Рink neon in the sunlight.

Его зовут Николай Гоголь. У него неоново-розовые волосы, длинные, заплетенные в косу. Уши проколоты везде, где только можно, две сережки на губе, брови и языке. У него гетерохромия, где левый глаз- голубой, а правый- зеленый. У него шрам на левом глазу, вертикальный, который он любит подкрашивать черной или красной подводкой. Разноцветные детские пластыри везде, где только можно и бинты. Он постоянно где-то ранится, так что аккуратные пальцы всегда имеют хотя бы два пластыря разного цвета. У парня причудливо-белые ресницы и брови, что теперь бросается в глаза из-за кислотных волос. Немного пухлые губы с кровавой корочкой. Он часто ее закусывает, когда думает и потом жалеет. Бледная молочно-белая кожа, покрытая почти не видными веснушками. Их можно заметить только летом, и то, если приглядеться. Ногти, залакированные черным глянцем и стянутая чокером-лентой шея. На руках всегда можно заметить множество браслетов. Плетенные, силиконовые, резинки, просто одиночные нитки или детские браслетики из бусин. И на фоне всех этих милых и ярких аксессуаров черные, кожаные широкие браслеты с металлическими шипами, создают контраст. Всегда на нем какие-нибудь футболки с мотивирующими надписями, по типу: «Умри» или «Заткнись». Кольца- как из живучек по рублю, так и вполне нормальные. Подвески- одна с безобидным цветочком, а вторая- с вороним черепом. Бедная птица, но стоит признать, выглядит эффектно. Кто-то вроде заместителя старосты, что имеет отличные отношения со всеми, включая преподавателей и студентов. Ну, если тема не касается внешнего вида. А замечания на эту тему ему делали ой как часто. То им не нравится принт на его футболке, то им не нравится, что он в грязных кедах пришел, хотя на улице дождь и вообще пиздец. То, что он приперся в спальных штанах. Хотя они были вполне себе обычные, да, большие, да, как домашние. Но спальными эти синие штаны в клетку не являлись. Должны быть благодарны, что он вообще ходит! А то посмотрите, какие важные. И сейчас этот самый Николай Гоголь- Белая Смерть и просто долбанный фрик, не боящиеся показать фак преподу- стоит у расписания и ждет кого-то, кого даже не знает. Против своего желания и воли, просто потому что «так нужно». Стоит, нервно топая ногой в красном потрепанном конверсе. Держит одной рукой лямку заношенного рюкзака. Черный, с кучей цепочек и значков. Есть даже значки самодельные из скрепок, ключиков от жестяных банок и металлических крышек от стеклянных бутылок. На нем его излюбленная черная футболка с белыми буквами гласящими: «умри». Растянутые те самые синие штаны, а на плечах- красная клетчатая кофта. На руках- радуга и шипы. На ногах- потертые кеды, высокие и закрывающие щиколотки. Когда-то белая подошва шаркает по полу. Парень вздыхает, тряхнув головой с кислотными волосами. Сегодня утром он проснулся далеко не с мыслями, как хороша жизнь, а с отборным матом. Просто потому что его белая наволочка решила стать ярко-розовой. Четыре пары и плюсом ко всему семинар. Ахуенно просто. Он ничего не ел, поэтому сейчас он меньше всего хотел стоять тут и смотреть, как другие студенты уходят и как уходят Иван и Сигма под ручку. Цокнул языком, оборачиваясь и наконец видя выделяющуюся фигуру. Рост как у Сигмы примерно. Он его уже когда-то видел рядом с Ваней. Кажется, у них в комнате, Иван помогал ему с каким-то рефератом. Наверное. Гоголь тогда прошмыгнул и просто взял зарядку и сразу же ушел, не разглядывая кто там сидит и не расспрашивая. Они выглядели занятыми. -Препод задержал, — Николай внимательно смотрит на подошедшего. Черные волосы до плеч, ровные, словно вороньи перья. Холодные каре-красные глаза и бледная, болезненная кожа. Бледные кровавые губы и полуприкрытые веки. На нем теплый бежевый свитер и белые штаны с синими кедами. Не плохо, стоит сказать. Самый обычный черный рюкзак, без каких- либо значков или еще чего-либо. -Ты в общаге живешь или как? — Федор поднял на него взгляд, и какое-то время смотрел на Колю. Изучал. — Квартира. -Хорошо, тогда идем в общагу, потом сам как-нибудь доедешь, — Гоголь машет рукой, и они выходят из универа. Николай представить себе не может, что ему сейчас придется пережить. Сидеть и разговаривать на занудные и скучные темы с каким-то хмурым парнем. Не этого он хотел. Но голос у него красивый. -Слушай внимательно. В комнате я не один, со мной живут Ваня Гончаров- ты его знаешь, и Сигма. Просто Сигма, не спрашивай. Вещи не трогать, не шуметь, если Сигма уснет, иначе он тебе голову откусит. Ясно? — Достоевский кивает.- Отлично, хороший мальчик. Коля фрик. У него яркие волосы, он любит шутить странные шутки, иногда ведет себя как последний клоун и творит всякую дичь. Ну не один психически здоровый человек не будет вытворять то, что вытворяет он! Белая Смерть- Сумасшедшая Жизнь. Но не смотря на это сейчас он- холодный и серьезный парень с четвертого курса. Взрослый. Величественный. В какой-то степени. Но Федор знает, какой он при своих и это даже пугает. «-Знаешь Колю? Да, тот самый, что весной из окна полез во время пары за сиренью учителю. Он не предсказуем и предсказуем одновременно. Безумен и серьезен. Строг и лоялен. Добрый и агрессивный. И этим он страшен. Никогда не узнаешь- лжет он или нет. Никогда не узнаешь, какое твое действие или слово подействует на переключатель между «добродушный» и «равнодушный». Он очень недоверчивый. Я дружил с ним всего два года, а Сигма- лет пять. И только по истечении этих пяти лет Гоголь разрешал прикасаться к себе без предупреждения и просто прикасаться в целом. С ним стоит быть аккуратнее даже тебе. Я прекрасно знаю, что вы чем-то похожи, но Федь, правда. К нему нельзя относится так, как ты относишься к другим людям. Он узнает все, если захочет, и увидит все, если захочет. Он чувствует ложь, лесть и страх. Поэтому он Смерть. А Белая далеко не из-за когда-то белых волос. Из-за того, что он не оставляет следов. Потому что он- белый и невинный, стерильный и при этом всем в е равно Смерть. Понимаешь?» Это ему сказал Иван буквально вчера. Ночью, когда они курили в квартире у Достоевского. Федор снова просил у него помощи по учебе, но потом ему вспомнилась мысль о пока еще не видимом кураторе. И сейчас Достоевский, идет рядом с этим человеком, с Белой Смертью, с Колей. И он никак не верит, что все те вещи, что наговорил ему Иван- правда. «Его доверие очень сложно получить. Сложно получить, но очень легко потерять. И если ты его получил, а позже потерял- на второй шанс можешь не надеяться.» А вот это уже плохо. С куратором стоит иметь хорошие отношения, так?

***

-Вань, поставь чайник, пожалуйста, — С порога просит Гоголь и входит. Сразу же снимает свою рубашку и кидает на спинку кровати. Достоевский неловко мнется в проходе, пока ему не кивают на кровать слева. Это, вообще, была кровать Сигмы, но он будет не против. -Куда Сигма уже умотал? — Коля говорил не четко, держа зубами резинку. Он расплел свою косу и о боже. Ему бы обзавидовались все девчонки. Длинные волосы, до самых бедер. Немного вьющиеся, но очень легко расчесывающиеся. Заплетает их в высокий хвост, не сильно, чтобы дать голове отдохнуть. Ваня в это время ставит чайник и снова возвращается на центральную кровать. -Вроде как он долги пошел сдавать, — Гоголь жмёт плечами и садится рядом с Федором. -Когда он вернётся, нужно будет перестановку в комнате сделать. Кровати в одну сдвинуть, шкаф передвинуть. А то, сколько собираемся, — никак. Так до выпуска сидеть будем, — Гончаров кивает и снова утыкается в книгу. Чайник закипает, и Николай встаёт, налива его в две стеклянные кружки и позже ставит их на стол перед Достоевским. Последнему неловко. -Кстати, он просил передать, что отрежет твои патлы, если ты ещё раз будешь лежать на его вещах. Потому что твои волосы везде и ярко-розовый ещё заметнее. Вот, — Коля кивает и улыбается. Немного ёрзает на кровати и наконец поворачивается к Федору. -Федор Достоевский, так? — Брюнет кивает.- Что ж. Я не кусаюсь, не боись. А то сидишь зажатый такой, хихи. Гончаров закатывает глаза. -Васильевич Гоголь, не издеваетесь над бедным Федором, — Коля бросает «Ой, да ладно тебе» и наконец, успокаивается. Улыбка сходит с лица и в глаза возвращается тот ледяной блеск снежинок. -Так. Что вам от меня нужно на данный момент? -Ну…

***

Гоголь похож на кота. Огромного, мягкого кота. У него плавная и мягкая, почти бесшумная походка. Зоркие глаза, которые, наверное, также светятся в темноте от света. Хитрая улыбка и лисий прищур. Проворный, хитрый, тихий, жуткий и такой прекрасный. Ярко-розовая ворона среди двух других- синей и бело- сиреневой- и все они против миллион, миллиард черных ворон. Безумен и гениален. » А ты знал, что голову человека нельзя поднять одной рукой? Она такая же тяжелая, как шар для боулинга, хаха» Бархатистый голос, такой пленяющий и такой… Надменный. В общем, за этот разговор Федор узнал не только базу для общения с куратором, но и много бесполезных (наверное) фактов. А ведь ему ещё ехать домой по такой темени…