Тело

      Никто из них не запомнил путь домой. В памяти всплывали только обрывки образов, как снимки с плохой фотокамеры: Джон открывает дверь такси, громко крича водителю что-то про скорую помощь, вспышка, Шерлок трясет Джона за грудки с воплем: «Я НЕ РАНЕН!», вспышка, эмоциональная перебранка на заднем сидении машины, вспышка, дверь с криво повернутым дверным молоточком, ступеньки, ступеньки, ступеньки, еще одна дверь, вспышка..       Сознание вернулось к ним только в комнате на втором этаже, когда они оба стояли прижавшись спинами к двери, тяжело и быстро дыша.       — Ты был прав, — Джон произносил каждое слово через новый вдох. — В морг мы больше не поедем.       Шерлок издал какой-то звук, больше похожий на истеричный смешок, коснулся затылком двери и медленно сполз по ней вниз. Джон тут же последовал его примеру.       — Ты как? — грудная клетка Ватсона все еще ходила ходуном.       — Неплохо, если учесть то, что я опять пробрался в морг и увидел оживший труп, — выдохнул Шерлок.       Джон невольно рассмеялся, Шерлок невольно улыбнулся в ответ.       — Не знаю, как ты, но я, пожалуй, выпью, — прокряхтел Джон, вновь поднимаясь на ноги.       — Скотч, — из последних сил выкрикнул ему в спину Шерлок. — Внизу, под батареей.       Джон вернулся через минуту, удерживая в руках по бокалу с плещущейся коричневой жидкостью и зажимая пузатую бутылку подмышкой. Несмотря на то, что в комнате было достаточно мебели, Джон уселся обратно на пол, вытянув ноги вперед. Сейчас так было комфортнее, почему — он и сам с трудом смог бы себе объяснить.       Он передал бокал Шерлоку, они встретились глазами, коротко кивнули друг другу и, не сговариваясь, сделали по внушительному глотку. Джон тут же поперхнулся, прикрывая рот кулаком.       — Где ты взял это пойло?!       — Позаимствовал у Майкрофта, — голос Шерлока тоже осип.       Джон поморщился и поднес к глазам бутылку, изучая ее этикетку — было интересно, что может пить такой человек, как Майкрофт Холмc.       — На вкус, как чистый спирт, — озвучил Джон свои мысли на этот счет.       — Как чистый бензин. Поверь, я знаю, о чем говорю.       Джон скосился на Шерлока, но предпочел не задавать лишних вопросов. Может, как-нибудь позже.       Некоторое время они так и сидели, приходя в себя и поочередно поднося к губам бокалы: Шерлок с согнутыми коленями, на которых покоились его запястья, и рядом Джон, с вытянутыми вперед ногами.       Когда в бокале Ватсона осталась всего пара глотков, он наконец решился спросить.       — Ну? И что это было, Шерлок? — он повернул голову к другу. — Есть теории?       Шерлок ничего не ответил — его глаза изучали стену напротив. Он вновь поднес бокал к губам и сделал глоток, едва заметно поморщившись. Когда молчание начало затягиваться, он осторожно спросил.       — Что ты видел, Джон?       Не спрашивая разрешения у хозяина, ответ на его вопрос моментально пронесся у Джона перед глазами. И от этого образа неприятно сдавило горло.       — Тебя, — после недолгой паузы произнес он. — С огнестрельным ранением в груди.       Шерлок скосил на него голубые глаза.       — Это было так.. — Джон опустил уголок рта вниз, подбирая нужное слово. — По-настоящему.       — Ты не видел его глаз? Не видел гаснущий свет?       Джон ненадолго провалился куда-то в собственные мысли, но почти сразу вернулся в реальность.       — Нет.       Шерлок еще некоторое время изучал его профиль.       — А что видел ты? — Джон развернулся к нему как раз в тот момент, когда Шерлок вновь перевел взгляд на стену.       — То же самое, что и в первый раз.       — Почему мы видели разное?       — Я не знаю, Джон, — Шерлок задумчиво покачивал бокал в своих руках, загипнотизировано наблюдая, как пляшет жидкость внутри него. — Но теперь мы можем быть уверены в том, что это — иллюзия.       Запрокинув голову назад, он залпом осушил бокал.       — Значит, в сегодняшнем дне все же был смысл, — усмехнулся Ватсон.       — Во всем есть смысл, — Шерлок комично скривился, выдыхая пары алкоголя. — Кроме существования Андерсона. Этот феномен я до сих пор принять не могу.       Джон вновь наполнил бокалы, передал один Шерлоку, и они встретились в воздухе под громкий звон.       — Тогда за сегодняшний день.       Сделав очередной глоток, Джон наконец ощутил, как его веки начинают постепенно тяжелеть. Тепло разливалось по груди и добиралось до кончиков пальцев, мысли в голове замедлились и закружились в неспешном вальсе. Он начал замечать, как он моргает.       — Знаешь, а смысл в этом дне действительно был, — сказал Джон. — Потому что он был лучшим за последние два года.       Шерлок не сдержал улыбки и поспешил опустить лицо вниз, пряча ее от Джона.       — Как Мэри? — осторожно спросил он.       Джон пожал плечами.       — Она уезжает из города. Я не знаю куда.       Шерлок прикусил губу.       — Если ты хочешь поговорить об этом..       — Не хочу, — поспешно перебил Джон. — Не хочу. Я в порядке, правда.       — Хорошо.       Шерлок наконец поднял голову и вновь прислонился кудрявым затылком к двери. Он о чем-то напряженно размышлял, потому что все еще кусал свои губы, и после долгой борьбы с самим собой внезапно произнес:       — Прости меня.       Сначала Джону показалось, что он ослышался, поэтому он непонимающе развернулся к Шерлоку.       — Что ты сказал? — переспросил он.       — Прости меня, — почти по буквам повторил Шерлок.       — За что? — искренне удивился Джон.       Шерлок вдруг пожалел, что так мало выпил.       — Я должен был сказать тебе.. Знаю, что должен был. Я хотел.. — слова давались труднее, чем он предполагал. — Но это бы все усложнило. Если бы ты знал, что я жив, я бы сделал все, чтобы..       Он споткнулся на последнем слове и замолчал.       — Чтобы что?       Шерлок по-прежнему избегал взгляда Джона, упрямо смотря куда-то в сторону.       — Чтобы вернуться.       Казалось, что температура в помещении резко выросла как минимум на десять градусов, потому что у Джона запылали уши. А возможно, дело было вовсе не в температуре.       Он еще некоторое время смотрел на его пальцы, покачивающие бокал, не находя правильных слов. Но все же нашел.       — Я не злюсь, Шерлок, — тихо произнес Джон. — Но пообещай мне одну вещь.       Шерлок вопросительно взглянул на него. Джон проглотил упрямый комок в горле и продолжил.       — Пообещай мне, что больше никогда не умрешь. Я тебе запрещаю это делать. Слышишь? Я не хочу проживать это вновь. Пообещай мне. Пообещай больше никогда не оставлять меня, Шерлок.       Ничто не изменилось в Шерлоке, лишь на лицо набежала едва уловимая тень. Голубые глаза были красноречивей слов, но он все равно их произнес.       — Обещаю.       Джон смотрел на Шерлока так, как умел смотреть только на него.       Шерлок смотрел на Джона так, как умел смотреть только Шерлок.       Звон бокалов. Тепло в груди. Комфортная пауза. Медлительность в мыслях, медлительность в движениях. Резкий запах серы — Шерлок подносит к сигарете спичку. Джон протягивает руку к его лицу в безмолвном жесте, и Шерлок отдает ему сигарету, зажигая новую. От первой затяжки комната плывет, как в медленном танго, кружится голова и слабеют ноги. Джон медленно выдыхает колючий дым, закрывая глаза. За закрытыми веками больше не возникает картинки Шерлока с простреленной грудью. Значит, он все делает правильно.       — И все же я не понимаю, по какому принципу воздействует труп.. — вдруг начал Шерлок, и язык его откровенно заплетался.       — Давай ты подумаешь об этом завтра, — все еще не открывая глаз, пробормотал Ватсон, ничуть не уступая Шерлоку в невнятности речи.       — Как Скарлет О’Хара? — улыбнулся одним уголком губ Шерлок.       — Как Шерлок Холмс, — улыбнулся Джон.       Он хотел сказать что-то еще, но замер на полуслове, потому что в комнате резко погас свет. Джон тут же растеряно заморгал, пытаясь сориентироваться во внезапно наступившей темноте и чувствуя уже знакомый прилив адреналина.       — Что это? — испуганным шепотом произнес он.       — Я не знаю, — тоже шепотом отозвался Шерлок. У него так сильно забилось сердце, что он, казалось, даже протрезвел от неожиданности.       — Он здесь, да? Он нашел нас?       Темноту прорезал тусклый свет фонарика на мобильнике. Глаза Шерлока, круглые и испуганные, сосредоточенно скользили за светлым пятном по помещению.       — Ты что-нибудь видишь? — допытывался Ватсон.       — Нет.       — А что там за шторой? Он стоит за шторой, смотри, он за шторой!       — Да тихо ты! — шикнул Шерлок, но все равно навел фонарик на окно. — Это гладильная доска.       Он приподнялся на одной руке и потянулся к кнопке выключателя справа от себя, нажал на нее несколько раз для уверенности, но попытки не увенчались успехом. Тогда он опустил руку и нащупал со стороны Джона бутылку, откупорил деревянную пробку и сделал сразу несколько смелых глотков. Джон посмотрел на него, принял в голове самое быстрое решение в своей жизни и сделал то же самое.       — Я видел в фильмах, что от нечисти помогает соль, — Джон вытер губы тыльной стороной ладони.       Детектив медленно повернулся к Ватсону, пытаясь сфокусироваться на его лице, которое предательски двоилось.       — Ты думаешь, он испугается, увидев у нас в руках соль?       — Мы ее на пол насыпем.       Шерлок медленно моргнул, с трудом понимая, о чем идет речь.       — Зачем?       — Он не сможет через нее пройти.       — Через соль? — тупо переспросил Шерлок.       — Да, Шерлок, через соль.. что ты от меня хочешь услышать? Нашел специалиста.. — вскипел Джон, борясь с внезапной икотой. — Так в фильмах делают.       Шерлок на мгновенье задумался, смотря стеклянными глазами в точку перед собой, но предпочел не выстраивать логическую цепочку. Вдруг на первом этаже что-то громыхнуло, да так сильно, что они буквально подпрыгнули на месте.       — Соль внизу, — тихо произнес Шерлок, нервно отпивая из бутылки.       — Я туда не пойду, — быстро ответил Ватсон, вжимаясь в стену.       — Предлагаешь сидеть здесь? — громко зашептал Шерлок, поднимаясь на нетвердых ногах. — Вставай, пошли за солью.       Джон перехватил бутылку и сделал несколько крупных глотков для храбрости. Храбрость действительно пришла, и идея Шерлока показалась ему даже разумной и правильной. Спотыкаясь о свои же ноги, они направились на первый этаж, придерживаясь за стены и тихо переругиваясь, натыкаясь друг на друга в темноте.       — Что это?!       — Рука моя, черт возьми! Не касайся меня, мне и так не по себе!       — Если бы ты светил нормально фонариком, я бы тебя не касался!       — Ты не мог бы не дышать мне в затылок, господи, Джон?!       — Да ты можешь потише!?       Кое-как спустившись по ступеням и пару раз чуть не навернувшись с них, они вышли на кухню. Здесь было немного светлее, чем в других частях дома — свет уличного фонаря, разливающийся от единственного окна, окрашивал комнату в оранжевые оттенки. Медленно ступая по скрипящему паркету и практически не дыша, они щурились, стараясь разглядеть во мраке очертания мебели. Джон наткнулся на стол, но успел удержать его руками. На нем с громким звоном зашаталась посуда, и от этого неожиданного звука у Шерлока вновь поднялись волосы на затылке.       — Давай, разнеси тут все, нас еще не все услышали..       Проигнорировав ворчание детектива, Джон остановился рядом с кухонным шкафом и, открыв его дверцы, принялся шарить по полкам. Шерлок заметил в углу какие-то мешки, подошел к ним и, слегка пошатываясь, присел рядом.       — Нашел.. — Джон развернулся, демонстрируя Шерлоку картонную упаковку. — Что ты делаешь?       — Перестраховываюсь, — невнятно отозвался Шерлок, поднимаясь на нетвердые ноги.       Внезапный порыв ветра из открытого окна ворвался в помещение и смахнул с подоконника горячо любимую вазу миссис Хадсон, которая тут же встретилась с кафелем и громко разбилась на множество осколков. Шерлок дернулся от неожиданности, а Джон, в каком-то необъяснимом порыве, быстро открыл соль и принялся рассыпать ее вокруг детектива.       Очертив кривой круг, он зашел в него и встал бок о бок к Шерлоку, неровно и сбито дыша.       — Зачем ты сделал это здесь? — коротко спросил детектив, не двигаясь с места.       — Я разволновался.       Ветер вновь проник в помещение, завывая в сквозняках и приподнимая кудри детектива. Джон скосил затуманенный взгляд на осколки, словно только заметив их, и после долгих раздумий невнятно изрек.       — Миссис Хадсон.. — он поджал губы, с трудом подавив икоту. — Расстроится. Где она, кстати?       Шерлок попытался нахмуриться, но лицо получилось больше страдальческим, чем серьезным.       — Она не знает об опасности.. — таинственным шепотом произнес детектив, словно его посетило внезапное озарение.       — Миссис Хадсон в опасности.. — на выдохе произнес Джон, плохо расслышав слова Шерлока. — Что же мы стоим, ей нужна наша помощь..       — Как два пальца.. — язык Шерлока откровенно заплетался, а веки упрямо давили на глаза, угрожая закрыться в любой момент, но он старался не подавать виду. — Пошли.       Сейчас Джона не надо было просить дважды — алкоголь окончательно притупил все инстинкты самосохранения, поэтому он сделал шаг вперед. Нога тут же поехала на рассыпанной соли, глаза в недоумении расширились, и он замахал руками, пытаясь удержать равновесие. Импульсивно схватившись за штанину Шерлока, он окончательно потерял баланс, потому что Шерлок дернул ногой (тоже импульсивно), и Джон с грохотом повалился на пол, увлекая за собой друга. Из карманов Шерлока тут же посыпался чеснок, разлетаясь во все стороны. В ту же секунду раздался щелчок входной двери, чьи-то неспешные шаги, громкое шуршание и монотонное гудение электричества.       Шерлок и Джон на мгновение ослепли, потому что комнату наполнил яркий свет.       — Мальчики, у нас выбило пробки.. — послышался из коридора приближающийся голос миссис Хадсон. — Мальчики?!       Пакеты миссис Хадсон выскользнули из рук и приземлились на пол. Красные губы приоткрылись в букве «о», когда она увидела Шерлока, лежащем сверху на Джоне, в окружении какого-то белого порошка. Она не сразу поняла, как на это реагировать, поэтому смущенно охнула, прикрывая губы ладонью, уже собиралась отвернуться, но потом заметила свою разбитую вазу в углу.       Возникла неловкая пауза, нарушаемая только гудением ветра, гуляющего в сквозняках.       — Так, молодые люди, я не знаю, чем вы тут занимались в мое отсутствие, — миссис Хадсон возмущенно сложила руки на груди. — И меня это не касается, но.. как вы могли разбить мою вазу?! Это единственная вещь, оставшаяся от покойного мужа! Единственная нужная вещь! Я была о вас лучшего мнения, Шерлок Холмс и Джон Ватсон!       Она развернулась на каблуках, собираясь выйти из кухни, но потом, явно не договорив, повернулась обратно.       — И уберите здесь все! Я этим заниматься не буду, я не ваша домработница!       Дверь за пожилой женщиной громко захлопнулась, словно отвешивая им обоим моральную пощечину.       Джон поднял голову и посмотрел на Шерлока. Шерлок посмотрел на Джона. Вопреки всем усилиям, их губы своевольно начали растягиваться в улыбке, и глядя на выражения лиц друг друга, они резко расхохотались.       — Это были чертовы пробки, Джон.. — Шерлок перекатился со спины Ватсона на пол и громко хохотал, прикрывая лицо ладонями.       Джон согнулся пополам, обнимая себя за живот, который уже начинал болеть от смеха. Он вдруг заметил головку чеснока прямо у своего лица, и его настиг новый приступ неконтролируемого хохота. Казалось, он не мог смеяться сильнее, но ему это удалось. Слезы струились по щекам, мир начинал тускнеть от резкого прекращения поступления кислорода в мозг, лицо было бардовым от напряга, но он все равно не мог остановиться.       — Зачем.. тебе понадобился.. чеснок.. — Джону не хватало воздуха. — Билл Мюррей ты недоделанный..       Шерлок уже перестал издавать какие-либо звуки, он просто лежал и сотрясался от беззвучной истерики, а это была именно истерика — не иначе.       Джон перекатился на спину и лег рядом с Шерлоком, хватая ртом воздух.       Десять минут спустя соль перекочевала в урну, а разбитая ваза отправилась ждать своей дальнейшей участи обратно на подоконник. Джон собирал рассыпанный Шерлоком чеснок, закидывая его обратно в мешки, сам же детектив стоял напротив, прислонившись спиной к столу и наблюдая за его действиями.       — Теперь я никогда не смогу убедить миссис Хадсон, что я не гей, — вдруг произнес Джон и снова хохотнул.       — Ты видел ее лицо? — Шерлок поджал губы и быстро закрыл рот руками, но смех все равно прорвал эту дамбу. — Хватит. Господи, хватит. Я уже близок к обмороку.       — Если мы засмеемся, когда ты будешь рассказывать миссис Хадсон, зачем мы брали ее чеснок, — и они рассмеялись от одной мысли, что засмеются. — Будем говорить, что вспомнили, как я упал, хорошо? — сквозь улыбку проговорил Джон.       Вдруг раздался внезапный грохот, едва ли не сильнее, что они слышали еще со второго этажа, и они резко повернулись в сторону звука.       — Еще одна тайна раскрыта, — Шерлок смотрел на закрывшееся от ветра окно.       Джон вновь нервно хохотнул.       — Хватит на сегодня, иначе я такими темпами с ума сойду, либо от смеха, либо от страха, от чего конкретно — проверять не хочется.       Они кивнули друг другу и поплелись на второй этаж, едва волоча за собой ноги. Первое, что сделал Шерлок, войдя в комнату, это включил свет, а потом поднял с пола недопитую бутылку скотча и свернул ей шею, допивая последние глотки. Джон замер в дверном проеме, дождался, пока бутылка опустеет, и тихо произнес:       — Ну, я пойду. Спокойной ночи, Шерлок.       Шерлок посмотрел на него с некой ноткой замешательства, проглотил алкоголь и коротко кивнул.       — Спокойной ночи, Джон.       Прошел целый час с того момента, когда они пожелали друг другу спокойной ночи, а Джон все так же лежал в своей кровати, закинув руки под затылок и рассматривая кривые трещины на потолочной штукатурке. Опять не спалось, но в этот раз он винил пережитые эмоции. Они все еще звучали в его сознании далеким эхом, как грохот салютов с соседней улицы, и он никак не мог от них отделаться. А еще он прокручивал в голове фразу Шерлока, рассматривая ее под разными углами, как редкую птицу:       «Я сделал бы все, чтобы вернуться.»       Джон машинально поджал губы, изучая отколовшийся кусок штукатурки на потолке, похожий на висящую вверх ногами бабочку.       — Джон.       От звука собственного имени он вздрогнул и резко приподнялся на локтях. Силуэт Шерлока стоял в дверном проеме, прислонившись плечом к косяку.       — Что? — шепотом произнес Джон. — Ты чего не спишь?       — Мне не спится.       Джон сел на кровати, устало растирая глаза, и вновь посмотрел на Шерлока. Он не мог видеть его лица, но все равно почувствовал какое-то необъяснимое смущение, исходящее от него.       — Я тут подумал.. — Шерлок кутался в свой синий халат, словно стараясь защититься от чего-то. — Может, ты сегодня поспишь со мной? Я имею в виду.. в моей комнате?       — Зачем?       — Мне не по себе одному в темноте, — Шерлок кашлянул. — Оказывается, у меня действительно богатая фантазия.       Джон непонимающе нахмурился, но Шерлок не мог видеть этого, поэтому воспринял его молчание иначе.       — Ладно, не бери в голову. Я просто спросил.       — Стой! — опомнился Джон, когда силуэт Шерлока начал исчезать из проема. — Да, посплю. Иду, Шерлок.       Он отбросил одеяло, нашел ногами тапочки в темноте и направился в соседнюю комнату.       Шерлок остановился рядом со своим диваном, замешкавшись. Джон не без удивления отметил, что впервые видит его таким растерянным.       — Я могу постелить себе на полу, — вдруг сказал детектив. — А ты займёшь мой диван.       Джон снисходительно посмотрел на него.       — Не дури, Шерлок. Я лягу с тобой.       Тот лишь рассеянно кивнул.       Джон забрался под одеяло. Чуть помедлив, следом забрался и Шерлок, отодвигаясь от него на самый край кровати.       — Шерлок, я не кусаюсь, — устало произнес Ватсон.       — Просто оставляю тебе место для личного пространства.       — Как скажешь.       Джон закрыл глаза, но через мгновенье снова их открыл, только что осознав одну очень важную вещь.       — Шерлок, ты что, боишься темноты?       Он ответил не сразу.       — Я ее не люблю.       Джон не сдержал смешок.       — Великий Шерлок Холмс боится темноты? Вот я и нашел твое слабое место.       Он не мог этого видеть, но Шерлок закатил глаза.       — Когда я был ребенком, мой братец иногда.. закрывал меня в чулане, — безэмоционально произнес детектив.       Джон тут же перестал улыбаться.       — Зачем?       — Ты наверное не заметил, но у нас с ним своеобразное чувство юмора, — спокойно ответил Шерлок.       Джон не стал спорить на этот счет, поэтому просто замолчал. Он лежал и смотрел в сторону Шерлока, видя в темноте лишь изогнутые очертания его взъерошенных волос.       — А чего боишься ты?       Джон уже давно задавал себе этот вопрос. И именно в тот день, когда он впервые на него себе ответил, он вновь начал ходить на приемы к Элле Томпсон, в надежде разобраться в себе, но так и не решился озвучить проблему вслух.       Но сейчас с легкостью озвучил.       — Твоей смерти.       Взгляд встретился со взглядом. Их молчание вновь стало ощутимым и электризующимся, как несколькими часами ранее, когда они еще сидели на полу с бутылкой скотча. Чувствуя какое-то необъяснимое волнение, от которого ускорилось сердце, Джон поспешно закрыл глаза. Он смог успокоиться только спустя некоторое время, почти с благоговением ощущая, как начинает проваливаться в забытие.       — Джон.       Ватсон набрал воздух в легкие и медленно выдохнул его обратно.       — Что, Шерлок.       — Что ты имел в виду, когда сказал: «все это правда?»       — М?       — Тот день, когда ты пришел, расставшись с Мэри. Ты сказал: «все это правда».       Джон вновь открыл глаза, смотря в невидимую точку перед собой.       — Забудь.       — Ты же знаешь, что не смогу.       Джон развернулся на другой бок, спиной к Шерлоку, бессловесно сообщая, что разговор на эту тему закончен, и намереваясь провалиться обратно в сон.       — Спокойной ночи, Шерлок.       Но сон уже ушел.