На коленях

Музыка неприятно била по ушным перепонкам Чимина, опиравшегося одним локтём о барную стойку, однако он мастерски терпел это, нервно постукивая пальцами по деревянной лакированной поверхности. Каждый раз мужчина посещал новый клуб или бар, чтобы никто из персонала не мог его узнать. Несмотря на то, что этой ночью Чимин был в роли охотника, внутри него всё дрожало от волнения и страха, словно именно он являлся жертвой предстоящего преступления. В кармане его брюк находились лёгкие наркотики, приём которых действовал на нервную систему человека угнетающе. Стоило мужчине дать их какой-нибудь девушке, как она постепенно становилась безвольной и покладистой, словно дрессированная собачонка. И пусть отходняк после этого был ужасным и неприятным, жертва вряд ли могла что-нибудь вспомнить из того, что делал с ней Чимин. Господин Пак выпрямился и плавно двинул плечами, чтобы джинсовая куртка слегка съехала вниз по спине. Мужчина полностью сменил образ, надев на себя бежевые брюки и заправив в них чёрную рубашку. К низу штанины брюк сужались и были заправлены в высокие стильные ботинки с металлическими элементами, которые позвякивали каждый раз, как мужчина передвигал ногами. На глазах — чёрные объёмные очки. Они позволяли Чимину незаметно рассматривать присутствующих и скрывать собственное волнение, иногда показывающееся наружу. Было немного душно и уже достаточно поздно, но господин Пак пришёл не так давно, потому терпеливо ознакамливался с присутствующими здесь дамами. Редко когда девушки приходили в клуб в одиночку, однако к концу вечера часто случалось так, что подруги ссорились из-за каких-то пустяков и изрядного количества выпитого алкоголя. — Привет! — рядом с Чимином внезапно возникла симпатичная незнакомка. Она с радушной улыбкой на лице чуть склонилась, заглядывая ему в глаза и продолжила: — ждёшь кого-то? Господин Пак справился с лицом и слабо улыбнулся одним уголком губ, пытаясь воссоздать что-то похожее на ленивую ухмылку заправского мачо. — Нет, я один, — ответил он, мысленно давая себе подзатыльник за неизменно холодный тон без капли расслабленности. — Может… желаешь присоединиться к моей компании? — девушка склонила голову вбок и кивнула в сторону. Чимин взглянул в указанное направление, улавливая пару заинтересованных глаз её подруг и друзей на себе. — Спасибо, но нет, — ответил мужчина и прокрутил кончиками пальцев стакан с коктейлем, стоящим перед ним. Девушка подходила господину Паку по внешнему виду. Она была миловидная, небольшого роста и лёгкая, на случай, если ему доведётся нести её на руках до номера лав отеля. Однако наличие подруг и друзей всё портило на корню, потому Чимин не стал даже продолжать бессмысленный разговор. Его внимание давно приковала молодая женщина, расположившаяся у барной стойки. Она была одна, она однозначно никого не ждала и она была расстроена. Именно поэтому периодически утирала наворачивающиеся слёзы, сильно вдыхала носом воздух и залпом осушала бокальчики с соджу. Женщина была примерно одного с ним возраста, одета в яркое красное платье, подчёркивающее её стройное сексуальное тело, которое совершенно не волновало Чимина. Она не была в его вкусе, хотя мужчина вполне мог оценить по достоинству внешние данные незнакомки. Сильно перебирать ему не приходилось. Господин Пак и так бесконечно боролся с самим собой, ведь периодически его накрывало желание быстро покинуть пределы этого клуба и оставить безумную затею, стабильно засевшую в мысли. Интуитивно Чимин понимал, что втереться в доверие к одинокой и, по всей видимости, разочарованной в ком-то или чём-то женщине, будет не так просто. Потому он продолжал колебаться. А на чашах его весов было довольно много всего. На одной из них презрение, вина за ещё не свершённое деяние, тревога и отвращение к себе плотно заняли свою позицию, вырисовывая в воображении господина Пака то, каким жалким он выглядел со стороны. Жалким потому, что не имел силы противостоять жажде своих желаний и, смиренно понурив голову, шёл на поиски необходимого, словно вампир на запах свежей крови. На второй чаше весов находились искушение, уверенность в силе собственных возможностей и безразличие к чужим чувствам. Чаши весов Чимина медленно меняли свои позиции, перевешивая друг друга время от времени. Эти чувства плавно перетекали из одного в другое, создавая бесконечное противостояние внутри своего владельца, и иногда даже умели сосуществовать вместе. В господине Паке находилось слишком много противоречий, потому мужчина практически никогда не знал покоя. Вот и сейчас, снимая очки и застёгивая пуговицу на рубашке, он в точности не знал, сумеет ли подойти к женщине или попросту пройдет мимо к выходу. Лишь неудовлетворение и назойливая мысль не позволяли мужчине просто уйти. Чимин резко вздохнул, радуясь тому, что при знакомстве именно с этой женщиной ему не нужно будет сильно притворяться. Улыбки, заигрывания сейчас неуместны. Она может принять компанию понимающего её чувства человека, но никак не искателя веселья, коих здесь достаточно. Пак Чимин закусил губу, продвигаясь к своей будущей жертве замедленными шагами. Он оглядел помещение, не слыша из-за волнения ни музыку, ни чужие голоса, смех… Внешние уголки его глаз были будто бы немного опущены вниз, это придавало выражению лица мужчины усталый, разочарованный вид. Собственно, именно сейчас его лицо не лгало, и эти чувства действительно одолевали Чимина. Женщина ощутила, как кто-то вторгся в её личное пространство раньше, чем ожидал господин Пак. Из-за этого он остановился и рука его, прежде скользящая по барной стойке, тоже замерла на месте. К счастью Чимина, предупреждающий прохладный взгляд напротив вдруг смягчился. Женщина опустила глаза и отвернулась, тем самым позволяя мужчине приблизиться. Она шмыгнула носом, продолжая прокручивать пальцами небольшую рюмку с содержимым. Господин Пак встал очень близко. Его локоть, который мужчина устроил на столешнице, коснулся женской руки. Она обернулась и принялась беззастенчиво, но с некоторым напряжением рассматривать профиль Чимина. Её ещё мокрые от слёз ресницы слиплись, а потёкший макияж уже давно был стёрт, чему свидетельствовала изрядно покрасневшая кожа под глазами. Наконец, женщина отвернулась, после чего очень быстро отправила в рот очередную порцию соджу. Чимин проследил за действиями незнакомки, сморщившейся от явно непривычных ощущений от выпивки. — Кажется, вы уже много выпили… — проговорил господин Пак, вызывая этими словами женский мелодичный смех. — А вы, кажется, ещё и не начинали. Чимин на мгновение запнулся, продумывая, какой именно ответ будет угоден его собеседнице, а затем ответил совершенно честно: — Так и есть. — Не похожи вы на тех, кто обычно приходит в клуб за весельем, — задумчиво сказала женщина, опустив взгляд к мужским рукам, сцеплённым на барной стойке. — Я не умею веселиться, к сожалению, — господин Пак снова сказал правду, решив быть максимально честным. Сегодня он мог себе такое позволить. — Несчастливый брак сделал меня частым клиентом подобных мест. Женщина хмыкнула. — Как вас зовут? — спросила она. Чимин вздохнул, прежде чем ответить. — Зовите меня Тристан, — предложил он и подтянул уголки губ, пытаясь изобразить добродушную лёгкую улыбку. — О-о… — протянула женщина с довольно искренней, немного издевательской и ироничной улыбкой. — Бедный романтик, тоскующий о своей несчастной судьбе?.. — Возможно. — Тогда зовите меня Изольдой… — сказала она, понимая, почему мужчина не желал говорить своё настоящее имя. На самом деле, ей не было большой разницы или вовсе было всё равно на то, как его звали. Он оказался красивым и притягательным. А ещё незнакомец мог послужить ей бо́льшим обезболивающим, нежели соджу. — Можем разделить с вами напиток любви, как истинные владельцы этих имён… Глядя на Чимина, женщина пыталась представить лицо своего, уже бывшего жениха, которого ещё этим утром застала в постели с любовницей. «Изольда» настолько углубилась в собственные фантазии, что не заметила, как сильно сжала рюмку и сцепила зубы, отчего черты её лица заострились, а глаза засверкали от злости. Заметив это, господин Пак положил свою руку поверх женской. — Я не против. — Что?.. — не сразу вспомнив, о чём шла речь, спросила женщина, возвращаясь к реальности. Она часто заморгала, пытаясь предотвратить очередные слёзы, вызванные чужим предательством. — Эликсир любви, помните? — А-а… — немного смущённо отозвалась «Изольда» и улыбнулась. — Что именно вы предлагаете? Господин Пак подавил облегчённый выдох и ответил: — Выпьем вместе, но… не здесь, согласны? — О-ох, — протянула женщина и скривилась, пьяно улыбаясь. — Откуда мне знать, что вы не какой-нибудь маньяк? Эти слова были сказаны просто так. На самом деле, «Изольда» уже давно решила, что согласится, не зря же она, скрипя зубами от обиды и злости, выхватывала из шкафа самое броское платье. Несмотря на опьянение, она знала, на какие риски шла. Однако конкретно сейчас ей было всё равно на осторожность. Женщина засмеялась, перехватывая мужские пальцы. Конечно же, она не заметила, каким напряжённым стал взгляд Чимина. Её глаза превратились в щелочки, пока та смеялась, показывая этим, что шутила. — Звание маньяка я не потяну, — начал господин Пак. Решил быть искренним, так почему бы не преподнести истину за шутку? — Но вот «извращенец» наверняка то самое… Он подёрнул бровями, замечая в глазах напротив долю расслабленности, истеричное веселье и очень явную, болезненную жажду утешения. Как жаль, что Чимин не сможет подарить ей его, а ведь она так надеялась на это. — Я вызову такси, — успокоившись после смеха и вытерев навернувшиеся слезинки, сказала женщина. — Я на машине, — сказал Чимин и выпрямился, предлагая «Изольде» пройти к выходу первой. Ей потребовалось немного времени, чтобы привыкнуть к положению стоя. Всё же сидя за барной стойкой, она могла не рассчитать степень своего опьянения и упасть. Ощутив твёрдую почву под ногами, женщина заправила волосы за ухо и взяла тонкий клатч, после чего осторожно пошла к выходу. Господин Пак немного переживал из-за того, что женщина могла запомнить марку и номер машины, потому скользнул взглядом по её лицу, когда они приблизились к автомобилю. Женщина была погружена в собственные мысли и не акцентировала внимание ни на чём ином, решившись отдать себя в руки чужаку. Мужчина захлопнул дверцу, когда она села внутрь. «Изольда» задумчиво и грустно проследила взглядом за господином Паком, обходящим машину. Её тонкая сумочка была впопыхах забита какой-то наличкой и презервативами. Она могла бы обойтись всего одним, но из-за огненной жажды мести испытывала дикое желание грязно отдаться каждому встречному мужчине в клубе. К чёрту порядочность, к чёрту верность, к чёрту репутацию! Однако когда она наконец-то добралась до клуба, на место сумасшедшей злости пришла жалость к самой себе и понимание, что после бездумного траха в сортире ей станет только хуже. Слёзы навернулись на глаза и полились таким сплошным потоком, будто они годами накапливались в ней, чтобы выйти в этот дерьмовый день. Женщина просто напилась бы в хлам, стянула с себя туфли и отправилась бы босиком к вызванному барменом такси, однако вовремя приблизившийся «Тристан» изменил будущие планы. Поездка проходила в тишине под звуки приглушённой музыки. «Изольда» силилась не вспоминать предательство своего парня, но несколько раз едва справлялась с дрожью в собственном подбородке. Автомобиль подъехал к лав мотелю, и Чимин, остановив его, сказал: — Подожди меня в холле, я припаркую машину. — Господин Пак протянул женщине карточку от номера и проследил за тем, как она вышла и медленно проследовала ко входу. Он не собирался оставлять авто на парковке отеля. Чем меньше будет улик против него, тем лучше, однако мужчина надеялся, что и в этот раз всё пройдёт благополучно. В голове уже был построен план будущих действий, потому господин Пак оставил авто у жилого дома и быстро вернулся к своей «Изольде». В номер он вошёл с помощью второй карты и обнаружил незнакомку стоящей у зеркала, встроенного в стену. Чимин медленно приблизился к ней, осознавая, каковы примерно её ожидания насчёт него. Взяв «Изольду» за предплечья, мужчина развернул её к себе и обхватил за спину, чтобы с напускной страстью впиться в женские губы. «Обещание» должно выбить почву из-под ног женщины, должно помочь ей временно забыть, почему плакала, почему находилась в номере лав-отеля с человеком, имя которого даже не знала. Господину Паку сложно было понять, насколько хорошо, он справлялся с задачей, однако вскоре язык «Изольды» начал двигаться. Женщина подалась навстречу, заразившись страстью «Тристана». Её руки огладили мужскую грудь, улавливая отчётливое сильное сердцебиение незнакомца. Из-за осознания этого факта, женское дыхание стало прерывистым, ненасытным. Тонкие пальцы принялись искать пуговицы на рубашке Чимина, но прежде чем была найдена первая, мужчина остановил «Изольду», освободив её губы. — Не торопись… Всё успеем. Глаза Чимина смотрели неотрывно, продолжая выдерживать зрительный контакт с «жертвой». Женщина несколько раз моргнула, ощутив странное чувство, будто её касания не были приятны Чимину. Однако в следующий момент она вспомнила о том, как сильно билось его сердце, потому отсеяла сомнения прочь. «Изольда» начинала раздражаться из-за собственных колебаний. Раз решилась пойти на подобное успокоительное, значит следовало идти до конца. — Ты можешь сходить в душ, пока вино ещё не принесли, — осторожно предложил Чимин. Женщина усмехнулась и кивнула. Она совсем забыла о том, что ей и правда не мешало бы освежиться. — Я ненадолго, — проговорила та и оставила лёгкий поцелуй на губах мужчины. Тем не менее он успел ответить, не боясь показаться излишне резким. Незнакомка удалилась в ванную комнату и только тогда господин Пак сумел перевести дух. Ему слабо верилось в то, что он мог быть убедительным, если дело касалось выражения чувств и эмоций подобного рода. Но «Изольда» безропотно двигалась в заданном Чимином направлении.

***

Когда женщина вышла из ванной комнаты, одетая в один лишь халат, предоставленный отелем, господин Пак уже закончил все приготовления. Наполовину полные вином стаканы стояли на небольшом столе рядом с бутылкой, блюдом с фруктами и стильной, но простенькой вазой с цветами. Мужчина оторвал одну виноградину и, приблизившись к «Изольде», осторожно коснулся ею сомкнутых губ женщины. Он внимательно следил за тем, как привлекательные уста раскрылись и аккуратные зубки несильно сжали ягоду. Женщина откусила половину, прикрыв глаза, а Чимин с особым трепетом помазал второй половиной виноградины губы «Изольды». Здесь он не лгал. Господин Пак увлечённо наблюдал за тем, как рот незнакомки соблазнительно приоткрывался. Мужчина съел остаток ягоды и осторожно провёл большим пальцем по губе женщины. Она высунула кончик языка и пощекотала палец Чимина. Взгляд его тот час поднялся к глазам незнакомки, но они были закрыты. Она наслаждалась происходящим, медленно втянула мужской палец в рот и принялась посасывать. Незнакомка сделала бы ему минет без каких-либо лишних уговоров, но, к сожалению, Чимина больше удовлетворил бы отказ. Желваки на его скулах заиграли, потому что мужчина сильно сжал челюсти. Ему хотелось пихнуть два пальца ей в рот, чтобы прямо сейчас измерить глубину её глотки и заметить желанный страх в чужом взгляде. Резко вздохнув, Чимин отступил и проговорил: — Теперь в душ нужно мне. Дождись. Следуя к ванной комнате, господин Пак был практически уверен в том, что когда выйдет оттуда, «Изольда» уже будет готова. Он подсыпал наркотическое средство в оба бокала, зная, что женщина не удержится и точно выпьет пару глотков, пока будет дожидаться его. Поэтому он не спешил: с особой тщательностью принял душ, хотя перед поездкой в клуб уже принимал водные процедуры; расчесался; убрал за собой. Он понимал, что время острых угрызений совести и излишних опасений почти настало. Знал, что скрыть свою личность, если что-то пойдет не так, не сумеет, потому осознанно шёл на риск, ведь под давлением собственных желаний не мог не прогнуться. Мужчине было что терять, однако в то же время всё это становилось незначительным, ведь наличие всевозможных жизненных благ, статуса и репутации никак не влияло на показатель роста счастья господина Пака. Чимин застыл на несколько десятков секунд перед «Изольдой», осевшей на пол у подножия кровати. Женщина не спала, однако уже точно пребывала не здесь. Глаза её неподвижно уставились в одну точку, голова периодически бесцельно двигалась, и незнакомка издавала невнятное мычание. На господине Паке было лишь одно набедренное полотенце. Он опустился на пол, присев на одно колено, и приставил пальцы к шее женщины. Ему было необходимо убедиться, что пульс её находился в пределе нормы. Чимин не мог знать наверняка, что «Изольда» не принимала до похода в клуб какие-либо таблетки, лекарства или же наркотики. Это непредвиденное обстоятельство могло сыграть фатальную роль в дальнейшей судьбе как господина Пака, так и этой незнакомки. Убедившись в том, что пульс женщины был допустимым, Чимин взял «Изольду» за подбородок и повернул её лицо к своему. Некоторое время он наблюдал за глазами напротив и в конце концов остался доволен состоянием женщины. Мужчина подложил пару подушек, застелил их сверху сухим полотенцем, чтобы удобно устроить поверх незнакомку. Сделав всё это, Чимин перенёс обмякшее тело «Изольды» на кровать, а сам принялся выливать остатки «отравленного» алкоголя. После этого он проверил содержимое клатча, сфотографировал её карту, проверил телефон на наличие фотографий или сообщений, в которых незнакомка могла его упомянуть. И только после всего этого Чимин мог приступить к самому желанному… Лишь бы только он смог продолжать держать себя в руках, ведь мужчина не желал причинить ей вред. От понимания того, что вскоре он сможет удовлетворить себя, мужчина возбуждался, и из-за сильного напряжения в паху, мысли его путались и каждый раз возвращались к лежащей на кровати жертве. Полотенце уже давно покоилось на подлокотнике стула. Обнажённый мужчина взял с блюдца дольку апельсина и взобрался на кровать. На секунду ему показалось, что «Изольда» посмотрела на него осознанным взглядом, но в следующий момент Чимин с облегчением выдохнул. Глаза женщины были всё такими же стеклянными и полностью отсутствующими. Господин Пак осторожно сел на таз незнакомки и склонился к её лицу, надавливая пальцем на подбородок. Рот приоткрылся, и Чимин поднёс к её губам дольку апельсина. Слегка сдавив мякоть, мужчина тем самым отправил несколько капель свежего сока на женский язык. Пусть незнакомка пребывала под действием лёгких наркотиков, однако рецепторы, расположенные на языке, действовали как и раньше. В результате их работы, желудок начинал вырабатывать желудочный сок для переработки пищи, которая должна была вскоре поступить в пищевод, а во рту выделялась слюна. Последнее и было нужно Чимину. Мужчина отложил апельсиновую дольку на прикроватную тумбу и забрался пальцем в чужой рот, надавливая на язык и аккуратно ёрзая по нему вперёд назад. Вынув покрытые слюной пальцы, Чимин обмазал влагой женские губы, после чего обхватил ладонью свой половой орган. Дыхание господина Пака в разы ускорилось. Удовлетворение было близко́. Он даже ощущал, как пульсирующая венка на его шее щекотала кожу. Нетерпение заставило его пальцы дрожать, а конечности напрячься. Не было сил терпеть дальше, потому Чимин продвинулся ближе к талии «Изольды», ёрзая коленями по постели, после чего вовсе подался вперёд и упёрся одной рукой о стену над изголовьем кровати. Вторая его рука продолжала удерживать челюсть женщины, пока его член беспрепятственно входил в её рот. Из-за повышенного сердцебиения создавалось ощущение сжатости в горле, отчего воздух начал проходить по дыхательным путям словно сквозь невидимую преграду. Ещё немного, и тяжёлый хрип грозился сорваться с губ Чимина, однако всё это медленно сошло на нет после того, как он принялся выполнять лёгкие фрикции тазом. Господин Пак опустил голову и зажмурился, сильно прикусывая зубами внутреннюю сторону щеки. Губы незнакомки не обхватывали его орган, лишь безвольно касались нежной кожи, а соприкосновения с зубами прибавляли к общим ощущениям мужчины немалую боль. И тем не менее, они были настолько крышесносны, что Чимина то и дело сгибало пополам от спазмов в области паха и живота. Он мог лишь только мечтать о том, насколько сильнее могли быть чувства, если бы Чимин осмелился по-настоящему изнасиловать эту женщину в рот, пока она пребывала в сознании. Все мысли и сомнения разлетелись прочь, прогоняемые невероятными эмоциями. Однако где-то в глубине сознания этот момент всё равно отпечатывался с долей разочарования, ведь вся эта идиллия лишь жалкая импровизация того, чего ему хотелось бы на самом деле. Господин Пак едва успел выйти из рта «Изольды» после чего сразу излился на специально подложенное полотенце. Меньше всего ему хотелось, чтобы женщина умерла, подавившись его спермой. Представление о том, как в этом случае всполошится общественность, как телевидение опишет в подробностях его извращённые деяния, как привселюдно его, директора известной косметической компании, проведут через разъярённую толпу и припишут ещё несколько дополнительных преступлений, преследовало мужчину, словно страшный сон. Поэтому, отложив момент наслаждения, Чимин принялся проверять дыхание и сердцебиение «Изольды». Убедившись, что с женщиной всё в порядке, господин Пак выпрямился и медленно встал на пол. Он направлялся в душ. Выражение его лица, несмотря на пережитый только что оргазм, было невероятно уставшим и измученным. Вопреки неутихающим укорам совести, Чимин собирался повторить произошедшее в этом номере ещё как минимум дважды. Раз уж он осмелился провернуть всё это, значит, не будет попросту терять время. Угрызения совести и страх, которые обязательно посетят его позже, господин Пак собирался приглушать полным погружением в развитие компании. Он закажет для «Изольды» роскошнейший букет цветов прямо в этот номер к утру. К букету обязательно приложат какой-нибудь приятный подарок и маленькую открытку со словами благодарности за прекрасную ночь от «Тристана». Это убедит женщину в том, что она попросту не помнит того, что было между ними из-за большого количества выпитого, и подарит лёгкое удовлетворение после пережитой измены своего мужчины.

***

К понедельнику господин Пак вернулся в своё самое стабильное состояние. Жажда на время утихла, извращённые мысли отошли на задний план. Его посетило воодушевление, лёгкость окутала тело и напряжение больше не властвовало над ним. Это не навсегда — Чимин об этом знал, однако не собирался отказывать себе в удовольствии немного отдохнуть и насладиться обычными буднями. Он уже планировал провести выходные с семьёй, радуясь тому, что мог наконец-то быть просто отцом и просто мужем. Только одно продолжало тревожить его. Во время каждого обеденного перерыва, которые он обычно предпочитал проводить в своём кабинете, мужчина поднимался на крышу. Чимин убеждал себя, что нет ничего подозрительного в том, что он выходил подышать весенним воздухом, это благоприятно сказывалось на его состоянии. Однако подсознание беспрерывно нашёптывало настоящую причину этих походов, пока Чимин искусно делал вид, что ничего не слышал. Пятничным вечером, ближе к завершению рабочего времени господин Пак Чимин решил обойти помещение своей компании, а заодно и спуститься этажом ниже, где располагался колл-центр по приёмам заказов. Мужчина, привычно заложив руки за спину, обошёл всех сотрудников, делая в голове пометки, насчёт того, что из увиденного ему не понравилось, над чем следовало подумать. Он неспешно прошёл в лифтовой холл, дождался кабины и уже через несколько секунд был в колл-центре. Сперва мужчина огляделся, в поиске специалиста, заведующего этим отделом. Он увидел его выходящим из своеобразной столовой, где можно было оставить на хранение свой обед, разогреть его в микроволновке или же заварить себе кофе или чай. Ким Тэхён шёл, вытянув губы над чашкой чего-то горячего, в попытке остудить его и выпить быстрее. Однако завидев начальство, он поставил чашку на ближайшую поверхность и поспешил приблизиться. Высокий добродушный на вид, но очень исполнительный и ответственный специалист Ким сделал уважительный поклон и поздоровался. Не часто господин Пак к нему захаживал, скорее именно Тэхёну приходилось навещать директора, проделывая отчёт об определённой работе. Они вместе прошли в основное помещение, где располагались столы с операторами, отделёнными друг от друга звукоизоляционной перегородкой. Специалист Ким умело отбирал подходящие кадры и успешно обучал их, если это было необходимо, поэтому проблем в колл-центре практически никогда не случалось. К концу дня операторы были уставшие и тем не менее все продолжали поддерживать доброжелательный тон, вежливо разговаривая с клиентами. Перед лицом каждого светился монитор, и господин Пак без особого интереса проходился глазами по затылкам работников. — Быть может, директор Пак, вам тоже сделать чай или кофе? Хотите? — предложил Тэхён, не зная, что ещё мог рассказать начальнику, ведь сразу поведал обо всём более менее важном. — Нет, благодарю, специалист Ким, — остановившись и полуобернувшись к мужчине, сказал господин Пак. Он уже собирался уходить, однако движение сбоку привлекло его внимание. Ему сложно было сразу поверить своим глазам, считая увиденную девушку работой своей фантазии и обманом зрения одновременно. Такое уже случалось с ним пару раз на днях, когда Чимин принимал встречных девушек за неё, но в этот раз всё было на самом деле. Она следовала со стороны уборной к одному пустующему столу. Мужчина был ошарашен, хотя со стороны казался невозмутимым и внимательным, как и раньше. Заложив руки в карманы брюк, он застыл, неотрывно следя за девушкой. Сделав ещё пару шагов, она, наконец, подняла глаза и… не смогла сдержать эмоций внутри. Испугалась, смутилась, заволновалась, тоже узнала его. Это было заметно по её побледневшему лицу, замученным, слегка расширенным глазам и участившимся шагам. А господин Пак ловил эти эмоции с таким удовольствием, словно втягивал носом аромат горячего пикантного блюда, который вскоре подадут к столу на ужин. Девушка была одета в голубую рубашку и чёрную юбку — форму, предусмотренную их компанией, однако тогда, на крыше, господину Паку и в голову не могло прийти, что она работала на него же. Из-за волнения девушка коротко и недостаточно уважительно поклонилась в сторону господина Пака, после чего быстро заняла своё операторское место под номером двадцать один. Взгляд Чимина въелся в эту цифру и затылок работницы, которая судорожно надевала наушники и активировала монитор. — Простите ей эту оплошность, директор Пак, — заметив излишнее внимание начальника к девушке, поспешил оправдать её Ким. — Она одна из новеньких и ещё, должно быть, не знает, кто вы. Я поговорю с… — Когда именно она поступила на работу? — перебил Тэхёна господин Пак. — Сейчас не смогу сказать точно. Недели две назад я приносил вам несколько резюме, и вы лично подписывали приказ о приёме на работу. Чимин наконец-то посмотрел на специалиста Кима, терзаясь множеством вопросов и требований. Он поджал губы, сдерживая этот поток и оставляя его при себе… для себя. Интерес, вспыхнувший вновь при зрительном контакте с девушкой, обещал подогревать и мучить мужчину одновременно. Ладони его вспотели от желания тут же добраться до всей информации, связанной с девушкой, что была у него в наличие. А затем Чимин медленно и с наслаждением будет шаг за шагом добывать всё, связанное с её жизнью.