Белым по чёрному

Было раннее утро понедельника. Том проснулся от странных движений рядом с собой, но не подал виду, умело контролируя свое дыхание и сохраняя расслабленную позу. Северус, кажется, не заметил его пробуждения, он осторожно выбрался из объятий альф и скрылся за дверью ванной. Только когда до слуха донесся тихий щелчок, Том двинулся, неспешно поднялся на ноги и беззвучно подошел к закрывшейся всего минуту назад двери. Подошел очень близко, прислушался к звукам за стенкой, затем отстранился и выставил вперед руку. Заклинание он использовал невербально, дверь тут же чуть засветилась, а в следующее мгновение потеряла цвет и стала вовсе прозрачной. Том всегда считал себя достаточно наблюдательным человеком. По крайней мере с занимаемым им местом в этом мире нельзя было упускать ничего, ничего даже самого незначительного, что могло бы повлиять на ход кампании. И пускай выходные прошли в поместье вполне мирно, без каких-либо неприятностей, но в памяти четко светился каждый день ледяного бойкота со стороны Северуса. Да, первые дни Том желал дать ему время свыкнуться с мыслью о беременности, но чем больше этого времени проходило, тем очевиднее становилось то, что Северус ведет ожесточенную войну со своей сущностью. Он совершенно точно не ассоциировал себя с омегой. И это было очень и очень нехорошо. Северус стоял перед большим зеркалом, мрачно вглядываясь в свое отражение. Он просто стоял. А Том наблюдал за ним из-за двери. Не сказать, что Том сильно переживал, что тот, вымотанный борьбой с сущностью, может что-то с собой сделать, однако переживания внутреннего зверя были так сильны, что просто лежать в кровати было невозможно. Том нахмурился, внимательно разглядывая Северуса, и невольно сглотнул вмиг скопившуюся во рту слюну, когда тот вдруг снял футболку и повернулся к зеркалу боком. Длинные тонкие пальцы, чутко касаясь бледной кожи, отблескивающей золотом от рун их связи, принялись медленно спускаться по груди к животу… — Что ты делаешь? Ох… — Гарри подошел к нему совсем незаметно, Том вздрогнул от неожиданности, а Северус, словно почувствовал что-то неладное, быстро прикрылся футболкой и, неуверенно глянув на дверь, прислушался к посторонним звукам. Гарри и Том одновременно замерли на месте и, кажется, даже задержали дыхание. Должно быть, со стороны картина эта смотрелась очень даже забавно, но в действительности… альфы совсем не хотели, чтобы омега уличил их в подглядывании, хотя бы потому, что после того, чему они стали невольными свидетелями, он мог вновь выставить перед собой ледяную стену, которую только-только удалось сломать. Гарри и Том коротко переглянулись и, стоило Северусу направиться в сторону двери, поспешили вернуться в кровать, стараясь при этом не издать ни одного звука. Прошло всего несколько секунд, как Северус вышел из ванной комнат, но Гарри и Том уже приняли те же позы, в которых он видел их при пробуждении, дыхание их было ровным, ничего подозрительного не наблюдалось. Северус хмуро оглядел спящих альф, с подозрением оглянулся на дверь, но и в ней не увидел ничего необычного, хотя он буквально кожей почувствовал, что за ним наблюдают. Может, это был эльф? Медленно выдохнув, Северус одернул края футболки, забрал из гардероба нужные вещи и вместе с ними вышел из комнаты. Том напряг слух. Шаги отдалялись и вскоре вовсе стихли. Северус ушел достаточно далеко, чтобы не застать их врасплох, хотя вряд ли у него вообще были подобные мысли. Несколько устало потерев ладонями лицо, Том удивленно нахмурился, когда до его слуха донеслось странное пыхтение. Повернувшись в сторону Гарри, он заметил, как у того мелко трясутся плечи, и вскинул одну бровь в немом вопросе. Не было никаких сомнений, что Гарри сдерживает смех. — Ударился головой? — наигранно участливо поинтересовался Том. Гарри повернулся в его сторону. В зеленых глазах отчетливо, ярко горели веселые искорки. — А ты довольно резвый для семидесятилетнего старика, — весело заметил Гарри и широко улыбнулся. — Наверное, сказывается опыт, наработанный годами, — продолжал веселиться Гарри, удивляя Тома все больше и больше. Впрочем, это отчего-то вовсе не раздражало. Хотя, может, если бы на месте Гарри был кто-то другой, то этого человека больше бы никто и никогда больше не нашел. — По-твоему, я часто в своей жизни прятался от омег? Ты меня с кем-то путаешь, — холодно хмыкнул в ответ Том. Гарри однако нисколько не растерял своей веселости. — Я ничего не говорил про омег, — протянул Гарри. — И мы вовсе не прячемся, а… — он пару раз щелкнул пальцами, словно бы это могло ему помочь подобрать нужное слово. — Мы… — Смотрю, словарный запас у нынешней молодежи довольно скудный, — в задумчиво-издевательской манере заметил Том. — Нанять тебе учителя по речи? Гарри в ответ закатил глаза и хотел было сказать что-то в схожей манере, возможно даже попытаться задеть Тома, но как раз в этот момент в коридоре послышались чьи-то шаги. Впрочем, догадаться, кому эти шаги принадлежат, было совсем не сложно. И потому варианты их дальнейших действий сходились к одному единственному. Гарри и Том отточенным уже движением вернулись в самые «спящие» с виду положения и расслабились. Уличить их в обмане было просто невозможно. Дверь тихо отворилась, коротко мелькнула полоска желтоватого света, и шаги стали приближаться к кровати. Ни Том, ни Гарри не ожидали, что Северус может вернуться за чем-то в спальню, и уж тем более не ждали, что он решит подойти к кому-то из них. Северус же, кажется, упорно боролся с самим собой и своей упрямой натурой, а может и немного с гордостью. Шаги его периодически стихали, он останавливался, собирался с духом, после чего вновь продолжал свой путь. Том и Гарри терпеливо ждали, когда он сделает то, что хочет. Северус подошел к кровати со стороны Гарри и в очередной раз замер. Пускай сам Гарри не единожды говорил ему, что он может в любой момент обратиться к нему с любой просьбой, но почему-то каждый раз, стоило только подумать о том, чтобы что-то попросить, как просить что-либо пропадало всякое желание. Северус не любил ни у кого ничего просить и с трудом мог переступить через самого себя. Легче было дождаться, когда Гарри сам предложит ему свою помощь. Даже если вопрос касался приема зелья и подавления его запаха. Но сейчас все же пришло время попросить о помощи самому. — Кхм… — Северус негромко кашлянул, хмуро глянул в сторону Лорда и решительно потянулся к Поттеру. Почему же это было так сложно? Северус коснулся крепкого плеча, чуть толкнул и тихо позвал: — Гарри? Гарри не сразу поверил своим ушам. Слух его обманывает? Или его и правда позвали по имени? Сегодня какой-то праздник, о котором сам он ничего не знает? А может, наоборот… и случилось что-то не очень хорошее? Почему-то последнее казалось самым правдивым. Гарри резко открыл глаза и обеспокоенно оглядел лицо Северуса. Не заметив ничего необычного, он нахмурился, сел и перехватил узкую кисть, прижимая ее к своей горячей груди. Последнее действие было лишь неосознанным порывом, который, кажется, заставил Северуса немного смутиться. А может, так только показалось. — Что такое? Что-то случилось? Тебе не хорошо? — Гарри зачастил с вопросами, и Северус тут же недовольно скривил губы, будто это вовсе не он пришел что-то просить, а Поттер поймал его и теперь надоедает своими расспросами. — Что ты хотел? — Мне нужно выпить зелье, — сказал наконец Северус, и это едва ли смахивало на просьбу о помощи. — Сейчас? — удивился Гарри. — Но еще так рано. Почему не подождать и не отправиться туда вместе к завтраку. — Вместе? К завтраку. После того, что написали в газетах? — раздраженно отозвался Северус. Гарри вздохнул, помрачнев. — Я ведь говорил, что появление на публике чревато бредом, что выливается на страницы никчемных изданий массовой информации. Я не хочу становиться ничьей сенсацией. — Там не написали ничего такого ужасного, — возразил Гарри уже не первый раз за прошедшие пару дней. — Но даже если кто-то и будет думать, что я вступился за тебя из личных симпатий, то что с того? — спросил он, но одного только взгляда Северуса хватило, чтобы он оставил все попытки убеждения. — Ладно, если тебе так хочется тащиться в Хогвартс в такую рань, то я составлю тебе компанию. — С этими словами Гарри поднялся с кровати и направился к своим вещам. — Поттер, — буквально прорычал Северус, но на Гарри это не произвело никакого впечатления. — Еще пару минут назад я был Гарри, — хмыкнул он, на секунду показавшись из-за двери. Кинув короткий взгляд на Тома, перевернувшегося на живот, уткнувшегося лицом в подушку и уже явно не притворяющегося спящим, Гарри поспешил одеться. — Еще пару минут назад ты меня не раздражал, — выплюнул Северус, складывая руки на груди. — Идем, я готов, — Гарри только улыбнулся ему в ответ и вышел из спальни, не слушая никаких возражений. Северус последовал за ним спустя одну долгую минуту, пребывая явно не в самом лучшем расположении духа. После ухода Гарри и Северуса Том какое-то время еще пытался лежать, но понимание того, что он тратит время в пустую, вскоре заставило и его подняться с кровати. Дел было много. И одно дело особенно ждало его участия. Облачившись в строгий костюм и накинув на плечи добротную мантию из тяжелого, качественного материала, Том широким шагом покинул спальню, пересек коридор, добрался до своего кабинета и достал из верхнего ящика стола короткую записку, что накануне вечером принесла хищная птица. Записка была короткой, все по делу. Том перечитал послание, кивнул каким-то своим мыслям, поправил мантию и крутанулся на месте, мгновенно перемещаясь к указанному месту. — Я отчаялся ждать вас, милорд, — оскалился Фенрир, показывая ряд желтоватых острых зубов. — Едва ли я поверю в то, что ты прождал тут всю ночь. — Том смерил его ледяным взглядом. — Что тебе удалось узнать? Парнишка не выглядел особо бойцом. Итак? — Не боец от слова совсем, — согласно рыкнул Фенрир. — Бета. Двадцать лет от роду. Особых талантов нет, работы нет, хватается за все, что предложат. За пару часов до того, как мы с вами пришли за ним, пил в баре и там же познакомился с неким Сэмом, предложившим на спор толкнуть Снейпа. Тот согласился, не задумываясь, ведь сумма, которую он получит после выполнения условия спора, приятно оттянет карман. Думаю, ему хорошенько подчистили память, прежде чем отпустить в бордель. — Как выглядит этот Сэм он, конечно же, не помнит? — поинтересовался Том. Фенрир неприятно скривился. — Что ж, я сам посмотрю его воспоминания и достану все, что только возможно. Хотелось бы верить, что Сэм у нас не особо умелый менталист, но загадывать я не люблю. Поторопись. Фенрир коротко кивнул и ускорил шаг. Они углубились в лес, прошли несколько невидимых барьеров, отпугивающих незваных гостей, и вышли к глубокой пещере, развертывающей свои сети коридоров глубоко под землю. Впрочем, внутри было сухо и тепло, а если знать, куда идти, то можно было и вовсе выйти в цивилизованные, обустроенные для нормальной жизни помещения. Фенриру и его стае здесь было вполне комфортно. По крайней мере, они сами нашли и выбрали эти пещеры. Здесь они были повелителями своей стихии. Фенрир недовольно рыкнул, оскалился в очередной раз и повел носом, принюхиваясь к витавшим в воздухе запахам. В пещерах было спокойно. Обернувшись на Лорда, он кивнул в нужную сторону и пропустил господина вперед себя. Том совершенно безбоязненно прошел в скупо обставленное помещение, больше напоминавшее собой большой деревянный ящик. Взгляд не сразу, но наткнулся на сжавшееся в углу отчаявшееся и сломленное создание. Парнишка, с чьего лица пропали всякие краски жизни, трясся, точно осиновый лист, и вздрагивал от каждого шороха. Когда же он увидел пришедшего к нему гостя и очевидно узнал в нем Темного Лорда, которого довольно часто видел в газетах в последнее время, то неловко попытался подняться на ноги, но затем рухнул на пол и пополз к ногам Лорда, низко склоняя голову и шепча что-то неразборчивое. — Я все… все рассказал! Прошу вас… — выдавил из себя парнишка, по его щекам градом катились слезы, в глазах сверкал настоящий, дикий ужас. — Прошу вас! Я рассказал все, что знаю! Я все рассказал! — с этими словами он подался вперед, но Том только сделал шаг в сторону, не позволяя коснуться себя, и презрительно скривил губы. — Мне омерзительны слабые люди, — ледяным тоном протянул Том. Парнишка стушевался, сгорбился еще больше и уткнулся взглядом в пол. — Впрочем, если меня устроит степень твоей честности… — начал Том, парень с надеждой чуть поднял голову, — то ты сможешь вновь увидеть свет. — Я был абсолютно честен! Я ничего не скрыл! — Смотри мне в глаза, — приказал Том, и парень не смел ослушаться. — Легилименс. Том вошёл в сознание парня, не шибко церемонясь. Впрочем, тот был так податлив, что сопротивления не было абсолютно. Том вытаскивал, выворачивал все мысли и воспоминания мальчишки, выискивая то, что однозначно или хотя бы косвенно укажет на то, что во всем этом был скрытый и вовсе не светлый помысел. Да, пускай то, как парнишка толкнул Северуса, со стороны выглядело почти безобидно, но внутри что-то неустанно скребло его, крича о том, что все не может быть так просто. Образы мелькали перед глазами. Том начал издалека, с детства, затем перешёл на школьные годы, выпуск и не самые удачные несколько лет после него. И вот он наконец добрался до тусклого воспоминания, замутнённого алкоголем. Ни лица, ни голоса, ни примечательных черт… Сэм был темным пятном, не оставившим в памяти этого парня ни одной зацепки. Неужели это был настолько умелый легиллимент? Том нахмурился, но сдаваться было не в его привычках. Просматривая образы в баре, уделяя особенное внимание каждой детали, Том искал… Взгляд его медленно переходил с одного предмета на другой, но ничего не находил, пока вдруг не остановился на стакане с каким-то дешевым пойлом, который парень отчего-то нервно крутил в руках. Впрочем, заинтересовала Тома вовсе не нервозность мальчишки, нет, хотя это тоже было довольно важной деталью. Но все же взгляд привлекло кое-что другое — размытое, но различимое отражение, о котором легиллимент, работавший с воспоминаниями, забыл. Непростительная ошибка, сыгравшая Тому на руку. Человек, отразившийся в стакане, Тому был не знаком, но с возможностью использовать оборотное зелье личность в отражении привлекала не так сильно, как действия неизвестного. Том внимательно наблюдал за руками недоброжелателя и его губами. Волшебную палочку неизвестный не доставал, но, похоже, для того, чтобы использовать заклинание невербально, был недостаточно уверен в своих силах. Это было странно. Может, с памятью работал кто-то другой? Том нахмурился пуще прежнего, но не отвлекался. Заклинание произнесено, движения губ отпечатались в сознании. И внутри стало ещё более гадко. Том вышел из сознания парня и глянул на него с нескрываемым отвращением. Парнишка, измотанный ментальной сессией, с трудом сфокусировал на нем свой взгляд и испуганно сжался. Он не сопротивлялся и ничего не скрывал! Ничего не скрывал! Он не думал, что кому-то есть дело до Снейпа, и не задумываясь согласился толкнуть того, кто многие годы в школе унижал и принижал не только его, но и сотню других учеников! Но он и предположить не мог, что за простой толчок сам Темный Лорд решит вывернуть его воспоминания наружу… — Раздевайся, — приказал Том. — Ч-что? — парнишка задрожал ещё больше. Что с ним хотят ещё сделать?! — Я же все рассказал! Я ничего скрыл! — голос его сорвался. Том поморщился. — Покажи мне правую руку. Ну же! — голосом Тома можно было заморозить океан. Фенрир нахмурился и ради собственной безопасности сделал небольшой шаг в сторону двери. Парнишка вздрогнул и принялся спешно стягивать с себя пыльную и порванную в паре мест кофту. — Поверни, покажи локоть. Парень тут же выполнил приказ, повернул руку и охнул, потому что локоть и часть предплечья выглядели так, будто их поразило адским огнем, кожа была почерневшей, обуглившейся. Однако рука совершенно точно не болела, и вообще, он не чувствовал, что с ней было что-то не так! Тряхнув пострадавшей конечностью, он с ужасом поглядел на Темного Лорда и уже потянулся второй рукой к черному локтю, как вдруг Лорд его остановил. — Если не хочешь остаться без рук, советую не прикасаться к пораженному участку, — все тем же тоном протянул Том, и едва ли его замечание можно было посчитать за заботу. Скорее, он беспокоился о материале для изучения. — Скажи мне, Фенрир, почему я должен выполнять твою работу? Как ты проглядел это? — Я не подумал… — Фенрир скрипнул зубами в ответ и зло глянул на парня, будто бы это он был виноват в том, что проклятье не было обнаружено. — Моя вина, мой Лорд. Подобного больше не повторится. Однако, проклятье все еще на руке, значит… — Это значит только одно, — перебил его Том, — тебе крупно повезло. И тебе, парень, тоже. — П-повезло? — заикаясь переспросил парень. Том проигнорировал его. Мысли его уже начали работать в другом направлении. Он обдумывал сложившуюся ситуацию. Им несказанно повезло, что парнишка не задел Северуса локтем. — Фенрир, покажи его Макнейру, пусть делает, что хочет и как хочет, но к вечеру я должен знать все об этом проклятье. Видно, оно не опасно для носителя, однако передается точечным ударом. — С этими словами Том направился к двери. Мальчишка неуверенно подался вперед, но не осмелился ничего спросить. Впрочем, интересующий его вопрос задали за него. — Хорошо, — кивнул Фенрир, — а что потом делать с парнем? — Меня он больше не интересует. Как только проклятье будет снято, подчистите воспоминания и отправьте, куда скажет. — Том кинул последний взгляд на вдруг облегченно выдохнувшего парнишку, пропустил Фенрира вперед себя и плотно закрыл дверь. — Думается мне, тебе не удалось поиграть с ним, — насмешливый тон с совершенно серьезным лицом никак не вязался, но Тому удалось их совместить. — Мне нравится играть с кем-то более несговорчивым, Милорд, вам ли не знать. Этот паренек начал рассказывать все, стоило только задать вопрос, — Фенрир недовольно скривился. Какое-то время они шли молча, но вскоре он решился спросить: — Я ничего не имею против Снейпа… и мне абсолютно плевать, кто занимает какое положение рядом с вами и за какие заслуги. Но мои ребята денно и нощно караулят границы Хогвартса по вашему приказу, буду ли я прав, если предположу, что мы охраняем вовсе не деток? — Деток, — хмыкнул в ответ Том, — в первую очередь. — У Снейпа личная охрана в виде Поттера, — оскалился Фенрир, припомнив последние новости, — но не шибко внимательная. — Не думаю, что это должно хоть немного занимать твои мысли, — холодно отрезал Том, — ты сегодня на редкость болтлив. — Я оборотень, мой Лорд, мой нюх, без ложной скромности, превосходит и ваш, и всех прочих альф. Возможно, он не сравнится только с омежьим, для них запахи имеют совершенно иную силу. И только из-за своего прекрасного нюха я смею заявить, что если вы желаете выставлять своей омегой того парня, с которым вас частенько печатают в газетах, то при выходе из поместья стоит избавляться от запаха вашей настоящей омеги. — Том остановился и глянул на него хмурым, задумчивым взглядом. — Не скажу, что запах сильный, должно быть, вы с омегой не спите, но несомненно ежедневно находитесь рядом под одной крышей. — Чем же я пахну? — спросил Том. Фенрир задумался. — Какой-то кофейный напиток, я не явлюсь фанатом такого питья, — ответил он спустя некоторое время, — к тому же, мне кажется, я не знаю ни одного омегу с таким запахом. Но кто-то другой, кто знает, сразу же поймет, что мальчик, с которым вы гуляете, — всего лишь ширма. Бедняжка, — с насмешкой добавил Фенрир в конце. — Я понял это в пятницу, когда от вас отчетливо слышался другой запах. Вы никогда не думали об этом, верно? Раньше от вас никем не пахло. Лишь редко, когда вызов совпадал с… — Не продолжай, — остановил его Том, поморщившись. Фенрир глянул на него удивленно. Кажется, Лорд безнадежно пропал в том, кто пахнет кофе. И подозрения Фенрира падали лишь на одного человека, однако предполагать вслух, опасаясь за свою жизнь, он ничего не станет. — Я управляю стаей, я обязан знать все о запахах и о сущностях моих подопечных, но обычные люди обращаются к книжкам лишь во время нужды. Поэтому если у вас есть вопросы, я подробно на них отвечу. — Фенрир знал, когда надо молчать, но именно в этот момент во всегда холодных глазах господина впервые на его памяти отразилось непривычное доселе смятение. Думается, он бы не ошибся, предположив, что мысли Лорда занимает странная тревога. — Прошу, милорд, — Фенрир толкнул одну из дверей и пропустил господина в небольшую, но довольно уютную комнату, в которой никто не мог подслушать их разговор. — Как давно в твоей стае было пополнение? — поинтересовался Том, проходя внутрь комнаты и опускаясь на твёрдый стул. — Мы не обращали никого со времени вашего строгого наказа и истории с раненным мальчонкой, — пожал плечами Фенрир, — однако в прошлом году две омеги понесли, и теперь у нас на двух орущих карапузов больше. Увы, не альфы. Охотников нынче мало. — Глянув на Лорда со странным блеском в глазах, он вдруг добавил: — Хотите взглянуть? — Том изумленно вскинул брови. — Едва ли меня привлекает такое развлечение, — качнул головой он. — Говоришь, нюх омеги намного более чуткий? — спросил Том, невольно припомнив пятничный вечер. Северусу хватило пары секунд, чтобы организм выказал свое однозначное неодобрение его прогулке с другой омегой, когда Гарри пришлось тщательнее принюхаться. — В большинстве своем, — кивнул Фенрир, — особенно это заметно, когда омега носит волчонка, и после родов. Все чувства обостряются. Ради защиты детей омега учует любой не внушающий доверия запах за сотни метров, а в случае столкновения с врагом без страха набросится даже на самого сильного альфу. Без всяких сомнений. Но ведь вас интересует не это? — Том глухо рассмеялся. — Доводилось ли тебе встречать омег, не признающих свою сущность, Фенрир? — спросил он. Фенрир нахмурился и помрачнел. — Это не редкость, когда кто-то не желает быть тем, кто он есть на самом деле. Омег таких довольно много, но… все они рано или поздно сдаются. В моей стае был особо вредный экземпляр, воротил нос, рычал на всех и давился подавителями. Но его можно было понять, все вело к тому, что он будет бетой, пока его не обратили… Впрочем, он тоже сдался спустя некоторое время и принял свою сущность. — Как? — Том закинул ногу на ногу и откинулся на спинку стула в мнимо расслабленной позе. — Как? — переспросил Фенрир. — Мы его сломали, — он усмехнулся, оскалил острые клыки и лающе рассмеялся, заметив, как резко изменился в лице Лорд. Еще никогда в жизни мысли господина не были для него так очевидны. Вот она, вся правда жизни, когда даже столь сильный альфа, всегда холодный и собранный, плюющий на чувства окружающих его людей ради своих интересов, начинает переживать за кого-то, кто намного, намного слабее него. — Мы заставили его почувствовать себя омегой. Понадобилась всего пара месяцев неустанной осады. — Том помрачнел, с упрямством Северуса это будет вовсе не пара месяцев, но у них не было такого времени в распоряжении. — Но можно и ускорить это дело, конечно. Если омега понесет в течку, то мысли о ребенке под сердцем сами начнут толкать его к своей сущности. Но мысли эти надо поддерживать. — Что ж, все это замечательно, но нам обоим есть, чем заняться, — Том поднялся на ноги и строго глянул на Фенрира, — я так и не дождался от тебя новостей по тому, кто пытался взломать мой барьер. Ты меня разочаровываешь. — Фенрир тут же подобрался. — Новых следов так и не появилось, он будто канул в бездну. — Смотри, как бы ты не канул в бездну, Фенрир, — выплюнул Том, его внутренний зверь зло рычал. — Я доверил это дело тебе, надеясь, что ты не подведешь меня. Но выходит так, что кто-то прекрасно осведомлен о месторасположении моего дома, и в любой момент может быть организована новая попытка пробраться на его территорию. — Мы делаем все возможное, мой Лорд, — Фенрир прямо встретил взгляд господина, — но кто бы он ни был, следы он заметает очень искусно. Однако, преследуя тех, кто устроил бойню со сквиббами, мы обнаружили кое-что интересное в Коукворте. Я думаю, что взломщик может появиться там. — Том приподнял бровь в немом вопросе. — Мои парни наткнулись на дом, окруженный весьма недурным барьером. Он там один такой на всю округу. Кто бы там не появился, мы возьмем его. — Без глупостей, Фенрир, если вы необоснованно схватите хозяина дома, то это не сыграет нам на руку. — За все прошедшее время никто к дому не подходил. Я полагаю, что хозяин либо перемещается прямо за барьер, либо вовсе не навещает дом. Поэтому любой, кто подойдет к барьеру, будет попадать под подозрения. Но я услышал ваше предостережение, будьте уверены, — Фенрир серьезно кивнул. — Как только появится кто-то подозрительный, вызови меня, — приказал Том. Фенрир вновь кивнул. — Я жду отчета от Макнейра к вечеру, так что поторопись к нему. Уточнив еще раз детали всех приказов, Том и Фенрир отправились к выходу из сети пещер. Том коротко кивнул оборотню и, не теряя время зря, переместился к поместью Малфоя. Люциус не ждал его прихода, его могло и вовсе не быть дома, но Том не сомневался, что сможет забрать то, что заказал Малфою на прошлой неделе. И правда, барьер пропустил его на территорию поместья совершенно беспрепятственно. Том скоро пересек парадную аллею и вышел к главным дверям. Вошел в дом и остановился в холле, ожидая появления эльфа, который, впрочем, не заставил себя долго ждать. — Хозяин Люциус отсутствует, но он предупредил, что в дом может пожаловать Милорд и что Лонки должен будет передать ему это… — эльф вытянул вперед тонкие ручки, и на узких ладошках появилась небольшая резная шкатулка. — Прекрасно, — кивнул Том, забирая шкатулку, — твой хозяин не оставлял для меня никаких сообщений? — Нет, господин, он приказал лишь передать шкатулку. Услышав ответ на свой вопрос, Том тут же развернулся и покинул поместье Малфоев. Выйдя за пределы антиаппарационного барьера, он переместился в темный тупичок северного Лондона, оглянулся, снял мантию, повесив ее на предплечье, и направился к небольшому двухэтажному дому, спрятавшемуся среди точно таких же домишек. Поднявшись по невысоким ступенькам к двери, он громко постучал и принялся ждать ответа. Не сразу, но спустя пару минут дверь отворилась, и в образовавшуюся щель выглянула растрепанная голова хозяйки дома. — Я не ждала гостей, — Рита Скиттер, узнав своего гостя, выпрямилась и спешно пригладила волосы, но ситуацию сильно это не исправило, — что же вы не предупредили! — возмутилась она. — Я не могу принимать мужчину в таком виде. — Ты прекрасно выглядишь, Рита, не прибедняйся, — ласково протянул Том, что невероятно приободрило женщину. Она тут же заулыбалась, приосанилась и толкнула дверь, пропуская гостя в пеструю прихожую, после чего проводила его в гостиную. — Что ж, ладно, еще пара комплиментов от вас, и я разрешу вам приходить в любое время дня и ночи, — протянула она очень довольно и хитро добавила: — Но лучше ночи. — Ночью я занят, — холодно заметил Том. Рита скуксилась. — Вы рушите мои мечты, милорд! — обиженно воскликнула она, но тут же деловито махнула рукой и призвала к себе блокнот и самопишущее перо, словно бы только и ждала, что кто-то заглянет на интервью. — Но что же это получается, вы пришли лично рассказать мне о том, кто занимает ваши ночи? Может, этот славный мальчик смог растопить лед? Вы прекрасно смотритесь вместе. Лорд Малфой наверняка отдал всего себя, чтобы найти такую прекрасную партию для громкой сенсации. — Рита, — предостерегающе начал Том. Рита понимающе цокнула языком. — Понимаю, прекрасно понимаю, что на самом деле беспокоит вас, — тонкий пальчик с длинным острым ногтем кричаще красного цвета ткнул его в грудь, — обывателям куда интереснее мистер Поттер, точно рыцарь на белом коне встающий на защиту директора Снейпа, чем скучноватые отношения Темного Лорда и невзрачного мальчишки. — Что скажешь? — Скажу, что у вас нет и капли интереса участвовать в этом спектакле дальше, — хмыкнула Рита, — все это выглядит очень скучно. Миру нужен громкий заголовок. Возможно, драма! А может, что-то такое… нежное и романтичное… но не с вашим постным лицом, милорд. У моего фотографа нет ни одного снимка, где бы вы хоть немного улыбнулись своему омеге. — Я улыбался, — возразил Том. — Скорее кривились от безысходности, — поправила его Рита. — Но если вы хотите услышать совет, то я должна понять, чего мы, собственно, хотим добиться? Насколько мне известно, пока что никто не пытается перебить новости о вас. Даже «Вестник» притих. — Добиться, — протянул Том, — только лишь того, чтобы общество думало, будто я очень занят этими отношениями. — Тогда вам стоит начать улыбаться искренне, и при всем этом появляться с омегой не только на Косой аллее. Кроме того, без контакта все это выглядит… Вот, — она взяла со стола пару газет неприметного издательства и передала их лорду, — вас сфотографировали пару раз у дома омеги. Довольно сухое прощание, не правда ли? Думаю, близок тот час, когда я сама напишу статью о том, как вы бесчувственны, милорд. Пророк заплатит мне за это круглую сумму. — Хорошо, — кивнул Том, — можешь начинать писать. — Что? — изумилась Рита. — Я думала, вы хотите уверить мир, что все это по-настоящему. — Именно так. Пиши статью о моей холодности и том, как всем должно быть жалко бедного омежку, ввязавшегося в эти губительные для него отношения с монстром, вроде меня. Можешь облить меня грязью так, как несомненно умеешь. Можешь написать все, что твоей душе угодно. — Рита нахмурилась, но вскоре ее лицо просияло, а в глазах сверкнула восхищенная искорка. — Милорд, неужели вы собираетесь просить… — Рита расплылась в акульей улыбке, — это прекрасная идея. Ваше благородство на фоне всей той грязи, что выльется на вас за ближайшие дни, заставит общество встряхнуться. — Деловито поправив прическу, она серьезно добавила: — Надеюсь, к тому моменту вы научитесь улыбаться? Советую попрактиковаться. С последним я могу помочь лично… — Благодарю за заботу, — хмыкнул Том и улыбнулся самой обаятельной улыбкой, не поверить в которую было просто невозможно. — Так нечестно, милорд, — недовольно скривилась в ответ Рита, — вы уже все умеете, но скрываете талант! — Пиши, Рита, — сказал Том и поднялся на ноги, направился к выходу. — Возможно, я еще загляну к тебе. Том вышел на улицу, оглянулся по сторонам и вздохнул. У него было непомерно много работы, с которой следовало разобраться как можно скорее, но он почему-то никуда больше не переместился, а побрел по улице, меж маггловских домиков, не особо задумываясь о том, куда его приведут ноги. Мысли его то и дело возвращались к разговору с Фенриром. Заставить Северуса почувствовать себя омегой… легче сказать, чем сделать. Хотя, стоило вспомнить, утреннюю сцену в ванной комнате, как все уже не казалось шибко невозможным, и понимание это сопровождалось странным возбуждением. Том мотнул головой и ускорил шаг. Он не знал точно, сколько времени потратил на свою прогулку. Но когда он вдруг остановился у небольшой маггловской лавки с цветами, то на улице уже сгустились краски дня. На город потихоньку наползала темнота вечера. Том нахмурился, поглядел на дверь магазинчика, перед которым остановился, вспомнил почему-то о Гарри, который бы наверняка не прошел мимо, если бы только его взгляд упал на название, и внезапно для самого себя вошел внутрь. Букет ему собрали очень быстро, стоило только указать на понравившиеся цветы и сказать, что цена его совершенно не волнует, а цветов хочется побольше, как девушка-флорист тут же принялась ловко орудовать инструментами и упаковочными материалами. Получив желаемый букет, Том придирчиво оглядел его и остался доволен. Заплатив нужную сумму и даже подкинув чуть больше на радость девушки, он вышел из магазинчика, добрался до ближайшего темного тупичка и переместился в поместье. Переместился как раз вовремя, потому что не прошло и десяти минут, как чары оповестили его о двух магах, пересекших барьер. Выйдя в холл, Том принялся ждать. Минута, две, три… Он не двигался с места, и вот наконец двери распахнулись, и на пороге показались Гарри и Северус. Заметив Тома с цветами, оба замерли в некотором удивлении. — Что это? — не скрывая своего изумления спросил Северус, когда Том передал увесистый букет ему. — Это цветы, Северус, — Том чуть приподнял уголки губ, — но если тебя интересуют конкретные названия, то этот вопрос меня не интересовал. Впрочем, думаю, я смогу это узнать. Если пожелаешь. — И что мне с ними делать? — несколько настороженно поинтересовался Северус. Гарри прикусил нижнюю губу, сдерживая улыбку, кажется, в представившейся ему картине он заметил что-то очень забавное. Но вскоре улыбка все же озарила его лицо. — Полагаю, цветами принято любоваться, — поведал Том и нахмурился, переводя взгляд на светящегося буквально изнутри Гарри. — Что с тобой? Простудился? — Пирожные! — воскликнул Гарри в ответ и прямо встретил взгляд Тома, который сначала непонимающе свел брови к переносице, но вскоре вспомнил тот эпизод, о котором говорил Гарри, тяжело вздохнул, но кивнул. — Скажешь, что все не так? — насмешливо вопросил Гарри. — Не имею привычки оправдываться, — хмыкнул Том. Северус хмуро слушал их разговор, совершенно не понимая, о каких пирожных идет речь, и неловко прижимая большущий букет к груди. Вообще-то цветы он получил впервые в жизни и теперь совершенно не понимал, что ему нужно с ними делать и как на все это реагировать. Хотя, стоит признаться, пах букет очень приятно, и куда-то его убирать вовсе не хотелось. — Северус, если не знаешь, что сделать с букетом, отдай его эльфам, они уж точно со всем управятся, — Том улыбнулся чуть шире. — Тикки тут! — эльф появился рядом с Северусом и протянул к нему ручки, готовый принять букет. Северус замешкался на мгновение, но букет отдал. — Куда Тикки его поставить? — В спальню, — не задумываясь выдохнул Северус, но тут же отчего-то смутился и исправился: — В столовую. — Затем он поймал странные взгляды альф, растерянно качнул головой и вновь исправился: — Все же в спальню. — Тикки кивнул и тут же исчез вместе со своей ношей. — Правильно, — весело начал Гарри, — чтобы и Том почаще вспоминал, что он может быть вполне милым, если захочет. — Сегодня ты точно исчерпаешь лимит моего благодушного настроения, — заметил Том в ответ, но Гарри, кажется, повеселел только еще больше. — Чем ты надышался в Хогвартсе? — Северус разумно не вмешивался в диалог. — Ничем я не надышался, — отмахнулся Гарри. Он хотел было добавить еще что-то, но в этот момент появился эльф с конвертом от Макнейра. Том тут же посерьезнел. — Ужинайте, я присоединюсь к вам чуть позже, — сказал он и поспешил к своему кабинету. Том сел за свой стол и ловко вскрыл ножом для бумаг конверт, достал на свет лист, исписанный уверенной рукой, и принялся вчитываться в результаты исследования. Конечно, чтобы изучить проклятье полностью, требовалось куда больше времени, но Макнейр хорошо постарался за отведенные часы. По всему выходило, что проклятье действовало на ткани тела, поражая клетки и начиная процесс гниения, но был и еще какой-то эффект, который разгадать пока не удалось. Кроме того, проклятье цеплялось не только при непосредственном прикосновении, но в таком случае действие его было очень слабым. Впрочем, неприятных последствий это не отменяло. Прочитав письмо, Том напрягся. Спешно поднявшись на ноги, он широким шагом направился в сторону столовой. — Я хотел попросить, — стоило Тому переступить порог столовой, как Северус тут же неловко поднялся из-за стола и прямо глянул в его сторону. Том нахмурился, подошел ближе и облокотился о спинку своего стула. Оглядев Северуса, он заметил легкое волнение, но ничего больше. — Попросить кого? — спокойно спросил он. Северус нахмурился и замешкался. — Попросить тебя, — сказал он спустя несколько долгих минут, но Тома этот ответ не устроил. — А кто я? — Том, — раздраженно ответил Северус, и к легкому волнению добавилось беспокойство. Кажется, Северуса что-то тревожило. — Я хотел попросить тебя, Том. — Том кивнул. — Проверить меня… — с этими словами Северус накрыл ладонью левый бок. Гарри нахмурился. — Что тебя беспокоит? — Том сделал шаг к Северусу и накрыл его руку ладонью. — Идем, посмотрим в спальне. — Том глянул на Гарри, и тот спешно поднялся из-за стола, выходя вслед за ними из столовой. — Я не уверен, что меня беспокоит, — негромко и все так же раздраженно ответил Северус. Он не хотел бы обращаться ни к кому за помощью, и в прошлом бы терпел до того момента, пока обратиться за помощью не станет необходимостью. Но сейчас… пускай он не чувствовал ничего странного, его захватывало странное беспокойство. Его проверки ничего не дали, ничего не обнаружили, но омега внутри него бесновалась. — Раздевайся, — приказал Том, когда они переступили порог спальни, и сам с удовольствием скинул пиджак. — Брюки тоже. — Под брюками у меня ничего не болит, — Северус неловко сложил руки на голой груди и дернул плечом под взглядами обоих альф. — Но мы не можем быть уверены, что так и останется, — Том прошел к кровати и сел на ее край, — чего-то стесняешься? Очень даже зря. Гарри не даст соврать, ты чудесен в своей хрупкости. И жаль лишь, что нам не удается насладиться тобой и твоей красотой сполна. — Пока что, — улыбнулся Гарри, забираясь на кровать. — Прятать себя от своих истинных альф — это нечестно. — Северус упрямо отвел взгляд, нисколько не веря в какую-то там мнимую красоту, о которой упомянул Лорд. — Подойди, — Том вернул голосу жесткость и шире расставил ноги, чтобы Северус мог встать как можно ближе к нему. Северус, отчетливо услышав изменения в его голосе, упрямиться не стал и встал меж его разведенных коленей. — Скажи, если что-нибудь почувствуешь, — приказал Том и принялся ощупывать бока и живот, попутно отпуская с кончиков пальцев свою магию. — Здесь? — поинтересовался Том, почувствовав, как Северус вдруг вздрогнул. — Нет, ничего, — поспешно выдохнул Северус, но его щеки окрасил легкий румянец. Гарри незаметно повел носом, а Том повторил движения пальцев, добавив чуток больше магии, после чего подался вперед и оставил легкий поцелуй на нежной коже живота. — Ох… — Северус невольно выдохнул, омега, радостно виляя хвостом, кажется, была готова отдаться альфам здесь, сейчас и во всех позах. — Здесь? — повторил Том. Северус отрицательно мотнул головой, но ладонь Лорда уже опустилась на его ягодицы. Брюки быстро вбирали в себя влагу обильно формирующихся выделений. — Уверен, что ничего не чувствуешь? — Нет! — хрипло выдохнул Северус. — Нет, не уверен? — переспросил Том не менее хрипло. Запах стал таким сильным, что сдерживаться становилось все сложнее. Гарри прикусил ребро ладони. — Нет, это не я! — воскликнул Северус, зажмуривая глаза. Том помрачнел. Гарри сильнее вгрызся в собственную ладонь. — Но кроме тебя тут никого нет, — жестко отрезал Том, одним ловким движением расстегивая брюки Северуса и забираясь ладонью под белье. — И в прошлый раз тебе очень даже понравилось, я не прав? — спросил он. Северус не ответил, заливаясь яркой краской. — Я не прав? — повторил Том и мазнул кончиком среднего пальца между ягодицами, коснулся ануса и чуть надавил. Северус тут же широко раскрыл глаза, и в их глубине сверкнуло множество эмоций, но Том отчетливо увидел лишь страх, отчего его вдруг захватил гнев. — Том! — Гарри, словно почувствовал что-то неладное, бросился к нему и крепко охватил его так, что горло Тома оказалось в сгибе его локтя. Надавив, он жестко добавил: — Приди в себя! Не делай этого! Том дернулся, пытаясь скинуть Гарри с себя, избавиться от удушающего захвата, но когда это у него не вышло, зарычал и, проявив чудеса силы, смог не только приподняться вместе с Гарри, но и перевернуться, роняя Северуса спиной на кровать и прикусывая кожу в районе ключицы. Впрочем, сразу после этого он поднялся, выпрямился и все же скинул с себя руки Гарри, после чего зашелся в надрывном кашле. Удушающий у Гарри был довольно умелым. Мотнув головой, Том направился к двери. — Я прогуляюсь немного, — хрипло выдохнул он и вышел за дверь. Гарри же бросился к Северусу, попутно проветривая комнату заклинанием, чтобы хоть немного притупить и свое возбуждение. — Северус? — позвал он. — Ты как? — Гарри навис над ним и решительно потянул за руку, в сгибе которой Северус прятал лицо. Гарри опасался увидеть страх, ужас или отвращение, но, к его удивлению, весь вид Северуса кричал лишь о крайней степени смущения и, возможно, немного стыда. Он был таким красным, что по насыщенности цвета выиграл бы любой самый спелый помидор. — Так ты… тебе… — Гарри тяжело сглотнул и отпрыгнул от него, как ошпаренный. — Если был не против, то так бы и сказал! Я… я прогуляюсь! — опасаясь в одиночку сделать какую-нибудь глупость, Гарри выскочил за дверь вслед за Томом. Гарри и Том столкнулись под промозглым ветром где-то в саду, кивнули друг другу и не сговариваясь побрели к беседке. Окоченевшие без мантий, но более менее восстановившие ясную мысль, они с удовольствием окунулись в небольшой летний мирок и некоторое время сидели там в тишине. Каждый думал о чем-то своем. Том пытался понять, почему вдруг так разозлился, а Гарри переживал, что делает что-то не так. Возможно, стоило остаться с Северусом? А вдруг он бы об этом пожалел? — На локте того парня было проклятье, — сказал Том спустя долгие минуты тишины. Гарри вздрогнул. — Он не задел Северуса, но это не значит, что проклятье его совсем не зацепило. Впрочем, я не заметил ничего подозрительного, никаких следов гнилой магии. — Значит, не задело? — с облегчением выдохнул Гарри, но один взгляд на Тома заставил его тут же посерьезнеть. — Ты не можешь быть уверен полностью, так? — У меня слишком мало данных, — Том зло скрипнул зубами. — Не отходи от него надолго. Если вдруг ему станет плохо, сразу же сообщи мне об этом. — Гарри нахмурился, но кивнул. — И еще кое-что… напоминай ему о том, что он омега. Я попытаюсь сделать все возможное, чтобы внимание недоброжелателей переключилось на того мальчишку.