Белым по чёрному

Том и Гарри чуть замедлили шаг, когда их магия коснулась жалкого даже с виду барьера, окружающего небольшой дом на окраине Яссы. Неужели тот самоубийца, что ворвался в их дом, настолько глуп, что даже не попытался скрыться? Опустив ниже капюшоны мантий, Том и Гарри, ничего не страшась, ступили за барьер. Тот тоненько звякнул, предупреждая хозяина о незваных гостях, но не больше. Контролировать ярость с каждым шагом становилось все сложнее. Была опасность, что они сожгут неизвестного мага дотла, только увидев его, а этого допустить было нельзя. По крайней мере, пока они не вытащат из него всю нужную информацию. Поэтому Том и Гарри медлили перед тем, как войти в дом. — Я… — Гарри резко выдохнул, но тут же подобрался, когда в одном из окон качнулась штора. За ними наблюдали, но бежать никто даже не пытался. Том тоже заметил скрытого шторой человека и наконец продолжил путь к двери. Явно пересилив себя, он не стал врываться в дом, выламывать дверь или что-то взрывать. Он занес кулак и громко постучал, игнорируя маггловский звонок. Какое-то время с той стороны ничего не слышалось. Но вот раздались осторожные шаги, затем скрипнул засов, и дверь едва приоткрылась, останавливаясь по воле натянувшейся короткой цепочки. Честно сказать, защита была очень некачественной. Даже без магии эту цепочку мог вырвать любой, не приложив при этом каких-то существенных усилий. — Кто вы? — послышался настороженный женский голос. Спрашивала она на английском, словно бы точно знала, что перед ней стоят англичане. Том оглянулся на Гарри. Что-то было не так. — Если вы не хотите пострадать, впустите нас в дом, мадам, — холодно приказал Том. — В противном случае, я не могу обещать, что ваш дом останется цел. — Вы угрожаете мне? — испуганно сжалась женщина, но, словно почувствовала что-то действительно страшное, тут же сняла цепочку и отворила дверь, пропуская мужчин внутрь. Том и Гарри в эту же секунду переступили порог и остановились. Дверь захлопнулась за их спинами. — Что вам от меня нужно? Я ни к чему не причастна! — нервно воскликнула женщина. — А кто причастен? — мрачно вопросил Гарри. Магия, связанная с обнаруженной кровью, привела их в этот дом. Но эта женщина совершенно точно была магглой. Об этом кричало полное отсутствие какого-либо магического фона вокруг. И все же… все же на доме был барьер. Значит, проживала она в этом доме не одна. — Никто! Никто не причастен… я… — зачастила женщина, и глаза ее наполнились слезами, которые, впрочем, нисколько не разжалобили ее неожиданных гостей. — Прошу вас, мне ничего не известно! Я… я даже не обладаю магией. — Но вы о ней прекрасно знаете. Кто из ваших родных маг? И где он сейчас? — все тем же ледяным тоном потребовал ответов Том. Внутри все клокотало от гнева, и он был близок к тому, чтобы взорваться. Однако, если в собственном поместье он мог дать волю эмоциям и сжечь все в радиусе нескольких километров, то здесь, в пригороде Яссы, пострадает не просто сад и пустой лес, а несколько десятков домов. Вряд ли власти Румынии обрадуются этому. Хотя… не все ли ему равно? — Том… — с угрозой прорычал Гарри. Сам он тоже держался с трудом, но его силы были поменьше, чем у Лорда, контролировать их было немного проще. К тому же, им надо узнать больше об этом доме и людях, его населяющих. — Я повторяю вопрос! Кто из ваших родных является магом? — Том чуть повысил голос, и стекла в доме задрожали. Женщина сжалась, отступая к стене. Кажется, она уже была готова попрощаться с жизнью, и тем не менее, своих родных выдавать она не хотела. Впрочем, это было и не нужно, ведь как раз в этот момент дверь распахнулась, и на пороге возник тяжело дышащий седой мужчина с палочкой наготове. — Кто вы?! — громко спросил он, бросая обеспокоенный взгляд на бледную женщину, а затем настороженно тыкая волшебной палочкой в скрытых капюшонами гостей. — Что вам нужно в моем доме?! — задал он еще один вопрос, стараясь говорить ровно, несмотря на дикий страх, что захватил его, стоило переступить порог и почувствовать тяжелую магию, клубившуюся внутри. Эта магия давила, пугала… угрожала. Ничего подобного раньше он никогда не ощущал. Но магия была не единственным пугающим фактором. — Это не он, — сказал Том, сжимая кулаки. Запах, что исходил от мужчины, отличался о того, который задержался на оставшемся в комнате куске ткани. — Там было что-то похожее, — возразил Гарри. Ноздри его яростно раздувались. Он оглядел застывшего с палочкой мужчину и резко сбросил капюшон, показывая свое лицо. Мужчина вздрогнул. Лицо Гарри Поттера было ему прекрасно известно. — У вас есть сын или дочь, я прав? — спросил Гарри, цепко оглядывая лицо мужчины. Тот дрогнул. — Что вам нужно?! — дрожащим голосом вновь спросил мужчина и едва не осел на пол, когда и второй гость сбросил свой капюшон. О нападении на дом Темного Лорда кричали все газеты Великобритании, и он, следя за событиями родной страны, был в курсе произошедшего. Но… он так надеялся, что его сын не был причастен к этому нападению! — Вы… Мы не имеем к этому нападению никакого отношения! Мы с женой ничего не знали! Мы не общаемся с сыном с того момента, как он сбежал из дома! Прошу вас… нам ничего не известно… — срывающимся голосом выдавил из себя мужчина. — Прошу вас… наш мальчик юн и глуп! Он находится под влиянием и только выполняет приказы… Прошу вас… — Просите… — повторил за ним Том, наступая. — Вы просите меня! — ледяной смех, лишенный всяких эмоций, пронесся по дому, пробирая хозяев до костей. — О чем вы можете просить меня? — с презрением выплюнул Том, хватая мужчину за грудки и с силой вдавливая его в стену. — О милосердии к юному глупцу? По-вашему, я должен простить того, кто незаконно пробрался в мой дом только лишь потому, что он находится под чьим-то влиянием? — Прошу вас… — все повторял и повторял мужчина. — Мы… мы возместим ущерб… я заработаю… я… — Возместите ущерб? — негромко спросил Гарри, скрипя зубами. — Как можете вы полагать, что сможете возместить ущерб… Сможете ли вы возместить нам жизнь человека? — Гарри выдавил вопрос через силу. Он знал! Знал, что Северус жив… Но как же больно от того, что они позволили всему этому произойти! — Он кого-то убил?.. — едва слышно выдохнул мужчина, при этом он побледнел так сильно, что уже походил на покойника. Женщина громко вскрикнула от ужаса. И вдруг со второго этажа раздался детский плач. Том и Гарри одновременно вздрогнули. Том отпрянул от мужчины, взгляд его устремился к лестнице. — Нет! — женщина, проследив его взгляд, собрала оставшиеся крохи сил и загородила собой лестницу. У Гарри защемило сердце. — Нет! Умоляю вас! — Ты, не сопротивляйся, и тогда они, — Том кивнул в сторону лестницы, — не пострадают. Легиллименс! Том ворвался в воспоминания мужчины и не почувствовал абсолютно никакого сопротивления, его угроза сработала в полной мере. Том методично разобрал воспоминания, вывернул наружу все, что могло хоть немного подсказать ему местонахождение младшего Грейса, как тут же стало известно, и отстранился, когда стало понятно, что мужчина не врал. С сыном они действительно не виделись вот уже несколько лет. Альфа внутри яростно заскреб о грудь. Том стиснул зубы, сдерживая магию. Это было невозможно! Невозможно, если только… — Ничего? — спросил Гарри. — Нет, он не врал, — Том схватил с тумбочки два карандаша и взмахнул над ними палочкой, превращая в два небольших фиала. — Вы дадите мне свою кровь. И вы оповестите меня, если ваш сын вдруг появится на пороге дома. Если вы не сделаете этого, я узнаю. И тогда, обещаю, я приду не только за вашим старшим сыном… Хозяевам дома не оставалось ничего, кроме как добровольно отдать немного своей крови и надеяться на то, что их сын никогда не решит заявиться в этот дом. Том и Гарри установили свои чары на дом и переместились прямо из коридора. Прыжков было несколько, чтобы увести в сторону подозрения. Все же они привлекли к делу аврорат, и собственное расследование могло быть воспринято неправильно. Затем они использовали портключ и наконец вернулись в собственный дом. Гарри сделал несколько шагов к двери, но вдруг остановился и обернулся. — Ты должен сделать объявление, как предлагал лорд Роули. Создание артефакта должно было полностью сжечь ядро того, кто его создал, если только этот маг не обладал силой, подобной твоей. Если Дамблдор сам создал артефакт, то… он очень слаб сейчас. Мы должны опередить тот момент, когда он восстановит силы! — Я знаю это и сам! — вскипел Том, толкая двери. Его магия все же вырвалась из-под контроля, и только-только восстановленная эльфами мебель вспыхнула, точно спичка. Холл наполнился едким черным дымом, но ни Гарри, ни Том не обратили на это совершенно никакого внимания. — Они прячутся там, где нет никакой магии… вот, почему никакие поисковые заклинания, зелья и артефакты не работают. — Том! А как же те бумаги… с расчетами Северуса? Ты разобрал их? Может, там есть что-то полезное! — Я пытаюсь разобрать, но, кажется, он что-то напутал в своих выкладках… — Том остановился на пороге кабинета и вцепился в дверной косяк. — Если мы не можем найти их магическим путем, то будем действовать в лоб. Иди к оборотням. Вызови туда всех, кого сможешь, возьмите Люпина и проверьте все точки снова. — А ты? — Я сделаю объявление.

***

Том оглядел собрание холодным взглядом и задержался на Руфусе Скримджере, который побагровел от злости так сильно, что на его лице не осталось ни одного светлого участка. Раздалось множество щелчков колдокамер, и журналисты принялись строчить что-то в своих блокнотах, желая запечатлеть на бумаге абсолютно все, что творилось на собрании глав отделов министерства. Допущены они были с легкой подачи Темного Лорда. Скримджер скрипнул зубами, вскочил на ноги и гневно ударил кулаком по столу. — Что все это значит?! — повысил голос он. — Вы смеете обвинять аврорат в некомпетентности? Вы открыто угрожаете миру в нашем государстве! — Руфус оглядел побледневших магов, сидящих рядом с ним. Кажется, он был самым смелым из всех. — Господин председатель, почему вы молчите? — Мистер Реддл, вы не можете требовать такого… — председатель Визенгамота наконец немного отошел от услышанного и попытался, чтобы его голос звучал подобающе статусу. — Нападение на ваш дом — это, конечно, вопиющий случай, но… — он не договорил, вздрогнув, когда прямо перед ним на стол упал тот самый артефакт, что был найден на территории поместья. От него фонило настолько мерзкой, темной магией, что все собравшиеся невольно поежились. — Советую хорошенько подумать, прежде чем отвечать мне, — властно заявил Том. — Полагаю, вы не глупые люди и можете понять, что перед вами лежит совсем не безобидная вещь. Прошло шесть лет с того момента, как мы с вами заключили сделку. Я обязался уйти в тень и отказаться от полного захвата власти посредством силы, но остаться за креслом министра и иметь доступ ко всем подобным сборам. Кажется, вы хотите расторгнуть наше соглашение. — Что вы такое говорите, — министр магии Фортис взволнованно стер салфеткой выступивший на лбу пот. Фортис занял кресло министра только в этому году и желал действительно сделать страну лучше. Но, если самоустранившийся Темный Лорд решит вновь начать силовые акции, он просто не справится с ним. — Но ведь мы не можем бросить все и пуститься на бесполезные поиски тех, чьи списки нам даже неизвестны! Вы предлагаете перевернуть все отделы с ног на голову и чуть ли не пытать всех с применением сыворотки правды! И все это из-за одного лишь инцидента, который даже не доказывает вину Альбуса Дамблдора и всех верных ему людей. — Из-за одного инцидента? — Том вскинул бровь. — Одного инцидента недостаточно? Вы хотите дождаться, когда они побывают во всех домах? И в вашем в том числе! Вы, министр Фортис, лично подписали новый закон о контроле подобных артефактов, но не собираетесь наказывать того, кто создал эту вещь. — Том поднялся из-за стола, и его магия заискрила вокруг. — В таком случае, как вы можете стоять во главе страны? — Но аврорат не нашел никаких следов… почему вы не предполагаете, что нападение совершил кто-кто, кто был изначально знаком с вашей системой охраны? — Никто не был знаком с моей системой охраны! — Том был так зол, что не далек тот час, и он потеряет рассудок, а это не закончится ничем хорошим, ведь подобный случай уже был и был более чем наглядным пособием к тому, как сошедший с ума Темный Лорд начнет кровавую бойню. — Перед вашим носом лежит мощнейший темный артефакт, на создание которого некто пожертвовал магическим ядром, и я не могу утверждать, что своим. К тому же, хочу напомнить вам, что на мой дом был совершен не просто набег из цели обворовать! Обнаруженная в одной из комнат кровь явно говорила о сопротивлении пропавшего во время нападения Селвина Сторма, целителя с мировым именем. Более того, анализ крови дал мне информацию об одном из нападавших. И у меня есть доказательства, что этот человек действует под началом Ордена Феникса, которым управляет Альбус Дамблдор. Странно, что аврорат не смог обнаружить эту связь. Так, может, мне стоит занять вашу должность, Скримджер? Или вы, наконец, развеете миф о некомпетентности своего отдела и возьметесь за дело? — Расследование в обход государственного органа — нарушение… — начал было Скримджер, но Том не дал ему договорить. — Нарушение — это игнорирование проблемы с вашей стороны! — сказал он и повернулся в сторону одной журналистки. — Рита, прошу, запишите мои следующие слова в точности. Я хочу обратиться ко всем жителям нашей славной Британии…

***

Северус немного потерял счет времени. В этом доме, в этой комнате, за пределы которой он не мог выйти, под неустанным присмотром Минервы, все мешалось. Северус чувствовал ужасную слабость, но продолжал стоять на своем, не желая принимать ничего из рук женщины. Минерва вздыхала, но заставлять его есть или пить что-либо не пыталась, только молчаливо провожала каждый его шаг грустным взглядом. Северус шагнул к окну и качнулся, хватаясь за стену. Здесь не было магии, и дети тянули из него последние силы. Омега выла внутри, и глаза пекло от постоянно накатывающих слез. — Северус, ты зря изводишь себя, — Минерва, то ли испугавшись, что он сейчас упадет, то ли сделав вид, поспешила его поддержать, но, когда Северус отпрянул от нее, только опустила руки и поджала тонкие губы. — Не прикасайся ко мне… — холодно ответил Северус и оглянулся. В комнате за прошедшее время ничего не изменилось. Сколько он уже здесь? Сутки? Двое? Северус помнил только одну ночь, но не мог утверждать, что не пропустил куда больше. — Даже не подходи… — Я только хочу помочь, — качнула головой Минерва, но послушно отошла к стене и села на стул. — Ты не можешь полностью отказаться от еды и воды, Северус, ты должен заботиться о своем ребенке, — попыталась надавить Минерва. — Ты не сможешь защитить его, если упадешь без сил. — Чтобы позаботиться о ребенке мне нужна магия, а не еда, — хрипло заметил Северус и с некоторым затруднением дошел до кровати, где по-прежнему без движений лежал Селвин. Он сел, осторожно обхватил холодную ладонь мужчины и сжал его пальцы. Затем переместился на запястье и посчитал пульс. — Мне нужен мой альфа, — сказал Северус, не поднимая глаз от Селвина. Пересохшие губы слушались плохо, но… кажется, ему все же дали какое-то зелье, пока он был без сознания, обезвоживания пока не чувствовалось. Другой вопрос, как долго еще сможет сохраняться эффект, ведь магии нет, и поддерживать его нечем. — Что вы с ним сделали? — Но это ведь не твой альфа, я права? — осторожно спросила Минерва, наблюдая за его реакцией. Северус и ухом не повел, поглаживая Селвина по безвольной холодной руке. — Я знаю твой запах и знаю, что меня держали в доме самого Лорда. Когда я наконец оказалась за пределами той комнаты, я сразу почуяла тебя. В том доме все пахнет тобой, Северус. Тобой, Лордом и Гарри. — Разве это не естественно? — Северус глянул на нее в своей лучшей манере, как на недоразвитое создание, и вопросительно вскинул правую бровь. — Раз ты знаешь, что это дом моего господина, то тебя не должен удивлять его запах там. К тому же, Поттер там тоже частый гость. — Я удивляюсь не запаху, а тому, что ты жил там. И не волнуйся, я никому не говорила о своих наблюдениях, — поспешно заверила его Минерва. — Почему я должен волноваться из-за этого? — искусно изумился Северус. — Тебе известно, что из себя представляет мой собственный дом. В Хогвартсе переносить беременность было бы тяжело, если бы мне пришлось по несколько раз на дню перемещаться к милорду для консультаций по интересующим его зельям. А менять директора ему не с руки. Школа — одно из важнейших заведений, которые должны быть под его контролем. Надеюсь, у тебя хватит сообразительности совместить все эти факторы воедино? Ко всему прочему, мой альфа, — Северус сильнее сжал руку Селвина, словно бы это могло помочь привести его в чувства, но тот и не шелохнулся, — целитель с мировым именем. Он был приглашен для того, чтобы следить за состоянием и протеканием беременности омеги милорда. — Омега милорда! — Минерва уцепилась за новую соломинку. — Но там не было никаких других запахов, кроме твоего. — Минерва, — устало выдохнул Северус, — нас с тобой забрали в день свадьбы милорда. Конечно, до этого омега жил со своей семьей. Ты меня утомляешь невиданной для себя глупостью. — Минерва нахмурилась, затем поднялась на ноги направилась к двери. Северус мрачно провожал ее взглядом. — Я все же принесу воду и какую-нибудь еду. Ты не можешь не есть и не пить вовсе, — с этими словами она вышла. Северус прислушался. И вот, дверной замок щелкнул, оповещая о том, что дверь заперта. Северус даже не собирался пробовать открыть дверь. Нет, это ни к чему. Пускай в доме нет магии, но пол скрипит достаточно громко, чтобы все обитатели этого места поняли, что он пытался сделать. О, и Северус нисколько не сомневался, что в доме они вовсе не втроем. Он предполагал, что все те люди, которых он видел в поместье, и сейчас находились поблизости. Иначе не было бы никакого смысла запирать его в комнате, что бы Минерва ему не говорила. И это-то его и смущало. От него хотели чего-то конкретного. Но чего? Брошенное в горестном отчаянии Минервой сообщение о том, что Альбус болен, подводило его к одному лишь предположению. Возможно, они бы хотели, чтобы он помог с каким-то зельем? Насколько же болен Альбус, и насколько правдиво то, что он более не управляет Орденом? Если бы не управлял… Северус нахмурился. Да, если бы Дамблдор не управлял Орденом, Грюм бы и не доставил их с Селвином в этот дом. Разве не так? Зачем бы ему помогать тому, кто изживает свой век? Или, может, Орден раскололся? С каждой секундой вопросов становилось все больше, но ответов никак не находилось. Северус прикрыл глаза, обнимая себя за живот и медленно выдохнул. Ему оставалось только ждать. Минерва вернулась быстро, не прошло и десяти минут. Вернулась с подносом в руках. Она принесла стакан воды и тарелку с жидкой кашей, какие еще иногда заваривают из маггловских пакетов. Установив поднос на подоконник, она вернулась к своему наблюдательному пункту, то есть стулу, и встретилась с непроницаемым взглядом черных глаз. Северус тоже наблюдал, изучая и подмечая всякое несвойственное женщине движение. Он считал, что достаточно хорошо знает эту женщину, чтобы сказать наверняка, когда неловкий жест выдаст ее волнение. Однако Минерва держалась достойно. И вновь оставалось только ждать. — Чем вы его накачали? — Северус первым подал голос, когда за окном уже совсем стемнело, а шум воды начал сводить его с ума. Хотя, казалось бы, волны должны успокаивать. Но не в этом случае. Нет. Только не в этом случае. Волны пугали его и напоминали о том, что он пленник, и любое его неверное действие может навредить его детям. Его действия уже вредили им, но Северус упорно не смотрел на полный прохладной воды стакан. — Ничем, — Минерва качнула головой, — Аластор только усыпил его до того, как отправить всех нас сюда. — Если бы это были простые чары сна, он бы уже проснулся, — не поверил ей Северус. — Минерва, скажи уже, что ему от меня надо? К чему это ожидание? Или вы ждете, когда я отчаюсь достаточно, чтобы согласиться на все, лишь бы получить свободу? Но вам ли не знать, что у меня никогда не было свободы… — Я ведь уже сказала тебе, что ничего не знаю, — устало ответила Минерва, потирая переносицу и водружая на нос очки. — Тебе надо поесть, Северус, иначе ты можешь никогда и не узнать, чего от тебя хотят. — Я буду есть только то, что приготовлю сам, — твердо заявил Северус. — Ты говорила, что находишься в этом доме на тех же правах, что и я. Тогда я хочу выйти за эту дверь. — Но я и не держу тебя в этой комнате, — нахмурилась Минерва, но Северус заметил, как чуть дрогнули ее губы. — Ты запираешь нас, когда выходишь, — Северус прямо встретил взгляд зеленых глаз, — я ведь не глухой, ты должна это понимать. — Я делаю это только для того, чтобы обезопасить тебя. — Благодарю, но я не нуждаюсь в твоей опеке. — Думаю, нуждаешься, — возразила Минерва, впервые за этот день проявив твердость. — В этом доме достаточно людей, которые желают тебе смерти, — сказала она, подтвердив его догадки. Значит, все же в дом они явились всей той «дружной» компанией, в которой он насчитал семерых орденцев. И тот мальчишка Грейс, что пострадал от его зубов, тоже здесь. — Именно поэтому я запираю вас. Северус, здесь нет магии, зелья здесь тоже не работают… — Но есть множество немагических способов отравить человека, — не согласился Северус. — Я могу дегустировать еду из твоей тарелки для наглядности, — приняла решение Минерва. — Если и это не убедит тебя, что вся еда чистая, то… тогда я провожу тебя на кухню. Но это… не лучшая идея. — Хорошо, ешь, — приказал Северус так, словно бы это не он был в плену. Минерва вновь нахмурилась, но возражать не стала. Дошла до подноса с холодной уже кашей, подняла его и направилась к двери. — Куда это ты собралась? — властно остановил ее Северус. — Но каша уже остыла… — Минерва повернулась к нему от двери, — ее стоит подогреть. — Я должен быть уверен, что и до твоего предложения еда была чистой. Так что ешь холодную, — в том же тоне потребовал Северус. Вообще-то, он не ожидал такой покорности. Но Минерва вновь послушно сделала то, что он сказал, зачерпнула ложкой холодную кашу и отправила ее в рот. Неужели он нужен им настолько сильно? — Теперь ты мне веришь? — спросила Минерва, проглотив невкусную уже субстанцию. — Я никому не верю. Воды тоже выпей, — сказал Северус и, когда Минерва в очередной раз безропотно последовала его приказу, протянул руку за стаканом. Все же пить он хотел очень сильно. Вода прохладным спасением спустилась в пустой желудок, но легче от этого сильно не стало, только голод и стал более ощутим. Северус оторвался от стакана, оставив немного воды, оглянулся в поисках чего-то подходящего, какой-то чистой ткани, марли, но, конечно, ничего такого не было. Затем он посмотрел на собственную одежду, но та тоже вызывала опасения. Нахмурившись, Северус попытался чуть приподнять Селвина, чтобы хотя бы смочить ему губы. Пролежав невесть сколько времени в одном положении, он тоже был лишен всякой воды и еды. Его надо было скорее привести в чувства. Но как? — Минерва, найдется ли в этом доме нашатырь? — спросил Северус, обдумав возможные варианты. Возможно, заклинание Грюма при перемещении приобрело иной эффект. Возможно, будет достаточно дать организму альфы какое-то бодрящее средство, и тогда он очнется? Этот вариант был самым оптимистичным. — Не думаю, но… возможно, кто-то сможет достать его. — Если Селвин не очнется, вы ничего от меня не добьетесь, — предупредил Северус. — Если все это представление создано только для того, чтобы я вам с чем-то помог, то без Селвина я скорее наложу на себя руки. К тому же, зельевар, вроде меня, это хорошо, но вдвойне хорошо, если зельевар прилагается к целителю. — Донести свою мысль еще прямее, чем сейчас, Северус уже просто не мог. Минерва это поняла, кивнула и вышла за дверь. Замок щелкнул. Надо заметить, нашатырь им нашли за считанные часы. Минерва переступила порог, протягивая Северусу небольшую баночку и вату, и отошла к своему стулу, наблюдая за тем, как тонкие пальцы открываю крышку и выливают пахучую жидкость на небольшой кусочек ваты, а затем подносят к носу альфы. Северус резко выдохнул, когда аромат дошел до его чувствительного ко всем запахам носа, и вдруг замер. А ведь запахов, кроме нашатыря, он и не чувствовал. И тут отсутствие магии сыграло? Он нахмурился, но только качнул головой, сосредотачивая все свое внимание на Селвине. Кажется, спирт на него не действовал… Северус подержал пропитанную ватку у носа альфы какое-то время, затем отвел ее, вылил еще нашатыря и вновь подвел ватку к носу Селвина, надеясь, что это все же сработает. Минерва напряженно наблюдала за бесполезным действом. Но Северус не сдавался. Он проделал свои манипуляции в третий раз и уже собирался вылить на ватку остатки спирта, как Селвин наконец дернулся, кривясь, и закашлялся, размыкая пересохшие губы. Веки его очень тяжело поднялись, взгляд, полный непонимания, оглядел комнату и наконец задержался на Северусе. — Селвин! — Северус быстро заткнул банку нашатыря, от которого его самого уже изрядно мутило, и, играя свою роль до конца, подался вперед, целуя растерянного целителя. — Северус… — хрипло выдохнул Селвин, говорить ему было явно тяжело. Мышцы задеревенели, но он попытался сесть и, похоже, немного опомнился. Обеспокоенно оглядев Северуса, он осторожно коснулся его живота, однако магии совсем не ощущалось, и проверить его состояние привычным способом было просто невозможно. — Северус, как… — тут он осекся, едва не обратившись к нему на «вы», но Северус не дал ему ошибиться, заткнув рот новым поцелуем. — Северус, как ты себя чувствуешь? — Кажется, намного лучше, чем ты себя, — Северус тепло ему улыбнулся. Играть он умел и играл прекрасно. Играл так, что даже Минерва не могла отличить фальшь от истины, хотя знала его многие годы. Но игра эта доставляла ему ужасную боль. Внутри все сворачивалось от отвращения, и вовсе не к целителю, а к себе самому. Внутренняя омега уже вовсю рыдала от этой боли, желая как можно скорее оказаться рядом со своими настоящими альфами. И Селвин это прекрасно понимал, в его глазах отражалось сочувствие. — Ты долго не приходил в себя, и я… я очень переживал… — Ну, теперь я в сознании, — Селвин крепко прижал его к себе, позволяя скрыть настоящие эмоции на своей груди. Взгляд его наконец зацепился за устроившуюся в отдалении на стуле женщину. — Все будет хорошо, Северус… — прошептал он, поглаживая худую спину и не сводя настороженного взгляда с Минервы. — Но… возможно, мне бы очень хотелось выпить… — Минерва, услышав его, забрала пустой стакан и вышла с ним за дверь. — Кажется, нас хотят привлечь к лечению, — едва слышно прошептал Северус на самое ухо целителю, — они будут следить и слушать… — И ждать подходящего момента, — также едва слышно согласился Селвин, а стоило дверному замку щелкнуть, уже сам поцеловал Северуса, словно бы тот действительно был его омегой. И, кажется, Минерва уверилась в том, что ее подозрения в доме Темного Лорда оказались неверными.

***

Гарри яростно зарычал и со всей силы ударил по балке. Та треснула, не выдержав удара, изрядно усиленного взбешенной магией, и сложилась пополам. Вместе с этим крыша крыльца, которую она поддерживала, тоже принялась разрушаться. Но Гарри, вообще-то, было все равно. Этот дом — пустой и лишенный всяких следов орденцев, — очередное доказательство того, насколько они все непозволительно расслабились. Зверь внутри взвыл. — Продолжайте искать, я вернусь к вам позже, — приказал Гарри, даже не взглянув на стоящих рядом Пожирателей, и переместился к поместью. Сжав предплечье, там, где горел огнем брачный браслет, Гарри спешно прошел в дом, поднялся на второй этаж и принюхался. Следуя сильному запаху, он дошел до кабинета Тома и успел застать момент, как хозяин кабинета с рыком переворачивает собственный стол. Все бумаги и принадлежности разлетелись по полу. Пара листов упала к ногам Гарри, и он сразу узнал выкладки Северуса, которые словно отпечатались в его памяти раскаленным железом. Подняв листы, Гарри внимательно оглядел десятки записанных поверх рукой Тома формул и уточнений. — Там чего-то не хватает, — опустошенно поведал Том. — Я перебрал уже сотню вариантов, но все тщетно. — И ты даже примерно не можешь сказать, что он хотел нам этим поведать? — Примерно? Я могу сказать совершенно точно, что он зашифровал в этих формулах, — резко ответил Том, выпрямляясь. Гарри непонимающе нахмурился. — Координаты и формулы. Координаты, но необычные. Если переместиться по ним, ты ничего не найдешь. Я пробовал. Лес, пустыри… и ничего более. Зато какой простор в формулах. Столько разновидностей барьеров я не видел ни в одной книге, и все эти варианты уместились на таком крохотном пространстве. Да только там чего-то не хватает. — То есть, в этих формулах просто зашифрован какой-то барьер? Наподобие того, который окружал поместье? — Гарри пытался разобраться. — Нет, я уверен, в этих формулах зашифрован барьер, способный оградить некоторый участок от любого магического воздействия. В них зашифрован барьер и способ его найти и сломать. Только все сводится к тому, что мы должны знать, что находится внутри барьера. — Но как же мы это узнаем? — помрачнел Гарри. — Наверняка есть способ! — горячо воскликнул он. — Не бывает таких идеальных барьеров, которые никак не сломать. Мы ведь и сами обожглись о тот артефакт! Почему бы не использовать его, раз он уже создан? — Этот артефакт уже бесполезен, если только вновь не сжечь кому-нибудь ядро, — отверг предложение Том. — Но, кажется, у меня есть идея. — Какая же? — Попытаемся узнать, что внутри барьера, используя кровь того парня, Грейса. Если он видел внутренности и точно знает место, то это может сработать…. Идем, поможешь мне…

***

— Северусу нужен воздух, — заявил Селвин на следующее утро, получив от омеги короткое едва слышное в тишине ночного дома поручение. — Этого, — он кивнул на окно, — недостаточно. Нужна хотя бы небольшая прогулка. — Это невозможно, — качнула головой Минерва, — из дома выйти нельзя никому, даже нашим стражникам. — Почему? — требовательно вопросил Селвин. Минерва не ответила. — Здесь ведь нет магии, так чем вам угрожает такая прогулка? Физически я слабее любого из тех переростков, что напали на нас в поместье. — Это невозможно, другого ответа у меня нет. Окно — единственное, чем я могу помочь. — Кто же наложил этот запрет? Альбус? — устало поинтересовался Северус. Он чувствовал дикую слабость без поддержки магии, а стены комнаты давили со всех сторон, однако выйти на улицу было жизненно необходимо вовсе не из-за этого. Он должен был увидеть, где они находятся и что из себя представляет этот дом. Из окна понять это было невозможно. — Может, ты поговоришь с ним? И тогда мы наконец разберемся с этой затянувшейся игрой абсурда. Я не могу здесь дышать! — Мои слова не обладают здесь никаким весом! — не выдержала Минерва. Ей тоже было тяжело. Ей было очень тяжело! Но она просто не могла никому ничем помочь, даже себе. — Я и так делаю все, что в моих силах. — С этими словами она поднялась на ноги и направилась к двери. — Я принесу кашу. Ожидание было самым мучительным испытанием. Особенно, когда счет времени давно потерян. Северус изводил себя и Селвина тоже, он очень переживал за детей и мучился от своих же желаний, реализовать которые было невозможно в этом доме. Северус очень бы хотел, чтобы Том разобрал его заметки, которые, как оказалось, Дамблдор все же смог реализовать, и нашел уже их, наконец! Северус очень бы хотел со всей силы поколотить обоих альф, а затем вцепиться в них, чтобы даже шагу прочь ступить не смели, и разрыдаться — последнее явно принадлежало в большей степени влиянию омеги, так что этот пункт сам он бы хотел исключить из возможного сценария. При мысли об альфах Северус одновременно чувствовал небывалую нежность и столь же небывалую жажду крови. — Северус, — негромко позвал Селвин. В комнате они были одни. МакГонагалл ушла еще полчаса назад, но так и не вернулась, что странно. Обычно она возвращалась не позднее, чем через десять минут. — Северус, я не знаю, о чем ты думаешь, но руку я уже не чувствую… — выдохнул Селвин, и Северус вздрогнул, открывая глаза и резко разжимая пальцы. — О чем я думаю… о том, что с радостью бы пожевал сено, или полизал камни… Там, за окном, если верить шуму волн, их должно быть много, — ответил Северус и отвел взгляд, не желая признавать, что думал он совсем не об этом. — Я хочу в туалет… — Я тебе помогу, — Селвин с готовностью поднялся на ноги, пускай и сам был порядком вымотан, и протянул руку, помогая Северусу подняться на ноги. Хорошо, что хоть это место было в непосредственной близости. Дверь в санузел была всегда открыта из комнаты, хотя бы потому, что ее вовсе не существовало. — Тебе стоит поспать… Хотя бы немного, Северус. Я не сомкну глаз, обещаю. Северус не ответил, неловко расправился с нуждой и поправил джинсы, цепляясь за тонкую лямку, как за спасительную соломинку. Дверь позади них скрипнула, и даже послышался запах каши, изрядно приправленной какими-то ягодами, что само по себе было странным. Северус и Селвин развернулись, ожидая увидеть МакГонагалл, но у двери оказалась вовсе не она. Там появился осунувшийся старик с жухлой бородкой, но цепким взглядом холодных голубых глаз. Северус невольно вздрогнул. Альбус Дамблдор, наконец, решил их навестить. — Ужасно выглядишь, Альбус, — заметил Северус, возвращая себе самообладание. Старик блекло улыбнулся в ответ. — И тебе привет, Северус. Давно мы с тобой не виделись, мой мальчик, — негромко ответил он, оставляя тарелку с кашей на подоконнике. — Боюсь, моих сил хватило только на одну тарелку. Но я надеюсь, что вы не обидитесь за это. — Селвин нахмурился. А Альбус вдруг достал из-за пазухи чуть мятую газету. — Ваше исчезновение, мистер Сторм, вызвало небывалый ажиотаж. — Только мое исчезновение? — не понял Селвин. — Ну, конечно, не только это. Думаю, Тома задело то, что его защита так легко и незаметно пала под натиском Аластора и других. — Альбус грустно вздохнул и покачал головой, но в глазах его Северус явно заметил недовольство. Только… чем он был недоволен? — Честно говоря, я не ожидал, что они решатся на такое… немыслимо. Но я был рад узнать, что им удалось вызволить Минерву. Я переживал за нее. Прискорбно, что тот, кто незаконно держал ее в плену, теперь объявил террористической организацией тех, кто ответил ему тем же самым… Теперь министерство магии ждут большие перемены в кадрах. — Значит, теперь мы официально в плену террористов? — Северус вскинул бровь. — Официально только мистер Сторм, — заметил Альбус, встречая мрачный взгляд черных глаз, — а вот о тебе, Северус, почему-то нет ни одной заметки… — Думаю, из-за того, что официально я и не мог попасть в плен, ведь был на свадьбе господина, — Северус вцепился в руку Селвина. — Может, мы наконец перейдем к делу? Что с тобой приключилось, Альбус, и что тебе от нас надо?