Ascendio

- Ты помнишь план? - спросила Джису, заламывая руки от нервной энергии, когда она расхаживала взад и вперед по палатке. - Тот, который мы прошли всего сто раз? Да, я помню. Лиса дернула за рукава своей новой мантии. Они были черными, с желтой пуффендуйской майкой с длинными рукавами. Для нее было небольшим утешением быть в цветах своего дома. Она почти могла притвориться, что готовится к матчу по квиддичу, а не к встрече с гигантским, злым, огнедышащим драконом. Она скривилась, когда волна тошноты бунтовала в ее желудке при этой мысли. Она открыла глаза и увидела Джису, стоящую перед ней, крепко положив ей руки на плечи. - Ты можешь сделать это, Лиса. Я так в тебя верю, - твердо сказала она. - Я знаю, что никогда не знала их, но твои родители… они сказали бы то же самое. Жар защипал глаза, и Лиса сглотнула ком в горле. Было слишком рано начинать плакать, но Джису определенно мешала этому. - Спасибо, Джису, - пробормотала Лиса в плечо Джису, обнимая ее. - Если ты испугаешься и захочешь уйти, просто посмотри на меня, хорошо? Просто посмотри на меня, и я вытащу тебя, обещаю, - яростно сказала Джису, прижимая ее к груди. - Я почти уверена, что это против правил... - Думаешь меня это волнует? Влажный смех сорвался с губ Лисы, и она уткнулась головой в изгиб шеи сестры. - Люблю тебя, Су. - Я тоже люблю тебя, Лиса. Так сильно. Лиса перевела взгляд через плечо Джису и увидела, как Ханбин и Дженни сбиваются в кучу по другую сторону палатки, прижав головы друг к другу и интенсивно шепча что-то. Они говорили с такой сосредоточенностью, поскольку все, что Лиса знала, их разговор был не столько о первой задаче, сколько о планах мирового господства. Когда профессор Хван сказал им, что пришло время их близким присоединиться к другим студентам на трибунах, Лиса не хотела отпускать. Неохотно Джису высвободилась из хватки Лисы и ободряюще улыбнулась ей, после чего последовала за Дженни из палатки. Лиса судорожно вздохнула, заламывая руки, когда нервы боролись в ее животе. Именно так она себя чувствовала перед прошлогодним финалом по квиддичу, только в десять раз хуже. Она обдумывала свой план, когда услышала настойчивый шепот, доносившийся из ближайшего к ней угла палатки. - Псс. Псс! Лиса нахмурилась и подошла к стене, прислонив голову к ткани. Она могла видеть силуэт человека на другой стороне. - Лиса, это ты? Лиса удивленно моргнула, услышав этот голос. - Дженни? Что ты здесь делаешь? - Ханбин говорит, что я не должна с тобой разговаривать. - Ты всегда делаешь то, что говорит Ханбин? - Очевидно нет. - Только не тогда, когда он смотрит, верно? С другой стороны палатки донесся раздраженный вздох, и Лиса на мгновение запаниковала, думая, что зашла слишком далеко и Дженни ушла. - Лиса, пожалуйста, - натянуто сказала Дженни. - Я просто хотела пожелать тебе удачи. Я знаю, что мы сейчас по разные стороны, но... я очень надеюсь, что ты не поджаришься там. Кровь отхлынула от лица Лисы, и она немного подавилась собственной слюной. - Спасибо за визуализацию, Дженни. Правда, - слабо сказала она. Дженни тихо усмехнулась, а Лиса вздохнула, закрыв глаза от приятного звука. Стенка палатки зашуршала, и полог в углу слегка приподнялся. – Возьми это, - прошептала Дженни. - Это на счастье. Лиса взглянула вниз и увидела руку Дженни, торчащую из ткани палатки. В ней она держала серебряную цепочку с прикрепленным к ней мерцающим металлическим пером. Лиса потянулась к ней, ее пальцы задержались на пальцах Дженни, когда она держала ожерелье. - Это из крыла Йе-джи. Я заколдовала его, чтобы сохранить форму. Он не увянет, не сломается и все такое, - мягко сказала Дженни. - Тебе не обязательно его носить. Я просто подумала… - Мне это нравится, - быстро сказала Лиса, сжимая перо пальцами. - Спасибо. Дженни на мгновение замолчала и слегка сжала руку Лисы, прежде чем отдернуть свою. - Я рада. Удачи, Лиса. А потом она ушла, прикосновение ее руки все еще отражалось на коже Лисы. Лиса посмотрела на ожерелье в своих руках, проводя большим пальцем по жестким выступам пера. Она глубоко вздохнула и закрепила его на шее, спрятав под рубашку. Перо прохладно и плотно прижалось к ее груди, и это ощущение все же принесло ей небольшое утешение, даже когда профессор Хван призвала чемпионов собраться вокруг. - А теперь, чемпионы, сделайте круг вокруг меня. Вы же знаете, что такое круг, верно? - сказала профессор Хван, и Лиса, Ханбин и Чонин зашаркали вокруг миниатюрной женщины. - Ответ на вопрос, с чем вам предстоит столкнуться, находится в этой сумке. Мистер Ким, вы пойдете первым, давайте поторопимся. Профессор Хван протянула каждому из них по очереди бархатный мешочек. Чонин вытащил крошечную версию настоящего существа, с которым ему предстояло столкнуться: шведского короткорылого, Ханбин вынул китайский огненный шар. Профессор Хван протянула мешок Лисе, и она нервно сглотнула, когда сунула руку, и какое-то особенно разъяренное существо забралось на ее перчатку, щелкнув челюстью, как сварливый старик, который только что заметил детей на его лужайке. - Венгерская хвосторога, мисс Мейвис. Удачи с ней, - сказала она, и Лиса поморщилась, когда ее крошечный дракон яростно завизжал. - Задание начнется при звуке пушки. Когда это произойдет… -профессора Хван прервал громкий грохот пушки снаружи, и Чонин побледнел. - Ну, это ваш выход, мистер Ким. Идите. Пожалуйста, сделайте все возможное, чтобы не умереть там; одна только уборка будет сущим кошмаром, не говоря уже о бумажной волоките. - профессор Хван вздохнула и направила Чонина к выходу, оставив Ханбина и Лису наедине в палатке. Лиса неловко заерзала рядом с высоким мальчиком и отвлеклась, наблюдая за своей миниатюрной хвосторогой, которая рычала и щелкала зубами, карабкаясь по ее пальцам. Она не была так близка с Ханбином с тех пор, как их выбрали. С тех пор, как он повернулся к ней и сказал, что несет ответственность за то, что кинул ее имя в кубок. С тех пор она снова и снова обдумывала причины, по которым Ханбин делал что-то подобное, пытаясь понять, почему. То, как он посмотрел на нее, когда увидел ее с Дженни, было тем, к чему она постоянно возвращалась. Он ревновал, как ребенок, закативший истерику после того, как другой ребенок поиграл с его игрушкой. Эта мысль только разозлила Лису, потому что Дженни не была игрушкой, и теперь все было разрушено из-за неуместного собственничества Ханбина. На данный момент ему удалось разорвать ее дружбу с Дженни, прежде чем она успела перерасти во что-то существенное. То, как он прогуливался по замку с Дженни на хвосте, говорило Лисе, что он вполне доволен собой. Лиса знала, что это не то, чего хотела Дженни, она могла видеть это в глазах девушки, когда та кротко следовала за своим братом с места на место. Если бы она знала, что сделал Ханбин… она бы с ним покончила. Лисе пришлось поверить в это. Манобан вздохнула, более чем немного расстроено. Этот год должен был быть посвящен тому, чтобы разобраться в себе перед окончанием школы, подготовиться к сезону квиддича, провести время с друзьями, прежде чем они разойдутся по волшебному миру. Но нет. Благодаря Ханбину теперь ей пришлось столкнуться с драконом. - Дженни сказала мне, что ты сообщила ей о драконах. - сказал Ханбин, выводя Лису из задумчивости. Его голос был холоден, как тихая вода озера перед бурей. Она напряглась, глядя прямо перед собой, а не на него. - Если где-то там спрятано спасибо, то пожалуйста. Я уверена, что ты сделал бы то же самое для меня, - натянуто сказала Лиса. Ханбин усмехнулся. - Ты действительно совсем меня не знаешь. Крошечный дракончик Лисы взобрался на ее плечо, где он сел и сузил свои желтые глаза на Ханбина. Лиса повторила выражение лица мини-дракона, чувствуя, как гнев, который она сдерживала с тех пор, как ее выбрали, поднимается внутри нее. - Все это обернется для тебя неприятными последствиями, Ханбин, - коротко сказала она. - Дженни не простит тебя за то, что ты сделал со мной, и за то, что мы разлучены. Она одинока, Ханбин. Ты можешь думать, что ей достаточно тебя, но это не так. - Ты ничего не знаешь о моей сестре, - прорычал Ханбин, напрягая плечи. - Ты отправил меня сюда, - сердито посмотрела Лиса, сжав кулаки. - И для чего? - Чтобы обезопасить ее… - Единственный человек, от которого Дженни нуждается в защите, - это ты, - сердито посмотрела Лиса, и когда слова приземлились, сердце забилось у нее в груди. Теперь они были практически нос к носу, стальные серые глаза Ханбина пронзали огненно-голубые глаза Лисы, а дракон Лисы огрызнулся на него рядом с ее ухом. Лиса стиснула зубы, резко выдохнула и опустила плечи. - Но… Дженни все еще заботится о тебе. В конце концов, ты ее брат, - признала Лиса. - Это единственная причина, по которой я не сказала ей о том, что ты сделал, но я не буду молчать вечно. Она должна знать. Ноздри Ханбина раздулись, его челюсть сжалась, когда он выдержал взгляд Лисы. На долгое время воцарилась ледяная тишина. - Если вы меня извините. Мне нужно подготовиться, - наконец прошипел Ханбин. Он прошел в противоположный угол палатки и сел на землю, скрестив ноги, с закрытыми глазами. Лиса на мгновение замерла в середине палатки, прежде чем она пошаркала к скамейке, изо всех сил стараясь не обращать внимания на Ханбина, пока он медитировал, или настраивал себя, или делал что-то еще, чтобы подготовиться, сцепив руки под подбородком, бессмысленно бормоча себе под нос. Она надеялась, что, может быть, она напугала его, хоть немного. Возможно, ослепленный своей уверенностью в зависимости Дженни от него, он всерьез не подумал, что Дженни может не простить его, если узнает, что он сделал. В конце концов, Лисе казалось, что Дженни была единственным человеком, который имел над ним власть... если бы только она могла это видеть. Лиса закатила глаза от драматической демонстрации Ханбином подготовки и вместо этого слушала рев дракона, с которым столкнулся Чонин, а также крики и аплодисменты публики. Из того, что она смогла разобрать в речи Чон Соми, Чонин использовал заклинание призыва, чтобы получить свою метлу, которую он затем использовал, чтобы вырвать яйцо из-под носа дракона. Лиса слегка нахмурилась, почти жалея, что не подумала об этом. Она, конечно, чувствовала бы себя лучше, если бы у нее была с собой метла. Через несколько минут из толпы раздались оглушительные возгласы, говорящие о том, что Чонину удалось забрать свое яйцо. Снова прозвучал пушечный выстрел, и Ханбин оторвался от земли, выворачивая шею и вытягивая руки. Он поймал глаза Лисы для последнего гневного взгляда, прежде чем исчезнуть из палатки, оставив Лису наедине с бешено колотящимся сердцем и выворачивающимся желудком. Теперь, не отвлекаясь от своих нервов, ногти Лисы подверглись ярости ее ковыряния, когда она услышала особенно противное рычание со стадиона снаружи, за которым последовал безошибочный рев пламени. Соми объявила, что Ханбин использовал зелье защиты от огня и практически просто шел к дракону за яйцом. Он был на ринге всего пять минут, когда прозвучал финальный звук, возвестивший об его успехе. Показуха, фыркнула Лиса про себя, закатив глаза. Но теперь пришла очередь Лисы. Подавив позывы к рвоте, она стояла у двери палатки и ждала пушки. Она закрыла глаза, сосчитала вдохи. Представила Джису рядом с ней, сжимающую ее руку, когда все становится слишком громко, слишком ярко, слишком сильно. Мысль о ее друзьях и ее школе, которые все болели за нее, вероятно, одетые в какую-то нелепую одежду «команды Лисы», которая заставила бы ее улыбнуться, не смотря на безвкусицу. Она прижала руку к груди, чувствуя ожерелье из перьев сквозь ткань своей мантии, когда Лиса прижимала его к своей коже, и не могла не думать о Дженни, молча желая ей всего наилучшего и придавая ей силы. В ушах раздался гул пушки, и Лиса неуверенно вышла на свет. ---------------------------------------------------------- Осеннее солнце слепило глаза, и Лиса заморгала от света, пытаясь собраться с мыслями. Арена представляла собой большой круг каменистой местности. Он был более незащищенным, чем хотелось бы Лисе, лишь несколько зазубренных камней торчали из земли, а глубокие трещины давали возможность укрыться. Обломки и следы ожогов по всей арене свидетельствовали о предыдущих битвах Чонина и Ханбина. Лиса тяжело сглотнула при виде разрушения. Она робко оглядела новый ландшафт перед собой в поисках венгерской хвосторогой, с которой ей предстояло столкнуться. Вскоре она встретилась глазами с самым большим и самым грозным зверем, которого она когда-либо видела, когда он смотрел на нее с вершины высокой скалы. Никакое количество книг не могло подготовить Лису к огромному и чудовищному существу. Огромный дракон низко пригнулся над своей кладкой яиц, кожаные черные крылья полусвернутые над ее спиной, как разбитый зонтик, шипастый хвост бьется в воздухе, когда она смотрела прямо на Лису опасными желтыми глазами. Она прекрасна, подумала Лиса. Страшно, но красиво. Она была матерью, защищающей своих детей, а Лиса была незваным гостем в ее доме, что было абсолютно последним, чем любой здравомыслящий человек хотел бы быть в отношении дракона. Вспомнив свой план, Лиса тут же опустила голову в глубоком поклоне, от силы которого ее очки сползли с носа. Она знала, что драконы - гордые, царственные существа, поэтому Лиса хотела дать понять, что она всего лишь скромная служанка. Дракон ощетинился и зарычал от разочарования, разрываясь между тем, представляет ли Лиса достаточно серьезную угрозу, чтобы оправдать покидание своего гнезда для нападения - именно на это Лиса и рассчитывала. У других драконов не было особого выбора. Мальчики принялись за дело, ясно заявив о своих намерениях. Но Лиса знала лучше. В конце концов, драконы такие же существа, как и ее землеройки. У них были модели поведения и конкретные мотивы, и Лиса позаботилась о том, чтобы выучить их с начала. Хвосторог не покидал бы свое гнездо, если бы у него не было веской причины. Лиса планировала подарить ей одну; та, которая не включала в себя поджаривание ее. Надеюсь. Толпа совсем замолчала, а может Лиса просто хорошо блокировала их. Единственным звуком, который она слышала, был шум собственной крови в ушах. Она посмотрела в желтые глаза Хвосторога и медленно двинулась влево, крепко сжимая палочку в кармане. - Хорошая хвосторога, - пробормотала она себе под нос, делая медленные, осторожные шаги, гравий шелестит под ее ногами. - Я знаю, ты думаешь, что я здесь, чтобы украсть твоих детей, но я обещаю тебе, я просто хочу этого блестящего. Того, который точно не твой, хорошо? - большой камень торчал из каменистой равнины, и она медленно приближалась к нему. - Я знаю, что ты защищаешь только своих детей, - продолжила Лиса. Хвосторог внимательно следил за ней, из его морды клубился дым. Говорить этим низким, спокойным голосом помогало Лисе держать нервы под контролем. Она могла почти притвориться, что держит своих землероек, рассказывая им о своем дне под полуденным солнцем. - Поверь мне, я хочу быть здесь даже меньше, чем ты. - Хвосторог издал глубокий рокочущий звук. Когда она добралась до скалы, ей потребовалось все свое самообладание, чтобы не броситься за нее и не спрятаться. Но это, безусловно, привело бы к волнению дракона, поэтому она оставалась на виду у существа, независимо от того, как сильно каждый ее инстинкт выживания кричал ей, чтобы она сделала противоположное. Размышляя об этом, рисование Хвоста было удачей. Хотя, да, они были более свирепой породой из трех, у них также был самый сильный инстинкт накопления. Лиса планировала заставить этот инстинкт работать в её пользу. Медленно вытащив палочку. Она не сводила одного глаза с Хвосторога, превращая камень в огромную кучу сокровищ. Там, где раньше стояла скала, теперь была заманчивая гора золотых монет и блестящих драгоценных камней. Монеты с легким звоном рассыпались по земле, скатываясь в трещины на арене. У Лисы не было времени полюбоваться продуктом своей работы, как дракон встал на дыбы и издал леденящий кровь визг. Земля содрогнулась под тяжестью зверя, когда тот приземлился на четвереньки. Хвост дракона пронзил небо, когда он медленно сполз вниз из гнезда, щелкая челюстями и когтями, оставляя неровные шрамы на земле. В панике Лиса резко нырнула в глубокий поклон, устремив глаза в землю в явной демонстрации покорности. Волосы на затылке Лисы встали дыбом, когда она почувствовала приближение дракона. Каждый шаг был небольшим землетрясением, которое сотрясало кости Лисы. Лиса погрузилась во тьму. Дракон был прямо перед ней и закрыл солнце. Сердце Лисы стучало в ушах, когда она чувствовала, как дракон неуклонно опускает к ней свою огромную шипастую голову. Его дыхание было горячим и влажным на ее спине. Липкий сгусток слюны приземлился ей на шею, но она все еще не двигалась. Капелька пота скатилась по ее носу, затемнив землю там, где она брызнула. Лиса крепко зажмурила глаза. Это смешно, подумала она. Не могу поверить, что вот так я умираю. Все это безумие. Кто вообще думал, что заставлять семнадцатилетних драться с драконом было хорошей идеей?? я не могу поверить, что Дженни будет смотреть, как я умру, это так неловко... Низкий рокочущий звук вырвался из глубины горла дракона. Лиса напрягла каждый мускул своего тела, готовясь к неизбежному... Прохладный воздух ударил Лисе в затылок, и гнетущий жар от дыхания дракона исчез. Она приоткрыла один глаз и увидела, что дракон подвинулся, чтобы исследовать груду сокровищ, и провел острым когтем по преображенным золотым монетам. Лиса могла растаять на полу прямо сейчас, и ей пришлось зажать рот рукой, чтобы подавить резкий вздох облегчения. Ее разум пошатнулся от того, как близко она только что была, но она заставила себя оставаться спокойной. Сделала три размеренных вдоха и выдоха, прежде чем выпрямилась и поправила очки на лице, снова сосредоточившись. Яйцо было недалеко. Ей ненадолго пришло в голову сбежать, но это было слишком рискованно. Дракон обогнал бы ее в пешем забеге, не говоря уже о том, что он мог извергать огонь. Вместо этого Лиса решила держаться окраины арены. Каждая скала, по которой она ползла, казалась горой Эверест, и она то и дело оглядывалась через плечо, чтобы убедиться, что дракон все еще занят сокровищами. Лиса замерла, упершись одной ногой в валун, когда Хвосторог издал странный гортанный каркающий звук, подбирая особенно крупный рубин. Однако дракон, похоже, был доволен и отложил камень в специальную кучу, а затем продолжил рыться в золотых монетах. Лиса коротко выдохнула и продолжила подъем. После того, что показалось вечностью (на самом деле это были всего лишь минуты), она была почти у цели. Ее руки болели и протестовали, когда она, наконец, перелезла через последний гребень, который поставил ее на вершину большой наклонной каменной плиты, уходящей под углом в гнездо. Быстрый взгляд на дракона подтвердил, что существо все еще было счастливо занято. Все, что ей нужно было сделать, это спуститься вниз по этому камню, и яйцо будет ее. Лиса присела на корточки и начала шаркать вниз по скале, дюйм за дюймом мучительной боли. Ее сердце угрожало вырваться из груди, когда она подошла ближе, ее глаза метались между камнем, драконом и золотым яйцом. Она была так близко, что было больно. Еще немного…. Ее нога поскользнулась на рыхлом куске гравия. Ее лоб коснулся земли, когда она извернулась в последней отчаянной попытке встать на ноги, но ее руки бесполезно цеплялись за плоский камень, не находя опоры, когда она соскользнула вниз и упала прямо в гнездо дракона. Голова хвосторога дернулась от возмущения, а глаза яростно сверкнули, увидев Лису прямо посреди гнезда, окруженную яйцами. Ужасный визг вырвался из горла дракона, и он открыл свою пасть, чтобы выпустить поток пылающего адского пламени прямо на Лису. Лиса действовала исключительно инстинктивно, сработали рефлексы, отточенные годами тренировок по квиддичу, и она выставила палочку перед своим телом и закричала «Протего!». Прозрачный барьер вырвался из кончика ее палочки как раз в тот момент, когда в него врезалось ревущее пламя. Сила удара потребовала, чтобы Лиса схватила палочку обеими руками, чтобы сохранить заклинание. Обжигающе горячий огонь безжалостно извергался изо рта Хвосторога, хлестал вокруг защитного барьера, бесконечно ударяя по щиту Лисы. Лиса крепко зажмурилась, глядя на оранжевое пламя, и через мгновение ей снова исполнилось девять лет, и она смотрела на деревню, в которой ей предстоит провести остаток своей жизни, убеждая себя, что она выдумала пожар. Она была ребенком, и ее мир был в огне. Огонь был повсюду. Лижет кожу, жжет в легких, пылает даже под веками. Крики ее родителей, ее друзей, всей ее деревни эхом отдавались в ее ушах. Ее дом был разрушен, все сгорело, все пропало. Крики раздавались снова и снова, и Лиса чувствовала, что тонет в них, чувствовала, что ускользает... Но что-то возвращало ее и удерживало там, привязанной к реальности. Что-то твердое и прохладное висело у нее на шее. Глаза Лисы резко распахнулись, вырвавшись из черной бездны своих воспоминаний, и бешено метнулась мимо пламени, атаковавшего ее щит, отчаянно обшаривая толпу до тех пор, пока там. Джису. Глаза старшей Манобан были широко распахнуты от страха, когда она встала со своего места, практически свисая с барьера, разделявшего толпу и арену. Затем Лиса почувствовала что-то в своей груди, чувство, которое она никогда не думала, что испытает снова. Что-то, чего она не чувствовала с тех пор, как занималась магией с тетей Хёён на заднем дворе в Бурираме. Связь, которую она ощутила, когда шла по лесу у подножия горы Као рука об руку со своими матерью и отцом. Тепло, глубокая и древняя сила, исходящая из покоев ее сердца, заставляющая каждую клеточку ее тела ощущать себя взорвавшимся солнцем. Лиса резко вернулась в себя, заметив, что ее щит значительно уменьшился в размерах из-за кратковременной потери концентрации. Вскрикнув, она направила всю белоснежную горячую энергию, взорвавшуюся внутри нее, на то, чтобы снова построить щит, сжимая горло, она кричала, пока дракон не закрыл свою пасть, и пламя мгновенно погасло. Крик Лисы раздался на стадионе, и ее щит раскололся и исчез. Ее палочка упала рядом с ней, и она рухнула на одно колено, когда ее ладонь врезалась в землю под ней, оставив сеть глубоких трещин, которые паутиной расползлись от точки удара. Теплая струйка крови стекала по ее лицу. Все вокруг нее было выжжено и дымилось. Все, кроме небольшого круга вокруг нее, где она и гнездо оставались в полной безопасности, защищенные ее защитным заклинанием. Лиса подняла подбородок, чтобы посмотреть дракону в глаза, ее плечи вздымались и опускались от затрудненного дыхания. Ярость, казалось, медленно покидала дракона, и Лиса осторожно сжала палочку, пока Хвосторог пошевелил своей большой головой... и опустил ее в нечто похожее на поклон, но ведь этого не могло быть, не так ли? Но это было. Дракон кланялся ей, в этом не было никаких сомнений. Лиса не могла описать это как-то иначе, кроме момента безмолвного глубокого взаимопонимания между ней и зверем, который медленно моргнул, глядя на нее, как бы давая ей разрешение. Она медленно присела и потянулась за золотым яйцом. Оно было гладким и прохладным в ее руках, и она поднесла его к груди. Прозвучал финальный звук. На арену выбежали шестеро хранителей драконов, одновременно поражая дракона оглушающими заклинаниями. Первое задание было выполнено. --------------------------------------------------------------- Моменты сразу после того, как она достала яйцо, превратились в хаотичное размытие. Лису вывели с арены в маленькую медицинскую палатку сбоку, где над ней суетилась мадам Морзз. С нее сняли грязную одежду и заляпанные очки, оставили в простой хлопчатобумажной майке и нижнем белье, затем отвели к кровати и заставили сесть, пока ее проверяли на наличие порезов и ожогов. Она не пострадала, если не считать царапин на руках и пореза над бровью от падения, на которые мадам Морзз наложила бальзам с довольно неприятным запахом и несколько повязок. Несмотря на адреналин, струящийся по ее венам после испытания, Лиса была полностью вымотана. Она чувствовала себя слабой, измученной и невероятно маленькой. Она скрестила ноги на кровати, втягиваясь в себя, пока баюкала золотое яйцо на коленях. Она оставалась там, неподвижная и молчаливая, пока Джексон и Джису не ворвались в палатку, мешая друг другу, когда они бросились к кровати Лисы. - Лиса! - Джису ахнула и внимательно осмотрела ее пристальными карими глазами. - Ты в порядке, - вздохнула она, с облегчением опустив плечи, поскольку она, казалось, была довольна тем, что Лиса не пострадала. - Лиса, это было… я даже не знаю, что сказать. Я имею в виду, ты была великолепна, но… - Джису проиграла битву с дрожащей губой и всхлипнула в плечо Лисы, бормоча что-то о «моя младшая сестра, такая взрослая и боевые драконы». Лиса обмякла в объятиях Джису и успокаивающе провела круговыми движениями по спине сестры, концентрируясь на этом единственном движении, пока все вокруг нее оставалось туманным. Джексон улыбнулся ей, и Лиса была благодарна ему за то, что он решил обнять себя, а не удушить Джису. - Это было невероятно. Совершенно круто. Ты точно выиграешь это задание, Лиса! Лиса моргнула в ответ, и его слова не совсем соответствовали действительности. - Я чуть не умерла, Джексон. Дважды. (Это напоминание вызвало новую волну рыданий в Джису, и Лиса мягко шикнула на нее). Улыбка Джексона стала еще шире. - Ни у кого из других чемпионов не было своего дракона, чтобы поклониться им. Я не думаю, что это случалось с какой-либо волшебницей или волшебником когда-либо. Ты потрясающая, Лиса. - он наклонил голову и посмотрел на нее с искренностью в глазах. - Я никак не мог бы сделать ничего подобного. Ты действительно лучший чемпион, который мог быть в Хогвартсе. - Мне просто повезло, - тихо сказала Лиса. - Но спасибо, Джексон. Это много значит для меня. Джису появилась из-за плеча Лисы с опухшими глазами и пятнами на щеках и провела рукавом по мокрому носу. – Хорошо я в порядке – фыркнула она. Взгляд Лисы скользнул вниз и остановился на золотом яйце у нее на коленях. Она провела пальцами по его гладкой поверхности, пока ее ногти не зацепились за одну из вертикальных канавок, протянувшихся по всей длине яйца. - Я видела Бурирам, Джису, - тихо пробормотала она. - Ты вернула меня. Ты… и это, - она вытащила из-под рубашки ожерелье, которое ей дала Дженни, и крепко сжала его. Она подняла глаза на Джису, которая смотрела на нее с беспокойством, сверкая глазами. - О, Лиса… ты в порядке? Лиса тяжело сглотнула и кивнула, когда сестра положила руку ей на плечи, притягивая к себе. - Да, - сказала она. - Я что-то почувствовала, Су, - прошептала она, подняв подбородок к сестре. - Что-то внутри меня. Что-то, что я не думала, что когда-либо снова почувствую. Джису была озадачена неопределенным тоном Лисы. - Что ты имеешь в виду? - мягко спросила она. Лиса осмотрела свою ладонь, ту, что раздробила землю. По всем причинам ее рука должна была сломаться. Но вот она была в целости и сохранности. Лиса вздохнула, пренебрежительно тряхнула головой и оттолкнула ее. - Наверное, я просто немного потрясена. Видеть Бурирам в таком состоянии… легче не становится. Джису сжала ее, потирая руку вверх и вниз в этом особом «Джису» способе, которым всегда удавалось утешить Лису. - Я знаю. Джексон стоял у входа в палатку, глядя на арену. - Лиса, - сказал он, засовывая голову обратно внутрь, - они собираются объявить ваши баллы. Не хочешь посмотреть? Лиса помедлила, прежде чем покачать головой. - Думаю, я предпочла бы побыть немного одна, - сказала она, и Джису настороженно взглянула на нее, прежде чем понимающе вздохнуть. Она еще раз сжала плечи, прежде чем встать и положить руки на бедра. – В гостиной Пуффендуя будет вечеринка сегодня вечером, - сказала Джису, нахмурившись. - Я могу попросить их отменить, если ты предпочитаешь тишину и покой. Чистая привязанность к сестре растянула губы Лисы в бледной улыбке. - Вечеринка Пуффендуя против Джису Манобан? Неподвижный объект, встреча с непреодолимой силой. - У меня есть свои способы, Лиса, ты знаешь это, - серьезно сказала Джису, и Лиса слегка покачала головой. - Я буду в порядке для вечеринки. Думаю, к тому времени я все равно буду голодной, - сказала она и улыбнулась ради Джису. Джису наконец смягчилась и смиренно кивнула. - Давай, я все еще хочу, чтобы вы, ребята, рассказали мне, как я победила, - настаивала Лиса. Джексон быстро показал ей большой палец, прежде чем обнял Джису за плечи и вывел из палатки. Лиса вздохнула и откинулась на подушки, позволив, наконец, своим глазам закрыться. К ее огромному облегчению, не было ни огня, ни криков, ни ужаса. Просто мирное ничто. Золотое яйцо удобно легло на ноги Лисы, и она почти задумчиво погладила его гладкую поверхность. В некотором смысле она понимала, что дракон защищает яйцо. Она сама бы не была счастлива, если бы кто-то пришёл и попытался отобрать его у неё прямо сейчас. Она потянулась к ожерелью, которое ей подарила Дженни, держа перед собой перо, чтобы рассмотреть его. Это был такой же тёмно-розовый цвет крыльев Йе-джи, только чары Дженни сделали их жёсткими и блестящими. Он ловил и отражал свет, когда Лиса поворачивала его под определенным углом. Она провела подушечкой большого пальца по всей длине пера, и ощущение каждой бороздки вселило в нее необъяснимое чувство покоя. Ее глаза снова закрылись, когда она откинула голову назад, и она погрузилась в такое глубокое спокойствие - спокойствие, которого она не чувствовала с тех пор, как ее имя вылетело из кубка, - она почти уснула. Манобан бы наверняка уснула, если бы не заметила, что в палатке находится человек, и этот человек наблюдает за ней. Лиса посмотрела одним глазом, готовая разозлиться на кого-нибудь, но немного вздрогнула, увидев, кто это, и раздражение моментально рассеялось. - Дженни, - выдохнула она, и имя легко слетело с ее языка. - Привет, - сказала Дженни. Она казалась неуверенной, что было необычно для девушки из Шармбатона, которая всегда держалась так уравновешенно. Но сейчас она стояла перед Лисой, вся переминаясь с ноги на ногу и настороженно глядя в джинсах и толстом шерстяном свитере с закатанными в кулаки рукавами. - Извини, я не хотела тебя беспокоить. Ты кажешься… умиротворённой. Ленивая улыбка растянулась на губах Лисы. - Я была… я имею в виду, - поправилась она. - Забавно, что столкновение с драконом сделает это с тобой. Очень расслабляет. Тебе стоит как-нибудь попробовать, - сказала она с кривой ухмылкой. Дженни издала легкий смешок, который вырвался неожиданно и заставил ее нос сморщиться. - Я пропущу, Лиса. Ты выставила это достаточно устрашающе. Честно говоря, я думаю, что постарела лет на пятнадцать, просто наблюдая за тобой, - призналась она с тревожным содроганием. На щеках Дженни были отмечены вмятины в форме полумесяца, должно быть, в страхе та схватилась за них. Лиса не могла не дразнить ее за это. - Ты беспокоилась обо мне? Это немного мило. Брови Дженни дернулись, слегка нахмурившись, и она не удостоила Лису ответом. - Как твой брат? - спросила Лиса, и Дженни, похоже, почувствовала облегчение от смены темы. - Он в порядке. Дракон ударил его по плечу, что привело его в немного подавленное настроение, он такой перфекционист, - сказала Дженни с жалобным вздохом. - Ну, у него есть репутация, которую нужно поддерживать, не так ли? Дженни горько цокнула языком и закатила глаза. – Нет необходимости напоминать мне об этом, - пробормотала она. Лиса зашаркала на кровати и показательно кивнула в сторону пустого места. Дженни колебалась, но только мгновение, прежде чем села рядом с Лисой. Электрические зеленые глаза блуждали по лицу Лисы, смягчившись, увидев ожерелье, все еще зажатое между большим и указательным пальцами Лисы. - Ты носила его, - выдохнула она, и в ее голосе было что-то вроде облегчения и благоговения. - Да, - кивнула Лиса. Ее хватка сжалась вокруг него, когда она подумала о том, как он вернул ее на арену, когда ее воспоминания угрожали поглотить ее целиком. Как он служил якорем в огненном хаосе, который окружал ее. - Я полагаю, что мне действительно это помогло, - пробормотала она. - Возможно, - сказала Дженни и сделала задумчивую паузу. - Ты все-таки выиграла. Лиса моргнула в ответ на несколько секунд. - Действительно? - Действительно. Лиса замялась и покачала головой в неверии. - Ни за что. Я поскользнулась и упала в самый неподходящий момент, как идиотка, и я определенно провела больше всех там времени из нас троих. - Лиса, у тебя есть дракон, что поклонился тебе, - прямо заявила Дженни. - И это тоже было невероятно мощное заклинание щита; судьи были очень впечатлены. - Хм, - промычала Лиса и некоторое время все обдумывала. Она выиграла первое задание. Если быть до конца честной, она была так сосредоточена на выживании, что победа, даже не приходила ей в голову. - Для меня важно, что я могу защитить людей, которые мне небезразличны, - тихо сказала она, перебирая ожерелье в пальцах. - Когда мы изучали заклинания щита в Защите от темных искусств, я попросила профессора Ким поработать над ним вместе со мной вне занятий в течение двух недель. Думаю, я могу сказать, что все эти усилия того стоили. - Определенно, - выдохнула Дженни, решительно кивая. Она еще раз внимательно осмотрела Лису, нахмурив брови, когда ее взгляд остановился на повязке на лбу Лисы. - Ты ранена, - заметила она. - О, ничего, - настаивала Лиса, - я, должно быть, порезалась, когда упала. Рука Дженни протянулась, но замерла всего в нескольких дюймах от нее. - Могу я? - спросила она, и Лиса сглотнула и кивнула. Дженни осторожно подняла повязку и осмотрела порез Лисы. Лиса едва осмелилась пошевелиться, совершенно завороженная тем, как слегка приоткрылись розовые губы Дженни, когда она посмотрела на нее. Дженни заменила повязку и удовлетворенно кивнула. - Ваш целитель очень искусный. Ты быстро выздоровеешь, - оценила она. Лиса выдохнула, она не осознавала, что задержала дыхание, и издала слабый смешок. - Значит, никакого крутого шрама? - Боюсь, что нет, - весело ответила Дженни. - Черт. Мне действительно нужна помощь и в этом деле, - пошутила она, и Дженни рассмеялась. Лиса вздохнула, и на ее губах появилась легкая улыбка. Это было легко, подумала она. Быть рядом с Дженни, просто быть с Дженни. Лиса не могла вынести мысли о том, что у нее ничего нет, ни за что, и воспоминание о ее словах с Ханбином обрушилось на нее с новой силой. - Эй, Дженни? - спросила она, нарушая воцарившуюся вокруг них тишину. - Да? Лиса переместилась так, что она была в более вертикальном положении. Руки так и норовили возиться с очками, которые досадно валялись на прикроватной тумбочке, поэтому вместо этого она положила их на яйцо на коленях и посмотрела Дженни в глаза. - Ты должна спросить Ханбина, почему я участвую в турнире. Дженни замерла, у нее перехватило дыхание, когда она с обеспокоенным выражением лица отклонилась в сторону. - Почему? - Дженни. - Лиса говорила прямо, сжав губы. - Ты, должно быть, уже знаешь. Мерлин знает, ты достаточно умна. Ты просто… тебе нужно услышать это от него. У Дженни перехватило горло, когда она тяжело сглотнула и прошептала: «Лиса…» - Пожалуйста, - сказала Лиса, настойчиво, но нежно. Она положила руку поверх руки Дженни, и Дженни удивила ее тем, что переплела их пальцы вместе, крепко сжав их, и прикусила щеку изнутри. - Просто спроси его. Дженни судорожно выдохнула, и резко отдернула руку, чтобы вытереть едва образовавшиеся слезы, когда полог палатки поднялся и вошел сам Ханбин Ким. Вся комната приняла арктический холод, как только он вошёл. Его левая рука была на перевязи, и его серые глаза сканировали их пару, отмечая их близость и то, как рука Лисы все еще была протянута к Дженни. Лиса не отреагировала, разве что сжала ожерелье одной рукой, когда Ханбин подошел к ее постели, глядя на нее сверху вниз. - Впечатляющее выступление, Манобан, - хладнокровно усмехнулся он. - Тебе очень повезло, что ты выбралась живой. И, боже мой, это было впечатляющее проявление силы, когда ты расколола землю в конце. Скажи мне, что это было за заклинание? Глаза Ханбина сузились, превратившись в щелочки, а Лиса просто смотрела в ответ, вытянув челюсть. - Остаточная энергия защитного заклинания. Известно, что такое случается, - резко ответила Лиса. Ханбин коротко выдохнул, стоя над ней, глядя на нее сверху вниз и приближаясь. - Кто ты? - закипел он, и Лиса почувствовала его дыхание на своем лице. Ханбин был вынужден отступить, когда Дженни резко встала между ними двумя. - Мы должны дать Лисе отдохнуть, - сказала она, и ее голос звучал скорее как приказ, чем предложение. - Я ожидаю, что остальная часть нашей школы устроит какую-то вечеринку, чтобы отпраздновать твоё выступление. Ханбин мрачно нахмурился. - Я занял второе место. Вряд ли это стоит праздновать, - пробормотал он. Дженни издала многострадальный вздох, говорящий, что она не в настроении для этого. - Просто улыбнись и пей свое сливочное пиво, ладно? - Если ты настаиваешь, - сказал Ханбин, закатив глаза. - Да, - сказала Дженни, и Лиса не могла видеть ее глаз с того места, где она сидела, но они, должно быть, сверкали чем-то опасным для Ханбина, раз он так пожимал плечами. - Иди вперед, Ханбин. Я сейчас выйду. Ханбин долго хмурился, прежде чем развернуться на каблуках и вышел из палатки, покрывало захлопнулось за ним. Дженни судорожно выдохнула, ее тело резко обмякло, когда она снова повернулась к Лисе, опустошенная усилиями, которые потребовались, чтобы противостоять брату. Лиса не могла не улыбнуться от гордости. - Прости, - пробормотала Дженни, нежно прижимая виски. Лиса сглотнула, вздрогнув от того, как Ханбин смотрел на нее… как будто он пытался увидеть ее внутренности, вместе со всеми секретами о себе, которые она когда-либо скрывала. Она посмотрела на Дженни умоляющими глазами. - Дженни, пожалуйста. Поговори с Ханбином. - Поговорю, - сказала Дженни, сжав губы, и коротко кивнула. - Поздравляю с победой, Лиса, - тихо сказала она, прежде чем исчезнуть из палатки.