Просто репетитор

POV Кирилл Воскресенье прошло относительно спокойно. Роберт Исаакович не заходил ко мне в подвал, что меня безумно радовало и облегчало участь. Меня навещал только Крис, приносивший еду и менявший воду в графине. Мне, так сказать, открылся новый «уровень» моего пребывания здесь: я имел выход в ванную комнату, где был санузел, душевая кабина и раковина. Здесь было, к сожалению, не все для полного удобства, но жить можно. Как раз где-то вечером я вышел из ванной, как ко мне зашел Крис. Странно: ужин уже был, вода еще свеженькая. Я стоял около двери новой открывшейся комнаты, изогнув брови в удивлении. - Тебе пора выходить, - сказал он. - Что? – непонимание достигло пика. - Я разве не говорил, что вечер ты проведешь с боссом? – я покачал головой. – Ну и ладно. Ты все равно только из ванны, как раз так, как нужно. Пойдем. По дороге заскочишь ко мне в кабинет и переоденешься. Я кивнул и вышел в светлый коридор. Зайдя к мужчине, я увидел на его стуле синюю футболку явно не моего размера. Я обернулся на человека в сером. Он кивнул мне. - Но… Я же буду выглядеть, как приведение… - Его воля – закон, - изрек раб моего личного душегуба. «Что ж, надо – так надо,» - подумал я, переодеваясь. Крис проводил меня до двери в спальню-квартиру Роберта Исааковича и скрылся из моего поля зрения, стоило мне только отвернуться на секунду, засмотревшись в даль длинного коридора. Я сглотнул вязкую слюну, постучался и ждал разрешения войти. - Входите, - ответил голос за дверью. Я глубоко вдохнул и, взявшись за ручку, потянул ее вниз. Меня окутала приятная полутьма, стоило мне закрыть за собой дверь. Окна были полузакрыты синими шторами, которых я, честно говоря, не заметил во время моего первого осмотра помещения. Картину портил лишь мужчина, сидевший за столом и заполнявший какие-то документы. Из-за звука моего присутствия он поднял голову и улыбнулся мне. Я слабо ответил Роберту Исааковичу поднятием уголков губ вверх. - Привет, - сказал он мне, вставая из-за стола. Мужчина, одетый в домашний черный халат, подошел ко мне и обнял. Я нехотя расслабился в его руках. Шатен притянул меня ближе, взял меня за подбородок и накрыл своими губами мои. Я без сопротивления впустил его язык в меня, ведь так было надо для Жени… Надо же, теперь мне судьба рассказывает о новом виде заработка и получения желаемого. До чего я докатился. Так неприятны были чужие ласки. Хотелось вырваться на свободу и идти, идти далеко по тропе одиночества, пока та не пересечется с еще одной, и дорога не станет общей для сердца моего и Евгена. Шагать по ней было одним сплошным удовольствием, пока на ней не появился он. Тот, кто оторвал меня от счастья, дает мне все, но при этом мне не нужно ни ласки, ни доброты и милости, ни порки – решительно ничего. Я лишь хочу свободы. Но Роберт Исаакович этого не понимал, а лишь сжимал меня сильнее в своих объятьях. Я стоял, словно вкопанный в землю, не шевелясь и не издавая ни протестующих, ни довольных происходящим, звуков. Мужчина отстранился, глядя прямо в глаза. Может, ему и нужен был человек, который впоследствии станет куклой, марионеткой в его руках, способной доставлять удовольствие и молча валяться в своем чемоданчике? Я стану таким. Стану только ради Жени. Когда же он вылечится, мы сбежим, уйдем отсюда и больше никогда не будет расставаться. Думаю, что даже первое время я его и близко от себя не пущу. - Ты не забыл, что завтра у тебя уроки? – спросил шатен, наклонив чуть голову вправо, все еще озорно поглядывая на меня. - Нет, не забыл, - ответил я почти безразличным тоном, лишь для виду сделав лицо попроще, хотя хотелось бы стереть с него все эмоции, остаться тем бездушным смайликом в телефоне, что был похож на одну из оставшихся скульптур, заточенных в землю, на острове Пасхи. - Хорошо. Чтобы завтра ты не носился, сломя голову, сделай уроки сегодня, идет? – Роберт Исаакович улыбнулся мне. - Ладно, - сказал я, хотя все мое существо протестовало против уроков и их выполнения. Мое внимание привлекла та занятная вещичка, которую мужчина извлек из кармана своего халата. Он немного повертел ее в руках и протянул: - Ты знаешь, что это? Я еще раз внимательно посмотрел на «нечто», которое размерами было примерно с указательный палец, а материал, похоже, - силикон. - Нет, я не знаю, что это, - так же медленно проговорил я с некоторой неуверенностью. Шатен вложил мне в руку этот предмет. - Сходи-ка лучше в ванную и вставь себе ее туда, куда ты считаешь необходимым, - после этих слов вещь завибрировала у меня в руке тихо-тихо, но этого было достаточно, чтобы я покраснел. - Это обязательно при выполнении домашней работы? – еще более неуверенней пролепетал я. - Да, обязательно, - ответил Роберт Исаакович. «О боги мои, да за что мне все это?» - спросил я у себя самого, закрывшись в ванной. Да почему именно сейчас меня Крис притащил к этому извращенцу? Почему он, в конце концов, не испытает ее на себе? Почему подопытным кроликом оказался я? Скрепя сердцем, я подставил под струю воды этот предмет (первое – я понятия не имею, как назвать это еще, и второе – интересно, его можно вообще мочить?). Ну прямо-таки про меня: сначала делай, потом думай. Кое-как справившись со своей «миссией», краснея от стыда, я вышел из ванной комнаты. Как только Роберт Исаакович посмотрел на меня, я сразу почувствовал мелкую вибрацию внутри себя. «Твою мать,» - выругался я, когда сел на стул. - На завтра тебе стоит сделать в обязательном порядке алгебру, геометрию, русский, историю и обществознание, а так еще астрономию, право, экономику, английский, и еще многое другое. Приступай. - Но почему ж мне нельзя сделать только основное? – заканючил я. Мужчина, оторвавшись от телефона, посмотрел на меня. Я почувствовал, что внутри меня вещичка зажужжала сильнее. Это заставило меня вдохнуть полную грудь воздуха. - Тебе заканчивать 11 класс. А это тебе не 9. - Ладно, как скажешь. По мере выполнения домашней работы и истечению времени я чувствовал (в прямом смысле задом), что предмет внутри меня переходит на все более высокие скорости. Мои мысли путались в голове. Я совершенно не мог сконцентрироваться на выполнении номера по геометрии. Ручка дрожала в моей руке, временами из моего горла вылетал тихий стон вперемешку с воздухом. Я стал наблюдать за шатеном. Уж больно много раз он водил по экрану своего телефона, и я догадывался, что регулятор режимов находится в его контроле. Его большой палец потянулся вверх по экрану. Я вдохнул со свистом, выронил ручку и чуть не согнулся пополам от новой волны. Мое возбуждение резко увеличилось, дыхание участилось. - Пож… жалуйтса, прекрати меня мучить. Аах, - простонал я, опустив взгляд вниз. - Нет, я только начал, солнце мое, потеха только началась. Роберт Исаакович встал из-за стола и сел на кровать, не переставая смотреть на меня. Я еле развернулся к нему на стуле, сгорая от смущения и желания, что торчало бугорком под длинной футболкой. Мужчина лишь довольно улыбнулся, позвав меня к себе. Я с трудом встал на ноги и поковылял к шатену. В это время микро-вибратор внутри меня уменьшил свою мощность, что дало мне передышку, и я пошел более уверенной походкой. Но не тут-то было. Стоило мне зашагать хоть на полшага быстрее, как предмет внутри меня зашевелился с такой интенсивностью, что я упал на пол, не в силах сделать ни вдоха, ни выдоха. Эта штуковина парализовала меня, заставила меня страдать от ноющей боли в члене. Я потянулся рукой, хотел лишь прикосновением достигнуть желаемой разрядки, как получил лишь отрицательное «нет». Ох, как же быстро настигло меня чувство под прекрасным, но ужасным названием «Обломинго». Я чувствовал, как меня трясло, но ничего поделать с этим не мог. Я кое-как сел на колени и промямлил сквозь затуманенную голову: - Прошу вас,… тра… аах… трахните м.. мммм…. меня…. Только этого сигнала и ждал мужчина. Он набросился на меня, словно дикий зверь, поставил перед собой раком, задрал мою рубашку прямо там, на полу, и после извлечения из меня вибратора приставил к моей многострадальной заднице куда более внушительную «штуковину». Мне было настолько плохо и так хотелось кончить, что я не стал останавливать его, и шатен вошел в меня без смазки одним грубым движением. До боли оттянув мои волосы, Роберт Исаакович с силой начал входить в меня. По моим щекам текли слезы, но я стонал. Я был безумен. И вот мужчина наконец уделяет и мне внимание, обхватывая ладонью мой член и проходит по нему вверх-вниз, от ствола до покрасневшей головки. Этого хватает, чтобы я с криком наслаждения излился на линолеум. Спустя мгновение и шатен, замерев, достигает оргазма. Роберт Исаакович, выйдя из меня, упал рядом и почти сразу отрубился. Я же попытался встать, что было для моей поясницы большим испытанием. Благо дело, до кровати было недалеко. Собрав все свои силы, я поднялся, дополз до нее и лег, заснув чутким сном. Я все же слышал, как в ванной зажурчала вода, как затопали чужие ноги и как мужчина лег рядом со мной. Проснулся я на утро от сильного толчка в бок. Только я разлепил глаза, как к моему полуоткрытому рту был приставлен вставший член, а волосы сжаты в кулаке. После меня орально трахнули и, попрощавшись, ушли на работу. И так по кругу. Месяц прошел в таких условиях, но вот…