Мир трёх

Тёплый ветер, шелест листвы и произрастающие невероятной величины деревья. Магические купола, под которыми создавались локации, никогда не воспроизводили выдуманные места. Все леса, все озёра, все дома, деревья, пещеры, — каждая часть пейзажа когда-то существовала или существует на Инсуле. Руби не узнавала местность, но предположила, что лес в жизни принадлежал к территории ауритов, потому что именно в таких лесах жили длинноухие представители. Догадку подтверждали огромные раскидистые ветки, на которых прекрасно бы смотрелись дома повелителей магии земли. — Сестрёнка, а это, случайно, не лес Мо́нтро? — озвучила свои предположения Перл, оглядываясь по сторонам. Услышав слова младшей, Руби посмотрела на растения повнимательнее. Ни одного маленького дерева, лишь огромные многовековые гиганты и свисающие с них лианы. Тропических лесов на материке было немного, но не это привлекло внимательный взор Перл. Вместе с характерными для тропиков деревьями росли хвойные и лиственные породы. — Ты тайком читала мои книжки? — беззлобно спросила Руби у Перл. — Угу. Просто было интересно посмотреть на картинки, вот и запомнила, — улыбнулась малышка. Лес Монтро был известен своим невероятно капризным климатом и дисбалансом магической энергии. Его богатство разной растительностью всегда привлекали жителей Инсулы, но, увы, справиться с погодными условиями было непросто. Могло случиться так, что неделю температура воздуха приравнивалась к температуре центральной части материка, а на следующий день мог произойти огромный скачок и пойти снег, а ещё через день жара и засуха. Лес так и остался необитаемым, но принадлежал, как и предполагала Руби ранее, территории ауритов. Усугубляло ситуацию ещё и существование лишь одного наземно-водного источника в целом лесу, площадь которого, к сведению, составляла шестнадцать тысяч километров квадратных. Животные редко встречались на пути, поэтому Руби уже настроилась на то, что питаться сёстры будут лишь ягодами и фруктами. Задрав голову, Руби взглянула на небо. Солнце было на самом зените, поэтому определить, в какой части находились сёстры, не предоставлялось возможным. Старшая лишь молилась, чтобы это не была северная часть, ведь ручей находился на краю южной территории, до которого добираться от самой границы северной стороны как минимум четыре дня, если не учитывать остановки. А они неизбежны. — Будет непросто, — сделала вывод Руби и повернулась на Перл. — Давай пока наполним амулеты твоей стихийной магией. — Хорошо, — кивнула малышка и, достав листочки, стала каждый по одному наполнять определённым количеством природных магических частиц и своей внутренней магией, а потом, сорвав с ближайшего кустика красную ягоду, начала рисовать её соком разные символы. — Кстати, сестрёнка, эти ягоды съедобные? — Не уверена, лучше не рискуй. И руки в рот не тяни. Когда найдём воду, первым делом их помо- Осторожно! Выражение лица Руби в миг изменилось со спокойно-довольного на перепуганное. Руби со всей скоростью бросилась к Перл, закрывая собой. Она подставила спину под летящий нож, который должен был вонзиться в лопатку. Благодаря кожаным ремням нагрудника, в которых застряло лезвие, Руби удалось избежать ранения. Подхватив нож во время собственного падения, она метнула его в сторону ланеи, который находился неподалёку на ветке одного из деревьев, скрывая своё присутствие густой листвой. Обнимая Перл, Руби сделала совместный кувырок и спряталась с сестрой за стволом толстого тропического дерева. Приказав Перл жестами сидеть на месте, Руби стала забираться по лианам на дерево и, достигнув ближайшей ветки, засела в ожидании. Руби осознавала, что ланея никуда не делся и, заметив его, перепрыгивающего с одной ветки дерева на ветку другого, просчитала нужный момент. Ухватившись за лиану, она, словно на стремянке, сделала прыжок и, подгоняемая ветром и инерцией, выставила ноги вперёд, сбив ланею с пути и поваливая его на землю. Руби спрыгнула на парня сверху, а затем, достав свой кинжал, она тыльной стороной рукоятки ударила в основание позвоночника, вырубая ланею с одного удара. Убедившись, что парень не двигался, Руби, учащённо дыша, села рядом с ним, а совсем скоро облокотилась назад, оперевшись локтями о землю. Сильная отдышка, дрожащее тело, пот каплями стекал по вискам, а неугомонное сердце всё никак не думало замедлять свой темп. Через несколько секунд подбежала Перл и, взглянув на бессознательного ланею, спросила: — Ты его…? — Не переживай, просто спит, — Руби, не без труда приподнявшись, присела на корточки к парню. Закасав рукав его кофты, она оголила кисть, украшенную чёрным кожаным ремешком, в центре которого находился изумрудный камень. — Посмотри, практически, как у тебя, только цветом отличается. Руби расстегнула ремешок на запястье, сжала браслет в обеих ладонях, разбивая камень. Под телом образовался магический круг, который через секунду активировал портал, переместивший ланею. — П-прости… — Перл виновато посмотрела на сидевшую рядом Руби. — Ты чего извиняешься? — удивилась та. — Из-за меня ты подставилась под удар. Если бы не… нагрудник… — Я была бы просто ранена в плечо, — закончила за Перл Руби, пожав плечом. — Не такая уж это и проблема. — Сестрёнка… «качество регенерации зависит от количества внутренней магии в организме и процесса циркуляции её потоков». Так было в учебнике написано. — Ах… да… точно… — осознала своё положение Руби. — Я же заблокировала потоки… Опустив голову и посмотрев на землю, она поднесла руку к ожерелью на шее, проводя пальцем по камню. Через секунду перед глазами Руби возникла голограмма в виде полупрозрачного голубого табло, на котором высвечивалось число участников. — Этот ланея ещё совсем мальчишка… — озвучила свои мысли старшая. — Многие тут просто дети, хотя большинству, уверена, по двадцать. — А почему по двадцать? — спросила малышка, вопросительно наклонив голову и сев рядом со старшей. — В правилах Милеса написано, что участниками могут быть только те, кто не достиг второго совершеннолетия. Следовательно, крайним возрастом будет двадцать лет — у таких участников больше шансов. Они добровольцы, в большинстве своём. — А почему именно до этого возраста? — Ну-у-у, тогда у людей и в помине не было бы шансов даже первое испытание пройти живыми, — грустно усмехнулась Руби. — У ауритов и ланей после второго совершеннолетия появляются интересные приёмы в рукаве. — Это как? — заинтересованная вопросом, Перл ещё ближе придвинулась к Руби, буквально опираясь о её грудь и нависая над старшей. — Ланеи смогут принимать свою животную форму, а у ауритов появляются крылья. Как думаешь, справедливо? — Не-а, — отрицательно помотала головой малышка. — Вот и я так думаю. Слава Шиве, в правилах тоже это предусмотрели, — Руби отпрянула от Перл и, встав, подала руку девочке. Малышка, приняв помощь, также поднялась, и сёстры направились вглубь леса. — Пойдём. Надо найти источник воды, а потом поищем плоды рубуса. Они обычно растут на освещённых солнцем территориях. — В ищении рубуса ты лучше всех! — посмеялась Перл. — Это же твоя любимая ягода. — В поисках, Перл. В поисках… — улыбнулась Руби и взяла ладошку сестры в свою, сцепив их в замок.

***

— О! Это же лес Монтро! — восторженно произнёс парень в чёрном плаще с капюшоном, оглядывая территорию и стоя на мёртвом теле недавно убитого им аурита. — Ох, помню, с тобой на твоё первое совершеннолетие отправились туда. Во веселуха была. — Идиот, — процедил его друг, в гневе снимая с себя капюшон. А вплотную, он взял парня за край одежды у шеи и притянул к себе, начиная трясти. — Испытание началось меньше пяти минут назад, и ты уже кого-то убил! — А чё в этом такого, Сар? — искренне удивился его товарищ, улыбаясь и пожимая плечами. — Для этого и существует Милес. К тому же, ты мне должен «спасибо» говорить. Я ж тя спас от этого придурка, который с маленьким ножичком набросился, — он с насмешкой кивнул себе под ноги на мёртвого парня. — Жизни не игрушки! — крикнул Сардис. — У него была семья, а ты отнял жизнь у этого участника и надежду у его близких! Для тебя это всё игра, а для остальных смертельное испытание. — Тьфу, ты, — посмеялся парень. — Напугал, так напугал. Ты же сам прекрасно понимаешь, что тебе меня не перевоспитать. — Понимаю, — не отрицал Сардис. — Как только снимаются ограничения, так тебя не остановить. Будто с цепи срываешься. — Да-а-а, я без тормозо-о-ов, — пропел друг, закидывая голову назад и смотря на небо.

***

Первые двое суток были самыми тяжёлыми для сестёр: это был период, когда наибольшее количество участников покидали испытание. Сёстры несколько раз натыкались на них, и Руби приходилось сражаться против противников посильнее. Благо, у встречающихся оппонентов не было никакого опыта, поэтому старшей удавалось выходить победителем. За это время у них получилось найти плоды рубуса и некоторые другие фрукты и ягоды, но источника воды не было и в помине. Приходилось довольствоваться соком ягод, которого было недостаточно. Сёстры находили ночлег на ветвях деревьев и устанавливали воздушные барьеры при помощи амулетов. Никто не мог проникнуть под барьер, зато можно было без проблем выйти из него. Именно так и делала Руби ночью, оставляя на два часа Перл, защищённую магией, а сама искала спящих участников, чтобы забирать их припасы и разбивать кристаллы. Благодаря детству, проведённому в трудных условиях, из-за вынужденных обстоятельств, Руби была хорошей воришкой. К сожалению, те участники, которых она встречала, также были в не лучшем положении. Только один раз Руби смогла забрать деревянный сосуд с водой у одной участницы. Вода у неё появилась, скорее всего, из собранной дождевой воды. В тот раз Руби громко выругалась, потому что не успела оказаться в той части леса, где шёл дождь. Но это было лучше, чем ничего. Идя вперёд и держа Перл за ручку, Руби с большим энтузиазмом рассказывала очередную легенду из выученных наизусть книжек. Малышка любопытно хлопала глазками, удивляясь новому повороту событий, а старшая только и могла, что умиляться искренним эмоциям любимого солнышка. Перл задавала всё новые вопросы, на которые Руби с радостью отвечала или с охотой импровизировала, если не была уверена в достоверности информации. — И что Шива сделала? — С Ифритом было сложно вести переговоры, поэтому она приняла решение воззвать к уму разуму… — Руби запнулась на секунду, всматриваясь куда-то вдаль. Тело еле заметно дрогнуло, но старшая не подала виду и продолжила рассказ, резко сворачивая с планируемого пути влево: — Гекато-о-она. — Прямо как мы сейчас, — заметила Перл. — Именно, солнце, — Руби еле сдерживала подступающий к горлу комок, скрывая своё беспокойство за натянутой улыбкой. — Хочешь узнать, что было дальше? — Хочу. — Ну тогда слушай… С каждой секундой сёстры всё больше удалялись вглубь леса, покидая старую локацию. И чем дальше они продвигались, тем легче Руби становилось дышать. Снова труп. Уже восьмой за два дня. Для большей ли это было графичности в угоду шоу или для деморализации некоторых участников, но мёртвых телепортировало лишь спустя два часа с момента смерти. Горы трупов особенно «красиво» смотрелись в последний день испытания, когда по традиции между собой сталкивались выжившие охотники. После их кровавой битвы поле всегда было «украшено» бездыханными телами, на которые можно было вдоволь насмотреться. Руби никак не могла допустить, чтобы Перл увидела это собственными глазами. Малышке ни в коем случае нельзя было лицезреть тот ужас, который мог произойти и с ними обеими. Потому что Руби уже насмотрелась. Уже запомнила, как выглядели растерзанные тела. Уже никогда не забудет, насколько больными ублюдками могли быть участники. В такие моменты Руби ненавидела своё хорошее зрение, которое чётко смогло разглядеть вдалеке труп молодого парнишки. И теперь Руби проклинала себя за то, что запомнила всё до мельчайших деталей. Она запомнила расчленённое тело, конечности которого были оторваны, судя по всему, голыми руками. Она запомнила выпотрошенный живот и кишки, которые в это же время лежали на земле между оторванных ног. Она запомнила лицо, разбитое в страшную мешанину, от которой по спине пробегали мурашки. Она запомнила всё. И она хотела всё забыть.

***

На третий день, когда Перл проходила мимо небольшой лужайки, каких в лесу было достаточно много, она заметила бессознательную девушку. Руби сразу это не понравилось. Даже раненый участник попытался бы спрятаться, чтобы остальные его не обнаружили. В этом же случае было что-то наподобие «бери — не хочу». — Сестрёнка, мы должны помочь ей, — малышка, не дожидаясь, пока её догонит сестра, побежала к раненой девушке. — Перл! Стой! Это ловушка! — крикнула Руби, но было уже поздно. «Раненая» девушка быстро поднялась с места и провела по волосам. Взору сестёр явились волчьи уши, из-за спины уже виднелся хвост, а глаза приобрели янтарный оттенок. Стало понятно, что это была ланея, скрывшая свой облик. Вокруг поляны возник огненный круг. Языки пламени поднимались высоко вверх, поэтому, даже имея возможность пользоваться внутренней магией, Руби не смогла бы через него перепрыгнуть. — Быстро рви талисман! — Руби достала свой кинжал и метнула его в сторону ланеи, чтобы хоть как-то её замедлить. К этому моменту Перл, хоть и впопыхах, но достала листок с нарисованным на нём символом и порвала его, образуя вокруг себя воздушный щит. Из-за спешки, малышка проронила несколько талисманов, но после того, как защитилась барьером, стала собирать упавшие листочки. На щеке ланеи появился небольшой порез, от кинжала, который пролетел прямо возле её лица. Девушка хотела напасть на Перл, разогнавшись, но потом резко затормозила, понимая, что воздушный барьер пробить не так просто. Противница переключилась на Руби, которая уже стояла в оборонительной стойке. Против ланеи победить в грубой силе невозможно. Оставалось только защищаться и уклоняться от атак, что и делала Руби, пока придумывала в голове дальнейшие действия из, казалось бы, безвыходной ситуации. «Страшно» Ведь без магии Руби слабее и медлительнее. Победить можно было лишь при использовании слабости оппонента. Только необходимо найти эту брешь. И сосредоточиться. Противница стала нападать, обволакивая руки стихийной магией и создавая огненные кулаки. Движения были быстрыми и резкими. Судя по всему, ногами ланея бить не собиралась. Зря. Умение пользоваться всеми возможностями своего тела — залог победы. Руби еле заметно улыбнулась краем губ. «Нужно добраться до кинжала!» И только Руби подумала об этом, как чуть ли не упустила момент замаха оппонента. Огненный кулак пролетел прямо у кончика носа. Если бы она вовремя не отошла на шаг и не уклонилась назад, то можно было попрощаться с жизнью. Очередной удар. Уворот. Руби присела на корточки и сделала кувырок, оказываясь за спиной ланеи. Кинжал был воткнут в ствол дерева в нескольких метрах от девушки. Замах руки с разворота. Ланея не успела, Руби уже побежала к оружию и, вытащив из дерева кинжал, вновь заняла оборонительную позицию. — Не можешь пользоваться внутренней и стихийной магией одновременно, — хихикнула Руби, окликнув соперницу. У ланей внутренняя магия работала в качестве пассивной магии. Она была с ними беспрерывно, но, при желании, ланеи могли также направлять потоки в определённые части тела, ещё сильнее увеличивая и так огромные физические характеристики. Эта ланея такое делать не могла, — иначе ты была бы быстрее. Разозлить противницу было не так уж и сложно. Разъярённый рык и скорое приближение. Её движения стали хаотичными, и их было легко предугадать, благодаря сильному размаху и направлениям туловища. Хук правой. Уворот и апперкот в челюсть. Ланея отшатнулась, делая несколько шагов назад. «Открыта!» Удар левой ногой в бок. Подсечка правой. Соперница падает на землю, и Руби быстрым и точным ударом кинжала, вонзает лезвие в правую ладонь ланеи, пригвоздив к земле и не давая возможности пошевелиться. Громкие крики, но не до этого. Браслет на руке снялся быстро. Камень уже в обеих ладонях. Он сломался. Последние звуки кричащей девушки, яркий свет, и она телепортировалась. «Всё…» Руби стояла неподвижно несколько секунд, переводя дыхание, но напряглась, почувствовав жар высокой температуры. Она не сразу поняла, что её ветровка и бондаж начали гореть, и уже обожгли левую часть тела. Девушка стала снимать горевшую одежду, но из-за паники и трясущихся рук это было сделать трудно. Больно и горячо, кожа уже облезла. Внезапно возник сильный воздушный поток, откинувший Руби на метр и потушивший часть огня, а потом подбежала Перл и сняла пылающую ткань, кидая её на траву и затаптывая. Спешно доставая бутылёк лечебного зелья, малышка полила ожоги на теле сестры, которые очень скоро стали залечиваться и затягиваться. Руби чувствовала жжение, но зелье смогло притупить боль, работая ещё как и обезболивающее, поэтому старшая смогла вытерпеть и не издать ни звука, сильно закусив губу. — Т-там не всё зажило… может… — Нет, прибереги зелье, — Руби поднялась, притрагиваясь к обновившейся коже и смотря на обгорелые на траве тряпки, которые ещё пять минут назад были ветровкой. От налокотника не осталось и следа. — В книге описывалось, что в этом Монтро есть только один источник воды, и он находится на южной окраине леса. Учитывая восход солнца, мы оказались в самом конце северной части… — старшая тяжело вздохнула, — до ручья идти ещё два с половиной дня, ведь мы делали остановки ночью и иногда сворачивали. — Зелье… мы сможем его пить? — предложила Перл. — Да. Долго мы не протянем. Сока ягод недостаточно, а вода практически закончилась. Если не успеем добраться до источника раньше, то будешь пить зелье. — А ты? — глазки выжидающе уставились, с волнением наблюдая. — И я, — Руби улыбнулась и убрала выбившиеся пряди волос себе за ухо, а потом, проверив количество воды, устало прикрыла глаза. «На день хватит, не больше» Руби чувствовала себя виноватой. Перл чувствовала себя виноватой. Старшая — за то, что не была в состоянии приглядывать за любимой маленькой сестрёнкой, достойно оберегать и защищать её. Руби даже не могла найти обычную воду, чтобы Перл не мучилась от жажды, и плевать, что сама девушка уже еле держалась на ногах из-за обезвоживания. Младшая же испытывала вину за свою беспомощность и бесполезность. Перл ощущала себя балластом, тянущим ко дну Руби, ведь, если бы малышку не выбрали по жребию, то старшей не пришлось бы так страдать и подставлять свою спину под удары в прямом и переносном смысле. Они обе устали. Обе были на грани отчаяния, но в глазах Руби эти грусть и состояние безнадёжности читались и ранее. Решив, что продолжать путь, не отдохнув, было бы самоубийством, сёстры решили найти подходящее место, чтобы спрятаться и перевести дух. Они уже покинули открытую поляну, когда совсем неподалёку услышали до ужаса неприятный женский крик. Такой отчаянный, болезненный, а потом на поляну выбежала владелица голоса: вся в крови, в порванной одежде, а глаза были полны ужаса. Перл и Руби затаили дыхание в кустах, и старшая параллельно стала повторно обмазывать себя и сестру соком рубуса. За девушкой на поляну выбежали и три парня. Ланеи. Они смеялись и шутили, словно играли в салочки с бедной жертвой. — П-пожалуйста, н-не над-до! — дрожащим голосом с трудом проговорила та, обессиленная падая на колени, и пытаясь подняться вновь. — Девушке слово не давали, — посмеялся один из ланей. — Тем более человеку, — поддакнул второй. — Но нам нравится твоя поза, — посмеялся и третий, а потом, присев на корточки перед беднягой, взял её за волосы и насильно задрал голову, заставляя смотреть ему прямо в глаза: — Только вот что-то вещей на тебе слишком много. Руби закусила губу и прижала Перл к себе, обнимая. Они не могли сейчас никуда уйти, лишь затаиться в кустах и молиться, чтобы их никто не заметил. Сейчас глаза тысячи жителей Инсулы были направлены на разворачивающуюся сцену. Руби была уверена, что именно за этим сейчас наблюдали. Милес — игра на выживание, состоящее из нескольких испытаний, но это не значило что было возможно лишь убийство. Изнасилования также часто имели место быть, и это были самые «смачные» моменты из смертельной игры, которые никогда не оставались без внимания. Только представить, как родные и друзья жертвы наблюдали за таким кошмаром и не могли ничего предпринять, было до дрожи ужасно. Старшая аккуратно взяла ладошки младшей и приложила их к ушкам, чтобы Перл, хоть и не окончательно, но не слышала тех звуков, которые в дальнейшем собирались сопровождать надругательство. Потом Руби закрыла ладонью глаза Перл и сильнее прижала к себе малышку. Старшая с отвращением отвернула голову от поляны и зажмурила глаза. «Паршиво» «Гадко» «Отвратительно» «Грязно» «Больно»

«Страшно…»

Руби словно переживала эти ужасающие моменты вместе с бедной девушкой. В горле застрял огромный ком, который старшая никак не могла сглотнуть. Её словно также душили… Смех парней, крики девушки, звуки ударов и рвущейся одежды. Звенькнула пряжка ремня. Крики стали громче и сильнее. Больно пронзали уши. Это были истошные вопли, смешанные со звуками, которые издавались при каждом столкновением бёдер. И эти противные смешки. Эти мерзкие словечки, вылетающие из уст тех ублюдков. «Шива, прошу. Пусть всё закончится» Новый хлёсткий удар. Точно пощёчина. Жалобные мычания. Наверное, заткнули рот оборками одежды… или не одежды вовсе. А потом тонкий голос с каждой секундой и каждым шлепком становился всё тише и тише, окончательно пропав. Девушка издавала лишь еле слышные всхлипы, которые также вскоре затихли. — Что? Уже? — разочарованно протянул один. — Да она ещё жива, просто отключилась. — Уверен, что она не сдохла? — Я не некрофил, чтобы трахать труп. По щеке скатилась слеза. Руби не могла ничего с этим поделать. Лишь сидеть, затаившись, чтобы её и Перл не последовала такая участь. Если бы Руби была сильнее, если бы она не так выдохлась и устала, если бы не была ранена, если бы не была ограничена магией. То она бы без раздумий побежала помогать несчастной. Но не в этот раз. Нужно просто затаиться. Не лезть на рожон. Ждать и не высовываться. Иначе погибнешь.

***

Милес изначально ставил всех участников в неравные условия. Кому-то повезло в начале испытания сразу оказаться у воды и не заботиться о пропитании, а некоторые уже на второй день погибли от изнеможения и обезвоживания. Такое спокойно могло произойти и с сёстрами, которые, к сожалению, оказались дальше всех от водного источника. Однако, благодаря опыту Руби в поисках еды и знаниям Перл в съедобных растениях, им удавалось выжить на протяжении нескольких дней. Хотя обезвоживание сказывалось на физическом состоянии сестёр, которые чувствовали слабость и сонливость. На самом деле можно поспорить насчёт везения. Все участники искали воду и, если находили, пытались постоянно держаться ближе к источнику. Не все, но многие. И это была отличная добыча для «охотников» — участников, которые только и делали, что убивали других. К охотникам причислялся и друг Сардиса, из-за чего парни оставались в одной точке пару дней, лишь только потом начав очень медленное продвижение вперёд в поисках Эмбер — возлюбленной друга. В конце концов, они вновь возвращались к ручью. Почему друзья не сразу продвинулись, чтобы найти Эмбер? Ответ был прост. Эмбер была сильна. И парни это знали и полагались на её способности, позволяя себе не торопиться на помощь. Конечно же, можно было поспорить с их решением, но все оценивали и интерпретировали ситуацию с разной точки зрения, иначе. Если, например, для одних, в том числе и для Руби, это был кошмар наяву, длившийся вечность, то для других развлечение и экстремальный отдых на полторы недельки. Третья ночь испытания пришла для сестёр нескоро. На пути к новому укрытию Перл не переставала тихо плакать, не в силах сдерживать слёзы, которые постоянно стекали по пухлым щёчкам. Руби не говорила ни слова, давая малышке справиться с этим самостоятельно, потому что словесная поддержка была бессильна. Просто Руби должна была быть рядом. Просто чтобы Перл чувствовала себя в безопасности, хоть это и не было правдой, а безопасность была лишь иллюзией. Руби сидела на широкой ветви, оперевшись спиной о ствол дерева, а облокотившись о старшую, младшая боком устроилась на её коленях и положила голову ей на грудь. — Магические артефакты потребляют огромное количество энергии. Для создания и поддержки артефакта нужно много внутренней магии, а также определённое количество природных частиц. Именно поэтому созданием занимаются исключительно ауриты, ну а внутренней магией, соответственно, ланеи. Люди же добывают материалы. Благодаря сторонним элементам, типа стекла или железа, а также камней, магия преобразовывается. Магический артефакт, при котором существует этот купол, обладает магией расширения пространства, а также воссоздаёт некогда бывшие локации, которые возможны при пол- — Сестрёнка, — прервала рассказ Руби Перл, — почему ты мне об этом рассказываешь? — Мне казалось, что тебя интересовали эти вещи, — недоумённо наклонила голову старшая. Сёстры устроились на одном из тропических деревьев, спрятавшись за лианами и листьями и укрыв свой запах, а также голос под воздушным барьером. Ночь была спокойной и звёздной. Это была та ночь, которую желали увидеть многие мечтатели: чистое тёмное небо с многочисленными маленькими огоньками на нём, яркие светлячки, являвшие путь ночным странникам и умиротворённая тишина. — Я не говорю, что мне неинтересно… — Перл повернулась лицом к Руби, продолжая говорить, смотря в глаза сестры. — Просто… такое ощущ… ощупщ… ошучщени… — смирившись, что выговорить слово не удастся, малышка заменила его, — чувство, что если не расскажешь сейчас — не расскажешь никогда. — Ха-ха, Перл, просто хочу совмещать приятное с полезным, — посмеялась Руби, заправив чёрную прядь волос за ухо, следом начиная гладить малышку по голове, но Перл резко отпрянула и отмахнулась, злобно покосившись: — Перестань через силу смеяться и улыбаться, — сердито сказала Перл. — Я не помню, когда действительно слышала твой настоящий смех. — Перл… — Я серьёзно! — крикнула девочка, чуть ли не плача. — Перл… — Почему даже я не могу сделать тебя счастливой?! — не давала вставить слово младшая. — Перл… — Сестрёнка, мне страшно! — заплакала малышка, прижимаясь к груди Руби и пропитывая гольф горькими слезами. — Страшно не за себя, а за то, что могу потерять тебя. Я помню, как ты раньше, несмотря ни на что, действительно улыбалась… м-м-м… не помню это слово… — Искренне? — Да. — Прости… — шепнула Руби, гладя Перл по голове. — Это всё братишка Джет? — предположила малышка. — Всё из-за него? После того, как его убили на Милесе, ты перестала радоваться… а папа вообще… — Перл, давай не будем. — Ты же держишься из последних сил… и это только потому, что я жива… — Нет, — отрицательно покачала головой Руби и заправила выпадающую прядь за ухо, а потом сделала также и Перл. — Посмотри, у тебя все кудряшки из хвостиков выбились. — Бесполезно, — смиренно и устало выдохнула девочка, понимая, что её старшая сестра просто хотела перевести разговор на другую тему, поэтому Перл, больше не предпринимая никаких попыток продолжать разговор, отвернулась от Руби и подставила затылок ей под руки. — Заплети мне волосы… и спой колыбельную… Всё равно под барьером нас не слышно. — Ту самую? Как всегда? — удовлетворённо выдохнула Руби и, распустив причёску, стала вновь аккуратно собирать золотистые волоски в хвостики, очень быстро заканчивая с ними. — Да, ту самую, — прикрыла глаза Перл и, расположившись поудобнее, стала пробовать уснуть. Руби закинула голову назад, упираясь затылком о ствол дерева и сквозь раскидистые и широкие ветки посмотрела на ночное, освещённое яркими звёздами небо. Вобрав в лёгкие побольше воздуха, она звучно вздохнула и, протянув первую нотку, стала напевать:

Спи крепко. В сердце своём Не нужно вечно бороться в темноте ночной. Глазки закрой. Без боли будь со мной. И помни сладко, когда мир был, как звёзды, любим. Бой выдержать ты смогла. Усни, большего бояться здесь ты не должна. И, сражаясь, мечтала о волшебстве. Теперь мечты наяву несут вдаль тебя, чтоб исцелить. Я буду здесь, пока спишь. Не дам монстрам тут разрушить сладостную тишь. Может, вдали оставим позади Всю боль и злобу, а в ночи наблюдать огоньки. Дай обещание своё, Что в нужное время ты проснёшься у меня. Придёт герой, что выручит в страшной беде, Исправит ошибки, а я буду рядом с тобой до конца.