Бенгальский огонек

      То, что этот мир странный, я заметила годам к пяти, хотя может быть это просто я странная. На самом деле, после перерождения ты на многое закрываешь глаза. Становится очень сложно чему-то удивляться.       Я до сих пор не уверена, что это все реально.       Я родилась в Лондоне, в 1980 году. Что забавно, ведь в прошлой жизни я родилась в 90-х. Еще из отличий, в этой жизни я уродилась красавицей и не сказала бы, что очень уж рада такому исходу событий, ведь у красивых людей обычно очень много проблем. Еще из неприятного, в британских приютах кормят похуже чем в русских, а я между прочим росла в голодные девяностые. Из неизменного, остаются дети и воспитательницы, они все такие же озлобленные на мир, но плакать я стала гораздо реже. Это определенно плюс.       Честно говоря, со мной происходят странные вещи, например, примерно в девять лет я сломала себе ногу, мне сделали рентген, наложили гипс, но на следующий день моя нога уже не болела и мне сказали, что она совершенно цела. И на это никто не обратил особого внимания. Меня даже никто на опыты не сдал!        Вещи, которые я теряю, на следующее утро оказываются на моем столе, даже если их кто-то украл. Как-то я убегала от разъяренной хулиганами собаки и за секунду до того, как она должна была меня укусить, я оказалась на дереве, хотя точно не совершала никаких физических усилий для этого. В шоке были и я, и собака. Естественно, что рассказывать о подобном кому-то было бы все равно, что рыть себе могилу, поэтому я предпочитала молчать о подобных странностях.       И вот, летом 1991 года к нам в приют пожаловал темный плащ, ужас, летящий на крыльях ночи, ака профессор Снейп. На себя из фильма он был смутно похож, гораздо младше, не старше тридцати на вид и определенно его нельзя было назвать уродом, как говорилось в книгах. Он был вполне симпатичным мужчиной.       Но о том, что он имеет дело к волшебному миру, я понятное дело не знала, поэтому для меня он походил на гробовщика или кого-то из похоронного бюро.       — Вы — Эбигейл Захари Джексон, верно?       — Добрый день, сэр. Вы правы, это мое имя.       Даже с раздражающими личностями я стараюсь вести себя вежливо. Работа в больнице на мне определенно сказалась.       — Я так понимаю, у вас ко мне какое-то дело, если это на счет кредита моих так называемых родителей, неожиданного наследства или найденных дальних родственников, на подобное тратить время ни мое, ни ваше, я не желаю, поэтому можете сразу уходить, если же дело в чем-то другом, я вас внимательно слушаю.       — Видимо, слышать неожиданные новости вам уже приходилось, тогда я начну.       Мужчина взмахнул палочкой, да, мне не показалось, эта была именно та древесная структура, о которой вы подумали, и у меня в руках оказалось письмо со странно знакомым гербом.       — Прочтите его. А я пока представлюсь. Меня зовут Северус Тобиас Снейп и я профессор зельеварения и декан факультета Слизерин в школе чародейства и волшебства Хогвартс. В которую вы, как и сказано в предоставленном письме, будете посещать. Отказаться от этого, к сожалению, невозможно, единственная удовлетворительная причина — смерть.       Я посмотрела мужчине прямо в глаза, улыбнулась и громко рассмеялась. Это ж надо было так попасть, чтоб сам Снейп сопровождал меня за покупками. Удивительно.       — Ну, умереть я всегда успею, профессор. Видимо врачом в этой жизни я не стану… Довольно удручающая новость, если быть честной. Тогда какие же у меня есть перспективы после выпуска из Хогвартса, сэр? Разумеется, если доживу.       — Кхм, если у вас есть желание стать целителем, то есть вариант стать колдомедиком, но это весьма нелегкий труд, мисс Джексон. Или можете стать врачом в мире маглов, после выпуска из школы.       — Вау, врач не получивший среднего образования и орудующий волшебной палочкой вместо скальпеля, мечта! Ну ладно, с этим мы разберемся позднее. Вещи из списка, как я понимаю, на школьном базаре купить у меня не получится. Думаю для этого вы и почтили меня своим присутствием, так сказать, огорошить новостями и оставить на память парочку сувениров, чтобы не забыла и не посчитала произошедшее бредом, верно сэр?       — В целом, вы верно уловили цель моего визита, мисс Джексон.       — Итак, чтобы вы не сочли меня в конец инфантильной девчонкой, верящей в каждое ваше слово при весьма посредственных доказательствах, не сочтите за грубость, ваша палочка, и те пируэты, что вы с нею выполняете, поразили меня до глубины души, но я считаю, что увиденное однажды сильно проигрывает увиденному дважды.       — Мисс Джексон, ваши изречения по поводу моих «пируэтов с палочкой» в приличном обществе сочли бы вещью довольно двусмысленной и возмутительной. Попрошу вас воздержаться от подобных выражений впредь.       — На то и расчет профессор, на то и расчет. Ну, так что, выполните просьбу маленькой девочки узреть волшебство и все из него вытекающее еще раз?       — И что бы вы хотели, чтобы я сделал? Превратил этот стол в свинью? Заткнул бы вам рот до конца сегодняшней встречи? Или заставить летать этот шатающийся стул?       — Все намного проще профессор, прошу вас лишь прибраться в комнате. Это действие вразумит меня настолько, что я готова буду смотреть на вас с обожанием до самого вечера.       — Я вам так напоминаю домовика, мисс? Уборка это их первостепенная задача.       — Домовика может и не напоминаете, но хотелось бы увидеть магию с практичной стороны, а не с показушной, извините за грубость речи.       — Что ж это вполне допустимо, не затратно по времени и легко выполнимо. Тергео.       Профессор несколько раз повторил одно и тоже заклинание и, через пару мгновений, в комнате не осталась и следа пыли.       — Я готова идти с вами куда угодно, зачем угодно и к кому угодно, будь вы хоть трижды растлитель малолетних любознательных девиц.       — Мисс Джексон! Еще хоть слово и говорить у вас не получиться до конца дня.       Я лишь ухмыльнулась и помотала головой, рукой указывая на выход.