Лучик света в царстве Комаррага

Легкий летний ветерок нежил слегка косые ножки высокой девушки, чей взор был посвящен чему-то далёкому…Чему-то манящему. Что это могло быть? Не дивный ли вид зелёных холмов, что оберегали души от сильных волнений? Не незримый ли поток жизни, что медленно тек по скалам времени, влеча род людской за собой? Не ветер ли пьянящей свободы распоряжаться своей судьбой, как вольно духу своему и желаниям своим?.. Пожалуй, ее цепкий взгляд мог обозреть сразу всю эту троицу. Ведь жизнь ее так и складывалась, что сейчас она могла идти теперь куда угодно! Но нет… она смотрела в глаза молодому искателю, носящему зеленый, как цвет у холма, спортивный костюм. Она смотрела с замиранием сердца. Всматривались в самые глубины души этого парня и понимала, что если она и пойдет куда, то только за ним… Широкая улыбка и зажмуренные глаза. Он улыбнулся. Искренне. И улыбнулся ей. Позади парня расстилаются широкие возможности и бескрайние красоты, но она смотрит лишь в его глаза. В нем она увидела возможности, в нем же и бескрайнюю красоту. Разве ли это не прекрасно, тонуть в глазах любимого человека, разделять с ним свой поток жизни?.. Он открыл глаза, вмиг отвернув их от ее пристального взгляда. Румянец на щеках. Смущение. И кажется, ее щеки тоже розовеют. И кажется, что более нет никакого кодекса Крестоносца, никакой рыцарской чести. Кажется, что есть только этот забавный паренёк и мысль… что когда он пришел в ее жизнь, ее поток навечно изменился. Она не представляет себя без него. Не представляет себя прежней Даркнесс. Теперь Казума - ее жи-

***

- Доброе утро. Ослепляющей свет от лампы. Белый потолок. Величественный и тощий эльф, изучающий лицо. Ухмылка… - Ты долго спала. Вернее, лежала в отключке. Она обратила свой взор на пол, на котором она спала. Под ее лицом небольшая лужица крови. Кожа рук была истерзана, как если бы с ней игрался большой и полосатый кот. - Тебе снилось что-нибудь? Превозмогая сильную мигрень, она взглянула на него. Он сидел на своеобразном троне, почти что на горе, закинув ногу на ногу. Он был возмутило далеко, почти что на другом континенте… Ей так казалось, ведь искривление пространства могло быть следствием ее головной боли. В правой длани Алдура находился поводок, длинная речка которого вела к ее шее. Левая же длань была у лица. Она сжимала зажженую махорку. Комната была вся в тумане. И лицо тощего эльфа было затянуто этой дымкой так сильно, что сложно было различить его привычные резкие черты лица. Перед ней была сюрреалистичная картина, как если бы в ее сон, в ее долину зелёных холмов, подкралась густая мгла. Возможности пропали. Красоты исчезли. Все, что она могла видеть, это свечение багровых глаз ее недосягаемого властителя. Его широкая, зловещая улыбка… - Мне снилось, как я сидела у дерева с одним парнем, мой господин. Там было красиво и так спокойно… - ее голос звучал очень тихо. - Этот сопляк? Занятно. После того, что я с тобой сделал, тебе должна была сниться нескончаемая пытка. Я, видимо, плохо старался. - после последнего он щедро рассмеялся. Его смех был подобен шуму шуршащей змеи, готовой выпрыгнуть на жертву из-за куста. - Что ты нашла в нем? Это же настоящий отброс. Я не уверен даже, годен ли он для службы в этой вашей… Имперской Гвардии? Девушка молчала. Она встала на колени, вытирая кровь из носа. Ее дрожь можно было заметить невооруженным взглядом. Даркнесс наклонила голову и стала смотреть на своего покровителя, тем самым говоря, что она готова слушать все, что он скажет. - Хотя, зная, кто ты такая, я не удивлен твоим выбором. Ты ищешь страдания в любой ситуации. Вспомни вчерашний день - когда я дал тебе еды, ты требовала, чтобы я убрал ложку. Ты хотела есть своим ртом, словно какое-то животное. Мне пришлось кормить тебя с ложечки. Даркнесс было очень стыдно за то, что ее отчитывают. Она уткнулась взглядом в пол, нервно играя со своими локонами. - Позавчера тебе не понравились ремни. Ты попросила затянуть их потуже. Плётка тебе тоже не понравилась. Говорила, что каким-то "веником" в какой-то "бане" выходило и то больнее. Хах, я не могу… - он горько усмехнулся, пустив очередной клубок дыма. - Ты в курсе, что из-за тебя я подсел на эту мон-кейскую дрянь? Я не знаю состав, но людишки в одурманивании осведомлены не хуже нас. Может быть, даже лучше… - Прошу прощения! Вы можете избить меня, испинать своими сильными ногами! - Даркнесс подползла к коленям Алдура, умоляя того об анти-пощаде. - Вы можете превратить меня в своего домашнего питомца! Да, я буду вашей непослушной собакой, которую нужно воспитать! - Она обхватила ногу Алдура, облизывая его руку с поводком. - Святейшая, прошу, успокойся… Я посадил тебя на поводок для того, чтобы ты сама себя не посадила в машины пыток. Тебя было трудно оттащить даже с помощью Брута. А он Друкхари могущественный, сильный… Но Даркнесс не успокаивалась. Она запрыгнула на его коленки, тщательно вылизывая его лицо. А то было у крови. Он пытался лакомиться ее багровым соком. Поначалу было вкусно. Но едва заметив, что Даркнесс сама начинает делать себе кровопускание, он перестал потреблять это лакомство. - Грязный мон-кей, слезь с меня! Что ты делаешь!? - Темный эльф был похож на кипящий чайник, который вот-вот ошпарит руку кипятком. - Если не слезешь, то я тебя… - Да, да, да!!! Да!! - Кхм… Он позволил ей вылизать все его лицо. Брут ему рассказывал, что некоторых людей может повергнуть в ужас перспектива быть домашним зверьком. И он в это верил, но ни разу, правда, не практиковал. Верил, до встречи с ней… - Я думаю, тебе надо одеться. - Господин, прошу, не одевайте меня! - Она защебетала, как весенний птенчик. Ее жаркое дыхание участилось и он чувствовал его на своем лице. - Мне очень хорошо, мое тело дышит и… - Твое тело дрожит от холода и от всех этих болячек! Больше половины из них ты сделала сама! - он обхватил свое лицо руками. - О та, что жаждет, я заблудился в твоих тропах садизма! До сего дня я жил лишь тем, что упивался болью других. Но тут мне попалось… отродье, что получает от этого удовольствие! Алдур хотел встать за одеждой для своей рабыни, но та его крепко держала в кресле. Сложно сказать, кто тут был доминант, а кто пассив… - Господин, вы же будете проверять на мне вот эти штучки? - Она невинным взглядом указала на монструозные пилы, висевшие на стене. Она терлась об Алдура, надеясь, что это настроит его к подобному лояльно. - Прошу, прошу, прошу! - Нет. Успокойся. Он уткнул ее в свою грудь, потому что та ерзала на его коленях, словно сидела на электростуле. Помогло - она слегка успокоилась. И, вопреки его теориям, что нежное отношение должно ей делать неприятно, она обняла его и стала тихо шептать слова благодарности. "Не сработало", - твердил про себя Алдур, который сейчас хотел снести себе бошку от всех этих телячьих нежностей. - Господин, а вы… Я у вас так и не спросила… Вы, эм, эльф? - Она раскраснелась и уткнулась глубже в его грудь. Она не разбиралась в расах, поскольку дальше Акселя и его окрестностей она ничего не видела. - Я Друкхари, иначе говоря, "темный" эльдар. Проклят. Должен каждый день питать себя страданиями существ, иначе я сам буду пищей для своей ненасытной суки. - Его глаза расширились, словно они сейчас смотрели в пустоту. Своей шершавой рукой он принялся разглаживать ее волосы. - С тобой я обречен на голодную смерть. - Так убейте меня… самим жестоким способом! Можете морить меня голодом, сорвать с меня кожу и сбросить в кипящий бульон! - Иногда она вспыхивала, как вулкан. Во время этих извержений она прыгала на нем и пристально смотрела в его глаза. - Что-то меня останавливает. Та мерзопакостная струнка моей прогнившей души, что осталось ещё от времен до Падения Эльдар… - Он полностью выкурил лхоэ. Понимая, что ему нечем больше себя отвлечь, он принялся надкусывать свои губы до крови. Даркнесс продолжала обнимать его, вслушиваясь в каждое его слово. Эльдары, грехопадения… что это? Она ни разу не слышала о чем-то подобном даже от лавочников Акселя. Может, что от телепортации ее угодило прямо во владения Темного Властелина?.. Если так, то пазл складывался. Этот эльф… то есть, Друкхари, служил Темному Властелину, ибо был им проклят на вечную жажду по страданиям живых существ. И Алдур ничего не мог поделать, кроме как принять эти условия жизни. И ведь действительно - под влиянием авторитета в лице Темного Властелина легко ступить на темную дорожку. Как она поняла, Алдур был не один такой. Их скопилось целое множество. Она видела артерии Сердца Тьмы, по которым хищно бродили тысячи таких же изголодавшихся существ. В то время она была на плече Алдура. У нее кружилась голова, когда она всматривалась в гущу острых шпилей, в вальс парящих и чудных машин… Она все поняла. Но вот одно непонятно - кто был этот Темный Властелин? По его словам это походило на то, что им была какая-то сука, что жаждет… - А-алдур… - она впервые назвала его по имени. - А кто у вас главный? - Асдруабэль Вект. - Алдур произнес столь сложное имя без запинки. Оно было у всех на слуху. И оно заставляло вздрогнуть даже такого инкуба, как он. - Не связывайся с ним. Он с тобой церемониться не будет. До этого она никогда не слышала имени Темного Властелина. А сейчас она так легко его узнала. Похоже, что Темный Властелин никогда не был к ней так близко, как сейчас. У нее загорелись глаза. Она обязана узнать про него больше. - А какой он, этот… Вект? - Сейчас она была похожа на невинную девочку, что спрашивает про взрослые вещи на коленях у своего папочки. - Ужасный. Мерзкий. Хитрый и очень изобретательный. Что уж и говорить, если он вторжение Империума прибрал к себе, как часть своего плана. - Алдур нахмурился. - Поверь мне - как только он тебя увидит, он пойдет дальше меня. Он найдет истязание, от которого ты будешь страдать… От восхищения ей стало трудно дышать. Вытянув свою шею по всей его груди, она смотрела прямиком на своего покровителя. Она обязана попасть к этому Векту… - Я так и знал. - Он поймал ее сияющий взгляд и слегка потрепал Даркнесс по голове. - Если я тебе и так много дал, то этот ублюдок тебе даст слишком много. Тебя разорвет от переполненности. Поверь мне, оно того не стоит. - Стоит!! Неугомонная Святейшая опять стала ерзать на коленках у Алдура. Правда, Даркнесс не была уверена, хочет ли она к этому Векту… по словам Алдура, назад пути у нее не будет. Она провалится в бездну удовольствия, и ей никто не протянет руку помощи. Кроме Казумы, конечно… Да. Он как раз должен повергнуть Темного Властелина, чтобы возродиться в своем дивном мире. Но как она поняла, ему больше нравилось жить в Акселе. И он не торопился исполнять волю своей Богини, что возродила его в мире волшебства… И что теперь? Поход к Векту означает смерть. От наслаждения. Хотя нет, просто смерть (по словам Алдура). А может и нет… ее раздирало любопытство! Но в то же время она хотела дальше жить с Казумой. Хотела делить с ним моменты общего стыда, радости от небольшой зарплаты за задания и огромной попойкой в честь оной. Она с ужасом поняла, что Казума не сунется за ней в Сердце Тьмы… Да и не факт, что он их вообще найдет. Это место выглядело, как что-то не от мира сего. Ей иногда казалось, что эти темные земли находились по ту сторону реальности, в каком-то другом измерении. И вот что ей делать? - Хм, если я сдам тебя Векту, я проткну сразу два сердца. - В этот раз он уставился прямо на нее. Даркнесс поняла, что прямой зрительный контакт с Алдуром в такие моменты способен ее парализовать. - Избавлюсь от аномалии вроде тебя. Заодно дам тебе нескончаемое удовольствие, которого ты так страстно желаешь. Звучит как выгодное предприятие. Согласна? Все так. Но она поняла, что, попав к Векту, она умрет. Алдур, несмотря на свою жестокость, не убьет ее. Она почему-то знала это. И Казума, если он действительно возжелает спасти ее, найдет ее, познакомится с ее текущим покровителем и будет с ним дружить. Вот это предприятие ее устраивало гораздо больше. Но в то же время… Как все сложно! - Дай угадаю - теперь ты не хочешь к Векту, да? - Алдур поднял поникшую головку девушки на себя, желая видеть ее глаза. - А ещё ты ждёшь, что этот сопляк придет за тобой, не так ли? - Да… отк-куда вы все знаете, Господин?! - Даркнесс поняла, что Алдур может быть куда страшнее Векта, поскольку в отличие от оного он был прямо перед ней. - В глазах сокрыта душа. А я, как опытной душеед, могу не только лишь пожирать... - Он подмигнул, мягко массируя ее подбородок. - Да, любая твоя мысль, твоя эмоция поддается моему наблюдению. Такому навыку нужно долго учиться. Брут, к примеру, так не может. Она за что-то провинилась? Почему он вдруг стал таким пугающим? Она плохо отыгрвала роль домашнего зверька? Высунув язычок, Даркнесс лишь хихикнула. - Хи-хи… - Вижу, что в твоей душе происходит сражение двух мандрагор. И ты пока не решилась, которого из них кормить. Правда в том, что их сытость целиком лежит на мне. - Он щедро рассмеялся. Кажется, он нашел способ, которым он может ее терзать. - Именно я решу, будешь ли ты гнить в темницах Векта, или будешь моим покорным питомцем… Да, это определенно работало на нее. Жизнь, лишённая выбора, но меж тем заставшая период безграничной свободы воли. На нее давили контраст этих периодов, безнадежность и беспомощность. Она действительно ощущала себя собачкой, которую хотят выбросить на улицу. И что ей делать? Что выбирать? Уютное проживание с Алдуром или захватывающее, смертоносное приключение до Темного Властелина? Тишина. Слышно только, как прерывисто дышит Даркнесс, будто желая заплакать. И как с этим контрастирует спокойное, дыхание могучего зверя, обитавшего в теле тощего эльдара. Кажется, она уже выбрала. Но даже так, выбор все равно лежит на нем. Этим он и мучил ее. - Прошу… - глаза девушки стали влажными. - Прошу… - А? Чего? - Алдур ковырял свою нижнюю губу острым клыком. Даркнесс окружила шею господина своими измученным руками. - Я хочу… прошу… Ей было трудно формулировать предложения, смотря прямо в его глаза. Это были глаза Друкхари, как никак. Заглядывая в них, Даркнесс заглядывала в первую очередь в бездну, в которую провалился падший ангел. - Ну? - Алдур также взирал на нее, спокойно и презрительно, выдавливая кровь из своей губы. Прошу! Не делайте этого! Умоляю! Алдур злостно ухмыльнулся. Кровь с нижней губы залила контур его надменной улыбки. - Моли. - Молю!! - Неубедительно. - Убедительно молю! Спустя стольких дней поиска он нашел то, что можно использовать против нее. Шантаж. Манипуляции.. Как ему это нравится! - Ты же в курсе, что тебе придется сделать все, о чем я попрошу? - он знал, что она и так бы это сделала, но под приправой шантажа ее покорность приобретала другой вкус. - Даже не попрошу, а прикажу. Да. Теперь у нас такие отношения. Он расплывался в самодовольной улыбке. Теперь эта Святейшая будет делать все то же, что и раньше, только под другим предлогом - чтобы он не отдавал ее Векту. В его голове это звучало очень хитро. Настолько, что тут даже Тзинч мог бы уступить Алдуру звание самого ехидного существа галактики. Но ее взгляд не менялся. Она смотрела на него очень обеспокоенно, будто бы это он под вопросом передачи себя к Векту. Ее ротик был раскрыт крайне странным образом… ее обжигающее дыхание касалось его подбородка часто, страстно… Щёчки, носик и переносица были окрашены в цвет приятного смущения перед чем-то грандиозным… - Ты меня слушаешь вообще?! Она точно сделала свой выбор. - Ал-лдур!.. - она сделала глубокий вдох. - Прошу, не делайте… не кусайте… свои губы! - Святе-?! Их губы слились с таким всплеском чувств, что на их месте мог возникнуть варповый разлом. Даркнесс обнимала шею своего покровителя, как будто она держала спасательный круг. Если отпустит, то потеряется навсегда. Алдур не говорил ей, но при поцелуе тело становится очень чувствительным. Вот его руки поднимаются с ее мягких бедер по спине вверх, очень нежно и методично. Холод ее рук боролся с жаром его тела. И эта борьба заставляла ее вздрагивать… Она обсасывает его губы, как очень сладкий леденец. Вот его руки уже на плечах… Их жим очень сильный, но чего стоило ожидать от грубого Друкхари? Хотя, чего таить, ей нравилось такое обращение… Алдур оттолкнул ее назад. Она отлипла от его губ с очень выражением удивленного грудного малыша. - Что это сейчас было? - Алдур вытирал свои губы рукавом. - Объяснение? У тебя десять секунд. … - Девять. … - Восемь. … - У вас на губах была кровь, и я ее тщательно убрала, вылизала, чтобы ваше лицо выглядело красиво и очень.. м-молодо!!! - Даркнесс протараторила сие высказывание как строчку из рыцарского кодекса. Действительно. Кровь перестала идти из открытой раны на его губе, которую он сам же и раскрыл. Услышав ее ответ, Алдур понял, что теперь ему и свою кровь нельзя пить. С этой девкой он точно скоро подсохнет… Громкий, раскатистый смех темного эльдара. За всю свою жизнь он не видел ничего потешней. Действие, причина, следствие… это же новый анекдот для кабаков Комаррага! - Ну ты… хах, даёшь! - он смачно шлепнул ее по бедру. - Я теперь не смогу нормально заниматься истязаниями, зная, что когда-то имел дело с тобой! Ты прямо-таки задрала планку! Он подергал ее за нос, отчего та вмиг покраснела. - По мне Ультвэ плачет! Вместо жестоких пыток страстные поцелуи с недотрогой… Ха-ха-ха! - его трясло как от стимуляторов. - Жаждущая! Можешь больше не искать мою душонку в варпе! Я теперь утоляю жажду иным образом… Ха-ха, черт! Его смех был настолько громким, что шум снаружи комнаты был едва заметным. Пока он щедро гоготал, Даркнесс вжалась в кресло, прислушиваясь к звукам за дверью. Она слышала голоса, реплики на непонятном языке. Звук чего-то твердого об тупое. Об мягкое. Еще раз. Ещё раз. Ещё раз… достаточно. Готов. - Г-господин… - Даркнесс дёргала жертву переосмысления собственной жизни за воротник. Ее лицо искривилось в нервной улыбке. - Да, точно, Бруту надо рассказать! Брут, ха-ха! Он такое любит!.. Брут влетает в комнату, падая перед ними. Он лежит, не в силах встать, сжимая руками свое самое больное место. То бишь пах. Брут матерится, произносит страшные проклятья и угрозы, но это не помогает ему утолить боль в очень деликатном месте… Под ворчание оскорбленного во всех смыслах Брута входит троица. Едва поймав взгляд двоих из них, Алдур понял, что этот взгляд ему до чёртиков знаком… - Проклятье! Только не они…