Пластинки и любовь

Последние несколько дней Эдгар засыпал и просыпался с трепетом в сердце и мыслями о новом знакомом. Он не мог выбросить из головы слова Рампо о их следующей возможной встрече, нет, тот был уверен в том, что они непременно увидятся вновь, это просто не могло не подогревать навязчивое желание встречи. Эдгар запомнил названный Эдогавой адрес и уже начал задумываться о визите, пытаясь откинуть своё стеснение. Выходило с переменным успехом, длившемся не больше пяти секунд. Все попытки в писательстве шли из рук вон плохо и заканчивались ничем. Садясь за стол, Эдгар лишь сверлил взглядом белый лист с парой перечёркнутых строк, иногда поглядывая на непривычно молчащий проигрыватель, а уже через считанные минуты сидел, стиснув руками голову. Когда одна из таких попыток закончилась случайно опрокинутой, почти полной чашкой с кофе, которое немного разлилось на край стола, намочив бумагу, а кружка упала на пол и разбилась, перепугав лежавшего совсем рядом Карла, Эдгар решительно настроился хотя бы выбраться из дома сразу с наступлением восхода, лучшим решением, конечно же, был визит в излюбленный магазинчик. Возможно, свежий воздух и покупка новой музыки хоть немного приведут мысли в порядок, да и Карлу полезно разминать лапы прогулками, а не только выбираться во дворик у дома пару раз в день. С наступлением утра Карл смиренно стоял, пока на него надевали шлейку, наконец они вышли на крыльцо. Закрыв входную дверь на ключ, Эдгар вдохнул полной грудью, щурясь от лучей восходящего солнца, прохладный воздух и привычная для начала дня влага приятно освежали порядком измученное бледное лицо. Их домик находился не далеко от «Аннабель» и за 40 минут нерасторопной прогулки две ноги и четыре лапы успешно добрались к нужному месту. Раздался уже родной для ушей и сердца звон колокольчика, всё тот же добродушный старческий голос встретил постоянных гостей. Мужчине показалось, что с их последней встречи вечные синяки под глазами юноши стали ещё больше, но тактично решил не заострять на этом внимание. — Вы сегодня без нового друга. — Не то прокомментировал, не то спросил мужчина уже подошедшего к своей любимой полке Эдгара. Ох, знал бы он, что именно «новый друг» являлся главной причиной всех переживаний и черноты под глазами. Не получив ответа, продавец не продолжал разговор на эту тему, решив покормить Карла порцией его излюбленных угощений. Эдгар полностью увлёкся перебиранием новых пластинок, до которых не успел добраться в прошлый раз. Стоило взять в руки очередной диск, как он чуть не запустил эту драгоценную вещь в полёт, который наверняка окончился бы падением. — По-кун! Я так и знал! — Звонкий голос чуть ли не бил ушам, сопровождаясь сильными, а что хуже — неожиданными похлопываниями по спине. Даже чуткий Карл подпрыгнул от неожиданности. Бедолага Эдгар лишь сильнее вцепился в пластинку и замер на месте, понимая, что если вздрогнет, то все стеллажи в магазинчике попадают по принципу дорожки из домино, а единственной уцелевшей мелочью будет эта самая пластинка в его руках. Но стоило ему разжать глаза и обернуться, как испуг моментально начал перетекать в смущение. Он лишь настраивался заглянуть в гости и не ожидал столь скорой встречи с новым знакомым, мысли о котором не покидали голову днём и ночью, вызывая бурю противоречивых чувств в душе. Такие сюрпризы явно не для расшатанных нервишек Эдгара. -Рампо-кун? Напугал же ты меня... — Он схватился за сердце, которое уже было готово вот-вот выпрыгнуть из груди от смущения и испуга сразу, — как ты здесь? Мне казалось, что у тебя… Эм, большие проблемы с ориентированием. — Ну да! Поэтому я снова решил пойти к тому кафе и как в прошлый раз попал сюда! — В голосе читались нотки гордости за столь гениальный план. «Во истину хуманизация топографического кретинизма», — Эдгар улыбнулся сам себе на эти мысли. Из раздумий его вырвал уже хорошо знакомый звонкий голос. — Я тебя искал! Тот дедок сказал, что ты часто заходишь сюда на каникулах, но вчера ты не появлялся! И позавчера тоже. — В интонации читались нотки обиды. — Ну я же не каждый день… — «Минутку! Он приходил сюда все те дни, что я был дома?!», — такая настойчивость несколько поразила Эдгара. — Я хочу прийти к тебе в гости, — слова были отчеканены так, будто собеседник просто не имел права отказа, — опережая твои вопросы отвечу: мне стало любопытно взглянуть на коллекцию такого частого гостя этого места, настолько частого, что хозяин кормит твоего мохнатого друга с собственных рук, — он кинул взгляд в сторону, убедившись, что именно этим мужчина сейчас и занимается. — Не такая уж и большая коллекция… Далеко не все пластинки такие дешёвые. — Эдгар скорее вёл беседу с винилом в своих руках, нежели с Рампо, больше прежнего стесняясь заглянуть в эти уверенные зелёные глаза. — Меня это мало беспокоит, -он помахал рукой перед лицом в отрицательном жесте, как бы обрывая на корню все попытки Эдгара в сопротивлении, — это только увеличивает вероятность того, что начало коллекции положили твои самые любимые песни, а это зна-ачит, — игриво протянув последнее слово, Рампо наклонился ещё ближе к Эдгару, — я сразу узнаю, какая музыка тебе нравится. Между их лицами было приличное расстояние, но Эдгару казалось, что он ощущает чужое тёплое дыхание на своей шее, ярко контрастирующее с холодной кожей. Рампо буквально настаивает на визите к новому знакомому. Не то, чтобы тот против, просто смущение совсем выбивает из колеи и без того молчаливого Эдгара, внутренний голос только подначивал: «Это твой шанс, решайся! Сам же хотел к нему прийти, наверняка бы струсил прямо перед дверью, раз даже сейчас ответить не можешь. Пользуйся возможностью, он сам пришёл ради тебя!», — такой исход собственных мыслей заставил Эдгара заливаться краской ещё больше и обеими руками, почти обнимая, прижимать пластинку к груди ещё крепче. — Ну так что? — Словно не замечая чужого смятения, Рампо вернулся в исходное положение, дав Эдгару хоть немного личного пространства для построения невидимого защитного барьера, который помог бы настроиться на ответ. Владелец магазинчика вернулся за стойку и с умиротворённой улыбкой наблюдал за этой картиной, мысленно радуясь, что нашёлся человек, вытягивающий его любимого постояльца из круга своей замкнутости, всё же порой полезно выбираться из зоны комфорта. И что-то ему подсказывает, что Эдгар не пожалеет об этом решении. Если только решится. — Хорошо, тогда отправимся прямо сейчас? Ты свободен? — Эдгар старался поддерживать видимое спокойствие, но внутри бушевала уйма эмоций, он сам приятно поражался своей же решительности и подсознательно благодарил Рампо за то, что тот первым идёт на контакт и не отворачивается после пары неудачных попыток Эдгара найтись с ответом. — Ну конечно! Не я ли тебя последние дни тут вылавливал? — Осуждение длилось недолго и Рампо тут же приободрился, направившись к выходу. Эдгар вернул пластинку на место, в очередной раз не досмотрев новинки, и последовал за уверенно шагающим Эдогавой, кивнув владельцу в знак благодарности за то, что тот все эти дни терпел визиты и расспросы нового гостя.

***

За прошедшую неделю Рампо успел навестить Эдгара несколько раз и узнать о нём даже больше, чем хотел. Но первым визитом был особенно доволен, ибо увидел в проигрывателе рекомендованную им «La Seine», но на просьбу рассказать свои впечатления о песне Эдгар почему-то засмущался больше обычного, Рампо решил отложить этот вопрос на потом. Ещё одни одним приятным сюрпризом было другое увлечение этого любителя винила — писательство. Эдгар пробовал себя в написании небольших классических детективов, к чему Рампо, как любитель этого жанра, ещё и с тягой к решению разного рода задачек, просто не мог не проявить интерес. Разумеется, любая критика больно отзывалась на душе начинающего писателя, но он считал, что это лучше слепой похвалы и с огромным предвкушением ждал, когда Рампо посмотрит на его очередную историю, следил за любыми изменениями в лице парня во время чтения и стойко выслушивал конструктивное мнение касательно своих работ. Но всё же заключительные искренние «Мне понравилось» или «Но ты всё равно делаешь успехи» в отзывах Рампо отзывались приятным теплом на сердце. Эдгар любил похвалу, а Рампо не заострял внимание на одних лишь ошибках, в этом они явно сошлись и юного писателя как никогда переполняло желание творить. До тех пор, пока новый порыв вдохновения не снесло вихрем навязчивых мыслей, по привычке перенесённых на бумагу — так было в разы проще выплеснуть эмоции и заодно поразмыслить над ними: «Люблю твою очаровательную мордашку, изгибы твоей стройной талии, твой проницательный до глубины души взгляд, твой лучезарный звонкий голос, всё. Безумно…». — Ну нет! Какое «люблю»? Ты знаешь его от силы неделю, так просто не может быть. Наверняка я просто привязался к нему, ну точно! Никто не уделял мне так много внимания, в моём доме не было гостей, никто раньше не трогал мои волосы… Сам себя не понимаю! Но вдруг., — Эдгар вяло встал из-за стола, но написанное зачёркивать не стал, просто пошёл в соседнюю комнату и, усевшись на край кровати, поставил согнутые в локтях руки на колени и подпёр лоб ладонями, небрежно раздвигая чёлку в разные стороны. Верный друг тут же запрыгнул и разместился рядом, — эх, и вот что мне делать, Карл? — Хозяин смотрел в блестящие енотовые глаза с такой надеждой, будто и правда сможет разглядеть в них ответ, но лишь тяжело вздохнул и поглаживал пушистую макушку, перестав о чём-либо думать. Эдгар только в лёгких романах и читал о симпатии с первого взгляда, но чего он никак не ожидал, так того, что сам от части повторит судьбу одного из героев. Подобное всегда обходило стороной и, казалось, продолжит огибать, продолжит быть чем-то далёким, фантастичным… И что же теперь? На то она и влюблённость с первых встреч, как гром среди ясного неба. За несколько встреч новые знакомые успели обменяться номерами, личными интересами, один раз Рампо даже удалось вытащить Эдгара в кофейню, не без компании Карла конечно, взаимный интерес Эдогавы и енота друг к другу только увеличивался. Последний, привыкнув к уже постоянному в их доме гостю, иной раз забирался на плечи парня, но если Рампо приносил свои вкусности, то всегда спешил поскорее спрятать их от чуткого носа и ловких лап после неоднократных попыток воровства, причём весьма успешных… — Эдгар! Это просто невыносимая наглость! — Крик раздавался такой, будто вот-вот наступит конец света. — Что стряслось? — Хозяин енота непонимающе заглянул на кухню, где Рампо уже был готов вверх дном перевернуть содержимое шкафчиков. — Твой мохнатый комок опять сожрал моё печенье! Ты посмотри, — Эдогава показательно перевернул пустую упаковку открытой стороной вниз и потряс ей, — ты не задумался о покупке сейфа? На лёгкий смешок Эдгара Рампо надулся ещё больше, словно маленький ребёнок. — Между прочим, это печенье делают только в той самой кофейне в центре города! Его очень быстро разбирают и сегодня мне посчастливилось застать пару оставшихся порций по пути к тебе. А он! — Рампо сердито указал пальцем на непринуждённо сидящего у ног хозяина Карла. «И как он только не слопал всё печенье, когда добирался до меня?». — Может… Попробуем сделать его сами? Рецепт не сложный, главное ингредиенты в нужных пропорциях подобрать. Формочки и кондитерский коврик у меня есть, только за продуктами сходить. — Ты умеешь печь сладости?! Что же сразу не сказал! Я уже готов отдать тебе своё сердце, — как само собой разумеющееся отчеканил Рампо. Эдгар лишь покрылся лёгким румянцем и молча принялся намечать план покупок. Оставить Карла и Рампо с их взаимной дружбой-ненавистью вместе казалось ему не лучшей идеей, поэтому в магазин отправилась вся троица.

***

Можно сказать, что готовил по большинству один Эдгар, а Рампо просто наблюдал и подворовывал сладкие ингредиенты, по-детски собирал остатки жидкого теста со стенок посуды, соревнуясь с Карлом за право «вымыть» очередную посудину. Когда печенье было отправлено в духовку, Рампо предложил притащить проигрыватель прямо на кухню, дабы скрасить мучительное ожидание десерта. Кухня на удивление была очень просторной, весь гарнитур располагался вдоль трёх стен, а пространство около четвёртой и в центре комнаты было абсолютно свободным, Эдгар даже задумывался о покупке пары кресел. Это была не только самая большая, но и самая светлая комната в доме — окно закрывал полупрозрачный тюль, а не массивные тёмные шторы, как это было в других комнатах. Эдгару тусклый свет был куда привычнее, но Рампо любил пожаловаться на царящую в доме «вечную ночь»: «Тогда понятно, почему у тебя такие синячищи под глазами!». Поэтому парень не упускал возможности провести время на кухне, там комфортно, светло, а главное — еда под рукой, ну просто сказка! Заодно и Эдгара вытащит. С появлением в его жизни Рампо домосед стал куда чаще выбираться на улицу и лицезреть солнечный свет, такой образ жизни, сменяющий привычный, почти затворнический, был очень непривычен, но шёл на пользу. Выбор музыки так же был доверен гостю. Долго ждать не пришлось, Рампо быстро вернулся с проигрывателем и уже поставленной, но невключенной пластинкой. Из-за отсутствия музыки и обложки винила Эдгару оставалось лишь гадать, на какую песню пал выбор. Парень бережно поставил дорогое сердцу владельца устройство на стол, но так и не включил. Выдержав паузу, он всем телом обернулся к Эдгару и спросил, умеет ли тот танцевать, к примеру, вальс. По его мнению, столь элегантный и утончённый юноша прекрасно смотрелся бы в этом танце. В силу привычной прямолинейности все эти мысли были озвучены вслух. Лёгкая улыбка и едва видимый румянец мигом покинули лицо Эдгара, заменяясь заметной краской, кончики ушей и шея не отставали. Не скрывай его глаза чёлка, у Рампо бы закружилась голова при виде того, как часто они бегают из стороны в сторону (куда угодно, но не на виновника смущения). Эдгар просто не знал, куда себя деть, голову переполняли невнятные мысли. Бежать? А куда? Это бессмысленно. Отвернуться? И что это даст? Он ведь полный ноль в танцах, это неисправимый позор! Хотелось просто испариться. Бедолагу лишь охватил лёгкий ступор, но Эдгар в конце концов кинул взгляд на Рампо, когда тот помахал рукой прямо перед его лицом, привлекая к себе внимание. — Если не умеешь, то могу научить. Я хорош в этом! — Звонким и уверенным голосом выдал Эдогава, что не могло не отрезвлять мысли По. — Разрешите пригласить Вас на танец, господин Аллан. — Заводя одну руку за спину, Рампо чуть склонился всем телом и протянул вторую в изящном приглашающем жесте, не настаивающем, но очень притягательном. Перед Эдгаром открылась прекрасная картина, словно они не печенье пекли считанные минуты назад, а готовились к танцу на роскошном балу. Он сверлил взглядом чужую руку несколько секунд, прежде чем тонкие и длинные пальцы, слегка подрагивая от волнения, были доверены Эдогаве. Тот сцепил их руки в замок и, не давая хоть секунды передышки бешено стучащему сердцу Эдгара, приблизился одним шустрыми шагом. Без возможности отвернуться, до невероятности смущённый парень чуть было не врезался в стену позади, пытаясь отдалиться. «Близко! Слишком близко! Он смотрит прямо меня! Кажется, я даже чувствую его дыхание!». — По-кун, смотри, — нежным и непривычно спокойным голосом начал парень, — ты должен положить вторую руку мне на плечо, — не дожидаясь действий партнёра, Рампо сам взялся свободной рукой за чужое запястье и уложил в нужном положении, — вот так. «Его улыбка такая очаровательная!», — всё, о чём сейчас мог думать Эдгар. — А я, — продолжил самопровозглашённый наставник, — кладу вторую руку на твою лопатку. «Что? Лопатку?! Разве не на плечо? Только не на лопатку!», — не успел озвучить свои мысли Эдгар, как чужая рука уже пристроилась на его спине. Тело невольно вздрогнуло, а с губ сорвался умеренный выдох, после которого Эдгар, казалось, совсем перестал дышать. Ах, успел бы Рампо увидеть эти широкие, отображающие огромное удивление и смущение глаза. «У него такая чувствительная спина? Надо запомнить», — Рампо оставил мысли о неожиданной «находке» при себе и переместился с лопатки на талию. Единственным свободным из всего переплетения рук большим пальцем он нежно поглаживал Эдгара, дабы дать возможность переключиться со смущающих мыслей на другие касания. Это и правда было разумным решением, уже через несколько секунд По расслабился, насколько это представлялось возможным в его-то положении. Несмотря на невысокий рост, особенно в сравнении с партнёром, Рампо занял ведущую позицию в танце, иначе бедный Эдгар от смущения точно свалится в обморок прямо на месте. Лёгким движением его развернули спиной от стены к свободному пространству комнаты. — Здесь всё только кажется сложным, а мы и вовсе будем кружиться медленно. Гляди, — Рампо принялся успокаивать Эдгара и сосредоточенно, но не без улыбки объяснять движения простым языком, — я делаю шаг вперёд, а ты, чтобы я не отдавил твою ногу, делаешь шаг назад, — шутливый совет в самом деле помог и Эдгар, вверившись уверенным движениям ведущего, следовал указаниям. — Теперь мы одновременно делаем шаг левой ногой, соответственно, влево, — движение вновь начал Рампо, но Эдгар, хоть и неуверенно, но правильно следовал за ним. — Вот так. Ты хорошо справляешься, — выдержав небольшую паузу в движениях, Эдогава продолжил, — теперь ты делаешь шаг вперёд, а я — назад. Эдгар молча взглянул под ноги и сделал неуверенный шажок вперёд. — Хорошо, только чуточку увереннее. Теперь мы оба шагаем вправо… Вот так. И, радуйся, последняя часть! Я — шаг вперёд, ты — назад. Эдгар облегчённо выдохнул, на практике и под чужим руководством это оказалось куда легче, но Рампо не собирался выпускать его руку и талию из своей уверенной хватки. — Ну что, попробуем ещё разок? Теперь нужна только практика, мы просто движемся по своеобразному квадрату. Я буду направлять, а ты повторяй. Теперь парни задвигались чуть увереннее. Эдгар порой путал, в каком направлении ставить ногу, но партнёр никуда не торопился и терпеливо давал небольшие передышки. Спустя несколько попыток результат был на лицо. Движения стали казаться ещё проще, Эдгару мешали лишь его волнение и неуверенность. — Ну как? Устал? — Рампо остановил танец, продолжая смотреть в виднеющиеся за чёлкой глаза, в такой близости их легко можно было увидеть. — Нет, только во вкус вошёл. — Не без радости в голосе ответил Эдгар, отводя взгляд от проницательных зелёных глаз, явно не ожидая, что ему полюбится хоть какой-то танец, тем более парный! Подобными мыслями он вгонял самого себя в краску ещё больше. — Тогда… — Рампо разжал их руки и отстранился, чем вызвал у партнёра граничащее с грустью недоумение. Но те просуществовали недолго — Эдогава просто решил поставить музыку. Он приободрился ещё больше, вновь переплетая их пальцы. — Какой же танец без подходящей песни, ты не находишь? — Он лукаво улыбнулся, вновь заглядывая в чужие глаза. Комнату наполнили смутно знакомые звуки струнных инструментов и Эдогава начал танец, двигаясь ещё более плавными и медленными движениями, он был готов провести так целую вечность, никуда не торопясь, улавливая каждую эмоцию на лице Эдгара. Из берегов она течёт Сена, Сена, Сена Её порыв меня влечёт Сена, Сена, Сена Эдгар, ведомый танцем, в ту же секунду обернулся в сторону проигрывателя, стоило запеть намертво запомнившемуся женскому голосу. Не скрывая огромного удивления, он только приоткрыл рот и молча смотрел на Рампо расширившимися зрачками. Тот, заметив, что охваченный смятением партнёр не отстраняется, крепче сжал чужую талию и чуть притянул к себе, сокращая правильное для танца расстояние — всё равно они кружились куда медленнее положенного и эта маленькая хитрость никак не помешала. Хитрость, заставившая толпу мурашек пробежаться по телу Эдгара от самого живота до краснеющего лица. Почему, скажи, почему, ответь Влюблены мы, ты и я Почему, скажи, почему, ответь Влюблены мы, ты и я Звезда Люсиль, когда вокруг Сцена, Сцена, Сцена Ты словно ангел стала вдруг Сцены, Сцены, Сцены Всего мира словно не существовало, он находился лишь вокруг танцующей пары, ни о чём не думающей, только любующейся красотой друг друга, дарящей друг другу умиротворённые улыбки. В воздухе улавливались приятные нотки почти готового печенья, а комната всё больше заполнялась ярким светом заходящего солнца, отражающимся в парах блестящих глаз. Время перестало существовать, но трепет в юношеских сердцах рос с каждой секундой. Влюблены мы, ты и я Влюблены мы, ты и я Влюблены мы, ты и я — Влюблены мы, ты и я. — Остановившись, одними губами произнесли парни, прекрасно читая эту строчку с уст друг друга. Каждый был заворожен привлекательностью и горящими улыбающимися глазами своего партнёра, они готовы простоять так до самой ночи. — Можно я?.. — Вновь неестественно тихим и неуверенным голосом, почти шёпотом, произнёс Рампо, чувствуя, как сердце непослушно забилось быстрее. — Можно. — С полуслова разгадав суть вопроса, Эдгар не менее смущённо прошептал ответ, опаляя лицо партнёра горячим дыханием, робко перемещая руку с плеча на шею, нежными, едва ощутимыми касаниями одних кончиков пальцев скользил вверх до щеки. Лёгкие касания ещё больше будоражили Рампо, теперь настала его очередь покрываться мурашками. Расцепив замок из рук, он повторил за Эдгаром, так же ласково уложив ладонь чужой щеке, нежно притягивая парня за талию второй рукой ещё ближе, полностью сократив расстояние между ними. Подрагивающие от переизбытка чувств губы робко накрыли вторые. Эдгару приходилось слегка наклониться, а Рампо привставать на цыпочки, но он не желал разрывать столь короткий поцелуй и чуть увереннее прижимался своими губами к чужим. Короткий, лёгкий поцелуй, казалось, длился целую вечность. Чуть отдалившись и приоткрыв глаза, они не сводили взглядов с уст дуг друга. Серые глаза столкнулись с зелёными и, не говоря ни слова, юноши дали понять, что никто из них не переходит грань дозволенного. Смежив веки, они вновь соприкасались в более уверенном поцелуе. Солнце быстротечно садилось и теперь они представляли собой лишь две фигуры в наступающей темноте, ласково обнимающих друг друга, чувствуя удары учащённо стучащих в унисон сердец.