Глаза цвета горького шоколада
27 ноября 2022 г., 14:23
Апрель. Второй месяц весны, который в Японии крайне приятен для прогулок. Погода меняется, становится теплее, дни прибавляются, а также начинает цвести сакура, чей запах распространяется благодаря ветру, кой охватывает ваше лицо если вы смели идти против него. Тротуар высыхает, лишь изредка можно заприметить где-то лужи, аль какую грязь; смена уличной одежды придает чувство легкости, ибо больше не стоит надевать толстые и крайне колючие в некоторых местах кофты, шарфы и носки. На самих переулках города, появляются люди, вышедшие из зимней спячки; школьники отправляются с утра пораньше в свои гимназии, студенты в университеты, а взрослые на работу - все они рады приходу весны и теплого климата одинаково, что можно сказать и о нашем герое.
Чуя Накахара шел по дороге, одетый в шерстяное, серого цвета пальто с длинным воротником, коим тот прикрывался от ветра сбоку. На руках у него были кожаные перчатки, которые тот покупал как раз для таких случаев, когда приходилась подолгу вытаскивать их из карманов, а на голове красовалась восьмиклинка - простая, но утонченная, как головной убор. Тропа вела парня к зданию, где он работал баристой совсем недавно. Освоившись, Накахара смог найти своих первых клиентов, сама кофейня стала наполняться все новыми и новыми людьми, за которыми наблюдать - было одно удовольствие для Чуи, зная, что своей работой греет им души и помогает поднимать настроение.
В ушах играла музыка, которая исходила из наушников: иногда просачивался Людвиг ван Бетховен, Моцарт, но отголоски Паганини с Корелли не отставали. 24 Каприза, соч.1: №24 ля минор - прослушавши эту композицию Никколо, захватывает дух то, с каким тактом и чувством, композитор играл, это был словно танец листьев, лепестков сакуры, что кружились в воздухе, борясь за первенство опуститься на землю. Мелодия нагоняла парня на желание танцевать, так же, как и воображаемые ему листья кружиться, не успевая вдохнуть лишний раз воздух, как вновь совершать обороты, улыбаясь.
Однако, как и любой музыке, ей свойственно заканчиваться. На издыхании последних звучаний струн, Накахара выдохнул и приподнял свой взгляд вперед, как встретился глазами с высоким шатеном, у коего в руках был фотоаппарат. Сам кудряво-волосый был одет в такое же пальто, как и Чуи, отличало их лишь цвет и внешний вид - неопрятность, но эта черта если всех оскверняла, то незнакомца напротив - лишь красила. Оба стояли в смятении мгновение, но шатен решил прервать данную тишину.
– Прошу прощения, я могу вас сфотографировать? - робко улыбнулся парень. Его руки перебирали объектив, постоянно крутив его из стороны в сторону, а также было заметно, как он "горит" желанием сделать снимок. – Сегодня погода довольно солнечная, ветра почти нет, - осмотрелся, будто хотел подтвердить свои же слова самому себе,– Один снимок, я не буду просить большего, - под конец парень замялся, видимо считал, что рыжеволосый отошлет его как какого-то ненормального, как и половина людей, к которым он уже успел подойти.
– Меня сфотографировать?, - удивился Чуя, вскинув бровью и надув губы. Крайне приятно, что неким образом смогли сделать комплимент его особе, но почему именно он?, – Все в порядке, я не против, - стараясь расположить к себе фотографа, звонко произнес Накахара. – Что нужно делать?, - спросил тот, как вновь словил на себе взгляд юноши.
– Вам стоит лишь пройтись по дороге, пока я поймаю кадр, ничего сложного, - с вдохновением проговорил шатен, как тут же стал настраивать объектив в сторону "модели". Бариста же, лишь мялся на месте, ожидая команды; подул теплый ветерок, сдувающий лепестки цветов с веток деревьев: снова раздался приятный запах спелой вишни.
– Хорошо, приготовьтесь, - скомандовал фотограф, как навел фотоаппарат на Чую, – А как вас зовут..?, - щелчок. На экране фотокамеры появилось изображение, яркое, крайне приятное глазу: лепестки сакуры удивительно четко попали в кадр, от чего дали ему ту самую атмосферу весны, запах тепла и уюта.
– Отличный кадр, взгляните! - рыжий даже забыв про то, что опаздывает на работу, с интересом подошел посмотреть на фотографию, что получилась у нового..знакомого.
– С-спасибо. Мне нравится, довольно неплохо. Что теперь делать с этой фотографией?, - с небольшой дрожью в голосе сказал Накахара. Снимок и взаправду вышел неплохим: без размытия, виньетка не перекрывала половину изображения, цвета насыщенные. Чуя конечно не ценитель высоких искусств, когда дело касается фотографии, однако чувство вкуса у того все же было.
– Если вы хотите забрать ее себе, то я могу распечатать и позже принести, отдать. Я собираю так скажем, альбом с прохожими людьми, которые увлекли меня своей необычной внешностью. Странное хобби для некоторых, но мне нравится, - новый знакомый очень активно и громко заявлял об этом, будто крича, дабы его услышали: это довольно мило, ведь столь открытых людей Накахара давным-давно не встречал.
– А можно забрать?
– Конечно! Это дело нескольких минут, здесь не так далеко находится здание типографии, там мои знакомые, поэтому не думаю что займет много времени, - мечтатель опомнился: он остановил простого прохожего, который шел по своим делам, а он так нагло просит его подождать, – Ох, извините, я совсем забыл, что и у вас есть свои дела..
– Точно.., - вспомнил о кофейне рыжий, оставалось дойти пару шагов до нее, однако на дороге появился этот парень. По крайней мере сейчас, клиентов не видать, ибо все приходят примерно в обед: почему бы не позвать юного фотографа выпить горячего напитка? – Слушай, я работаю тут неподалеку, - коснулся своей шеи парень, потирая ее в одном месте, – Не против согреться чем-то вроде вкусного кофе? Или ты предпочитаешь чай?, - отвел взгляд бариста, прикрыв слегка лицо козырьком восьмиклинки, – Я считаю будет неправильно, если тебя хотя бы не угощу, - прочистил горло. – Меня Накахара Чуя зовут, а ты чей будешь?
– В самом деле? Если оно так, то вовсе не против, мне импонируют кофейни и чайные, - широко улыбнулся шатен. – Мне нравится кофе с чем-то сладким, по типу сиропа, но в округе мало пробовал чего-то стоящего моего почтения, - хихикнул тот, – я Дазай Осаму, очень рад познакомиться с вами, - протянул руку, как тут же ее сжали в крепком, но и нежном из-за бархатных ручек, рукопожатии.
– Взаимно, - кончик рта приподнялся, от чего скромная улыбка превратилась в ухмылку. – Зайдем сюда, - парень пошел вперед, потянув за собой нового друга за шарф, – Посетителей нет, так что в твоем ассортименте все напитки заведения, - дверь открылась.
Лучи солнца просачивались сквозь витрины, освещая столики и саму стойку: под конец каждой смены, Чуя тщательно вытирал каждую плоскую поверхность, что была подвластна ему, однако пыль скапливалась на них моментально, стоит пройти суткам. Зайдя в помещение, парни сняли верхнюю одежду, повесив пальто рядом друг с другом, но Осаму оставался в шарфе.
– Чего шарф не снимаешь? Здесь вроде есть отопление, в прошлом месяце платил, - проворчал Накахара, завязывая фартук. Первым делом, парень стал обжаривать кофейные зерна, при этом напевая что-то себе под нос.
– Не в этом дело, с детства имею склонность болеть, так что шарф ко мне прирос как хвост, - усмехнулся Дазай. Он тщательно наблюдал за тем, что делает Накахара: тот уже измельчил зерна, заварил их и повернулся к нему, чего тот не ожидал.
– Какой сироп предпочитаешь? Их не часто здесь берут, но вроде есть пара штук, которые могут тебе понравится, - указал пальцем на полки сзади себя, на коих стояли бутылочки с топпингом. – Карамель помню есть, шоколадный, ягодный, или может хочешь что-то на сливки? Стружка, например, или корица, - залил горячий кофе, уже отделенный от использованной гущи в аккуратную чашку.
– Карамель, - прилег на стол, поджав губы, – А ты опытен в этом деле, давно работаешь? Почему именно кофейня?
– Недавно, я быстро приспосабливаюсь, - стал взбивать сливки до пенки, – А почему именно кофейня? Дарить людям радость обычным делом - наименьшее на что я способен в данный момент, - Накахара достал топпинг и разные посыпки. Уместив готовые сливки на поверхность напитка, бариста добавил желаемый Осаму сироп, и посыпал верхушку слегка шоколадом, после чего вставил палочку корицы. – Ваш кофе готов, принимайте заказ!, - как Чуя стал снимать фартук и повесил его на отдельный крючок. Себе же, он заварил параллельно с этим обычный зеленый чай, без сахара и прочих пряностей.
Присев за столик, на коем развалился фотограф, рыжий придвинул чашку к нему, подпиревшись об тыльную сторону ладони. Воцарилась неловкая двухминутная тишина, кою первым решил прервать новый знакомый Накахары.
– А ты..Занимаешься чем-то кроме работы? Может хобби какие-нибудь?, - Дазай стал потихоньку поедать верхние сливки с кофе с помощью палочки, слегка покраснев.
– М?, - растерялся бариста, – Я...На скрипке играю иногда, после смен.., - отвел взгляд, дабы скрыть свое смущение от парня: сейчас бы крайне помог шарф или та же восьмиклинка..
– Скрипка? Обожаю живую музыку, - улыбнулся шатен, продолжая поглощать десерт, – Хотелось бы лицезреть это, уверен, что играешь ты так же хорошо, как и работаешь здесь.
– Раньше я играл на улице, тем же пытаясь давать людям радость, однако на таком далеко не уедешь.., - сделал пару глотков чая. Обстановка была весьма напряженной, но не от того, что Осаму ему не нравился как собеседник, а скорее наоборот, с ним было легко говорить; казалось, что этот парень мог поддержать разговор обо всем - вот насколько он был приятен.
– Я восхищаюсь такими людьми как ты, Чуя, - сзади послышался звук колокольчика, что висел над дверью, чтобы упоминать баристе о новых посетителях: пришла группа школьников - уже постоянные гости в этой кофейне, видимо они были крайне удивлены тому, что они здесь не первые. – Что ж, мне пора, иначе не видать тебе фотографии, - хихикнул юноша, пройдя до двери и надев свое пальто, – Обещай, что я услышу эту музыку лично тебя, - шатен вышел на улицу и скрылся. Внутри Накахары словно появилась пустота: не хотелось, чтобы этот разговор заканчивался.
– И снова здравствуйте, что сегодня заказываем?
***
Незаметно прошло полчаса. За это время Чуя принял огромное количество заказов: кофе, ланчи, чай, свежевыжатый сок. Однако в его голове был лишь один вопрос: скоро ли вернется его новоиспеченный друг? Не хотелось этого признавать, но рыжий успел привязаться к нему; компания в виде такого как Дазай Осаму была удивительно комфортна, желалось не переставая говорить, узнавая о нем все больше и больше, но парень понимал, что человек и его чувства, желания - не могут быть подвластны ему так же, как и его. В душе оставалась капелька надежды на то, что вот: сейчас, прямо сейчас фотограф придет со снимком в руке, вновь с этой доброжелательной улыбкой и ясным лицом, вновь станет спрашивать у Чуи вопросы, на которые тот хотел бы отвечать вечно, вновь будет с ним... Однако этого не произошло, Осаму не появился. До самого вечера бариста раздавал людям улыбки, приятные ощущения, а сам был болен душой о шатене. С таким же настроением он и отправился домой, лишь воспроизводя в голове тот момент, когда они встретились глазами - цвет горького шоколада запомнился рыжеволосому надолго, и есть сомнения, что тот забудет его уже когда-либо.
