Возрождая из пекла

      Утро перед свадьбой, было сущим кошмаром для нерасторопной Несты. Ее рано разбудили. Умыли студеной водой с ног до головы. Фрейлины и служанки натирали ее маслами, дабы сделать кожу мягче.       Нефели, без привычной нежности и медлительности, собирала непослушные волосы своей госпожи в прическу. Она яростно расчесывала длинные кудрявые пряди, часто заставляя Несту вскрикивать от боли.       Затем, ее корсет зашнуровали так, что на глазах выступили слезы, и стало не только трудно дышать, но и заныла поясница. Все вокруг мельтешили, мелькали словно птицы среди облаков, стараясь сделать Несту как можно красивей, и юная Принцесса, распереживалась из-за своего шрама, боясь, что он испортит всю эту красоту, однако, опасения были напрасны: Неста была прекрасна.       Служанки восхищенно вздохнули, когда закончили наряжать Принцессу. Ее свадебное платье было белого цвета, с огромным количеством юбок, и рукавами до самого пола. V-образный вырез был расшит золотыми нитями и алмазами, а на подбедренной области, рубинами был вышит дракон, изрыгающий струю пламени, тянущуюся до самого пояса. Юбка тоже не была обделена вниманием, и была обшита яркими сапфирами.       Неста тоже смотрела на себя глазами, полными восхищения. Нефели, еще раз поправила подол платья своей госпожи, и наконец поднялась на ноги. — Моя Леди, вы подобны ангелу. — Только и сказала давняя подруга. Неста улыбнулась. Ее чуть трясло от волнения. — Боги, пусть день этот день пройдет идеально. Хотя бы один день. — Прошептала Принцесса, прежде чем обнять Нефели. Служанка скромно улыбнулась, взгляд ее был полон опасений и страха за свою Леди, но она конечно, не стала делиться ими с, и без того напуганной Нестой. «Все будет хорошо.» — твердила себе Нефели, гладя Несту по спине. — Моя Леди, вы готовы? — произнесла вошедшая в комнату Дэйна. Она оглядела Принцессу внимательным взглядом и кивнула каким-то своим мыслям.       Для Дэйны, этот день, наверное, был даже сложнее чем для самой невесты и ее жениха. Ведь если что-то пойдет не так, отвечать придется ей. — Ваша Милость, карета подана, нам пора ехать. — сказала Дэйна, и Неста бросив последний взгляд на свое отражение покинула свои покои.

***

— Пресвятые Боги, Люк, ты только посмотри, наша сестра, самая прелестная невеста на свете. — С улыбкой произнес Джейс, когда я вышла во двор. Люк оглядел меня хмурым взглядом и пробурчал в ответ: — Вот бы и жених был столь же достойным, сколь красива наша сестра. — Никто не обратил внимание на бурчание Люка. Лишь Деймон похлопал пасынка по плечу, и ободряюще улыбнулся. — Мне бы стоило обидеться на комплимент Джекейриса, но жених мой чертовски прав. Ты просто невероятно красива. — Сказала Бейла крепко обнимая меня. — Твое платье чудесно, да будет брак твой счастливым. — Добро улыбнувшись, искренне и тихо сказала Рейна, которая в отличие от сестры имела нрав тихий и скромный. — Спасибо вам большое. — Ответила я, пока каждый член семьи обнимал меня, желая удачи и любви. — Ты так быстро выросла, моя милая… — Сказала Рейнира, когда ей наконец удалось пробиться ко мне. Она погладила меня щеке, чуть задев старый шрам. — Я очень люблю тебя, моя доченька.       Прости меня, если я что-то делала в своей жизни не так. Даже если я ошибалась, я ни на мгновение, не переставала любить тебя. — Прошептала мама, целуя меня в щеку. — Нам пора. Боюсь, как бы в ожидании, жених не пустил корни и не обратился в дерево столь же зеленое, как наряд его матери. — Усмехаясь, и открывая дверь кареты, произнес Деймон. — Бейла громко рассмеялась словам отца, а Рейнира укоризненно глянула на мужа. Я совсем не оскорбилась словам Деймона, даже смогла улыбнуться на эту шутку.       Люцерис, любезно подал мне руку, дабы я могла сесть в карету, правда он все еще обиженно отводил взгляд, но я была рада, что несмотря на все разногласия, я все еще его любимая сестра.

***

— Ох, мне не верится, что я смогу побывать на королевской свадьбе. — Возбужденно произнесла одна из моих новоиспеченных фрейлин — Шарлотта Блаунт. Милая полноватая девочка, с красивыми каштановыми волосами и глазками, что возбужденно блестели каждый раз, когда видели что-то красивое. — Шарлин, не будь столь громкой, ты мешаешь принцессе. — Прервала ее другая девушка, которая была чуть постарше и меня, и Шарлотты. Я немного стеснялась Кейлы Пайл, которая была самой взрослой среди моих фрейлин, и обладала спокойным и строгим нравом. Несмотря на то, что в карете было довольно шумно (ведь ехала я в сопровождении шести девушек), Леди Кейла умудрялась читать книгу. — Леди Шарлотта мне совсем не мешает. — Сказала я, не желая расстраивать молодую голубушку, которая вся осунулась из-за замечания. Шарлотта благодарно улыбнулась, а не конфликтная Аннис, поддерживала с девочкой беседу, до тех самых пор, пока карета не подъехала к септе.       В этой компании, я чувствовала себя лишней. Все это торжество было в мою честь, но я была словно чужой. У каждой девушки в этой карете было свое место, в придуманной ими же иерархии, и по сути, я должна была занимать главенствующее место, но я была не наверху, и даже не внизу, я просто не вписывалась в этот порядок. Лишнее звено. Которое как бы ты не хотел, но не получится вложить в общую мозаичную картину. Как бы Аннис не старалась раскрепостить меня, все это была лишь маска. Тень настоящей меня. Нелепая словно старые сучки деревьев, переломанная и неправильная тень. Мне не хотелось ехать в этой карете набитой незнакомыми леди, я была бы рада, если бы тут сидела Нефели, которая бы держала меня за руки, успокаивая и даря уверенность в себе, а Аннис бы весело щебетала о том, что не стоит беспокоиться, и торжество пройдет идеально, а если и нет, то она будет рядом, и словно рыцарь в сказке спасет меня из неловкого положения.       Я печально глянула на Аннис, мы не могли спокойно поговорить о моих переживаниях. Слишком много чужаков было вокруг, и я не хотела казаться настолько слабой, что буду плакаться фрейлине словно дитя. — Вот мы и приехали! — радостно воскликнула Шарлотта, и Кейла Пайл, бросила на нее недовольный взгляд. Энтузиазм Шарлин тут же поугас и она, неловко ковыряя ногтем деревянную раму тихо промямлила. — Прошу прощения…       Я не стала ее утешать, просто кивнула, в предвкушении дожидаясь, когда двери кареты откроются, и моему взору предстанет все великолепие этого дня.

***

      Паж услужливо подал мне руку, и я с благодарностью приняла ее. Стоило моим ногам коснуться земли, как я забыла, как дышать. Мне показалось, что весь мир стал столь ярок, столь теплым, что все мое существо растворились в этом, стало нежным, податливым и мягким словно гусиный пух. Вокруг играла музыка, пестрели гербы наших домом: Таргариенов и Веларионов. Люди улыбались и переговаривались между собой. Звенели колокола септы. Небо было чистым, ни единого облачка и солнце сияло так ярко, что казалось, способно ослепить.       В свете этих лучей, казалось, будто даже каменные лики святых ожили, и нежно улыбаются мне, будто приглашая войти поскорее в Божий Дом, да сочетать себя узами брака.       Под руку меня взял Деймон, приободряюще похлопал свободной ладонью по предплечью. Мы медленными шагами, направились ко сводчатому входу в Септу. Люди кричали мне пожелания счастья, и я не могла удержать улыбки. С каждым шагом, дышать становилось все сложнее, словно волнение комом застряло у меня в горле. Еще сложней шагать стало, когда я увидела у дверей септы, своего жениха, облаченного в черные с оттенком зеленого, одежды. Конечно, в такой важный день как свадьба, Эймонд не мог, не продемонстрировать свою приверженность к «Зеленной команде», ведь женился он на одной из «Черных», и Лордам, и Леди, которые выступали приверженцами стороны Королевы Алисенты, требовались доказательства того, что Принц, все еще на стороне своей матери.       Я почувствовала, как перехватило мое дыхание, когда Эймонд взял меня за руку. Сердце забилось быстро-быстро, и мне показалось словно земля ушла из-под ног. Я посмотрела в глаза своего жениха, и почувствовала, как щеки заливает румянцем.       Эймонд смотрел на меня взглядом теплым и нежным. Это был особенный взгляд. Так он смотрела на свою мать и сестру, и на меня. Его губы тронула улыбка, которую он тут же поспешил спрятать за маской серьезности.       Септон что-то говорил, но меня это совсем не волновало. Все мое внимание было приковано к Эймонду. К его лицу. Светлым глазам и нежным пальцам, которые поглаживали мою ладонь.       Когда плащ с гербом Таргариенов опустился на мои плечи, я почувствовала, как к глазам подступили слезы. Столько радости, я не испытывала никогда. Такого волнения, не было даже тогда, когда я впервые оседлала и поднялась в небо на Тихой Ночи.       Этот обряд, соединил наши души. Образовал связь, которая и до этого дня была крепкой. Такой же крепкой, как у всадника и его дракона. — Этим поцелуем я клянусь тебе в любви и признаю тебя моим Лордом и мужем. — произнесла я тихо, едва ли не шепотом, но то было лишь из волнения, хотя, кому-то могло показаться, что из нежелания вступать с Принцем в брак. Каждое слово давалась мне тяжело, ведь сердце гнало кровь по моим венам столь быстро, что казалось, будто я горю. А еще, взгляд Эймонда в этот миг, был столь проникновенным, словно он заглядывал не в мои глаза, а в саму душу. — Этим поцелуем я клянусь тебе в любви и признаю тебя моей Леди и женой. — Произнес он в ответ, прежде чем его уста коснулись моих, окончательно скрепляя брачный обет. Он прижал мои ладони к своей груди, и я чувствовала, как в его груди, птицей трепещет сердце, и я знала, мое трепетало также. Весь мир померк для меня во мгновение ока, остался лишь он, и его губы. Лишь чувства, которые словно пламя, жгли наши тела и души, и мы были счастливы сгореть в этом огне не раз.       Вокруг раздались радостные крики. Разрушавшие магию момента. Мне так хотелось бы, чтоб этот момент длился подольше. Чтоб никого не было рядом. Лишь он, я и септа, залитая ярким солнечным светом.       Теперь, я была его женой.       Когда я повернулась к Лордам и Леди, я была уже не дочерью Принцессы Рейниры, которая вечно пряталась в тени; и не бастардом, на которого можно было смотреть с осуждением и за чьей спиной можно было шушукаться, а иногда и в глаза говорить гадости, скрытые под оберткой вежливых слов. Теперь, я была женой, второго сына Короля Визериса Миролюбивого, и никто бы не посмел сказать Принцу Эймонду в лицо, что его жена какая-то не такая.       Я словно, и сама перевоплотилась. Белый наряд, словно продемонстрировал всему свету, что я не гадкий утенок, что несмотря на все — я люблю и любима, что у меня есть то, чего нет у большинства. Любовь — мое самое большое сокровище. Искренняя любовь.

***

      Пир в честь свадьбы был великолепным, я видела как Аннис кружила в танце смущенную и охмелевшую от вина Шарлотт, и даже то, как вечно серьезная Кейлиа, улыбалась какому-то кавалеру, который пристроился за ее спиной, и держал за руку, что-то шепча ей на ухо.       Хелейна радостно улыбалась, иногда махая мне рукой, а Бейла с Джекейрисом не сходили с танцевальной площадки. Эти двое наслаждались друг другом, не замечая ничего вокруг. Они танцевали не в ритм музыки, и прижимались друг другу, не переставая смотреть в глаза, их любовь, тут же стала достоянием старых сплетниц, которые качая головами, тихо шептали, что в их время такого не было.       Рейна, сидела подле Люцериса, который выглядел так, словно из него жизнь ушла, и иногда кидал на меня взгляды побитого щенка, будто надеясь, что все это плохой сон. Когда невеста, погладила его по руке и прошептала что-то успокаивающее, он отмахнулся и грустно пригубил вина.       К вину сегодня (а впрочем, как и всегда), прилип и Эйгон, который, казалось, веселился и за Люцериса, в том числе. На шального Принца, с осуждением смотрел Отто, которого пьянство внука не устраивало от слова совсем.       Мама, казалось, выглядела довольной. Несмотря на то, что она была моей матерью, за весь день, я перекинулась с ней парой тройкой слов, и видела, как ей от этого больно; но пересилить себя, и подойти к ней, я не могла. Я любила свою мать, но близка с ней не была, и никогда не буду.       Мой теперь уже муж, сидел рядом со мной, вино расслабило и его, и на лице Эймонда расцвела улыбка, а руки мелко дрожали.       Теперь мы были семьей. Настоящей семьей.       Я не могла удержаться от глупых фантазий о том, сколь счастливым будет наш брак. У нас будет много детей (и конечно, все сыновья), полный любви и мира брак, и мы никогда не будем ссориться, ведь мы так хорошо ладим, и чтобы не случилось, сможем все решить без криков и обид.       Глупые и наивные девичьи мечты, но никто не мог отнять у меня их, особенно в день моей собственной свадьбы.

***

— Леди Шарлотта, вы прекрасно танцуете. — Смеясь сказала Аннис. Девушка, не замечала осуждающих взглядов, которые скользили по ней, и ее партнерше. Шарлотт смеялась и продолжала кружить в нелепом танце. Девочка уже с трудом держалась на ногах, и Аннис знала, что еще немного, и пора будет передать этого несмышленыша, в теплые объятия мягких перин.       Сжимая в одной руке бокал с горячительным, а в другой пухленькую ладошку Шарлотт, Аннис искала путь, по которому будет проще всего покинуть зал, но никак не находила. То ли она столь захмелела, что ничего толком не могла разглядеть, то ли этого пути просто не было, в любом случае, находится среди гостей, которые обмазались ароматными маслами, становилась тяжело для Шарлотты, чей желудок скручивало от запаха вспотевшей кожи и множества запахов, и Аннис прекрасно видела это.       Пока Аннис оглядывалась, кто-то довольно грубо врезался в нее, и Аннис пролила на свое платье, темно синего цвета, вино. Девушка выругалась и желая оценить ущерб, на мгновение выпустила ладонь Шарлотт, и провела пальцами по влажному пятну, когда Аннис вновь подняла взгляд, Шарлотты, уже не было рядом.       С губ девушки сорвался разочарованный вздох, она хотела провести глупышку до ее комнат, и вернутся на праздник, дабы присутствовать на церемонии провожания. Секунду, Аннис колебалась, думая, стоит ли идти искать Шарлотт, но ей не хотелось лишать себя развлечений в поисках недалекой девицы, и решив, что за Шарлоттой кто-то да присмотрит, Аннис вернулась к веселью. — Приятно снова видеть вас. — Сказал нахальный голос за ее спиной. Аннис сразу поняла кто это — Принц, которого судьба, некоторое время назад, привела в тот же бордель, где отдыхала и Аннис. — Могу сказать то же самое. — С улыбкой сказала Аннис поворачиваясь к Эйгону. Они оба были достаточно пьяны для того, что бы кокетство, свободно плескалось в их глазах, а жесты и движения, показывали сколь они расположены друг к другу.

***

      На церемонии провожания, Аннис так и не появилось, что крайне разочаровало Несту. Пока гости провожали новобрачных, снимая с них тяжелые одежды, Неста все пыталась разглядеть подругу, увидеть взгляд, который всегда успокаивал беспокойное сердце, но заместо подруги, она видела лишь музыкантов, играющих «Снял король корону, королева — башмачок», и мужчин которые раздевая ее, как и полагалось, отпускали грубые шутки.