственный вопрос: «Что ему нужно было делать?» и «Нужно ли было идти дальше?» — «Кадзуха, ты уже проснулся?» — спросил голос в голове, но отвечать совсем не хотелось. Но, возможно, наличие кого-то, кто в любой момент мог выслушать, имело под собой хоть какие-то плюсы? — Думаешь, нам стоит продолжать идти? — задал в ответ вопрос парень, вздыхая.       Темный шпиль за горизонтом продолжал дразнить и манить к себе пониманием, что там он найдет Скарамуччу, но помимо него там же было достаточно много демонов. И, если голод продолжит брать верх над разумом, это не кончится ничем хорошим. — «Ты переживаешь о своих вспышках, я права? — тихо произнесла ведьма. — Сейчас тебе решать. Я утратила свою любовь к Эребосу в тот момент, когда защитила твою. Думаю, тебе это нужнее».       Внезапное признание заставило напрячься. Кадзуха посмотрел на браслет на своей руке. Да, вероятно, ведьма просто не смогла одновременно защищать и его, и свои чувства. — Что будет, если я захочу съесть его душу? — спросил демон, подбирая к себе колени. Этот вопрос отдался болью в сердце, но выхода не оставалось. Даже если от Кусари он не сможет узнать ничего, то хотелось хотя бы услышать мнение со стороны. — «Думаю, вам вдвоем будет легче решить эту задачу. Не взваливай все на свои плечи. Он старше тебя на несколько сотен людских лет и тысячи адских. Уверена, что-то да сможет придумать».       Было немного странно ощущать поддержку голоса в голове, но от того ведьма слышалась четче, вселяя какой-никакой моральный дух. Ему нужно было идти, даже если последствия окажутся не лучшими. Но на запястье все еще была ненавистная Скаре ведьма. Это оставляло осадок, и все же стоило хотя бы сказать ему о том, что на самом деле произошло, предупредить о том, что именно Розария виновата в тех бесчинствах, которые происходят или происходили в человеческом мире.       Лес вокруг снова замолчал, позволяя путнику идти дальше. Казалось или нет, но тот словно сам расчищал дорогу. В аду и правда могло быть все что угодно. Голова на ножках паука, говорящий клен, самурай, пылающий огнем, странный старик, двое еще более странных демонов, которые пытали души. Кадзухе стоило принять то, что теперь он не гость в этом мире, а полноправный житель. Он уже сделал то, что не сможет обернуть вспять, а значит стоило лишь идти дальше.       Дни пролетали незаметно, хотя и изначально их течение сложно было различить. Небо над головой продолжало оставаться ярко-красным, меняя лишь тон оттенков, по которым более-менее можно было понять, когда наступала ночь, а когда день. И, когда демон все же смог достичь кромки леса, у него оставалось в запасе около двух дней.       Кадзуха присел у дерева, рассматривая широкий мост, ведущий к крупному черному замку. Все как в страшилках и легендах церкви: «Посреди кровавого озера, над обрывом, возвышались пики, скрывающие за собой пристанище короля». Подобный, кажется, стереотипный вид даже заставил разочароваться. — «У нас есть еще время, может быть, ты поучишься мной управлять? — спросила ведьма, обращая на себя внимание. — В теле куклы я могу использовать свои силы ведьмы, но они будут зависеть уже от твоей точности управления». — Стоит и правда потренироваться. Не думаю, что нас там сильно ждут, — выдохнул Каэдэхара, вновь поднимаясь со своего места.       Он отошел в сторону, забираясь глубже в лес. Было неплохо, если бы его не увидели, вот только смогут ли демоны внутри замка заметить, если Кусари начнет использовать свои силы? Это предугадать было сложно. — Только будем тренироваться пока без твоих навыков, — еще раз повернувшись назад, заметил Кадзуха. — Нас могут заметить. — «Да, риск этого есть», — согласилась та.       Как только парень отошел на приличное расстояние, он провел большим пальцем по надписи на оковах, но те не снялись, заставляя с вопросом посмотреть на железяки. — «Почему ничего не происходит? — спросила ведьма в ответ на действие, и парень повторил движение. — Неужели есть какие-то ограничения?» — Не знаю, почему не работает?       Каэдэхара постарался вспоминать все то, что он делал, прежде чем оковы спали с руки, но воспоминания из-за его не вполне вменяемого состояния оставались размыты. Парень попытался предположить, что именно от него требовалось, и посмотрел на большой палец другой руки. Не сильно хотелось кусать тот до крови, даже беря во внимание быструю регенерацию, но тот все равно это сделал, морщась от легкой боли и вновь проводя по надписи.       В этот раз он угадал. Браслет рухнул на землю, а на его месте возникла фигура куклы. Ранее парень не мог осмотреть ее полностью, но теперь, обойдя со всех сторон, заглянул той в лицо. Девушка действительно оказалась красивой. Таких в старину и сжигали на кострах. Но, возможно, красоты ей предавал белый материал, из которого та была сделана. — Ты не можешь отвечать мне, пока находишься в теле куклы? — спросил Кадзуха, но ничего не услышал. Видимо, и правда не могла.       Демон коснулся креста с нитями, и те вновь обвили пальцы, отдавая в его распоряжение куклу ведьмы.       Два дня — действительно маленький срок для того, чтобы в полной мере научиться руководить сложным механизмом, но по крайней мере Кадзуха смог вести ее в нужную сторону и направлять удары. На первое время этого должно было хватить, но хватило ли бы для проникновения в замок, который в период собрания точно будет охраняться куда более пристально. Кроме того, нужно было придумать, как затеряться средь толпы или хотя бы не выдавать в себе незваного гостя. Халат, который дали при выходе из пещеры, уже весь пестрил дырами, и в таком виде максимум, за кого могли принять Кадзуху, так это за попрошайку. — Думаешь, хоть кто-то будет пользоваться этой дорогой? — спросил парень, прячась за кустами растительности, но ведьма не ответила. Та уже сидела в форме куклы рядом, следя стеклянными глазами за всем происходящим так же пристально, как и руководящий ей демон.       Вопреки сомнениям, вдали показалась чья-то карета, упряжку которой гнали ящерицы. Мир демонов оказался более старомоден, чем думал Кадзуха, но, возможно, кто-то просто не любил перемены. Это пошло ему на пользу.       Парой ловких движений кукла вырубила ездовых животных, останавливая повозку рядом с местом, где прятался и сам кукловод.       Двери кареты раскрылись, а на пороге показался тучный мужчина, что-то бубнящий себе под нос. Пуговицы на его одежде едва сходились, а, вполне человеческое лицо с бородой украшала раздраженная гримаса.       «Не мой размер», — поначалу расстроенно подумал Каэдэхара, но заметил, что в карете так же сидел какой-то более легко сложенный демон. По виду тот казался юношей. Его одежда бы, возможно, подошла, но Кадзуха вновь почувствовал в себе подступающий голод. — Эй, что ты творишь?! Не видишь, молодой господин едет?! — закричал на куклу мужчина, заставляя кукловода хоть как-то опомниться. Может быть, ему и стоило сейчас съесть чью-нибудь душу, чтобы не чувствовать такого голода, сводящего с ума, но если он и сделает это — не сможет противиться подступающему сну чужой смерти.       Пришлось парой движений отозвать куклу, замечая мельком на себе взгляд незнакомца, оставшегося в повозке. — Дальше мы отправимся пешком, — сказал тот, выходя из своего транспорта. — Кто-то, по всей видимости, решил нас ограбить. Но что ж, я позволю ему забрать эту простенькую карету, — крайне надменно заметил тот, уходя в сторону.       Его золотистые волосы и красный бархатный сюртук явно смотрелись гармонично, но вот еще более гармоничной была сильная душа, присутствие которой Кадзуха почти мог чувствовать на собственном языке, всеми силами заставляя себя думать о чем угодно, но не об этом. Сила, исходившая от парня, точно не шла ни в какое сравнение с демоном-пауком, которого Каэдэхара едва смог победить.       Дождавшись, когда демон скроется из виду, чтобы больше не тревожить разум кукловода, тот выбрался из кустов, подходя ближе к ящерицам, которые едва начали приходить в себя. Все же такой жест со стороны совершенно незнакомого демона показался более чем странным. Но оставалась надежда того, что тот просто посмеялся над Кадзухой. Это и было вероятнее всего.       «Но как ими управлять?» —спросил тот сам себя, забираясь в карету, где все было сделано в тех же красных тонах. Внезапно повозка рванула вперед, заставляя демона больно удариться головой о стенку и едва заметить, как кукла просто полетела следом, сносимая ветром.       Парой движений Каэдэхара заставил ее встать на ноги и нагнать в два прыжка транспорт, запрыгивая внутрь. Парень закрыл дверь, видя, что ящерицы сами направились внутрь замка. Нехорошее предчувствие закопошилось где-то внутри. С ним снова играли, и парень понял это в тот момент, когда ящерицы обогнали двух демонов, идущих по мосту. На лице светловолосого юноши промелькнула улыбка.       Чуть не врезавшись каретой в открывающиеся перед ним ворота, Кадзуха напару с куклой вылетел из двери, стоило только карете проникнуть внутрь огромного помещения, где уже толпились демоны, расходясь кто куда от летевших вперед животных.       Воспользовавшись небольшим замешательством, парень скрылся за лестничным пролетом, забиваясь в угол, лишь бы не видеть чужие души. Их было много, слишком много для него одного. Сердце трепетало в груди, заставляя отозвать свое оружие обратно на руку. — «Кадзуха, ты в порядке? — спросил голос ведьмы. — Только контролируй себя. Мы внутри, половина пути позади», — заверила она, но едва ли это помогло. Тело буквально трясло от жажды, а ее контроль тем более заставлял сидеть тихо, боясь сделать хоть одно движение. — Друзья! Я привел вам небольшое развлечение! — воскликнул знакомый голос незнакомца в красном сюртуке. Тот так же прошел внутрь. — На этой карете к нам прибыла неплохая цель для охоты. И раз сегодня общее собрание, то почему бы тем, кто в нем не участвует, не попытаться поймать нашего вторженца? — демон точно улыбался, а его имя так и слышалось из уст остальных присутствующих: — Господин Вассаго! Даже позаботился о низших по рангу! — Вы просто лучший, господин Вассаго!       Если бы не прошедшие пытки, вырвавшие из Кадзухи достаточно эмоций, наверняка он бы почувствовал, как тело трясет от ужаса, в котором он оказался, но теперь же холодная капля пота скатывалась лишь от понимания, что на него двинутся демоны с самыми сильными душами. С душами, которые бы смогли заполнить весь тот голод, что чувствовался внутри и внушал желание убивать. — «Нам нельзя попадаться им на глаза. Скорее всего само собрание пройдет на верхних этажах замка. Потерпи еще немного», — вновь попыталась успокоить того Кусари, но безуспешно.       Каэдэхара прикрыл глаза, стараясь даже не дышать. Ему нужно было двигаться и бежать выше, пусть даже если бы его принялись останавливать десятки сильнейших демонов, но мог ли он? — Кто сейчас ведет переговоры? — спросил светловолосый демон у присутствующих. — Генерал Эребос. Он докладывает о ходе работы над разрушениями ангелов, — ответил кто-то из присутствующих, и сердце внутри замерло, самовольно начиная бороться с жаждой.       Выхода не оставалось, нужно было двигаться. Зная пристрастие Скары к исчезновениям через тень, вряд ли и тут бы он поскупился на подобный уход. А если он пропадет, то сколько еще времени понадобится, чтобы его найти? — «Кадзуха, нужно бежать», — пронесся голос в голове, и демон надкусил палец, вновь вызывая куклу.       Глубоко вздохнув, он выбежал из-за лестницы, тут же перепрыгивая через несколько ступеней, сопровождаемый оглушительным ревом отдаляющихся демонов. — Не так быстро, — усмехнулся один из них, птицей оказываясь перед парнем.       Сердце замерло, вновь пожираемое жаждой. Душа того, кто оказался перед ним, была слабее, на уровне убитого самурая, и Каэдэхара не смог себя контролировать, ведя куклу вперед, заставляя ту разорвать демона на части под всплеск крови, окрасивший черный мрамор в бордовый. — Ой, кажется, я недооценил его, — посмеялся Вассаго, но Кадзуха, выхватив душу из разорванного тела, побежал вместе с куклой дальше.       Чувствуя пульсацию в руке, он не мог проконтролировать это, съедая добытое на ходу. Это мутило голову, снова начало клонить в сон, но с этим чувством было справиться легче, чем с голодом.       Демон не успел преодолеть и одного пролета, как в него полетели всевозможные орудия, от половины которых парень сумел защитить себя с помощью куклы, но другая часть врезалась в ноги и руки. На это было все равно, ровно до того момента, пока на одной из ног не образовалось огромное гнойное пятно. — Я попал, как прекрасно, — посмеялся кто-то со стороны.       Пришлось остановится, чтобы избавиться от кинжала у бедра, но подобная заминка привела к тому, что перед ним оказались сразу трое демонов, а остальные подступали с обратной стороны. — Какую интересную игрушку ты нам притащил, — сказал один из троицы, поднимая Кадзуху лицом себе за подбородок.       Перед глазами пронеслись воспоминания. Нет, подобное мог с ним делать лишь один демон, и никто другой. Парень резко вырвался, поднимаясь на ноги. — Кусари, вспышка! — выкрикнул он, прикрывая свои глаза заранее.       Яркий свет все же пробился через щель между пальцами, но, тем не менее, свои глаза демон не потерял, продолжая свой путь наверх.       Возможно, если бы Кадзуха с ведьмой заранее не выяснили о том, что она может использовать свои силы в теле куклы, то сейчас бы он уже оказался мертв, но все же радоваться кратковременной заминке вышло недолго. Высшие демоны оставались высшими демонами, теперь же не скупясь на уловки.       Стены, возникающие прямо перед лицом, внезапный дурман, ударяющий в нос, от которого хотелось только спать. В какой-то момент стало не важно на то, в каком состоянии он дойдет до конца, но он должен был это сделать.       Кадзуха перепрыгнул через какой-то стенд с вазой, попутно слыша звонкий треск позади, и увидел большую дверь перед собой. Дыхание сбилось из-за быстрого бега, и он хотел было войти, но теперь перед ним оказался тот самый демон, который сделал из него мишень для охоты. — Ты так хочешь попасть под взгляд Баал? Неужели не терпится умереть? Тогда почему не хочешь умереть прямо тут? — спросил светловолосый парень. — Могу обещать, что твоя смерть будет красива, — улыбнулся он. — Я и так умирал бесчисленное количество раз, — выдохнул Кадзуха, пытаясь стереть кровь со своей щеки, но лишь больше размазал ту, добавляя и часть с ладони, которой вырвал душу из разорванного тела. — Я должен увидеть Эребоса, остальное мне неважно. — Вот так загадка, то есть все это ты затеял лишь для этого мрачного парня? Кто же ты такой? — спросил Вассаго. По его лицу стало понятно, что убивать он не планировал, а этот интерес, промелькнувший в светло-алых глазах казался вовсе неподдельным. — Я… Мессия, — нерешительно произнес Каэдэхара, слыша за спиной подходящих ближе демонов. — Что ж, если это действительно так, то прошу. Если ты действительно тот, кто организовал победу аду, то вряд ли тебя убьют сразу.       Слова демона не внушали доверия, как и раньше. Кадзуха уже понял, что ни один житель ада не делает ничего просто так. Но ловушка или не ловушка, стоило разобраться позднее. — Господин Вассаго, что это все значит? — воскликнул кто-то из подошедших, но дверь перед носом Кадзухи уже открылась.       Впереди показался знакомый силуэт, а сердце наряду с вновь проснувшимся голодом замерло. Каэдэхара уже стоял под обращенными на него взглядами, тогда почему же тело сейчас не двигалось? Удушающая и подавляющая сила, души всех присутствующих давили так, словно вот-вот прижмут к полу. Будучи человеком, он этого не замечал, но энергия, шедшая от самого Скарамуччи, тоже была невероятно густой.       Вздохнув глубже, парень отозвал куклу, идя быстрыми шагами к демону, который продолжал зачитывать что-то с бумаги в руках, полностью погрузившись в работу и явно не замечая происходящего.       Кадзуха резко развернул его за плечо, встречаясь со взглядом сначала непонимающим, а затем раскрывающимся так сильно, что, казалось, будто демон вовсе его не видит перед собой. — Я тебя нашел, — выдохнул парень, проводя рукой, испачканной в крови, по бледной щеке. Парень не понимал, что именно должен был чувствовать сейчас, но то, что его сердце буквально вырывалось из груди, говорило за него.       Положив уже вторую руку на щеку опешившего Эребоса, демон подался вперед, накрывая его губы поцелуем под молчаливый звон в ушах. Это точно было сном, никак иначе это не могло быть объяснено. Как он смог пройти такое расстояние от горы, на которой появился, до замка, как выжил после встречи с демоном в лесу и ярыми попытками других демонов убить его. Это все казалось нереальным, так же как и нахождение в аду.       Поцелуй казался слишком мягким, губы Скарамуччи всё ещё оставались тёплыми, и от прикосновения к ним парень чувствовал большее спокойствие. Его старания не пропали напрасно, а сомнения в правильности действий выветрились из головы с той же скоростью, как и остальные мысли.       Кадзуха смог оторваться от чужих губ лишь тогда, когда почувствовал ладони на своих плечах, настойчиво отстраняющих назад. — Какого хрена ты тут забыл?! — воскликнул Скара. — Ты… ты… да что с тобой не так?!       «Кажется все же разозлился, — заметил голос в голове. — Расскажи о том, зачем пришел, забудешь от чувств».       Ведьма слегка привела голову в порядок, и, стараясь не обращать внимания на разъяренный взгляд демона, Кадзуха помотал головой, сбрасывая с себя пелену наслаждения моментом. — Розария убила Барбару, поэтому мы победили. А сейчас она собирает культ собственного поклонения с помощью демонической силы, — на одном дыхании высказал Каэдэхара, замечая растерянность на лице Скарамуччи. — Что? Да как такое… Кадзуха! Стой, что…       Парень и сам не понял, в какой момент сонливость после поглощения души взяла над ним верх. Глаза закрылись сами по себе, заставляя упасть лбом в грудь Эребоса, где слишком ясно трепетала душа. Желание поглотить ее, наверное, вновь взяло бы верх, если бы не закрывшиеся глаза и ушедший в новую смерть разум.