Закрой гештальт, дует…

Black black heart why would you offer more?

Why would you make it easier on me to satisfy?

I'm on fire…

♫ David Usher — Black Black Heart

      — Итак, Субин, расскажите, когда вы последний раз выходили из дома, не считая сегодняшнего визита к психологу?       Чонгук садится поудобнее и устраивает на колене свой рабочий блокнот.       — Почти неделю назад… Я выходил в магазин за сигаретами… Купил сразу два блока, чтобы на подольше хватило…       Молодой парень полулежит на кресле напротив психолога, вытянув ноги вперед и сложив руки в замок на животе.       — А как же покупка продуктов? Вынос мусора? Походы на работу, в конце концов? — недоумевает психолог.       — Господин Чон, вы же помните, что мы живем в двадцать первом веке? Покупка продуктов — есть службы доставки. Вынос мусора — мусоропровод прямо на этаже. Походы на работу — у нас в компании удаленка, после пандемии все ходят в офис по желанию.       — А что насчет прогулок? Размяться, подышать воздухом, встретиться с друзьями?       Субин тяжело вздыхает.       — Подышать загрязненным воздухом Сеула, чтобы встретиться с друзьями, которым до меня нет никакого дела? — скептически произносит он. — Заманчивая перспектива, но я, пожалуй, откажусь.       Чонгук кивает головой и делает кое-какие пометки в блокноте.       — Субин, давайте проясним: вам не хочется выходить из квартиры, потому что вы не видите смысла тратить время на то, что можно и так получить, не затрачивая при этом дополнительных усилий?       — Не только. Я бы сказал, что у меня просто нет на это сил… Каждый выход из дома для меня — это огромный стресс. Надо же одеться. А перед этим помыться — не пойду же я в люди грязным и вонючим. Потом надо спуститься вниз — пешком, потому что в доме нет лифта, ведь я живу в старой пятиэтажке. А после этого надо делать вид, что меня интересует то, что говорят люди. Да мне плевать, мне абсолютно все равно, кто и что мне скажет. Их слова пролетят мимо моих ушей, ведь все, о чем я буду думать — это как поскорее вернуться домой, лечь на кровать, завернуться в мое мягкое одеяльце и начать читать очередную книжку в жанре «фэнтези» на телефоне. Потому что это единственное, что мне сейчас интересно, единственное, что отвлекает и держит меня на плаву. Мне плевать, если друзья на меня обидятся из-за того, что я опять надолго куда-то пропал. Ведь я знаю, что на самом деле им все равно: у всех свои дела, и до чужих проблем никому дела нет. Родители в другом городе, они не видят, что со мной происходит, да они бы даже и не заметили. Они обычные работяги и сосредоточены только на том, чтобы прокормить семью. Им нет дела до моих психологических проблем. Всем плевать. И мне тоже на всех плевать. Меня интересуют только мои книжки. И знаете, господин Чон, раз уж вы мой психолог, я должен быть с вами честен: на ваши слова мне тоже почти плевать. Я уйду сегодня из вашего кабинета, поеду домой и опять буду лежать на кровати и читать книжки.       Чонгук кивает головой и делает очередную запись в блокноте, подчеркивая последнюю фразу несколько раз.       — Субин. Вы в терапии уже почти год, и в последнее время ваша ситуация меня очень сильно беспокоит. Я за вас волнуюсь. Я хочу вам помочь, но, боюсь, что только моей помощи в данном случае будет мало. Нужно дополнительное вмешательство другого специалиста.       — Другого? — удивленно спрашивает клиент. — Это кого же?       — Психиатра.       Субин подбирается и усаживается на кресле прямо.       — Психиатра? Вы намекаете на то, что я — псих?       — Нет, я такого не говорил, — возражает Чонгук. — У меня есть предположение, что у вас депрессивное расстройство. Вы знаете, что такое депрессия, Субин?       — П-ф-ф, — фыркает парень. — Конечно. У каждого второго в интернетике депрессия. Это полная фигня.       — Субин, депрессия — не фигня. Депрессия — это болезнь, которая обусловлена изменением баланса химических соединений в организме. Это психическое заболевание, которое может доставить человеку массу неудобств. И депрессия, как и любая болезнь, лечится — в данном случае походом к психиатру и приемом таблеток. Помощь психолога здесь может выступать лишь вспомогательным инструментом.       — Подождите, подождите… Вы что, хотите, чтобы я на полном серьезе пошел к психиатру? Как какой-то шизоид?       — Вы заблуждаетесь. Психиатры занимаются не только шизоидами, как вы выразились. Депрессивное расстройство — это не шиза. Это, по сути, химический дисбаланс в мозгу вследствие нехватки серотонина и избытка мелатонина. Более подробно вам сможет объяснить психиатр.       Субин отрицательно мотает головой.       — Не-а. Нет. Ни за что. Я не пойду к психиатру.       — Субин…       — Нет, господин Чон. Это уже слишком. Если вы не можете мне помочь, может быть, мне тогда лучше обратиться к другому специалисту?       — Да, к психиатру.       — Нет, я имею в виду, к другому психологу. Если вы бессильны, то так и скажите. Я не буду тратить время и деньги на наши с вами встречи.       Чонгук вздыхает. Он и не рассчитывал на то, что это будет легко. У клиента с большой вероятностью — апатическая депрессия. Ему просто необходима помощь психиатра и антидепрессанты. Сейчас он проходит через стадию отрицания. Сегодня что-либо доказывать ему — бессмысленно. Субин должен переспать с этой мыслью, обдумать ее, смириться с ней, а дальше Чонгук уже подтолкнет его к принятию этого важного решения. Ведь на правильно подобранных таблетках жизнь — поистине прекрасна…

***

      Чонгук выходит из своего кабинета и закрывает его на ключ. За окном уже темно, на часах перевалило за восемь вечера. Сеанс с Субином вытянул из Чонгука последние силы, поэтому сейчас единственное, чего он хочет — это оказаться дома, позависать перед телевизором с бутылочкой пива и пачкой чипсов и пораньше лечь спать, ведь завтра такой же рабочий день. Однако сегодня ему еще предстоит заранее запланированный ужин с Леей, который он уже не может отменить, несмотря на всю свою усталость.       — До свидания, Сольхен, — Чонгук прощается с секретарем, подхватывает с вешалки у входа свой плащ и быстро одевается.       — Господин Чон, одну минуточку! — Сольхен вскакивает со своего места на ресепшене. — Звонил менеджер по персоналу из «Bangtan Industries». Руководство хочет, чтобы на следующей неделе вы провели лекцию для сотрудников их компании.       Чонгук приподнимает брови и уточняет:       — Лекцию? Они имеют в виду вебинар?       Психологические вебинары стали весьма распространенным явлением в корпоративном мире, особенно после пандемии коронавируса. Чонгуку уже довелось провести несколько вебинаров для других компаний, поэтому такая просьба его не сильно удивила.       — Нет, господин Чон, руководство хочет именно лекцию. В очном формате, — поясняет секретарь. — Они готовы выделить под это мероприятие большой конференц-зал и просили вас дать ответ как можно скорее. Я уже проверила ваш календарь, есть четырехчасовое окно в следующий четверг.       — Хм, я планировал потратить это время на личные дела… — задумчиво бормочет Чонгук, вспоминая, что специально освобождал себе несколько часов, чтобы добраться, наконец, до качалки. — Они указали тему лекции?       — Да, что-нибудь, связанное со стрессом. Например, «Как работать в период стресса?» или «Как справиться со стрессом?».       — Понятно. Так и быть, передайте менеджеру, что я согласен.       Лишние деньги не помешают, к тому же стремление провести лекцию на такую важную тему говорит о том, что руководство компании хочет позаботиться о психологическом состоянии своих сотрудников — Чонгука как психолога это очень подкупает.       — Хорошо, господин Чон. Я направлю детали вам на почту. Хорошего вечера!       — До завтра, Сольхен.

***

      — Ты выглядишь уставшим, дорогой. Ты слишком загрузил себя делами и забыл про баланс работы и личной жизни, — говорит Лея, медленно переворачивая страницы меню.       Они выбрали для ужина небольшой ресторанчик, стилизованный под американский дайнер пятидесятых. Бургеры, картошка фри, куриные крылья и большие молочные коктейли — здесь есть все то, что так любит Чонгук и к чему так равнодушна его девушка.       — Я решил сократить время сеансов с часа до пятидесяти минут. Перейти к классической схеме, — отзывается Чонгук из-за своего экземпляра меню. — Это позволит мне выделить дополнительный свободный час ежедневно.       — Это правильное решение, я давно тебе говорила. Сможешь пораньше уходить домой. Ты слишком много работаешь, милый.       Чонгук слабо улыбается и продолжает пожирать глазами еду на картинках. Он и не думал, что настолько проголодался. Ему хочется съесть все и сразу.       — Кстати! — Лея захлопывает меню и привычным жестом заправляет за уши свои светло-каштановые локоны. — У меня для тебя важная новость. Не знаю, как ты к этому отнесешься, но я уже в восторге.       Чонгук на пару секунд замирает, затем откладывает меню в сторону.       — Ты что… беременна? — опасливо предполагает он.       Лея заливисто смеется.       — Нет, дурачок! С чего ты взял? Ты же знаешь, что мы бы с тобой заранее это обсудили, прежде чем делать такой радикальный шаг.       Чонгук облегченно выдыхает. Ребенок не входил в их планы на ближайшие несколько лет. Им обоим всего по двадцать девять. Они только-только добились каких-то успехов в профессии, наработали себе клиентскую базу и репутацию. Сейчас им нужно закрепить достигнутые результаты, а для этого необходимо много работать. Чем они и занимаются на протяжении последних нескольких лет. Иногда Чонгук думает, что это чудо — то, что он встретил Лею. Ведь с его режимом работы о каких-либо новых знакомствах можно даже не мечтать…       — Меня пригласили на стажировку в Америку! — торжественно заявляет Лея. — Я тебе не говорила, что подала документы, потому что сама с трудом в это верила. Но они выбрали меня, представляешь?       — Ого… — Чонгук откашливается и делает глоток воды из стакана. — Это… неожиданно.       — Я знаю, но я так рада! — Лея хлопает в ладоши и широко улыбается. — Скажи же, круто?       — Да, очень. Поздравляю! — Чонгук тянется через стол и чмокает свою девушку в губы. — И когда ты улетаешь? Надолго?       — Через три недели. Я должна доделать свои дела перед отъездом, а им нужно подготовить кое-какие документы на мою стажировку. Но это уже детали. Стажировка длится полгода…       — Полгода?! — Чонгук давится воздухом. — Но, Лея… Это так долго…       — Я знаю, знаю… Но это такой шанс — стажироваться в одной из лучших IT-компаний США. Это Кремниевая долина, Калифорния, солнце и пляжи! И куча айтишников, на которых я смогу отрабатывать свои скиллы, — Лея потирает ладошки, хитро ухмыляясь.       — Подожди, а как же твои клиенты? Ты с таким трудом нарабатывала себе клиентскую базу…       — Придется переходить на удаленный формат. Будем заниматься по Скайпу или звонить по видео в мессенджерах. Да, кто-то отвалится, но у меня достаточно молодые клиенты, не думаю, что они откажутся временно заниматься онлайн. Полгода пролетят незаметно, а потом я вернусь.       — А что, у них там в Калифорнии своих психологов нет? Обязательно нужно выписывать из Кореи мою девушку? — ворчит Чонгук.       — Ты сейчас обижаешь меня, милый, — беззлобно журит его Лея. — Нет бы порадоваться за меня, а ты там что-то бурчишь!       — Ты же знаешь, что я шучу, — улыбается Чонгук. — Я буду скучать. Обещаешь писать мне чаще, чем раз в неделю?       — Я подумаю над этим, — смеется девушка, возвращаясь к изучению меню.       Этим же вечером, добравшись до дома и приняв расслабляющий душ, Чонгук достает заначенную пачку сигарет, которую хранит на черный день в самом дальнем ящике шкафа, и выходит покурить на балкон. Он давно бросил, еще в универе, однако в моменты особого напряжения до сих пор позволяет себе выкурить так называемую «нервную сигарету». Стажировка и временный переезд Леи в Америку — это большая неожиданность для него. Именно она — тот человек, который во многом поддерживает его, заботится о нем, придает ему сил и уверенности в себе. Не считая Юнги и Чимина, конечно. Вот уж Чимин обрадуется ее отъезду…       Чонгук курит и размышляет о том, что на время отсутствия Леи ему нужно будет в два раза чаще встречаться со своим психологом, чтобы банально не свихнуться, ведь мысли о Ким Тэхене никуда не ушли. С момента их последней встречи неделю назад этот мужчина опять прочно прописался у него в голове. Чонгук помнит его низкий голос, искушающий и пьянящий своей бархатной хрипотцой, помнит его коньячные глаза, в которых плескалось что-то темное и демоническое, помнит запах его мускусного парфюма, въедающегося в обонятельные рецепторы и кружащего голову похлеще самого сильного афродизиака…       Чонгук не знает, увидятся ли они с Тэхеном вновь. Он отказался его консультировать, однако работа обоих напрямую связана с «Bangtan Industries», поэтому такую возможность исключать нельзя. И если однажды они снова встретятся, Чонгук должен быть готов.       Готов дать ему отпор…

***

      — Итак, если вопросов больше нет, то на этом лекцию объявляю оконченной. Большое спасибо за внимание!       Чонгук подходит к краю помоста для спикеров и кланяется слушателям под их одобрительные аплодисменты. Два часа его выступления пролетели незаметно, ведь тема про стресс — действительно интересная и актуальная. Сотрудники компании внимательно слушали лекцию, задавали много животрепещущих вопросов и с готовностью включались в диалог.       Довольный результатами своего труда, Чонгук начинает собираться, ведь сегодня его ждут еще два вечерних клиента. Он отсоединяет ноутбук от проводов, ведущих к проектору, вынимает свою флешку, складывает блокнот с ручкой в портфель, проверяет, не забыл ли чего, затем дожидается момента, когда все слушатели покинут конференц-зал, чтобы уйти последним.       Пока он ждет, к нему подходят две девушки, желающие записаться на прием к психологу. По их поведению он понимает, что мотивы у них совершенно не те, которыми кажутся. Профессиональная проницательность не дремлет, и Чонгук делает вывод, что одна из девушек хочет познакомиться с ним поближе, а вторая — скорее всего, ее близкая подруга — подошла с ней за компанию. Психологическая помощь им не нужна — им нужны парни. Поэтому Чонгук говорит, что у него сейчас полная запись (что на самом деле не так уж и далеко от правды) и рекомендует им связаться с его секретарем по телефону на визитке. Если девушки запишутся к нему на прием, то он их, конечно же, примет — отказывать до первого сеанса не в его правилах. А вот после первого сеанса он вполне может и отказаться от консультирования даже без объяснения причин. В конце концов, у него есть девушка, и новые знакомства ему сейчас ни к чему.       Когда все слушатели покинули конференц-зал, Чонгук подхватывает свой портфель и направляется к выходу. Он пожимает руку менеджеру по персоналу, благодарит его за организацию мероприятия и выдвигается к лифтам. У Чонгука есть еще немного времени, и если он поторопится, то успеет заскочить в какую-нибудь кафешку и пообедать чем-нибудь нормальным, а не сухими сэндвичами из автомата рядом с работой.       Сотрудники компании уже разошлись по своим рабочим местам, поэтому до лифтов Чонгук идет в полном одиночестве. Его размеренные шаги эхом разносятся по пустынному коридору. Впереди уже маячит лифтовый холл, но внезапно высокая фигура в черном выходит из-за угла и преграждает ему путь.       — Добрый день, господин Чон. Прекрасная лекция.       Чонгук, едва успев затормозить, чуть не врезается в чью-то широкую грудь. Он поднимает голову и натыкается на чуть прищуренный взгляд коньячных глаз. Ким Тэхен выше него на какие-то жалких пару сантиметров, однако он смотрит так властно и уверенно, что Чонгук мгновенно теряется и чувствует себя ниже сантиметров на десять.       — Добрый день, господин Ким. Благодарю.       Чонгук пытается обойти своего непрошенного визави, но Тэхен делает шаг в сторону и вновь преграждает ему дорогу.       — Поговорим? — негромко произносит он, слегка изогнув свою бровь.       — Извините, но я спешу. У меня клиент, — врет психолог, лишь бы поскорее вырваться из затягивающего плена этих коньячных глаз.       До следующего сеанса полтора часа, однако он собирался пообедать и отдохнуть, а не разговаривать не пойми о чем со своей главной головной болью в лице Ким Тэхена.       — Я не займу у вас много времени. Хочу обсудить всего один вопрос, — настаивает Ким. — Пройдемте ко мне в кабинет, — он указывает рукой куда-то в сторону, на приоткрытую дверь прямо за поворотом.       Чонгук вздыхает. Он чувствует, что ничем хорошим этот разговор не закончится, однако все равно кивает и идет следом за своим незваным собеседником. Ведь отказываться — банально невежливо…       Место секретаря рядом с кабинетом пустует. Тэхен пропускает Чонгука вперед, и когда они заходят внутрь кабинета, Ким закрывает дверь и проворачивает ключ в замке.       — Чтобы нас никто не побеспокоил, — поясняет он, заметив удивленный взгляд черных глаз напротив. — Хочешь выпить?       Чонгук отрицательно мотает головой.       — Я не пью на работе.       Тэхен фыркает и проходит в противоположный конец кабинета.       — Ну да, конечно. А вот я пью, — он наливает себе виски из графина, стоящего на столике рядом с письменным столом. — Я решил, что раз уж мы были знакомы раньше, то нет смысла общаться на «вы». Ты же не против?       — Не против, — отвечает Чонгук, внимательно наблюдая за действиями мужчины.       Тэхен делает два больших глотка алкоголя, после чего ставит стакан обратно на поднос и облизывает губы кончиком языка. Чонгук чувствует, что от этого зрелища его сердце начинает бессовестно ускорять свой ритм. Нет, он определенно не должен реагировать так на простые движения этого человека…       — Кхм… О чем ты хотел поговорить со мной? Извини, но я действительно спешу, — выдавливает из себя Чонгук, мечтая поскорее убраться отсюда.       Тэхен пересекает кабинет и подходит ближе, неотрывно глядя ему в лицо. Чонгук смело выдерживает этот требовательный взгляд, но его спокойствие снаружи компенсируется бешено ухающим сердцем внутри. Его руки подрагивают, и ему приходится крепче вцепиться в ручку своего портфеля, чтобы скрыть предательскую реакцию собственного организма на внезапную близость этого человека.       — У меня есть кое-что для тебя. Но сначала ты должен освободить свои руки, — тихо, но настойчиво произносит Тэхен.       — Зачем?       — Не задавай лишних вопросов. Просто избавься от своего портфеля.       Чонгук медлит несколько секунд, но затем, раздираемый любопытством, наклоняется и осторожно опускает свой портфель на пол, прислоняя его к стене.       — И что дальше? — он выпрямляется и непонимающе переводит взгляд с одного коньячного взгляда на другой.       Тэхен как-то странно улыбается краешком губ, затем ныряет рукой в карман своих брюк и вытаскивает оттуда знакомый темно-фиолетовый галстук.       Чонгук расширяет глаза и сглатывает.       — Не думай, что я не заметил, как ты в прошлый раз отреагировал на эту штучку в моих руках, — вкрадчиво произносит Тэхен, поглаживая гладкую ткань галстука большим пальцем. — Тебе же это нравится, верно?       — Н-нравится что? — Чонгук начинает заикаться от волнения, потому что не знает, что его ждет дальше.       Тэхен подходит вплотную и выдыхает практически ему в губы:       — Доминирование.       Чонгук не успевает ничего ответить, потому что его руки внезапно оказываются связанными гладкой темно-фиолетовой тканью. Он дергается, пытаясь освободиться, однако Тэхен тянет концы галстука в разные стороны, еще сильнее затягивая узел на его запястьях.       — Что ты творишь? — возмущенно пыхтит Чонгук, отчаянно вглядываясь в красивое самодовольное лицо напротив. — Развяжи меня сейчас же!       Тэхен ухмыляется, а затем резко разворачивает его спиной к себе.       — Не дергайся, Бэмби, — бормочет Ким, надавливая руками на его плечи и прижимая грудью к стене. — Я уверен, что тебе понравится…       — Ты совсем из ума выжил? Отпусти меня! — рычит Чонгук, дергаясь всем телом, однако Тэхен держит крепко и вплотную прислоняется к нему сзади, вжимаясь пахом между его ягодиц.       — Проси, — шепчет Ким, делая несильный толчок бедрами.       — С ума сошел? Пусти… — пытается сопротивляться Чонгук, но с каждой секундой его уверенность в собственных силах тает, словно парафин около фитиля.       — Я сказал: проси, — безапелляционно повторяет Тэхен, сильнее прижимая психолога к стене.       Изо рта Чонгука вырывается первый предательский стон. Он вдруг чувствует чужое зарождающееся возбуждение, которое тесно прислоняется к его заднице через несколько слоев ткани.       — Тэхен… — мямлит Чонгук, совершенно не узнавая собственного голоса — такого высокого, тоненького, молящего. И куда только улетучилась его злость? Куда подевалось возмущение, которое он испытывал меньше минуты назад? — Пожалуйста…       — Пожалуйста «что», Бэмби? — Чонгуку кажется, что этот низкий голос принадлежит самому дьяволу-искусителю.       — Развяжи меня…       Тэхен хрипло смеется и втягивает носом воздух прямо около его уха.       — Ты так хорошо пахнешь… Уверен, что хочешь именно этого, детка? — еще один толчок бедрами.       — Да-а-а… — тянет Чонгук, постепенно забывая про собственные убеждения и растворяясь в этом бархатном голосе и насыщенном мускусном аромате. — Пожалуйста…       — Пожалуйста, отпусти меня? — толчок.       — М-м-м, да…       — Или пожалуйста, трахни меня? — еще один толчок, более настойчивый.       — Тэхен…       — Сладкий олененок хочет, чтобы хён трахнул его маленькую дырочку своим большим членом? Так ведь?       — М-м-м…       — Отвечай, — жесткий толчок. — Хочешь?       — Хочу… — сорванный всхлип.       — Хочешь, чтобы хён раз за разом долбил тебя в твою растраханную попочку?       — Да, хён, прошу тебя…       — Какой хороший мальчик, так славно умоляешь своего хёна трахнуть тебя…       Тэхен начинает совершать ритмичные движения бедрами, уже в открытую потираясь о задницу Чонгука своим твердым членом, скрытым под тканью его черных брюк.       Чонгук же находится в каком-то беспамятстве: он вдруг забывает все, что было для него так важно, забывает все свои психологические установки, забывает о своей девушке и предостережениях супервизора. Все, чего он хочет сейчас — это дойти до пика от поступательных движений чужих бедер позади себя. Понимание того, что за спиной у него сам Ким Тэхен, который шепчет ему на ухо грязные словечки и так искусно имитирует толчки, позволяет Чонгуку представить, что все это взаправду, и кончить в штаны меньше, чем за минуту. Из его горла вырывается громкий протяжный стон, который тут же сплетается в единое целое с чужим прерывистым рыком. Тэхен загнанно дышит ему в ухо, продолжая медленно потираться пахом о его ягодицы.       — Вот так, Бэмби… Вот так…       Осознание произошедшего ударяет Чонгука по голове, словно молоток по наковальне. Он тяжело дышит и осторожно разворачивается, натыкаясь на чуть расфокусированный взгляд прикрытых коньячных глаз.       — Какого… хрена? — на смену возбуждению быстро приходит раздражение, и Чонгук крепко сжимает челюсти, поигрывая желваками. — Развяжи меня немедленно!       — Только не говори мне, что тебе не понравилось, Бэмби, — усмехается Тэхен, облизывая губы и игриво наклоняя голову вбок.       Резкими уверенными движениями он освобождает руки Чонгука от пут своего галстука и прячет аксессуар обратно к себе в карман.       — Не называй меня так. У меня есть имя, — Чонгук шипит и потирает свои запястья, на которых после связывания остались неглубокие покрасневшие борозды.       — Конечно, Чонин, как скажешь, — фыркает Тэхен, делая два шага назад.       Чонгук наклоняется, подхватывает свой портфель, затем подходит вплотную к Тэхену и проговаривает сквозь плотно сжатые зубы:       — Мое имя Чонгук. А у тебя явно что-то с памятью, раз ты до сих пор его не запомнил. Не подходи ко мне больше, или я врежу тебе, понял?       Он разворачивается, быстро поворачивает ключ в замке, открывает дверь и пулей вылетает в коридор. Чонгуку срочно нужно уйти отсюда, оказаться дома или в своем офисе, чтобы почувствовать себя в знакомой безопасной среде. Но сначала ему необходимо добраться до туалета и привести себя в порядок после незапланированного оргазма.       Чертов Ким Тэхен опять смог подобраться к нему настолько близко — впервые за много лет. Он, словно змей, по-тихому пробрался в его жизнь и начал планомерно разворачивать там свои кольца. Что это за человек такой, против которого Чонгук оказывается абсолютно бессилен? Рядом с ним он словно теряет самого себя, раскисает, растворяется, забывает обо всем на свете в попытках получить мимолетное наслаждение. Прямо как сегодня. Чонгук столько готовился, столько прорабатывал со своим психологом варианты отступления: что он будет делать, если вдруг опять столкнется с Тэхеном вживую… А получилось все с точностью наоборот: он просто потерял рядом с ним голову, да еще просил его… что? Трахнуть себя? Как прекрасно… А как же Лея? Они вместе полтора года — немалый срок. Так как же так получилось, что мысли о собственной девушке за время нахождения рядом с Тэхеном ни разу не посетили его голову, как будто Леи и не существует вовсе? Но ведь она есть! И они все еще встречаются! Это что же получается, Чонгук только что… изменил своей девушке?!       Руки чешутся позвонить Юнги, но при одной мысли о том, чтобы рассказать другу о произошедшем десять минут назад, Чонгуку становится безумно стыдно. Он же сам психолог! Как же он допустил, чтобы дело дошло практически до полноценного секса с тем, кто однажды едва его не сломал?! Друг будет в шоке, возможно, даже в ярости, а Чонгук точно не готов сейчас выслушивать его редкие, но меткие комментарии о том, как он лоханулся, согласившись на приватный разговор с Ким Тэхеном.       Поэтому, приведя себя в порядок, Чонгук сразу же звонит своему супервизору, чтобы записаться к нему на внеплановый прием. Ведь именно для таких ситуаций и нужны психологи: когда не можешь никому о чем-то рассказать — расскажи об этом психологу. Доктор Кан, скорее всего, будет тоже им недоволен, ведь он такой же человек и не может быть на сто процентов беспристрастным. Однако вряд ли его психолог разочаруется в нем больше, чем сам Чонгук разочаровался в самом себе…