Два сплетённых Дракона

Прошло три недели с того момента, как Элейна пребывала на Драконьем Камне. Лёжа в темноте своей холодной комнаты, девочке как никогда не доставало брата своего Эймонда, который также сильно тосковал по сестре в Королевской Гавани. Новость о замужестве Элейны и Люцериса разгневала не только королеву, но и двойняшек. Эймонд, всегда считавший, что судьбой им с Элейной уготовано разделить жизнь в замужестве, и вовсе не находил себе места. А факт того, что женихом сестры станет никто иной, как Люцерис Веларион, вгонял юнца в бешенство. Но детские слова не могли изменить желания короля. Поэтому Элейне оставалось только утешать брата, подбадривая его речами о прекрасных леди, которых ему суждено покорить. Элейна же восприняла новость о замужестве стойко и хладнокровно, хотя матушка была очень печальна, когда произносила ей указ короля и отца. Но Элейна не хотела перенимать на себя печаль матери и гнев брата. — Не печалься, матушка! — спокойно заявляла Элейна, — Верно на то воля Семерых, коли им угодно соединить узами меня и Люцериса. — Верно, дочь моя, стало быть такого желают Семеро, — покорно соглашалась Алисента. Королева всегда догадывалась, что Элейна самая рассудительная и смышлёная из её детей. Эти качества дочь переняла от неё. Конечно, Алисента безмерно гордилась стойкостью Элейны, но одновременно печалилась ещё сильнее, ведь она, подобно матери, должна вступить в брак из чувства долга, повинуясь воле отца своего. Хоть Алисента старалась сохранять хладнокровие, но весть о том, что Элейна по приказу короля отбудет с Рейнирой и её сыновьями на Драконий Камень, совсем выбила королеву из колеи. Ведь она не могла столь рано разлучаться с любимой дочерью, так ещё и доверить её воспитание шлюхе-Рейнире (по другому она уже не могла отзываться о падчерице, которая намеренно в угоду своих планов рушила семью Алисенты). — Драконий Камень не так плох, матушка, — заявляла Элейна, даже после этих вестей, — Я знаю, что там гнездятся все свободные драконы. И один из них непременно будет моим! — пылко заявляла принцесса. От слов дочери Алисента возгордилась ей ещё больше. Ведь даже в такой тёмной истории она искала лучик света для себя да ещё с таким рвением. — Обязательно, Элейна! — Я уверена, матушка, Семеро послали мне такое испытание пред драконом. Своими поступками я должна доказать, что достойна стать всадницей! Элейна действительно бережно лелеяла данную мечту. Но прошло уже три недели, но к Драконьей Горе принцессу и близко не подпускали. Везде девочку сопровождала стража, а коли она смогла отделаться от неё, то вездесущие братья Веларионы досаждали ей и ходили по пятам. Намеренно это было или по велению их матери, Элейна не могла знать, но факт того, что время шло, а драконов она даже в небе ещё не видела, удручал юную принцессу. Поэтому, подолгу запираясь в своей комнате, девочка изучала историю жизни Эйрии Таргариен, а точнее её небывалый поступок — приручение Балериона Чёрного Ужаса и полёт на нём в далёкие земли древней Валирии. Конечно, Элейна была не столь глупа, как Эйрия, чтобы улетать на драконе в неизведанные земли. Она считала, что нескольких кругов вокруг Драконьего Камня было бы достаточно, чтобы показать свою силу и волю. Но вопрос «как в ближайшее время подобраться к Драконьей Горе?» глубоко засел в голове у юной принцессы. И к изучению истории Эйрии добавились также изучение высокого валирийского и замка Драконьего Камня. Ранним утром, когда час волка только сменился часом соловья, Элейна, прошмыгнув мимо дремлющего возле её покоев стражника, накинув на голову объёмный капюшон чёрной мантии, двинулась по широким коридорам к тайному выходу из замка, который она заметила на одной из древних карт, составленных ещё при Мейегоре Жестоком, любившем прокладывать потайные комнаты и коридоры в замках. Несколько таких «тайных ходов» были найдены Элейной и Эймондом в Красном Замке пару лет назад. Двойняшки любили и хорошо знали историю своего рода, поэтому как только прочли записки некоего мейстера о правлении Мейегора, тут же отправились на поиски его секретов. Элейна должна была отдать должное своему расчётливому родичу, который позаботился о тайных ходах не только в Красном замке, но, будучи принцем Драконьего Камня, и в родовом замке Таргариенов. Так пройдя по узкому и длинному коридору, принцесса вышла через небольшую дверь прямо к скалам, ведущим к Драконьей Горе. Предстояло пройти несколько километров по голым камням, к тому же взбираясь в гору. Но Элейна не страшилась этого, её раззадоривало подобное приключение. По дороге к вулкану Элейна вспоминала расположение драконов в пещерах. На Драконьем Камне обитали не только прирученные драконы, но и дикие. Конечно, блюстители драконов знали, где именно располагается каждый из драконов, и в замке даже была карта. Но Элейна видела её лишь раз. И из увиденного она точно знала, что Каннибал обитал в самой дальней пещере, которая обращена к противоположной стороне моря. Ближе всего к замку располагались драконы, принадлежащие всадникам: Сиракс, Морской Туман, Вермакс и Арракс. Овцекрада и Серого Призрака, по рассказам обитателей замка, не было видно на Драконьем Камне уже несколько месяцев. Оставались Вермитор и Среброкрылая. Два великих дракона, некогда принадлежавших королю Джейхейрису и королеве Алиссане. Оседлать кого-то из них было бы огромной радостью и невероятным чудом для Элейны, поэтому она не загадывала и не отдавала предпочтение кому-то из них. Принцесса решила, что тот дракон, какой первый ей попадётся и какой не изжарит её, непременно станет её. Чем ближе подходила Элейна к Драконьей Горе, и чем выше она поднималась к пещерам, тем становилось теплее. Всё-таки вулкан был действующим, но также жаром дышали драконы. Элейна, по своим умозаключениям, совершенно точно уже прошла драконов сестры и племянников. Далее на уступе находилась ещё одна пещера, в которой непременно обитает один из драконов. Быстро преодолев расстояние, юная принцесса уже стояла пред входом в тёмную и тёплую пещеру. Хотя из-за горизонта уже поднялось утреннее солнце, в пещере была непроглядная тьма. Предусмотрительно Элейна взяла небольшой факел, который зажгла перед входом. Хоть Элейна и Эймонд не имели собственных драконов, они довольно часто посещали Драконье Логово, чтобы посмотреть на драконов, поэтому девочка прекрасно знала, какие атрибуты стоит с собой брать. Медленно и осторожно двигаясь в глубь пещеры, Элейна оглядывалась по сторонам. Девочка знала, что при первой встрече с драконом стоит вести себя кротко, стараясь не пугать и не беспокоить его лишний раз. Чем глубже заходила Элейна, тем теплее становилось, а обернувшись назад, она уже не видела утреннего света. Оставалось одно — идти вперёд. Сделав ещё несколько десятков шагов, Элейна стала отчётливо слышать сопение. Это подтверждало её догадку — в пещере и вправду обитает дракон. Но какой? От неизведанности у Элейны вспотели ладошки, теперь она стала беспокоиться за свою жизнь. Медленно ведя факелом перед собой, Элейна стала внимательно всматриваться в темноту. — Zaldrize, — Элейна прошептала обращение несколько раз, чтобы не волноваться столь сильно. В темноте послышался негромкий рёв, а следом за ним Элейна увидела пасть с огромными клыками, которая возникла прямо перед её факелом. Постепенно в темноте стала проглядываться вся морда дракона: огромная, свирепая и … бронзовая. — Вермитор! — уверенно произнесла Элейна. Дракон разверз пасть, где уже виднелись искры готовящегося пламени. Видимо, Вермитор не желал видеть непрошеную, к тому же столь юную гостью. Времени думать у Элейны не было. Перед ней располагался разъярённый дракон её прадеда короля Джейхейриса, который долгое время провёл без всадника. Из историй Элейна знала, что никто не скорбил столь сильно по королю, как его верный дракон. Поэтому обычными словами подчинения его не возьмёшь. Элейна понимала, что Вермитора все ассоциируют с королём Джейхейрисом, который великолепно сочинял стихи на высоком валирийском. И к радости юной принцессы — она знала одно самое подходящее. Элейна тихо запела, медленно опуская факел на землю и протягивая левую руку на встречу Вермитору, который злостно дышал перед ней: Drakari pykiros Tīkummo jemiros Yn lantyz bartossa Saelot vāedis Hen ñuhā elēnī: Perzyssy vestretis Se gēlȳn irūdaks Ānogrose Perzyro udrȳssi Ezīmptos laehossi Hārossa letagon Aōt vāedan Hae mērot gierūli: Se hāros bartossi Prūmȳsa sōvīli Gevī dāerī Вермитор стал размеренно дышать, закрывая пышущую жаром пасть, и благосклонно (именно так показалось Элейне) смотрел на юную принцессу. Дракон узрел в ней кровь Таргариенов, кровь его любимого и верного всадника. — Dohaerās Vermithor! — уже громче произнесла Элейна, почувствовав расположение дракона, — Nyke Elaena hen Targārio Lentrot, hen Valyrio Uēpo ānogār iksan! — Элейна представлялась дракону, как верному другу, смотря ему в глаза. Дракон стал медленно приближать свою морду к руке Элейны. — Drakari pykiros! — громко и с почтением говорит Элейна, касаясь бронзовой чешуи рядом с ноздрями зверя, слегка поглаживая, — Prūmȳsa sōvīli, Gevī dāerī! — наполненная восхищением, произносила Элейна, начиная двигаться по направлению туловища Вермитора. Свет от горевшего факела был тусклый, и Элейна с трудом прослеживала дорогу к стремени на спине дракона. Весь путь она преодолевала размеренно, напевая уже заученные слова на валирийском и опираясь о бронзовую чешую Вермитора, пристально следящего за принцессой. Наконец она нащупала заржавевшую цепь, свисающую со спины дракона. Девочка стала аккуратно подниматься на спину Вермитору, крепко держась за одинокую цепь, которая была прикреплена к кожаному седлу, обмотанному канатами. лесками и более тонкими цепями. Элейна в миг воссела на дряхлое седло, предварительно проверив его прочность. Принцесса удивилась, что цепи и седло сохранились, хотя очень сильно обветшали. Закрепив себя верёвками и цепями, которые были достаточны длины и целы и крепко схватившись за поводья, Элейна была готова совершить свой первый полёт. — Sovēs, Vermithor! — громко и повелительно произнесла Элейна, ожидая решения дракона. Вермитор, услышав заветные слова, которые он так долго не испытывал на себе, стал стремительно шагать в темноте своей пещеры, приближаясь к солнечному свету впереди. Дракон был очень преданным роду Таргариенов, в особенности своему первому всаднику, в колыбели у которого он вылупился и с которым они летали с юных лет более полувека. Но сейчас, учуяв в девочке кровь своего любимого всадника, Вермитор был готов скрепиться узами с другим Таргариеном и подчиниться новой хозяйке. Сердце Элейны бешено колотилось, готовясь вырваться из груди по мере достижения выхода из пещеры. — Sovēs, Vermithor!— продолжала восклицать Элейна, как только они достигли света. Потоки воздуха, который разгонял Вермитор перед собой, обдували разгорячённое тело Элейны, немного охлаждая его. Тёмные кудри вздымались в порывах, пока дракон продолжал стремительно наращивать темп восхождения по земле. И вот Бронзовый Гнев взлетел в небо, воспаряя всё выше и выше. Огромная противоборствующая сила воздуха испытывала стойкость и силу Элейны. — Sovēs, Vermithor! — восторженно кричала Элейна, в животе которой от воодушевления и сбывшейся мечты порхали бабочки. Вермитор своими огромными крыльями пронзал облака, разверзая их на части. И пролетев в самую глубь облаков, прямо за границу белой пелены, дракон вылетел в самую светлую часть неба, откуда было видно лишь белые облака под ногами Элейны. На горизонте восходило золотое солнце, которое так контрастировало с голубизной неба. Элейна ещё никогда не ощущала себя столь свободной и такой счастливой. Вермитор тоже наслаждался моментом, наполненным жизнью и привязанностью к новой хозяйке. Он спокойно парил над облаками, очень редко взмахивая крыльями. — Юхууууу! — радостно прокричала Элейна, выпуская из рук вожжи и поднимая их высоко над головой. Улыбка не сходила с лица юной принцессы. — Sōve dōwne, Vermithor! — радостно пролепетала Элейна, крепко вцепляясь в вожжи, готовясь к молниеносному полёту вниз. Вермитор пару раз взмахнул крыльями в небесной глади. И начал быстро пикировать вниз, разрывая собой облака. В животе Элейны затягивался ком, который словно маятник раскачивался у неё внутри. Сильный поток воздуха, намного сильнее чем, тот, который обдувал её при полёте наверх, так сильно развивал её волосы и намеривался выбить из седла. Пролетающие стайки птиц разлетались в разные стороны завидев огромного зверя. Вермитор стремительно приближался к замку Драконьего Камня, готовясь облетать его множество раз по велению своей всадницы. Элейна уже могла видеть чёрный родовой замок Таргариенов, крохотные домики рыбаков на берегу моря. Всё казалось таким маленьким, что Элейна даже не могла помыслить насколько высоко они порхают. Вермитор спустился ниже, чуть выше башен замка, и стал описывать круги вдоль острова. Внизу заслышались удивлённые и восхищённые возгласы зевак и стражников, многие из которых видели Вермитора пролетающим прямо над замком впервые, но старые жильцы острова радовались возвращению дракона Старого короля. — Теперь вслед за драконом миротворца, вернётся мир и в дом Таргариенов и во весь Вестерос! — так перекликались рыбаки, завидев бронзовую чешую дракона. Элейна же наслаждалась сием моментом, когда её силу и величие могли видеть столько людей. Поэтому они с Вермитором пролетели прямо над гладью моря. Так, что дракон задевал крыльями и лапами солёную воду. Юная принцесса могла бы вечно летать так верхом на Бронзовом Гневе, но понимала, что первый полёт не должен был измотать дракона. Поэтому она уже стала направлять Вермитора обратно к Драконьей Горе. Вновь воспаряя ввысь, находясь прямо над жерлом вулкана, Элейна произнесла заветную фразу, о которой мечтала все свои 10 лет. — Dracārys! — прокричала Элейна, готовясь вздыматься в небо прямо через облако огня. Вермитор покорно и с удовольствием выполнил приказ всадницы, и в ту же секунду он изверг столп золотого пламени, которое молниеносно пронзил, мчась прямо внутрь него. Элейну так восхитило это действие, что она восприняла его как своеобразное посвящение в драконьи всадники и перерождение в драконьем пламени. Теперь она и вправду Таргариен! С собственным драконом! Конечно у входа в пещеру Вермитора Элейну уже поджидали её стражники, крепко держась за мечи. И когда Вермитор приземлился, он издал ужасающий рёв, готовясь тем самым защищать свою новую всадницу. Принцесса была благодарна дракону за его преданность и защиту, но успокоила его валирийскими речами. Элейна аккуратно слезла с дракона и поклонилась ему до земли. — Спасибо, мой Drakari pykiros! — поблагодарила Элейна теперь уже своего дракона. Вермитор перевёл взгляд от Элейны и направил их в сторону двух стражников, которые ждали принцессу. Элейна стояла подле Вермитора, положив правую руку на его огромную шею. Зверь же яростно оглядывал мужчин и уже развергал пасть, готовясь в любой момент испепелить их. — Что Вам надобно? — громко спрашивала Элейна, — Не уж то я не имею права полетать на СВОЁМ драконе?! — девочка намеренно акцентировала внимание на принадлежности дракона ей. — Принцесса Рейнира желает немедленно Вас видеть, принцесса, — учтиво проговорил один из стражников. — Коли моя сестра желает — я явлюсь! — строптиво заявляла Элейна, вынужденная распрощаться с Вермитором, — Не грусти, мой Пламенный Вождь, скоро мы опять будем летать вместе! — восклицала Элейна, удаляясь от дракона, который несколько минут смотрел ей вслед, провожая прямо до замка, прежде чем скрыться в темноте своей пещеры. Элейна была необычайно горда собой. И шла всю дорогу до покоев сестры, высоко подняв голову. Принцесса улыбалась каждому, кто направлял на неё восторженный либо удивлённый взгляд. Ведь весь люд видел, как несколько минут назад эта юная леди воспаряла в небесах на одном из самых больших драконов, ныне живущих на Земле. — Сестра, ты хотела меня видеть? — горделиво заявила Элейна, как только вошла в покои Рейниры. — Ты поступила очень опрометчиво, Элейна! — прямо с порога Рейнира принялась отчитывать младшую сестру, — Вермитор старый и непредсказуемый дракон, ты могла просто не пережить встречи с ним, — Рейнира принялась рассуждать здраво, стараясь в спокойном тоне донести до Элейны свои мысли. — Но вы не подпускали меня к драконам, я была вынуждена сама искать встречи с ними, — Элейна было начала оправдываться, но тут же прекратила, понимая, что поступила верно. — Потому что многие драконы опасны. В пещерах Драконьей Горы живут не только прирученные драконы, но и дикие. Чтобы с тобой сталось, если бы ты угодила в лапы Овцекрада, не говоря уже про Каннибала?! — Я знаю, что Каннибал обитает в пещере, обращённой к другой стороне моря, а Овцекрада, уже несколько месяцев нет на Драконьем Камне. — Откуда ты это знаешь? — Рейнира была удивлена познаниям девочки о драконах Камня. — Я довольно умная, к тому же ваши драконоблюстители слишком болтливы и недостаточно зоркие! — И ты не допускаешь возможности, что могла бы стать чьим-то завтраком? Неприятно, знаешь ли, быть съеденной драконом, — Рейнира старалась говорить строго, донося до сестры всю возможную трагедию. — Семеро сегодня мне благоволили. И вообще во мне течёт кровь Таргариенов, кровь драконов, поэтому они бы не посмели меня тронуть, — всё также горделиво заявляла Элейна, слегка ухмыляясь своим словам. Истинная дева рода Таргариенов. — Хорошо, коли так, сестра, — сдалась Рейнира, не желая спорить с упрямой девчонка, — Поздравляю тебя, Элейна, наконец теперь и у тебя есть дракон! — сдержанно проговорила Рейнира, слегка улыбаясь девочке. — Спасибо, сестра! — улыбалась Элейна, — Теперь я и вправду счастлива, обретя верного дракона в лице Вермитора. Рейнира была сильно удивлена тому, что десятилетка смогла оседлать столь большого и старого дракона, как Вермитор. Многие драконоблюстители боялись подходить к нему, ведь зверь начинал дичать, находясь такое долго время без всадника. Должно быть Элейна очень сильна духом и волей своей, если смогла укротить Вермитора. Но Элейна была обещана сыну её — Люцерису. Поэтому Рейнира не переживала за судьбу Элейны и Вермитора, которые могли стать хорошим подспорьем для Чёрных. — Сестра, я желаю написать письмо брату моему и матушке, дабы известить их о своём обретении! — повелительно произнесла Элейна. — Я не держу тебя, сестра. Ступай. Хотя думается, вести о твоём подвиге скоро достигнут стен Королевской Гавани. Рейнира была права. С рыбаками и торговцами, видевшими столь восхитительное зрелище, новость о приобретении принцессы Элейны своего дракона, да ещё не дабы кого, а Вермитора, в миг достигла столицы, распространяясь по городу подобно чуме. И уже к полудню вся семья Элейны знала, что теперь она драконья всадница!