Я.

- Где же наш младший? - Да полно тебе! - Наследник срывается, перечит сестре. - Пусть идёт куда хочет, нам нипочём - Поддакивает средний - Без него не умрём. Девица, замолкнув, переходит к обеду. А мыслям её покоя всё нету: " Неправильно как-то, да как-то всё грубо. Не знаю... Обычно семьи любят друг друга. Я в книжках читала, так заведено: Между людьми должны царить мир и добро." Однако ноги не встают. Не бегут и не идут. Продолжают сидеть тут, среди раздоров и смут. Почему? Да не знает она. Пылкой речью братцев была сломлена.                          -☆▪︎☆▪︎☆- - Проваливай. - Женщина вздёрнула руку по направлению к двери, на секунду обнажив худощавые, грязные пальцы со сломанными ногтями и тут же спрятала её под плащ. Её затрясло ещё сильнее. Теперь это нельзя сравнить с пошатыванием; скорее с импульсивным подрагиванием от холода. - Но я же не могу оставить всё так, как оно есть. И почему столь фамильярно? Мы не переходили на- - Вон. - Вы больны? - Уйди. - Выглядите таковой. - Пошёл прочь. - Что случилось? - Выметайся! - Вцепившись жёсткими костяшками пальцев в плечи доктора, женщина рванула его за собой, выталкивая из дома. - Вам нужна помощь. Я врач и- - Рада за тебя. - Зло огрызнулась художница, до стука пнув дверь ногой так, что та в полёте затряслась. - Постойте, вы- - Гуляй, Вася! - Звонкий хлопок двери, вновь вернувший Дока в светлый, цветной мир. - Действительно нуждаетесь...в помощи. - Вполголоса досказал себе доктор, крепко сцепив потные ладони. Бордак, внешний вид девушки и те разодранные карты не являлись показателем благополучия человека. Не было желания вновь заявляться в дом, трепать нервы и доставлять ей дискомфорт, заставляя снова себя выпинывать. Также не хотелось спокойненько уходить, оставляя грубиянку наедине с ответственностью за испорченный им рисунок. Док стоял на крыльце, пялился на дверь и думал. Думал, как никогда. Думал, как начать диалог при повторном входе. Стоит ли вообще его начинать, входить, досаждая и без того уставшему картографу. Однозначно стоит. Внезапно ком в голове доктора, сваленный из состояния девушки и комнаты, тех клочьев в углу, пылюги и сырости дома ярко выстрелил иглой в груди. Почему этот заказ должен был быть последним?                           -☆▪︎☆▪︎☆- - Посол, завидя сей сырбор На помощь вдруг вызвался: " Мой милый король... Я вижу, к чему всё тут клонит. Позвольте и мне вклад свой внести, А то гляди - корабль потонет. Не стоит воспитание их запускать. Иначе плачевных последствий не избежать. Вам лишь одно сейчас стоит понять: Детей иногда надо ругать." "Согласен с тобой я, мой милый друг. Да вот с каждым днём сокращается отцовский досуг. С радостью приму я подмогу твою, Благодарю. С тобой королевство миновало беду." И принял он решение на Посла всё списать; Однако наследника остался сам тренировать - А то неизвестно научит чему. Гонцу в фехтовании бы поднаторетьсамому. Так и случилось: Двое с Послом, успешным во всём, Старший с отцом, мечом и копьём. ...Младший, естественно, не при чём. - Маска нагнулся к одному из слушателей, показательно сложив руки ракушкой у его уха и продолжил менее громко, ссылаясь на шёпот: -Поговаривают, мать долгое время была больна. Умерла сразу после того, как его родила. Да и сам сынишка вышел...такой...- В общем всякому горю он был виной. - Стоило остальным податься ближе, дабы расслышать его говор, актёр вскочил. - Эх, что-то мы отвлеклись, народ! А ведь в их мире день за днём так и идёт! Гляди - близится бал. 20 лет назад король Алагадду основал. И с тех пор остров всё процветал! Юбилей в честь того, что достоинство мира удержал. " Пройдёмте в танцевальный зал!" - Уже который раз Посол всех созывал. Но не откликался никто. " Да уж...Комильфо" - С сарказмом бурчал он под нос, Неся в библиотеку с едой поднос. <<По приказу короля, Дочь должна быть накормлена, Даже если на ужин не пришла.>> Остановился. Вот и вход. Золотых узоров свод, Вдоль возвышающихся ворот Достигает апогеи угод. Любоваться долго, увы, не пришлось: По ту сторону тихое рыдание донеслось. В груди всё сжалось, тело затряслось. "Не уж-то с девицей что-то стряслось?!" И ринулся он, сломя голову, вглубь. Да так, что изломался каждый каблук. Да так, что пролился на пол весь суп. Да так, что заволновался сам книголюб, Когда спешный топот раздался вокруг. "Моя дорогая, что Вас тревожит?"- Завидев принцессу, заладил он: "может... Кто-то обидел Вас, или поранил? Стоит ли мне вызывать к нам охрану?" Напуганная столь внезапным появлением, Резким расспросом и напомощь вдруг рвением, С силой забилась в угол она, Небольшую книжонку сжимая в руках. - Нет, всё впорядке со мною... Беспокоиться не стоит. - А сама слёзы подтирает полотною, На вид уже давно сырою. - Но не бывает же так, Что б из глаз всё лилось просто так!- Сломанных каблуков о пол нервный такт. - Наверняка есть какая-то проблема. Нерешённая дилемма, непонятая тема? - Неверно. - Что же тогда? - Да так...Вам до такого нет дела. - Откуда Вам знать? - А вот знаю. - Ну же? - Ваша взяла. - Сказала она, Книгу подняла и Послу отдала. - Я тут одну историю прочла... Видите ли, главная героиня умерла. А мне её жалко - хорошая была. Только вот судьба к ней не мила: По случайности яду выпила, Да в гроб слегла. А после похорон оказалось, что никому и подавно нужна не была. - Вот дела! - Да! - Что было сил воскликнула она, Но тут же притихла, Завидев изменения в лице Посла: - И из-за этой ерунды? Достоина она того? Вы что?! - Схватился заголову он, закрыв глаза. - Бесполезная брехня... Бросьте, милая моя! - Книга летит на стол, Скользит по нему, Целиться в пол, Да попадает в другой угол. - Не об этом сейчас заботиться надо! У нас серьёзные планы насчёт маскарада! - И появилась в её взгляде та колкая прохлада, Что как игла пронзила вмиг гада. С ней уже была знакома она: От отца доносилась игла, Когда, Увлёкшись пересказом очередного стишка Про "время короля" забывала она. - Я этой халатностью к чувствам сыта сполна! Не уж-то я сейчас тобой обвинена, Что любовь моя к книгам дурна?! - Принцесса, растерявшись, нападать начала. - Душа твоя вольна... А вот язык подрезать - не беда! - Ох!!! - Всплеснул руками актёр, яростно замотав головой. - Опять не в то русло пошло. - Маска понурил голову и сжал переносицу, нахмурив брови. Все притихли, гадая, является ли это частью представления, или же он действительно запнулся. Секунд десять пробормотав что-то невнятное под нос, вагант смиренно сложил ладони, доходчиво объясняя: - Не может же наша слабачка сама за себя постоять, ведь так? - Обратился он в пустоту. - Дело надо исправлять... Разрешите заново сцену начать! И все начали одобрительно восклицать. И актёр, желание зрителя впитав, Вновь стал пьесу в соло продолжать: -Не об этом сейчас заботиться надо! У нас серьёзные планы насчёт маскарада! Это ж так надо...! -И он, Осознав, что на принцессу повысил тон, Хотел уже мотнуться из библиотеки вон, Да вот слова её взяли разгон: - Эх, нет! Так тоже не пойдёт! - Брезгливо развёл руками Маска, задрав голову. Из толпы вырвалась парочка недовольных вздохов. Явно от подозревающих, что данная конфузия к выступлению никоим образом не относится. -  Красивое небо, не правда ли? А вот где-то там, вдали... Сидит наша сестрица, да плачет. Только надо вам это приподнести... Слегка иначе. Да вот не знаю я. Мне, друзья...Помощь ваша нужна. Может... Идея у кого есть одна? - Она...- Все обернулись на парня, выделяющегося из пёстрой кучи своим красным плащом с капюшоном. - Может сойти с ума...- Маска во время выступления часто сталкивался с ним взглядом. Казалось, он маячил здесь с самого начала. Был одним из первых, кто подошёл к фонтану и остался слушать. - От горя, что...Тоже никому не нужна. Ну...Как героиня та. - И было в этом взгляде что-то до мурашек проницательное. Заметное только демону и предназначенное именно для него. Парень, наперерез своему скромному, тихому голоску жадно впивался глазами в Маску. В его бездонные чернотные прорези, словно с интересом рассматривал то, что сам носитель умело скрывал от остальных. - Заставьте её страдать. Семейка мёртвых! Никому из них беды не миновать. Речь паренька Маску сильно напрягла. Но виду подавать было нельзя. - Да, жестокости вам не занимать. Хотя...Вы правы. Чему быть - того не миновать! А теперь извольте почесть вам оказать,- В благодарность актёр чуть поклонился, кивнув незнакомцу, - Вынужден я повесть свою продолжать! Коли идея теперь есть. - Тоесть...- Вот голос подала другая слушательница, стоящая позади парня. - Погодите, я вас не пойму...Всё, что ли, придумываете на ходу? - А что, можно было подругому? - Актёр спрятал раскрывшийся от удивления рот кончиками пальцев, отведя виноватый взгляд всторону, что вызвало у девушки краткий смешок. - Обычно текста долго заучивают. - Нам это ни к чему! - Словно отмахнувшись от внезапно нахлынувшего гнёта, комик расслабленно выдохнул, положив руку на грудь. - Справимся вслепую. Так даже интересней: До конца ли дотяну? Или сдамся на полходу? Ох, что же это я всё резину тяну! Совсем забыли мы про сестру! Видать и вправду... С ума сойти обречена она. Раз, как оказывается, Точно так же, как героиня та... - Он на мгновенье обернулся, чтобы проверить, следит ли за ним "красный капюшон". Следит. -Никому не нужна...                               -☆▪︎☆▪︎☆- Причиной без стука вновь вломиться в лавку стал внезапный грохот, оставивший после себя лишь тишину. Картограф скрючившись лежала на полу, приподнимаясь на дрожащей руке. - Что случилось? - Подойдя, Док присел рядом, попытавшись ненавязчиво поднять девушку. Та молчала, тяжело дыша. Окинув комнату взглядом и обнаружив, что ничего подходящего для сиденья нет, врач решил оставить её на полу. - Спокойно. Сейчас вы должны прилечь. - Доктор удивлялся своими скачками серьёзности в опасных ситуациях только первые пару раз. Осознание им того, что человек находится на грани часто выручало самого человека, ибо оно заставляло лекаря моментально вспоминать все азы первой и медицинской помощи, действуя словно по заранее отыгранному сценарию. Часто он приравнивал это осознание к страху за чью-то жизнь, и больше всего склонялся к этой версии, даже если не испытывал привычной тряски рук и потения ладоней. - Надо снять плащ, чтобы обеспечить вам свободное дыхание. - Объявил Док, ожидая разрешения художницы. - Не стоит. Мне уже лучше. - Глухо прокашлявшись себе в руку она села, закрыв глаза. - Я прогнала вас минуты три назад. Вы всё это время стояли за дверью? - Неожиданный переход с "ты" на "вы" также возмутил доктора, как девушку его спонтанное появление. - Ждал, пока вы упадёте в обморок. - С лёгкой ехидницой выдал Док, встав с пола. - Вы неважно выглядите. Худая и бледная. Почему не обратились к доктору? - Незачем. - Непонятно стёбно усмехнулась она над самой собой. - Не бережёте вы себя. Лучше сядьте на что-нибудь мягкое. А лучше лягте. - Врач помог девушке встать и проследовал по направлению за ней, когда та потянулась к ещё одной куче изрисованных бумаг. Разгребя вершину из свёрнутых холстов, художница присела на кресло, всё это время скрывавшееся под ними. Несколько секунд неловкого молчания разбавили их поверхностный диалог. -...Спасибо. Теперь можете идти. - Девушка слабо затарабанила пальцами по обивке подлокотника, уставившись куда-то влево. - Не поймите меня неправильно, но мне лучше побыть с вами некоторое время. Приступ может повториться. - Они у меня единичные. - Невзначай выдала художница и тут же поджала губы, пожалев об этом. - Такое уже происходило...и не раз? Поняв, что теперь от доктора она никак не отделается, девушка обречённо выдохнула и сползла вниз по спинке. Её поймали за руку, как маленького ребёнка, таскающего ночью конфеты из буфета. Ответом доктору послужило недовольное молчание. - У вас есть тряпка? - Что? - Стол. - Оба взглянули на мокрую массу, образовавшуюся из размягших салфеток и остального мусора.