Любить - это действие, её действий было недостаточно.

      Рождественские каникулы пролетели слишком быстро, а ребята так и не нашли решение загадки яйца.       Гермиона вышла из душа. Ее мокрые кудри, обмотанные полотенцем, спадали на хрупкие девичьи плечи. Сегодня предстоит еще один длинный и тяжелый день в библиотеке в попытке найти ответы на все вопросы.       — Гермиона! — в дверях с чемоданом стояла Джинни. — Я так соскучилась, — младшая Уизли кинулась с объятиями на Грейнджер.       — Джинни! — радостно поприветствовала ее девушка. — Подожди… я только из душа… ай… ты холодная!       Рыжая не обратила внимания на просьбы подруги и крепко обняла ее.       — Мы ждали, — отстраняясь, продолжила Джинни, — что вы все-таки приедете. Родители до сих пор переживают о произошедшем на Чемпионате.       — Кажется это было так давно, — отрешенно сказала Гермиона. — Мы правда хотели приехать, — фокусируя взгляд на подруге, продолжила Грейнджер, — но у нас осталось не так много времени до второго тура, а подвижек к разгадке ноль.       — Я пыталась объяснить это родителям, — понимающе кивнула Джинни, — но их еще выбило из колеи решение близнецов остаться в Хогвартсе. Они вам действительно помогали или творили херню…?       — Они были весьма полезны, — перебив подругу, твердо сказала Гермиона, — правда.

***

      Вначале решил остаться только Фред, по понятным всем причинам, но Джордж присоединился к брату, сославшись на то, что не хочет праздновать Рождество один в компании Перси.       — Он меня замучает своими нравоучениями, — ворчал Джордж, — да и за тобой должен кто-то присмотреть, — брат положил руку на плечо Фреда, — чтобы ты действительно помогал, а не отвлекал.       Инцидент на озере разделил братьев. Фред все время проводил рядом с Даной, а после того как ее выписали из больничной палаты, парень почти перебрался в комнату девушки, иногда оставаясь у нее на ночь.       Джордж видел брата только в библиотеке, когда они все вместе корпели над древними свитками и пыльными книгами. Парень впервые ощущал себя одиноким и это чувство его пугало.

***

      Грейнджер уже переоделась в свою магловскую одежду, когда на тумбочке появилась записка.       «На нашем месте. Сейчас!»       Девушка взвизгнула от счастья и быстро натянула на себя кроссовки.       — Есть подвижки с загадкой? — распаковывая чемодан, спросила Джинни у взволнованной подруги.       — Типа того, — Гермиона вытащила из тумбочки небольшой сверток и вылетела из своей комнаты, не попрощавшись.       Гермиона бежала по холодному, каменному коридору. Ее волосы развевались за спиной, а щеки щипал легкий мороз, когда она выбежала во двор школы. Она несколько раз чуть не упала, пока спускалась вниз по склону к озеру. Пробежав вдоль берега, девушка наконец увидела знакомую мужскую фигуру.       — Драко! — уже стало так привычно произносить его имя.       Парень стоял в черной дорожной мантии среди еловых ветвей. Девушка кинулась ему в объятья, тяжело дыша. Она бежала к нему.       — Где твоя мантия? — строго спросил Драко, укутывая девушку в свою. — Ты с ума сошла!       — Я соскучилась, — поднимая глаза на блондина, призналась Гермиона.       — Это не повод выходить на улицу без верхней одежды, — озабочено кудахтал парень, сильнее прижимая гриффиндорку к себе. — Я тоже скучал, — спустя несколько секунд тишины признался Малфой.       Драко снял с себя дорожную мантию и накинул девушке на плечи, оставаясь в строгом черном костюме.       — Ты замерзнешь, — протестовала Гермиона.       — Я не мог ждать вечера, — застегнув плащ у шеи девушки, сказал парень. — У меня для тебя подарок.       Он достал из внутреннего кармана пиджака маленькое серебряное колечко.       — Оно зачаровано, — объяснял парень, надевая на указательный палец Гермионы ободок металла. — У меня есть такое же, — показал правую ладонь Драко. — Если ты коснешься своего кольца губами, мое издаст слабую вибрацию и я буду знать, что ты обо мне думаешь.       Малфой поднес свое кольцо к губам и слегка коснулся ими металла. Серебряный ободок на пальце Гермионы слегка зажужжал.       — Спасибо, — завороженно сказала девушка. — У меня тоже для тебя подарок, — она достала из заднего кармана маленькую коробочку, упакованную в изумрудную бумагу. Разорвав ее, парень обнаружил серебряного журавлика. Это была милая маленькая брошка.       — Когда я его увидела, — вынув украшение из коробочки, сказала Грейнджер, — я сразу вспомнила о тебе, — пристегнув ее к пиджаку, девушка продолжила. — Это Рождество и вправду выдалось тоскливым.       Гермиона потянулась и нежно поцеловала губы Драко.       — Я правда скучала, — призналась девушка и вновь поцеловала блондина.       Сразу после озера гриффиндорка отправилась в библиотеку. Она шла к привычному месту их дислоцирования, слегка подпрыгивая от радости. На ее губах еще остался вкус Драко, что вызывало у девушки яркий румянец. Они простояли на озере чуть больше часа, пока к берегу не начали стекаться студенты, нарушая их таинство любви.       — Где она? — встретил вопросом Гермиону Фред.       — Не знаю, — приходя в себя, отвечала ему девушка. — Я не была сегодня на завтраке.       — Ее тоже не было, — нервно покусывал губу парень, — а утром я не нашел ее в комнате.       — Она вчера говорила, — вспомнила Грейнджер, — что у них сегодня будет общее собрание.       — Оно уже полчаса как закончилось, — раздраженно проговорил он. — Я и Виктора найти не могу. В башне старост его нет.       Звук падения в проходе прервал их диалог. Выглянув из-за угла, они увидели тело Даны. Она лежала лицом в пол. Вся ее гимнастерка была мокрой от пота, длинные черные сапоги были в грязи, волосы свисали сосульками, а дыхание было тяжелым. Фред тут же подскочил к ней, подхватывая на руки. Как тряпичная кукла, тело девушки болталось в его объятьях.       — Привет, — немного придя в себя, слабым голосом протянула Дана, лежа на деревянном столе в библиотеке.       — Что случилось? — обеспокоенно спросил Фред.       — Марш-бросок, — спокойно ответила девушка. — Что-то… я потеряла форму.       — Ты только недавно из больницы, — щупая пульс, возмутилась Гермиона, — ты должна себя беречь.       — Это не важно, — отрицательно качая головой, сказала Дана. — Всем досталось… это было… напоминание…       — Чего? — воскликнул Фред. — Напоминание чего?       — Для чего мы здесь, — строго сказала девушка, — что мы приехали сюда за победой, а не развлекаться. Каркаров злится, что мы так и не решили загадку яйца, — Дана попыталась подняться, но ее тело отказалось ей подчиниться. — Понятно… еще полежим.       — Это…       — Недопустимо, — закончила за Гермиону сероглазая. — Мы сейчас не будем сопли на кулак наматывать и плакаться о том, что это несправедливо… — девушка глубоко вздохнула. — Это нам сейчас не поможет. Второй тур уже через полтора месяца и я не допущу того, чтобы мой брат пострадал, — она сжала кулаки. — Вот только… полежу немного…       Фред взял Дану за руку, переплетя их пальцы, в то время как другая рука с нежностью гладила щеку девушки.       Шли дни, они превращались в неделю, затем во вторую и вот почти прошел месяц. Погода за окном сменилась на дождливую. Весь снег растаял, обнажая темную землю. Холодный ветер гулял по коридорам школы, заставляя учеников все реже выбираться на улицу.       Однако сейчас, кутаясь в шарфы и мантии, две группы учеников шли по полю, меся грязь своими ботинками. Снова, как на уроке танцев мадам Максим, соединили два факультета: Слизерин и Гриффиндор. Толпа следовала за мужчиной в белом пальто — Игорем Каркаровым. Рядом со своим директором строгим маршем шли его ученики, все они были одеты в белые гимнастерки с такими же белыми штанами, заправленными в черные кирзовые сапоги. В руках у каждого ученика был посох.       Отдалившись достаточно далеко от школы, директор Дурмстранга остановился и развернулся лицом к студентам.       — И снова здравствуйте, — раздался хриплый голос Каркарова. — Я рад приветствовать сегодня всех вас на нашей демонстрации. Как вам известно, Турнир Трех Волшебников проводят для укрепления связей и налаживания дружбы между магическими школами…       — Ага, — ворчал Рон, — и для приобретения ангины.       — Наш институт Дурмстранг славится своим магическим боем, — продолжал Игорь Каркаров. — Это поистине уникальное знание, и мы рады сегодня продемонстрировать это древнее искусство боевой магии, — мужчина очертил ногой круг вокруг себя. На земле, в грязи, тут же вспыхнул большой круг огня.       — Рассредоточьтесь вдоль периметра, — скомандовал он, и студенты выстроились вдоль круга. Языки пламени доставали некоторым ученикам до колен, но подростки были рады погреться у огня.       — Я имею честь представить вам нашу гордость, — директор вытянул руки в направлении своих студентов. — Дана, выйди пожалуйста.       Девушка бесстрашно шагнула сквозь пламя и направилась в середину круга, где стоял мужчина в белом пальто. Лицо девушки было непроницаемым, но глаза... Глаза выражали животный ужас.       — Что-то тут не так, — обеспокоенно подметил Фред.       — Эта юная леди взяла чемпионство по рукопашному бою среди девушек в этом году, — положив одну руку на плечо Даны, мужчина продолжил. — Ее способности поистине уникальны, — пожирал ее глазами Каркаров. — А компанию ей сегодня составит другой наш ученик. Дмитрий, пожалуйста, выйди к нам.       Парень со светлыми волосами, подстриженными под ежик, шагнул вперед. Он был в два раза больше девушки во всех отношениях. Белая гимнастерка была явно ему мала, казалось, еще чуть-чуть и она треснет у него на груди. Парень шел, довольно скалясь.       — Дмитрий тоже взял в этом году первенство по магическому бою, — гордо объявил мужчина, — только среди юношей.       Парень на ходу расстегнул ремень, роняя его в грязь. Одним быстрым рывком он стянул с себя белую плотную ткань, что сковывала движения. В руке он нес увесистый посох, что был под стать своему хозяину: толстый, деревянный, с колючими ветвями и шипами по всей длине. Поравнявшись с Даной, их разница в мышечной массе и росте стала ещё более заметной. Жилистая и низкая девушка стояла рядом с высоким накачанным медведем. Именно такое впечатление он производил из-за обилия волос на теле.       — Дана, — обратился к ней Каркаров, — выстави барьер.       — Но директор, — из белой толпы воскликнул Виктор, его лицо было серым, а мешки под глазами ярко выделялись, контрастируя с белой гимнастеркой.       — Мы же не хотим, — спокойно ответил мужчина, — чтобы наши зрители пострадали.       — Мне это не нравится, — шепотом призналась Гермиона, ее глаза стали искать блондинистую макушку на противоположной стороне круга. Когда карие и голубые глаза встретились, волна спокойствия прокатилась по телам двух влюбленных.       Дана вышла вперед. Ее посох казался маленьким прутиком по сравнению с орудием Дмитрия. Сжав в руках белую древесину своего жезла, девушка воткнула белоснежный посох в грязь. Из вершины его в небо полился серебряный свет, обволакивая куполом очерченную Каркаровым границу.       — Она осталась без оружия? — задал вопрос в никуда Рон.       Директор тем временем вышел за пределы круга прежде, чем серебряный свет закрыл проход. Купол стал прозрачным настолько, что обнаружить его можно было лишь прикоснувшись.       Со стороны Дурмстранга раздался удар в барабан, оповещающий о начале боя. Дмитрий и Дана разошлись на разные полюсы круга. В его центре остался посох девушки, поддерживающий барьер. Снова раздался глухой удар. Ребята поклонились и приняли боевые стойки. Как два тигра в клетке они ходили по огненной границе. Дмитрий скалил зубы, положение соперницы явно забавляло парня. Дана не решалась первой нанести удар. Она сосредоточенно перемещалась по траве, приминая ее своими кирзовыми сапогами. Дмитрий сделал выпад, рассекая воздух своим деревянным посохом, послав в сторону Даны шаровую молнию. Девушка в прыжке уклонилась, а поток электричества поглотил ее барьер. Дмитрий сделал еще серию таких атак, но ни одна из них не достигла цели. Дана сделала бросок из-за головы, направив в юношу большую струю воды. Парень расставил руки в стороны, спокойно принимая брошенную в него атаку. Когда вода настигла его, он лишь слегка проскользил по траве, а затем рванул к Дане, попутно посылая в ее сторону сгустки огня. Девушка рванула прочь, но огненные шары диктовали траекторию ее бегства. Она резко развернулась и швырнула в парня поток белой энергии. Дмитрий легко уклонился и отправил в ноги девушки поток воды. Дана прыгнула вверх на высоту выше своего роста и нанесла удар сверху. Сплетая пальцы своих рук вместе, она взмахнула и швырнула в парня большой шаровой молнией. Дмитрий отскочил в другую сторону. Раздался небольшой взрыв и ребята вновь оказались на разных полюсах круга. Дана тяжело дышала. Ее заметно вымотало это шоу. Дмитрий же выглядел куда бодрее.       — Защитный купол ее изматывает, — подметила Гермиона.       — Что? — раздраженно воскликнул Фред.       Дана рванула вперед прямо на Дмитрия. Ее ладони и ступни пылали красным огнем. Она наносила один удар за другим: в корпус, в ноги, в челюсть. Девушка скакала вокруг парня в попытке нанести ему хоть какой-то урон, но Дмитрий ловко уклонялся ото всех ее ударов, держа на расстоянии длины своего посоха. В один момент Дана неудачно сделала выпад и деревянная палка больно заехала ей по ноге. Она тут же отскочила прочь. Почувствовав слабость соперницы, парень стал посылать в сторону девушки град ударов. Сероглазая еле успевала выставлять новые и новые барьеры, пока на нее сыпались заклинания.       — Это не демонстрация, — ужаснулась Гермиона, — это избиение.       Дана стояла на одном колене, скрестив руки над головой, ее барьер истончался с каждой секундой. Все штаны были вымазаны в грязи, а гимнастерка была прожжена в нескольких местах. С лица бежал пот, но она продолжала подпитывать большой купол, оберегая собравшихся студентов от той участи, какой подвергалась сейчас она.       — Хватит, — шептала Дана себе под нос.       — Я сказала ХВАТИТ! — девушка резко дернула руки в стороны, разрывая свой маленький барьер. Ее голос словно взрывная волна прокатился по куполу. Она была такой силы, что Дмитрия сбило с ног. Дана выпрямилась во весь рост, сняла свои сапоги с носками, ступая в черную жижу босыми ногами. Она сделала выпад правой ногой и шлепнула ступней по грязи. Земля под ногами Дмитрия задрожала, он попытался удержать равновесие, но кусок грунта, на котором он стоял, взлетел в воздух вместе с ним. Парень вонзил в него свой посох. Дана вскрикнула, и кусок земли рассыпался. Дмитрий ловко приземлился на ноги.       — Наконец-то, — восторженно сказал он.       Дмитрий вновь обрушил на девушку град ударов, но сейчас ее защищали столбы грязи, что вырывались из земли, поглощая его удары. Парень приблизился к девушке и они пошли врукопашную, продолжая при этом посылать в друг друга сгустки энергии. Не всегда получалось блокировать и выставлять барьеры одновременно. Когда ребята отскочили друг от друга, из губы Даны текла кровь, а от ее рубашки остались лишь лоскутки. Дмитрий был покрыт легкими ожогами, а его бровь была рассечена. Они оба тяжело дышали. Девушка шарила взглядом по толпе студентов, что окружали ее. В поисках тех самых глаз, что сейчас с большим беспокойством смотрели на нее.       — Фред, — шепнула Дана. Парень открыл было рот, чтобы что-то ей ответить, но в место барьера, где он стоял прилетел огненный шар. Дмитрий ухмылялся.       — Дорогой ты мой, — обратилась к нему Дана, — я думаю нам пора заканчивать этот театр.       Девушка со всего размаху ударила кулаком о землю, и пламя, что показывало границу, вспыхнуло внутри купола, поднимаясь своими языками вверх, окутывая все пространство позади Даны. Взмах другой руки — и поток огня направился в Дмитрия. Парень успел выставить барьер, но жар пламени истончал его. Дана, посвистывая и не спеша, шла в сторону Дмитрия. Достаточно приблизившись, девушка хлопнула в ладоши и поток огня иссяк. Парень не успел понять, что произошло, когда хороший удар прилетел ему в челюсть. Дмитрий отшатнулся и упал, смачно плюхнувшись в грязь. Раздался удар в барабан, оповещающий об окончании боя.       Дана поклонилась своему сопернику, а затем и собравшимся зрителям. Она выпрямилась и строгой походкой направилась к своему посоху. Когда она выдернула его из земли, барьер рассыпался на множество снежинок, оседая на плечах и грязи. Как только Дана вышла за пределы круга, она рухнула на руки своего брата в беспамятстве.       Ей снились горы, тайга, вой волка и мама. Мама стоит на кухне и поет песню. Мелодия успокаивает. Раздается свист чайника и Дану кидают в большой чан. Вода в нем теплая, но с каждой секундой она становится все горячее и горячее. Девушка слышит приглушенный крик. Кричит ее мать — своей звуковой волной она опрокидывает чан. Дана в поту просыпается. Она снова в больничном крыле, темно. Рядом с ней ее брат и Фред — они сладко спят.       — Звук, — шепчет Дана, — нам нужно научиться слышать.