Ascendio

- Лиса? Лиса? Земля вызывает Лису? Дженни, должно быть, трижды произнесла имя Лисы, прежде чем та, наконец, вернулась в комнату и медленно моргнула, глядя на неё. - Хм? Дженни сморщила нос в озадаченном смехе. - Боже, Лиса. Ты была в космосе всего минуту, все в порядке? - О да, все… все в порядке. Я просто немного устала, вот и все, - пробормотала Лиса и оглянулась через плечо. Несколько студентов из Шармбатона сидели за партой позади них, радостно болтая, работая над своим зельем, но Лиса не могла не чувствовать, как у нее на затылке покалывают волосы. С тех пор, как Ханбин загнал ее в угол в кладовой, Лиса смотрела за спину, не в силах избавиться от ощущения, что за ней наблюдают. Как и ожидалось, Джису пришла в ярость, когда Лиса рассказала ей о том, что случилось с Ханбином. Ей пришлось сдерживать свою старшую сестру, чтобы она не пошла за старшим Ким с чем-то, по-видимому, хуже, чем сглаз Желейных ног. - Может быть, тебе стоит просто держаться подальше… это действительно того стоит? - Джису фыркнула, как только она успокоилась до легкого кипения, что позволило немного более осознанно думать, чем ее ранее взрывное состояние. Лиса глубоко нахмурилась в ответ, но не смогла ответить. Она подумала о своем обещании Дженни, что она никуда не пойдет. Для Лисы обещание было серьезной клятвой, и мысль о том, чтобы даже подумать о том, чтобы нарушить его, разрывала её изнутри. Лиса читала о дьявольской ловушке в гербологии. Волшебное растение использовало свои лианы и усики, чтобы заманивать в ловушку любого, кто к нему прикасался, медленно, но верно сжимая и душив своих жертв. Лиса представила себе, каково было бы, если бы одна из его лоз обвилась вокруг ее груди, сдавливая до тех пор, пока она не могла дышать. Когда Дженни вежливо улыбнулась ей над их общим котлом, Лисе едва удалось ответить натянутой, неубедительной улыбкой. Притворяться, будто все в порядке, казалось невыполнимой задачей, когда Манобан не могла даже взглянуть на Дженни, не услышав голос Ханбина, который насмехался и обвинял её в том, что она влюблённый щенок. Лиса не была влюблённым щенком. Проводила ли она слишком много времени, глядя на Дженни, когда та не смотрела? По общему признанию, да. (Обнаружение скрытой веснушки чуть ниже левого уха Дженни когда-то делало весь день Лисы). Вводило ли Лису в состояние, близкое к гипнозу, наблюдение за курсивным почерком Дженни? Возможно, не раз. Лиса навязчиво следила за ртом Дженни, пока та объясняла критические различия между перемешиванием котла против часовой стрелки и по часовой стрелке (ни одного из которых она теперь не могла запомнить на всю жизнь)? Думала ли она о том, какими мягкими выглядят эти губы… интересно, как они будут ощущаться при прикосновении к коже? (Лиса не могла заставить себя ответить на этот вопрос.) - Извини, ты что-то сказала? - Лиса слегка покачала головой, пытаясь сосредоточиться на словах Дженни. - Я просто спросила, не хочешь ли ты поработать над домашним заданием сегодня днем… - О. - Лиса сглотнула. Она почесала затылок, глядя куда угодно, только не на полное надежд лицо Дженни. - Я, э… я не могу. У меня есть кое-что. Это квиддичное дело, - неопределённо извинилась Лиса, собирая сумку. - Понятно. Тогда, может быть, в другой раз, - сказала Дженни. Уныние просочилось в ее голос независимо от того, как хорошо она пыталась это скрыть. Лиса выдавила из себя слабую улыбку и изо всех сил старалась не обращать внимания на чувство вины, которое билось в её животе, пока Дженни молча собирала свои вещи. ------------------------------------------------------------ Дженни перестала спрашивать, может ли Лиса учиться или проводить время вместе после почти двухнедельных тусклых отговорок Лисы. Лисе было больнее каждый раз, когда она говорила Дженни, что ей нужно чем-то помочь Джису, или что у нее была экстренная тренировка по квиддичу, или что ей нужно выполнить какую-то дополнительную работу для профессора Никхуна. Каждый раз лицо Дженни опускалось, и, в конце концов, они действительно разговаривали только на уроках зельеварения, когда Лиса задавала вопрос, а Дженни отвечала. Больше похоже на знакомство, чем на что-то большее. Лиса чувствовала, как их крепкая дружба с каждым днем ускользает из ее пальцев. Так лучше, подумала Лиса. В последний раз, когда она была влюблена в кого-то, это совсем не оказалось хорошим. Лучше просто проигнорировать это, прежде чем кто-то может пострадать. Судя по тому, что она могла почерпнуть из того, что сказал Ханбин, Дженни тоже не привыкла к горю. Она делала им обеим одолжение; по крайней мере, так она говорила себе. Однажды днем Лиса была переполнена незнакомым чувством выполненного долга, когда собирала свое оборудование для зелий. Она никогда не чувствовала себя так после зелий, но на этот раз Дженни вручила ей правила для урока, лишь кое-где помогая общими указаниями. В конце концов, Лиса изготовила довольно успешное бодрящее зелье. Конечный продукт был скорее цвета морской волны, чем должен был быть ярко-бирюзовым, но тем не менее Лиса была горда. - Ты очень хорошо справилась, Лиса, - настаивала Дженни, когда Лиса засовывала свои книги в сумку. - Я не смогла бы сделать это без твоей помощи. - Это неправда, я тебе едва ли была нужна, - возразила Дженни. - Ты должна была помешать мне использовать слишком много диттани, - заметила Лиса. Дженни пожала плечами. - Огонь должен был быть небольшим, а у меня было наготове заклинание, вызывающее воду. Лиса не могла не рассмеяться шутке, и поэтому поддалась похвале Дженни. Она улыбалась Дженни, и Дженни улыбнулась в ответ. Упрямые бабочки, которых, как думала Лиса, приучила к тишине за последние несколько недель, ожили при одном только виде изогнутых губ Дженни, и она резко отчитала себя, отведя глаза и сосредоточившись на упаковке своих вещей. Внезапно она обнаружила, что ее тянет ниже и ближе к столу, когда Дженни дернула ее за отворот мантии. Ее глаза тревожно расширились, когда она оказалась очень близко к лицу Дженни - достаточно близко, чтобы можно было разглядеть отдельные ресницы, обрамляющие ее глаза, достаточно близко, чтобы увидеть, что глаза Дженни не были полностью зелеными, как она думала изначально. Орехово-коричневые пятна были усеяны ее радужками, как точки на карте... и Лисе не терпелось изучить каждое из них. - Эй, Лиса... пропусти урок со мной? - спросила Дженни тихим шепотом, отчего сердце Лисы забилось быстрее, а кровь запульсировала в барабанных перепонках. Лиса онемела от просьбы Дженни, от умоляющего взгляда, сверкавшего в ее глазах, от страха быть снова отвергнутой. Но было в этом что-то еще, решимость, что девушка не примет отказ. Не в этот раз. - Следующим у тебя будет «Уход за магическими существами», верно? - Дженни продолжила, чувствуя трепет Лисы. - Я уверена, что ты получила более чем достаточно дополнительных плюсиков у профессора Никхуна, чтобы заработать себе выходной после обеда, со всей дополнительной работой, которую ты делаешь для него, верно? Лиса прикусила щеку изнутри. Она не могла этого отрицать: идея прогулять занятия с Дженни определенно была заманчивой, особенно когда юная Ким так смотрела на нее. Всё ещё. Предупреждение Ханбина прокручивалось у нее в голове, и она знала, что это именно то, чего ей не следует делать, если она должна держаться подальше ради них обеих. - Я не знаю, Дженни… - Лиса, пожалуйста, - сказала Дженни, и в ее голосе прозвучало отчаяние. - Я хочу тебе кое-что показать. Думаю, тебе это очень понравится. Лиса сглотнула. Ледяной голос Ханбина эхом отозвался в ее мозгу: «Держись подальше от Дженни, Лиса Манобан… или я возьму все в свои руки». Она вздрогнула, когда холод пробежал по ее позвоночнику, туда, где ее спина все еще болела от удара о стену. Она бросила на Дженни последний неуверенный взгляд, на что Дженни ответила обнадеживающим изгибом губ и возбужденным блеском в глазах, когда она увидела Лису. Так что с нервным смехом Лиса согласилась. Когда Дженни смотрела на нее так - будто в ее блестящих глазах были все ответы на вопросы, которые Лиса когда-либо думала задать, - у Лисы действительно не было никакой надежды. Она пошла бы за этой девочкой куда угодно - будьте прокляты устрашающие, чрезмерно оберегающие старшие братья. Кроме того, все должны были быть в классе, как Ханбин узнал бы, что они с Дженни сбежали? Не то чтобы у него были шпионы, или он прикрепил к Дженни какое-то магическое устройство слежения или что-то в этом роде, верно? Тем не менее, эта мысль не помешала Лисе оглянуться через плечо, когда она последовала за Дженни на раскинувшуюся территорию. Она вдохнула холодный октябрьский воздух, закутываясь в мантию, чтобы согреться. Небо было уныло-серым, с тяжелыми тучами, которые низко висели над землей, грозя затопить мир в любой момент, и запах почти дождя сгущал воздух. - Дженни? - Лиса позвала Дженни, которая была на несколько шагов впереди нее, когда они спускались вниз, прочь от замка. - Куда мы идем? Дженни закинула подбородок на плечо, чтобы посмотреть на нее. - Это сюрприз. Было бы не очень приятно, если бы я сказала тебе сейчас, не так ли? Лиса вздохнула и продолжила молча. Однако постепенно она поняла, что они направляются к конюшням. - Дженни... - выдохнула Лиса, широко раскрыв глаза, когда Дженни повернулась у двери конюшни и приложила палец к своим губам. - Тихо, - тихо прошептала она и отперла дверь. Дверь медленно распахнулась, и Дженни отступила назад. Ее прикосновение было одновременно мягким и захватывающим, когда она взяла Лису за кончики пальцев, чтобы ввести внутрь. Частички пыли лениво плыли по воздуху, блестя, ловя и отражая тусклый свет, просачивающийся через маленькие окна. Земляной запах сена и лошадей наполнил Лисе нос и легкие, и у нее перехватило дыхание, когда она увидела шесть огромных крылатых коней, возвышавшихся перед ними, величественных и гордых. - Лиса, познакомься с Руби, Аметистом, Топазом, Сапфиром, Опалом и Йе-джи, - сказала она, дав Лисе минуту, чтобы посмотреть на существ с открытым ртом в изумлении. - Йе-джи? - спросила Лиса, изогнув бровь на имя, которое не совсем соответствовало теме. - После моей матери, - объяснила Дженни. Дженни подошла к Йе-джи и ласково погладила её по голове цвета красного дерева. Лошадь опустила нос, и Дженни коснулась ее лбом, тепло улыбнувшись, когда ее глаза закрылись, и она удовлетворенно вздохнула с таким умиротворенным выражением лица, что Лиса забыла обо всех причинах, по которым она должна держаться подальше от этой девушки. Через мгновение Ким взглянула на Лису и поманила её к себе. - Могу я прикоснуться к ней? - спросила Лиса, осторожно подойдя. - Осторожно, да, - ответила Дженни. Лиса положила ладонь на шею лошади, удивленно улыбаясь и проводя пальцами по гладкой гриве животного. - Привет, красавица, - пробормотала она. - Привет. Ты хорошая девочка, не так ли? - лошадь слегка покачала головой и повернулась, чтобы осмотреть Лису, и Лиса немного рассмеялась, уткнувшись в нее носом. - Ты ей нравишься, - сказала Дженни с влюбленной улыбкой. - Она узнает добрую душу, когда увидит ее. - Она потрясающая. Спасибо, что представила меня, - благоговейно выдохнула Лиса, ухмыляясь и ласково похлопывая Йе-джи. - Йе-джи, да? - спросила она вслух. - После Йеджи Ким, твоей матери, директрисы Академии Шармбатон. Верно? Дженни изогнула бровь. - Правильно. Десять баллов Пуффендую за исключительный слух. По иронии судьбы, я лучше лажу с этой Йе-джи, чем с человеческой Йеджи, - заметила Дженни, хотя она немного нахмурилась и звучала немного горько. Лиса бросила на нее косой взгляд. - Хм? - она не хотела настаивать на большем, чем Дженни была готова дать, но она пыталась показать, что открыта и готова слушать. Дженни уклончиво хмыкнула и пренебрежительно пожала плечами в ответ, что показало Лисе, что она не хочет говорить об этом прямо сейчас. Взмахом палочки Дженни вызвала пару щеток с другой стороны конюшни и вложила одну в руки Лисе, прежде чем показать, как чистить бока лошади. Как только Лиса освоилась, Дженни повернулась к Йе-джи с другой стороны и принялась за дело, поглаживая ее длинными, уверенными движениями. Тишина, которая повисла вокруг них, была не совсем комфортной. Слишком много недосказанного повисло в воздухе между ними. - Лиса… - наконец сказала Дженни, ее голос был тихим, но сильным, когда он разнесся по спине Йе-джи. Лиса посмотрела на нее, вопросительно приподняв брови, и увидела Дженни с резким выражением лица. - Почему ты избегаешь меня? Рука Лисы замерла. - Э… что ты имеешь в виду? Дженни серьезно подняла бровь. - Ты избегала меня, а Ханбин ведет себя очень довольным собой. Я достаточно умна, чтобы сложить два и два, о чем вы, похоже, забыли. На самом деле я немного оскорблена, - заметила она, раздражение заставило уголок её рта дергаться. - Мои наблюдения привели меня к гипотезе, что он сказал тебе держаться от меня подальше. Насколько это близко? - Дженни говорила клинически, с проницательным взглядом, который заставил Лису почувствовать, что ей некуда спрятаться. - Дженни... - Лиса поморщилась и переступила с ноги на ногу. - Ничего. Всё в порядке, правда. Дженни нахмурилась, сверкнув зелеными глазами. - Нет, это действительно не так. Не лги мне, Лиса. Я… - Дженни немного замялась, прежде чем она приняла твердое выражение лица. - Я заслуживаю лучшего. Что сделал Ханбин? Побежденная, Лиса вздохнула, и ее плечи поникли. Дженни была права: она заслуживала большего, чем того, чтобы ее избегали и лгали. Лиса почувствовала укол стыда - в последнее время она действительно была не очень хорошей подругой. - Он… он сказал мне держаться от тебя подальше. Он думает, что я причиню тебе боль или что-то в этом роде, - Лиса неловко потерла затылок, когда в ее голове вспыхнуло воспоминание о том, как она была заперта у стены. - Между прочим, нет, - добавила она, нахмурившись. - Я не знаю, почему он так подумал. Я, типа… очень хороший человек. Лиса надулась так, как по словам Джису, делала ее похожей на растерянного золотистого ретривера, и если судить по ухмылке Дженни, она по крайней мере нашла её несколько забавной. - Лиса, всё в порядке. Ты не первая, кого напугал мой брат. Лиса разочарованно фыркнула, скрестив руки на груди. - Это неправильно, Дженни. Я просто хочу узнать тебя получше, быть твоим другом. Что в этом такого? Дженни вздохнула, опустив глаза. - Он всегда защищал меня, Лиса. - Дженни поигрывала щеткой в руке, останавливаясь, как будто ей нужно было время, чтобы собраться с духом, прежде чем снова заговорить. - Я… я не Ким. Во всяком случае, не совсем так. Су-хен Ким - мой отец, имел дело с моей матерью. Она была маглом. Она… она умерла, когда мне было четыре года. Желудок Лисы сжался, а грудь заболела от слов Дженни. Она узнала выражение, которое сейчас не могла понять в глазах Дженни: потеря и боль, похороненные временем и отвлекающими факторами. Она с болью осознала, что это был один и тот же взгляд, который каждый день отражался на ней в зеркале. - Дженни, мне так жаль… - сказала Лиса, ее скудные слова мало что значили, чтобы передать, как сильно она хотела достучаться до нее. - Все в порядке, - быстро сказала Дженни. - Это было давно. После этого я переехала жить к Кимам, и Йеджи… ну. Излишне говорить, что она не была в восторге от напоминания об измене мужа с женщиной-маглом, живущей под ее собственной крышей, - проворчала Дженни и закатила глаза. - Но Ханбин всегда был рядом со мной. Ему было всего шесть лет, но он заботился обо мне лучше, чем моя новая мать. Я не знала, что магия реальна, пока он не показал мне то, что я никогда не считала возможным, - тихо сказала Дженни. Дженни вздохнула, позволив наполнить её той же прямолинейной уверенностью, которую Лиса видела в своей старшей сестре. - Я знаю, это трудно понять, - сказала Дженни, - но Ханбин всегда защищал меня. Это то, что он делает. Лиса прикусила щеку изнутри. Теперь она могла видеть, что Ханбин, должно быть, был важен для Дженни после всего, через что она прошла. - Но Дженни… тебе не нужна защита от меня, - осторожно сказала Лиса. - Я не собираюсь причинять тебе боль. Дженни скептически подняла одну бровь. - Как ты можешь быть так уверена? - Я не обижу своих друзей, - тут же ответила Лиса. - Нет, ты просто избегаешь их вместо того, чтобы говорить им правду о их братьях, - сказала Дженни с острым взглядом, от которого Лиса смутилась. Несколько мгновений они смотрели друг другу в глаза - Дженни, суровая и вздернув бровь, и Лиса, с упрямо поднятым подбородком, - пока Лиса, наконец, не сломалась и не покачала головой, покорно вздыхая. - Хорошо, ты права. Я думала, что держаться подальше было бы правильно, я тоже не хотела, чтобы у тебя были неприятности. Я была неправа. - Лиса прикусила нижнюю губу. - Ханбин не… он бы никому не причинил вреда, верно? - спросила она и наивно усмехнулась. Уверяющая улыбка, на которую надеялась Лиса, так и не пришла. Выражение лица Дженни потемнело, в ее глазах застыло беспокойство, а губы сжались. - Честно говоря, Лиса? Я не совсем уверена, на что он способен, - пробормотала она почти шепотом. - В последнее время у Ханбина есть эта его сторона… Я не знаю. Темная. Мне пришлось помешать ему заняться некоторыми проектами, которые были бы связаны с какой-то темной магией. Он хочет использовать свою магию - просто чтобы посмотреть, как далеко он может зайти - и да, его теории всегда приносят пользу волшебнику, но риск был бы слишком велик, как для его разума, так и для его души, я не могла позволить ему… - Дженни замолчала, дрожа, что заставило ее плотнее закутаться в блейзер. - Иногда я единственная, кого он слушает. Как будто я единственная, кто удерживает его от падения. - Ты права, что держишься от меня подальше, Лиса, - мягко сказала Дженни. - Я могу спорить с Ханбином и говорить ему, что мне не нужна его защита, пока я не потеряю голос… но я не думаю, что даже я смогу достать до этой его стороны. Полагаю, я притащила тебя сюда, чтобы точно знать, избегаешь ли ты меня из-за того, что я сделала, или это действительно из-за него. Так что... спасибо за то, что ты была честна со мной, в конце концов. Я понимаю, почему ты это сделала. Быть рядом со мной опасно, - сказала Дженни, и грустная улыбка, которую она послала Лисе, чуть не разбила ей сердце. Лиса подумала о том, как одиноко она была бы, если бы не Джису, если бы не её друзья. Если бы она осталась одна, ноющая в груди пустота за потерянную семью наверняка давно бы поглотила её. Никто не заслуживал такой жизни. Особенно Дженни, в глазах которой была такая глубокая грусть, подобных которым Лиса никогда не видела. Жгучая волна защиты вспыхнула в ее груди, и Лиса сжала кулаки и покачала головой. - Нет, - твердо сказала она. - Это неправильно. Мне жаль, что я взбесилась из-за Ханбина, не поговорив с тобой об этом; я просто запаниковала. Я думала, что поступаю правильно. Но, - она вдохнула, согнула пальцы и уверенно заговорила, - ты заслуживаешь быть рядом с кем-то. Я могла бы быть этим человеком, если хочешь. И если ты готова терпеть меня, - добавила она, немного подумав. Дженни колебалась, хотя в ее глазах мелькнула надежда, которой Лиса очень гордилась. - Лиса, ты не можешь. Ты можешь пораниться… - она была сурова, но Лиса могла сказать, что ее решимость ослабевает. - Мне все равно, - настаивала она, ее слова раздувались от храбрости, которая, как она чувствовала, переполняла ее. - Это мой риск, поэтому я приму его. - Не для меня... - Да, для тебя, - серьёзным кивком оборвала её Лиса. - Это того стоило бы, чтобы ты не была такой одинокой. Я имею в виду... - Лиса медленно ухмыльнулась, решив рискнуть пошутить. - Твой лучший друг - лошадь. Это немного грустно, - невозмутимо сказала Лиса и бесстыдно хихикнула, когда ее попытка была вознаграждена потрясенным выражением лица Дженни. - Это не так смешно. Лиса усмехнулась и нежно погладила Йе-джи. - Йе-джи думает, что я забавная, не так ли, девочка? Лошадь ответила, повернув голову и настойчиво уткнувшись носом в сумку Лисы, заставив Лису наклониться, когда она дернула лямку. - Ой, я забыла, что у меня там конфеты, - пробормотала Лиса. Дженни раздраженно покачала головой. - Честно говоря, Лиса, когда у тебя нет с собой конфет? Лисе удалось запихнуть сумку обратно в свое владение, прижав ее к груди, чтобы она не могла заглянуть внутрь. - Могу я дать ей сахарное перо? - с надеждой спросила она. - Только одно. Лиса просияла и достала из сумочки сахарное перо, наслаждаясь тем, как глаза Йе-джи остановились на угощении. Она положила его на ладонь и захихикала, когда мягкий, бархатистый рот Йе-джи мгновенно проглотил его из ее рук, ее язык издавал счастливые чавкающие звуки, когда сахарное перо каталось у нее во рту. - Хорошая девочка, - просияла Лиса, похлопывая лошадь по шее. - Я хотела бы сделать это. Я имею в виду, позаботиться о волшебных существах, - сказала она тем же мягким тоном. - Знаешь, если вся эта затея с квиддичем не сработает. Или, может быть, даже после того, как всё с квиддичем сработает. Дженни мягко улыбнулась. - У тебя бы это хорошо получалось. Йе-джи не любит многих людей, но она привыкла к тебе очень быстро. Я даже немного завидую. Мне потребовались дни, чтобы заставить её позволить погладить ее, - призналась Дженни, нахмурив брови. Лиса усмехнулась и немного покраснела от слов Дженни. - Ты, должно быть, научила ее хорошим манерам, вот и все. Итак... Можем ли мы попробовать еще раз? Друзья? - брови Лисы изогнулись с надеждой, когда она озвучила предложение. Дженни колебалась мгновение, прежде чем непоколебимая улыбка Лисы покорила ее, и она кивнула. - Хорошо. Друзья. Губы Дженни изогнулись в улыбке, излучающей нежность, когда Лиса оглянулась на нее - на эту сложную, загадочную девушку, от которой Лиса просто не могла держаться подальше, как бы сильно она ни пыталась. Момент паузы казался значительным. Мирный и спокойный, несмотря на всё, что происходит в их жизни. Он закончился, когда Дженни резко вдохнула и посмотрела на часы, словно внезапно вспомнив, что пространство и время существуют. - Я сказала Ханбину, что встречусь с ним сейчас в библиотеке, чтобы поработать, - сказала она, к большому разочарованию Лисы. - Ему будет интересно, где я. Аккуратным взмахом палочки Дженни вернула щетки на место и поспешно подняла сумку через плечо. Однако, когда она прошла мимо Манобан, Лиса, к своему удивлению, схватила Дженни за запястье. Встревоженные глаза Дженни метнулись к ней, полные вопросов, на которые Лиса не могла ответить даже самой себе. - Дженни... - Лиса прикусила губу. - Ты не можешь остаться? Мы только что разобрались. Чемпионов выберут завтра, и я просто... я ещё не готова оставить это. – призналась Лиса с надеждой в глазах, когда её хватка на руке Ким усилилась. Дженни грустно посмотрела на руку Лисы и осторожно положила свою руку сверху. - Я не могу опаздывать. Ханбин и так достаточно на взводе, - прошептала она. - Я знаю, ты сказала, что тебя не волнует, что он может сделать, но я не хотела бы испытывать судьбу. Мы должны подойти к этому с умом. - Лиса на мгновение задержала взгляд, прежде чем вздохнуть и медленно расслабить пальцы, Дженни одарила ее извиняющейся улыбкой. - Вот что я имела в виду, когда говорила, что быть моим другом «трудно», - с сожалением сказала она. Лиса издала глухой смешок. - Сложно, Дженни. Сложно, - напомнила она ей. Она вздохнула и обхватила себя руками, просто ей больше всего на свете нужно было что-то сделать с ними. - По крайней мере, позволь мне отвести тебя в библиотеку. Я знаю короткий путь, - сказала она, ухмыляясь. Лиса распахнула двери конюшни, и ее лицо поникло, когда облака наверху выбрали именно этот момент, чтобы выпустить свое содержимое в мир. Жирные, тяжелые капли дождя падали на землю, размывая образ замка впереди за водяной завесой. Но Лиса не хотела, чтобы Дженни видела ее обескураженной, поэтому быстро просияла. - Просто дождь, - весело сказала она. - Ну давай же! Лиса полностью промокла за считанные секунды, прижала сумку к груди и выбежала под дождь. Вода скатилась с ее кожи, промокла сквозь униформу и заставила волосы прилипнуть к щекам, но в каком-то смысле все это было так восхитительно, что Лисе было все равно. Манобан всегда любила дождь. Это напомнило ей о мирных ночах дома - в ее доме до Манобанов, - когда ее мать расчесывала ей волосы и рассказывала ей истории об их народе, когда на улице лил дождь. Она обернулась на звук, когда ее назвали по имени, на лице была широкая ухмылка. - Лиса! - Дженни побежала за ней, чтобы догнать. Ее палочка была направлена в небо, создавая над ней прозрачный купол, защищающий от дождя. - Да? - Лиса рассмеялась и раскинула руки по бокам, прохладная вода плескалась на ее поднятые кверху ладони. Капли забрызгали ей очки и затуманили зрение, поэтому она их сняла. - Я не уверена, лучше с ними или без них, - усмехнулась Лиса, слушая звук капель дождя, падающих на землю. Промокание Лисы прекратилось, когда перед ней встала Дженни, взяв ее под защиту сотворенного зонтика. Дженни замерла на мгновение, словно завороженная, на ее лице появилось любопытное выражение, от которого Лиса склонила голову набок. - Что? - спросила она с ухмылкой, ее щеки раскраснелись и вспотели. - Твои глаза… они просто… - Дженни заколебалась, и Лиса замерла, прикусив губу, чтобы сдержать слова. - Дай мне свои очки. - Лиса так и сделала, и Дженни постучала по ним своей палочкой, накладывая непроницаемые чары, которые отталкивали воду. Она задержала взгляд Лисы на мгновение, прежде чем скользнула взглядом обратно на лицо Манобан. - Честно говоря, Лиса, ты забыла, что ты волшебница? - пробормотала она. У Лисы перехватило дыхание, и она замерла, пока руки Дженни не опустились вниз. Она медленно перевела взгляд с палочки Дженни на волшебный зонтик и вытащила свою палочку с растянутой улыбкой. - ...нет. Экспеллиармус! Лиса ловко поймала палочку Дженни в воздухе, когда она взлетела вверх, и весело ухмыльнулась над возмущенным визгом Дженни, когда она закинула руки на голову, из-за дождя. - Пошли! Не хочу заставлять дорогого старого Ханбина ждать, - протянула Лиса с оттенком большего сарказма, чем обычно. Манобан взяла Дженни за руку, потянув ее на холм к замку. Трава была мокрой от дождя, и они скользили по грязным ступеням и камням, но Лиса ни разу не отпустила ее, и Дженни, казалось, держалась так же крепко, даже переплетая их пальцы, когда они проходили через особенно грязный участок. Лиса не могла не смеяться над собой, над Ким, над нелепостью всего этого, бегом под проливным дождем с рукой этой девушки в своей. Но с глубокой болью в сердце казалось, что вещам суждено измениться после того, как завтра будут выбраны чемпионы... Лиса старалась не зацикливаться на этом. Когда они врываются в замок, они приносят с собой дождь и оставляют за собой лужи, когда портят коридоры (мистеру Филчу это не понравится). - Сюда! - воскликнула Лиса и потащила Дженни за собой. Их промокшие туфли шлепали по земле, когда они бежали по коридорам и лестницам Хогвартса, уворачиваясь от студентов, призраков и домашних кошек с торопливыми «извините!» и «простите!» Лиса остановилась у дверей, удерживая Дженни, когда та сделала несколько лишних шагов и прижалась к ней сбоку. Тёмные волосы Дженни толстыми жгутами обрамляли её лицо, капли воды опасно балансировали на ее длинных ресницах. Лиса сглотнула, проследив путь одной капли от глаз, когда Ким моргнула, вниз по раскрасневшейся щеке, ниже по линии ее челюсти и шеи, пока она, наконец, не исчезла в воротнике. - Ты сумасшедшая, Лиса Манобан, - выдохнула Дженни, вырывая Лису из задумчивости. Та лишь усмехнулась в ответ и обхватила себя руками, растирая их для тепла. - Дай мне мою палочку, - потребовала она. Дженни наложила на них заклинание быстрого высыхания, прежде чем ей пришлось уйти. Волосы Лисы нелепо развевались, и Дженни смеялась, как будто это была самая смешная вещь, которую она когда-либо видела, и Лиса желала, чтобы все могло оставаться именно таким. ------------------------------------------------------ Впервые за все годы, проведенные в Хогвартсе, Лиса просто хотела, чтобы пир закончился и покончил с этим. Она даже сморщила нос, когда десерт имел наглость появиться перед ней на золотых тарелках. И она, похоже, была не единственной нетерпеливой. Все головы в зале время от времени поворачивались к Кубку Огня впереди, как будто ожидая, когда он загорится, или споет и станцует, или сделает... что-то еще. Сегодня вечером будут выбраны чемпионы Турнира Трех Волшебников. Тем не менее, профессор Хван, похоже, не торопилась заканчивать пир и отвлекать всех от ожидания. Она не торопилась с кусочком шоколадного пирога, наслаждаясь разочаровывающе медленными, неторопливыми кусочками. Лиса вертела пудингом на тарелке, слишком взволнованная, чтобы даже есть, что о чём-то говорило. Она едва настроилась на разговор вокруг нее, в котором Джису, Розэ и Джексон обсуждали, что они будут делать, если выиграют приз в тысячу галеонов. Она бросила вилку и вместо этого позволила своим глазам скользнуть по комнате, пока они естественным образом не остановились на столе Шармбатон, где Дженни сидела рядом с братом. Ей было интересно, как сейчас себя чувствует Дженни. Выражение ее лица, конечно, ничего не выдавало, поскольку она вежливо кивала, что бы ни говорил Ханбин. Только то, как она время от времени закусывала зубами внутреннюю часть своей щеки, свидетельствовало о том, что она нервничала, и это можно было понять. Лиса даже не хотела представлять, как отреагирует Ханбин, если его не выберут. На мгновение она посмотрела на Ханбина, который был воплощением спокойной, очаровательной улыбки, когда он рассказывал какую-то шутку тем, кто сидел вокруг него. Но Лиса заметила, что его глаза то и дело поднимались к кубку, а челюсть каждый раз сжималась. Взгляд Лисы скользнул к учительскому столу, за которым сидела директриса школы Шармбатон - Йеджи Ким. Лиса никогда бы не догадалась, что они с Дженни родственники. Они не были похожи друг на друга, если не считать того, как держались: спина прямая, подбородок высоко поднят. Но в то время как глаза Дженни были теплыми и любопытными, глаза Йеджи Ким были холодными и острыми - она, вероятно, могла бы составить конкуренцию профессору Хвану, когда дело дошло до ледяных взглядов. Тем не менее, Лиса понимала, почему Дженни жаждет ее одобрения. Женщина, казалось, никогда не улыбалась. И если отношения Лисы с профессором Хваном чему-то ее и научили, так это тому, что чем труднее заслужить улыбку, тем больше человек будет жаждать её. Лиса снова посмотрела на стол Шармбатона и обнаружила, что Дженни теперь смотрит на нее. Их взгляды встретились, и Лиса немного замерла, прежде чем удивление рассеялось, и она коротко улыбнулась. Дженни выглядела более взволнованной, чем Лиса видела ее раньше, но ей удалось быстро улыбнуться Манобан в ответ, прежде чем она вернулась к разговору с Ханбином. Наконец профессор Хван доела свой шоколадный пирог, еда исчезла с их тарелок, и весь зал погрузился в предвкушающую тишину, каждая пара глаз была прикована к кубку, стоявшему перед креслом профессора Хван. Сама женщина встала и подошла к кубку, и все сели на свои места, заставляя друг друга замолчать, пока не наступила полная тишина. - Я вижу, вы все более чем готовы к главному событию вечера, - заметила она. Она взмахнула палочкой в воздухе и потушила факелы, освещавшие зал, так что теперь единственным источником света было голубое пламя, исходившее от кубка. - Пришло время узнать, кто будет слепо натыкаться на опасность в этой смертельной ловушке. Лиса взглянула на Джексона, который широко улыбался и не был потрясен мрачными словами профессора Хван - и, возможно, из-за них он улыбался еще шире. Он поймал ее взгляд через стол и рассмешил Лису, шевеля бровями, практически подпрыгивая на своем стуле. Она надеялась, что Джексон был выбран: смотреть, как он побеждает Ханбина, было бы слишком приятно для нее. Лиса не могла не улыбнуться в ответ, это было просто заразительно. - Удачи, - прошептала она, но Джису, сидевшая рядом с ней, шикнула на нее. Синий огонь кубка стал красным. Посыпались искры, и в конце концов в кончики пальцев профессора Хван вырвался обугленный кусок пергамента. - Чемпион Дурмстранга… честное слово, такой ужасный почерк, - пробормотала профессор Хван, а затем объявила: «Чонин Ким!» Объявление о том, что был выбран Чонин, было встречено небольшим удивлением и хором возгласов и аплодисментов студентов Дурмстранга и остальной толпы, когда он вскочил со своего места. Он пожал руку профессору Хван, прежде чем занять свое место в передней части комнаты, сверкнув белыми зубами в ослепительной ухмылке. Кёнсу задумчиво вздохнул, опершись подбородком на ладонь и мечтательно глядя на болгарского ловца. Как только аплодисменты Чонину стихли, профессор Хван снова повернулась к кубку, который снова светился красным. Второй лист бумаги был выплюнут и пойман. - Чемпион Академии Шармбатон, - прочитала она и сделала паузу для эффекта. Лиса скрестила пальцы рук и ног, задаваясь вопросом, не будет ли выбран какой-то другой человек, каким бы маловероятным он ни был. До нее дошли слухи, что Ханбин запугал большинство других студентов Шармбатона, даже не позволив им попытаться, но все же… - Ханбин Ким! Грудь Лисы сдулась в одно мгновение, пока весь стол Шармбатона аплодировал и приветствовал Ханбина. Ее лицо слегка поникло, когда она увидела, как он повернулся и крепко обнял сестру, прежде чем подойти к профессору Хван. Ханбин легонько поцеловал тыльную сторону руки профессора Хван (профессор Хван покраснела??), прежде чем занять свое место рядом с Чонином. Дженни встретила взгляд Лисы, как только Ханбин отошел от нее, и они обменялись легкими, немного грустными улыбками. Лиса знала, что это все изменит; она уже чувствовала, как Дженни приближается к Ханбину, чтобы сделать все, что поможет ему победить. Ее сердце сжалось от мысли, что ее время с Дженни теперь будет еще более ограниченным из-за того, что Ким будет занята работой с Ханбином над испытаниями, но красное пламя кубка снова отвлекло ее внимание на передний план. По крайней мере, сейчас Лиса могла просто расслабиться и ждать, чтобы увидеть, за кого из Хогвартса она будет болеть против Ханбина. Она коротко улыбнулась Джексону, подняв к нему свои скрещенные пальцы, прежде чем Джису схватила ее за плечи так сильно, что стало больно. - Ой, Джису, ты расслабишься? - прошипела Лиса уголком рта. - Нет, Лиса, я не буду расслабляться. Моя тупая подружка кинула своё имя, ничего не сказав мне, всего десять минут назад. Если ее выберут, у нее будут большие проблемы, - огрызнулась Джису, и Лиса подавила смех рукой. Подождать до сих пор, чтобы сказать Джису, что она участвует, было, вероятно, разумным поступком. Она не могла представить, как сильно взбесилась бы Джису, если бы знала об этом заранее. Она, вероятно, сама нырнула бы в кубок, чтобы попытаться вытащить имя Розэ. Пламя кубка стало красным в третий и последний раз. Посыпались новые искры, и спустя время, которое показалось вечностью, третий кусок пергамента вылетел. Он лениво поплыл к ожидающей руке профессора Хван, которая схватила его в воздухе и медленно развернула. - Чемпион Хогвартса… - она сделала паузу, обводя взглядом толпу. Лиса почувствовала, как Джису напряглась под ее крепкой хваткой. Джексон за столом уже наполовину встал со своего места. Лиса взволнованно ухмыльнулась, расслабившись в своем кресле, ожидая услышать, кто станет чемпионом… - Лиса Манобан! (Профессор Хван, слегка нахмурившись, зачитала имя, пробормотав: - Забавно, я не знаю «Лисы Манобан» в Хогвартсе.) Лиса замерла, не в силах убедить себя, что правильно расслышала. Этого не происходило. Она опустилась на свое место, молясь о том, чтобы исчезнуть в нем, когда все головы в зале медленно повернулись к ней. Этого не происходило. Она бросила умоляющий взгляд на Джексона, который смотрел на нее с явным предательством в глазах. Как будто она только что сломала его метлу прямо у него на глазах. Этого не происходило. Профессор Хван снова позвала ее по имени, и все, что Лиса могла сделать, это замереть на своем месте. Ее снова окликнули по имени, уже более нетерпеливо, и Джису подтолкнула ее. Это происходило. - Лиса, иди, - резко прошипела Джису, и когда Лиса посмотрела на нее потерянными глазами, ее взгляд сказал, что у нее определенно есть к ней больше, чем несколько вопросов - позже, когда они были одни и не было свидетелей. Лиса стояла на дрожащих ногах, и была встречена взрывом аплодисментов за столом Пуффендуя, которые были просто взволнованы тем, что наконец-то кто-то из Пуффендуя сделал что-то классное. Она подошла к профессору Хван словно во сне. Приветствия превратились в приглушенный рев, который гудел в ее ушах, и ее зрение расплывалось перед ней. Она сосредоточилась на том, чтобы просто добраться до профессора Хван, и вскоре женщина, сморщив нос, пожала руку потной ладонью. - Поздравляю, мисс Мейвис, хотя кажется, что вы не можете произнести свое имя по буквам, - сказал профессор Хван. - Профессор Хван, вы не понимаете, я не… - ей удалось пробормотать, но профессор Хван заставил ее замолчать. - Просто встань вон там и помаши своей обожающей публике. Лиса заняла свое место между Чонином и Ханбином. Когда она выглянула, вся толпа превратилась в сплошное пятно из ликующих и аплодирующих лиц, и она отчаянно искала кого-нибудь, кто удержал бы ее на земле, заякорил бы ее в этом хаосе. Джису и Джексон отсутствовали. Они просто смотрели в ответ, как будто собирались убить ее (оба по разным причинам, обе из которых просто вызывали у нее тошноту). Кёнсу, тем временем, был слишком занят, строя глазки на Чонина, а Розэ уже просила людей за столом вокруг нее «делать ставки!». Затем она посмотрела на стол Шармбатона, ища темные волосы и зеленые глаза, но Дженни отказалась смотреть на нее. Вместо этого Дженни неотрывно смотрела на Ханбина, крепко прикусив нижнюю губу, и Лиса чувствовала себя еще более потерянной, чем когда-либо, в шуме и беспорядке всего, что происходило. Краем глаза она заметила, как Ханбин насмехается над ней, самодовольно поглядывая вниз на нос. Он наклонился и тихо прошептал ей на ухо голосом, от которого у нее внутри все перевернулось. - Я предупреждал тебя, Манобан. Надеюсь, тебе понравилась вчерашняя возня под дождем. Теперь Дженни увидит, кто ты есть на самом деле: лжец и трус. Лиса почувствовала, как ее сердце остановилось и забилось в груди, когда она смотрела прямо перед собой широко раскрытыми глазами, ее желудок угрожал принести ужин на бис. Комната закружилась вокруг нее, и голос профессора Хван звучал отдаленно и эхом, когда она говорила. - Теперь у нас есть три чемпиона! - заявил профессор Хван, когда аплодисменты наконец стихли. - Но, в конце концов, только один войдет в историю и выиграет этот блестящий прославленный чайник. - она направила палочку назад, туда, где стоял скрытый предмет. Плащ слетел, обнажив блестящий трофей. - Полюбуйтесь, - вздохнула профессор Хван, - вы все будете рисковать своими молодыми жизнями ради этой штуки в очень короткое время. А пока празднуйте со своими сверстниками. Вам троим предстоит долгий и трудный путь. ... так что празднуйте, пока можете. Лиса сглотнула от несколько зловещих слов профессора Хван, но у нее не было возможности обдумать их, так как вскоре ее окружили Пуффендуйцы, приветствующие ее имя. Ее подхватили члены команды по квиддичу, подняли на плечи и вынесли из зала. Лиса повернулась, чтобы увидеть Дженни, стоящую между Ханбином и ее матерью, когда ученики Шармбатона взволнованно собрались вокруг них. Ей отчаянно хотелось, чтобы Дженни просто посмотрела на нее. Ей нужно было, чтобы Дженни знала, что она этого не делала, не лгала ей. Но Дженни даже не взглянула на нее, так как ликующие Пуффендуйцы унесли ее за угол и скрыли из виду.