Любить - это действие, её действий было недостаточно.

      Темноволосый мужчина с сальными волосами шаткой походкой шел по темным коридорам Хогвартса. Северус не спал уже вторые сутки, пополняя истраченные на Крауча запасы. Они с Дамблдором пытались восстановить остатки разума мужчины. Директор школы заподозрил что-то неладное, когда обычно энергичный глава Отдела по международным отношениям стал вялым и серым, а на любые вопросы отвечал с сильной задержкой и отрешенностью. За месяц до второго тура Дамблдор пригласил к себе Крауча на дружеский разговор. Тот явился поздно вечером, опоздав на два часа, и выглядел будто маленький ребенок, решивший одеться самостоятельно без родительской помощи: рубашка и брюки были надеты наизнанку, галстук повязан поверх пальто, а на ступнях красовались разные ботинки.       — Что с вами? — обеспокоенно задал вопрос седой старик, приближаясь к гостю.       — Мне нездоровится, — пробормотал нелепо одетый мужчина.       — Барти, — обратился к нему Дамблдор, заглядывая в пустые глаза, — что происходит?       В карих глазах промелькнул животный страх, и Крауч стал беззвучно открывать и закрывать рот.       — Присядьте, — протянул к нему руки седой старик.       Чиновник стал истерично мотать головой, будто директор предложил ему сесть на раскаленные гвозди.       — Он не знает, что я здесь, — признался мужчина в пальто, крепко схватив старика за локоть и указывая на свою голову. После чего, мужчина рухнул на колени, заглядывая в лучистые голубые глаза. Дамблдор взял лицо мужчины в свои морщинистые ладони и их взгляды встретились. С помощью легилименции Дамблдор попытался проникнуть в разум Крауча в попытке найти ответы на свои вопросы и понять, что происходит с главой Отдела международного магического сотрудничества. Седой старик со звуком бьющегося стекла проник в сознание мужчины и первое воспоминание, что открылось ему, было об умирающей женщине.       Жена Барти Крауча крепко сжимала в своих тонких руках пузырек с какой-то жидкостью.       — Сделай это ради меня, — прошептала лежащая на кровати женщина. — Он просто запутался. Наш сын не может быть плохим. Все совершают ошибки, даже ты. Я не сержусь на тебя за то, что ты отправил его в Азкабан, это было твоей ошибкой. Я просто хочу исправить ее.       — Но не так, — сломанным голосом протестовал Барти.       — Какая разница, где будет лежать мое тело. Мне недолго осталось, — нежно поглаживая его руку, сказала она, — я все рассчитала. Оборотное зелье просто не успеет полностью раствориться во мне и я останусь в образе нашего сына. Зато он будет свободен.       — Но вместе с ним на свободу вырвется еще один преступник, — произнес Крауч, пытаясь вразумить жену, — иначе он просто не выберется.       — Я знаю, что кандалы высасывают из него магию, — горько прошептала она, — но надеюсь, он выберет хорошего компаньона для побега. Того, кто раскаялся и хочет начать новую жизнь.       — Ты просишь меня…       — Ты обещал мне, — перебила она его. — В нем есть частичка меня. Он мое дитя. Просто отправь мертвое тело с посланием к нему в камеру. Прошу. Это мое последнее желание.       — Хорошо, — спустя несколько минут молчания произнес Крауч.       Все вокруг Дамблдора ускорилось, и вот, он уже стоит в темной комнате рядом с рыдающим мужчиной в черном кителе. Вся мебель была прикрыта черной тканью, включая зеркала. Барти стоял около окна. По его щекам текли слезы, а рука сжимала бутылку огневиски. Раздался стук в дверь и мужчина в черном костюме вздрогнул от неожиданности.       — Кто там? — задал вопрос Крауч.       Деревянная дверь со скрипом отворилась, и в комнату вошел тощий высокий парень в черной мантии.       — Ну здравствуй, отец, — безумная улыбка исказила худое лицо гостя.       Бутылка выскользнула из рук мужчины и с глухим стуком упала на деревянный пол.       — Ты... — это были последние слова, произнесенные Краучем в своем уме и твердой памяти.       Дамблдор провалился в сплошную темноту, лишь мелкие вспышки света ослепляли его. В одну такую вспышку он уловил картинку с протянутой бумажкой, на которой было написано имя Гарри, затем Барти кинул ее в голубой огонь, следом за этим стены Хогвартса и целующаяся пара Драко и Гермионы, после — громкий звук разбитого стекла и вновь темнота. Дамблдора начала оглушать какофония из голосов и он вырвался из сознания Крауча.       Все это время Барти стоял на коленях, и когда старик покинул его разум, мужчина рухнул на пол. Его тело били судороги, а изо рта шла белая пена.       — Северус, — пробормотал Дамблдор. — Позовите Северуса! — обратился он к портретам на стенах.       Спустя несколько минут к нему в кабинет влетел Снейп.       — Директор! — воскликнул мужчина с сальными волосами. — Что за срочность?       Дамблдор отступил в сторону, и глазам профессора зельеварения предстало еле дышащее тело Барти Крауча.       — По-моему, здесь нужна помощь мадам Помфри, — щупая пульс, произнес Снейп.       — К нему применяли заклятие Империус, — объяснил директор, — а я использовал на нем легилименцию. Боюсь, я подверг его разум серьезным… изменениям.       Северус наложил на мужчину диагностические заклинания: цветные узоры загорелись золотым, затем красным, а после засветились серебром.       — Его «Я», — начал профессор, касаясь серебряных линий своей палочкой, — оно мертво. Он по сути овощ. Ваше проникновение добило его разум. По-видимому, мистер Крауч подвергался заклятию несколько месяцев, но кто мог такое сотворить?       — Боюсь, — вздохнул старик, — это его сын. Барти и его жена инсценировали смерть сына и помогли ему сбежать из Азкабана. У нас еще меньше времени, чем мы думали, — лучистые голубые глаза обеспокоенно бегали по кабинету.       — Нам нужно привести его в прежнее состояние, — бормотал директор. — У нас завелся шпион в Хогвартсе. Кто-то помог Краучу бросить имя Гарри в Кубок.       — У нас целый институт темных магов шныряет по замку, — ядовито объявил Снейп, — кто угодно может быть шпионом.       — Дана! — воскликнул старик и трижды хлопнул в ладони, из воздуха появился эльф-домовик. — Скажите Дане Яга, что я жду ее в своем кабинете, — резко сказал Дамблдор, и эльф тут же исчез.       — Девчонка?! — удивленно спросил профессор. — Думаете она? Я слышал ее магические способности весьма ограничены.       — Нет, я не думаю, что она шпион, — спокойно ответил Дамблдор, левитируя тело Крауча на кресло. — Эта девушка столкнулась с той же проблемой, что и мы. Один из ее родственников в России разделил свою душу на множество частей. Она воочию видела проявление этой магии и поделилась со мной ценными знаниями касательно крестражей.       — Вы все же считаете, — перебил его Снейп, — что Темный лорд использовал этот метод, чтобы достичь бессмертия?       — Вы как никто другой знаете о его одержимости этим вопросом, — продолжил Дамблдор, переводя взгляд на профессора зелий. — Я уверен в этом. Все указывает на то, что Том действительно подверг себя столь темной магии. Под конец его жизни он все меньше походил на человека, вы же сами видели это. Он резко полысел, а его кожа стала почти прозрачной. Резкое изменение внешнего вида — один из признаков того, что маг подверг свою душу разделению. Том отравил себя сильнейшей темной магией, поэтому здесь не обойтись обычным убивающим проклятьем. Он будет возрождаться вновь и вновь, пока все крестражи не будут уничтожены. От Даны я узнал, что применение настолько темных чар отравляет все магические силы волшебника, превращая их в яд, что течет по его телу, воздействуя на разум. Лишь с помощью окклюменции и постоянного контроля можно сдерживать эти силы и даже использовать их. Сама девушка яркое тому доказательство.       — Что?! — удивился Северус, он словно остолбенел возле кресла с еле дышащим Краучем.       — В девушке течет гнилая магия ее родственника Кощея, — ответил Дамблдор. — Он проклял ее за то, что она являлась полукровкой. Видимо не только англичанам свойственна такая ярая одержимость чистотой родословной.       — Но откуда вы все это знаете? — задал вопрос профессор.       — Во время рождественских каникул кое-что произошло, — начал директор, — после чего у меня состоялся разговор с этой удивительной девушкой. Во время нашей первой встречи я уже знал какая сила таится в ней. Я пообещал, что помогу избавиться от нее, если она поделится информацией о том, как та была получена. Дана стала приходить сюда несколько раз в неделю, рассказывая о крестражах такое, что ни в одной книге не описано. У нас установились доверительные отношения и она стала рассказывать, что происходит в Дурмстранге. Дана поделилась со мной своей печальной судьбой: в пятнадцать лет девушка примерила на себя мантию Пожирателя смерти, — после этих слов Северус вздрогнул. — Каркаров угрожал смертью ее близких, если она не будет выполнять его приказы. Девушка присутствовала на первых собраниях оставшихся на свободе членов этой смертельной организации. Она стала для меня таким же шпионом как и вы когда-то, — сверля глазами бледное лицо Северуса, сказал Дамблдор. — В свои шестнадцать она стала новым членом Ордена.       В дверь кабинета тихонько постучали, и вошла Дана, одетая в строгую униформу.       — Вы меня вызывали, — обратилась она к директору.       — Да! — воскликнул старик. — Проходите.       Девушка смело шагнула вперед, осматривая всех собравшихся. Ее внимание привлек Барти Крауч, который тяжело сопел, запрокинув голову назад.       — Ему явно нездоровится, — подметила она, когда поравнялась с директором. Дамблдор быстро ввел ее в курс дела.       — Вы поджарили ему мозг, — заключила Дана, — а я-то тут при чем?       — Игорь Каркаров мог подвергать его заклятию Империус столь долгое время? — задал вопрос старик.       — Да он не может даже левитацию нормально поддерживать, — ехидно ответила девушка. — У него сильные проблемы с вниманием, особенно в последнее время. Не думаю, что это был он — на такое у него терпения не хватит.       — Северус, — начал Дамблдор, — нам нужно вернуть его в прежнее состояние, чтобы он и дальше мог исполнять роль куклы, пока мы не выясним, кто кукловод.       — Это невозможно, — отчеканил профессор, — он овощ. Да он глотает с трудом. Я могу привести в нормальное состояние его спинной мозг и тело, но вот разум… его уже не спасти.       — Нам и не нужно, — спокойно объяснял директор, — от куклы много не требуется.       Все трое погрузились в молчание.       — Но что-то в нем еще есть? — задала вопрос Дана. — Можно отгородить эти участки сознания и сберечь их от разложения.       — Да, — кивнул профессор, — но как это поможет?       — Вы же сказали, — начала девушка, — что сможете привести его тело в порядок. Нам только это и нужно, а загораживая целые участки сознания, мы заставим нашу куклу двигаться, дышать, есть, говорить. Ведь, скорее всего, что именно ей говорить будет шептать кукловод, но как только он поймет, что куколка сломалась — захочет ее починить, вот тогда мы и выйдем на него.       — Северус, — обратился к нему Дамблдор, — как ты считаешь, это может сработать?       — Если только вы умеете мастерски выстраивать стены в чужом сознании, — ядовито ответил тот.       — Я умею, — спокойно объявила девушка и шагнула к Барти Краучу, вставая перед ним на колени. Она приложила руки к его вискам и ее глаза закатились. Тело мужчины начало потряхивать, а сама колдунья иногда резко дергала головой в разные стороны. Спустя несколько минут девушка выпрямилась, вытирая со лба маленькие капельки пота.       — Многие годы окклюменции, — пояснила она ошарашенному профессору — Воздвигать стены в голове — моя фишка.       Тем временем Крауч стал дышать спокойнее, а затем медленно выпрямился, облокачиваясь на спинку стула. Мужчина спал.       — От него и вправду ничего не осталось, — грустно продолжила Дана. — Вы были правы, но в нем осталось столько страха и сожаления, даже как-то грустно. Он сможет нормально функционировать, — более спокойно пояснила она, — но только в роли куклы.       — Дальше дело за вами, Северус, — положил руку на плечо мужчины Дамблдор. — Нужно снарядить нашу марионетку шарнирами.       — Да, — кивнул в ответ Снейп.       Сейчас, снова идя в кабинет директора с докладом о полностью пополненных запасах, мужчина размышлял стоило ли оно того, если по итогу Барти Крауча все равно пришлось убить. Кукловод так и не проявил себя, а оставлять в министерстве марионетку Пожирателей смерти Орден не хотел. Было принято решение убрать эту пешку с шахматной доски, тем более, что с вражеской стороны стали что-то подозревать. Кто-то пытался сломать те стены в разуме Барти, что воздвигла Дана.       — Они считают, — запыхавшись начала Дана, стоя посреди кабинета в черной мантии Пожирателей смерти, — что он сходит с ума, поэтому стал воздвигать стены внутри своего разума. Они подвергают сомнению надежность его ошейника. Выступали предложения окончательно разрушить его сознание.       — Мы не можем этого допустить, — сказал Снейп, — они могут увидеть его последние воспоминания.       — Они настроены серьезно? — задал вопрос Дамблдор.       — Да, — кивнула девушка, — но не уверена на все сто, ведь меня до сих пор не допускают до присутствия на этих сборищах. Я выступаю в роли забавной зверушки Игоря. Никто не воспринимает всерьез шестнадцатилетнюю девчонку.       — Хм, — издал задумчивый звук директор и погрузился в свои мысли, почесывая бороду.       — Тогда у нас не остается выбора, — спустя несколько минут объявил седой старик.       — Дана, — обратился он к девушке, — тебе придется ликвидировать Крауча после второго тура.       — Но...       — Ты сделаешь это в форме Пожирателей, — перебил ее Дамблдор, — тем самым выиграешь для себя место за их столом.       — Но это убийство, — прошептала девушка.       — Но вам ведь не впервой, — спокойно ответил ей директор.       Северуса уже не удивляла жестокость седого старика. Дамблдор был косвенно причастен к смерти любви всей его жизни, Лили. Так что, подходя к двери директора, он переживал лишь о зря потраченных ингредиентах и зельях, но жаркий диалог за деревянной дверью вывел его из раздумий.       — Прошу вас, — умолял чей-то голос, — спрячьте ее, увезите подальше отсюда. Она не выдержит этого. Вы не можете с ней так жестоко поступить.       — Я не могу исполнить вашу просьбу, — отвечал старческий голос. — Дана главный информатор на данный момент. Мы не можем ее потерять. Это будет стоить нам множества невинных жертв.       — Она невинная жертва, — продолжал настаивать знакомый голос, после чего раздался звук удара. — Взгляните на меня! Вы просили приглядывать за ней, а по итогу использовали в качестве лечебного пластыря для рваной раны. Она измотана. Ей еле удается сдерживать темноту внутри себя. Вы обещали лекарство, так дайте его. Дана не доживет до конца учебного года, не сойдя с ума.       Снейп узнал голос одного из близнецов Уизли.       — Точно, — промелькнуло в его сознании, — один из них ошивается вокруг этой девчонки.       — Я не могу вылечить ее, — сказал Дамблдор. — По какой-то причине темная магия Кощея, что заключена в ней, важна для Каркарова.       — Мне плевать, — раздраженно кинул юноша. — Вы ничуть не лучше него, если допускаете такое. Она страдает.       — Так помогите ей, — спокойно предложил директор. — Если вы любите эту девушку — ведите ее душу к свету, помогите пережить это. Вы правы, она жертва, значит сделайте так, чтобы все ее старания не прошли даром. Дана приложила много сил и времени, чтобы достать все нужные сведения для нас, но вы сейчас просите кинуть в топку работу нескольких месяцев. Думаете она пошла бы на это? Разве ради этого Дана подвергала свою жизнь опасности?       — Ей шестнадцать, — объявил Уизли.       Северус даже сквозь дверь слышал тяжелое дыхание парня.       — На войне нет возрастов, — ответил Дамблдор, — возможно благодаря Дане мы сможем загубить ее в зародыше.       — У вас нет сердца, — объявил юноша.       — Нет, — улыбнулся седовласый, — я просто очень стар.       Повисла тишина, и Снейп затаил дыхание, но спустя пару минут послышалось шуршание, и парень вновь заговорил:       — Прошу простить меня, директор, — услышав начало фразы, Северус скрылся за колонной.       Он был так потрясен, что не хотел встречаться с разъяренным студентом. Этот Уизли напомнил его самого много лет назад. Он тоже умолял Дамблдора спасти девушку, его любовь, но старик не спас.