Было.

Неустанно всматриваюсь в ледовую поверхность, ведя счет вращениям молодого человека. Композиция его любимой группы взрывает атмосферу зала. Последний тройной аксель в программе. Дыхание замедляется, внизу живота завязывается крупный узел обеспокоенности. И чистое приземление от самого талантливого мужчины завлекает меня в кокон радости. Складываю ладони перед лицом и их рёбрами утыкаюсь в эпителий губ. — Мне дурно, — эмоционально протягиваю я, пока публика разрывается в аплодисментах в такт мелодии. — Боже, у него такие шансы стать чемпионом! — восклицает Лиза, несколько сжимая кожу на моём бедре. — Так, Есь, пора возвращаться в образ фигуристок. Награждение через полчаса. Немного дергаю головой в качестве согласия, напоследок разглядывая образ Жени, заканчивающего произвольную. — Умница. — в пустоту произношу я, мысленно обращаясь к самому чудесному парню одиночнику. Аккуратно огибаем подтрибунное помещение, направляясь в сторону раздевалки. Теплые руки подхватывают меня за талию, кружа в различных направлениях. Радостный вопль скатывается с моих уст. И я, конечно же, мгновенно узнаю моего партнера по безумствам. Эмоционально провожу кистью по волосам Игнатова, порча самый главный атрибут в его образе. — Эй, шаловливые ручонки! Вытягиваю кончик языка и вновь накидываюсь на его причёску. — Не провоцируй! Иначе наведу порядок на твоих грудных волосюшках! — ехидствую, искренне смеясь. — Сегодня стерплю любые озабоченные фантазии! Приклоняюсь перед твоим прокатом. — добрый тон Макара побуждает взглянуть на друга не под маской истеричного веселья. — Поздравляю, чемпионка, ты победила себя. Положительно киваю и доброжелательно прижимаюсь к грудной клетке друга. Ритм его сердца проникает через ушную раковину и сообщает о спокойствии. Кажется, мы отдалились. — Мне нужно тебе кое-что рассказать. — уверенно произношу я, мгновенно соприкасаясь с предвкушением в радужке его глаз. Немного отвожу взгляд, ответно улыбаясь мимо проходящим работникам дворца спорта. Тело немного дергается, покрываясь множеством мелких мурашек. Окатить водой своих близких о неожиданно новом статусе, значит встать под ледяные струи воды вместе с ними. Немного приподнимаю правую кисть и демонстративно выставляю вперед. Его спокойствия хватает лишь на несколько секунд. А после огромные изумленные глаза, старательные попытки совладать с эмоциями и даже писк шока. — Ты точно свихнула бедного мальчика! — кричит, и я аккуратно прижимаю указательный палец к его рту. — Блять, Еся, вы же встречаетесь всего ничего… Неуверенно киваю, припоминая самые чудесные полгода в своей жизни. Мелкие и столь незначительные ссоры меркнут под адекватным желанием владеть здоровым сознанием партнера. Не стоит взращивать негатив, ломать все построенное какой-то незначительной эмоцией. И этому мы научились. И возраст здесь второстепенен. — И когда? — тон пропитывается смирением. — В начале января. — улыбаюсь. — То есть через пару недель? Почему я узнаю об этом только сейчас? Мне же нужно навести марафет, купить костюмчик, маникюр в конце концов сделать! — иронично произносит Макар, старательно сдерживая усмешку. — Костюм из твоей произволки вполне подойдет, — стебусь, — но роспись будет не здесь. Хочется яркие летние кадры, в идеале с зеленой травой. — намекаю, припоминая заполнение нашей с Женей заявки на официальной странице посольства. В зрачках друга вспыхивает глобус, и он старательно, припоминая школьные уроки, шевелит в его различные стороны. — И где блять зелёная трава? — бубнит. Мимо проходящая девушка доброжелательно останавливается и просит оставить автограф на небольшом блокноте. С удовольствием обхватываю пальчиками ручку с темными чернилами и оставляю незамысловатый отпечаток на бумаге. Радостно благодарит и удаляется вглубь арены. Когда-то на каждого спортсмена оформят несколько кредитных займов! — Есь, пятнадцать минут! — обеспокоено произносит Лиза, выглядывая из женской раздевалки. — Да-да, минуту! Всматриваюсь в спортивные штаны на моем теле и радостно вспоминаю, что натянула их поверх танцевального костюма. — Я не понимаю вообще! — подобно ребенку протягивает Игнатов, и я смеюсь. — В каких странах в январе тепло? — О, боже! Вьетнам. — спокойно произношу я, расстёгивая олимпийку. — Так, мне пора на награждение… Вновь приобнимаю парня за плечи и направляюсь в сторону раздевалки. — А как же празднование? — возмущается в след, и я закатываю глаза. — По завершении сезона будет торжество! — спокойного произношу я, припоминая обговоренную ранее информацию с женихом. Прохладная вода окатила уставшие мышцы и привела в сознание. Кажется, стоило поделиться подобным хоть с кем-то, чтобы услышать интерес о гуляниях, а не о нашем поспешном решении. Поддержка.

***

Искренний смех коконом обволакивает предпраздничную атмосферу ужина. Взрослый мужчина прикладывает две медали к освоим волосам, демонстрируя уши Микки Мауса. Женщина по правую руку от моего тела несколько раз нажимает на белую кнопочку смартфона для дальнейшего использования в качестве шантажа. Уверена, что и мне стоит завести папку с зашкварными фото Евгения Семененко. Дабы опасался! — И вот ты прыгаешь этот Риттбергер, и как ты ощущаешь приземлишь или нет? — добродушно интересуется Игорь, пока присутствующие продолжают выплескивать остатки смешинок. — Хм, — задумываюсь. Немного оглядываюсь по сторонам, фокусируясь на небольшой монетке. Подкручиваю, заставляя металлическую валюту вилять вокруг своей оси. — В какой именно момент она упадет? — спокойно задаю вопрос, вчитываясь в эмоции мальчика. Пожимает плечами. Траектория монетки несколько меняется, и она приближается к краю деревянной столешницы, покрытой скатертью. — Ну вот сейчас! Она просто стала косить и просто слетит со стола. — Бинго! — положительно киваю. — В полете я могу ощутить направление и обороты. Вы же видите как сменяется траектория прыжка, и фигурист падает. Вот за несколько мгновений, как вы это увидите, я уже физически ощущаю проблему. Дядя Слава что-то нажимает на пульте, старательно выбирая программу Новогоднего эфира. Уголки губ на моем лице немного искажаются, и я грустно выдыхаю. — Его выпустят. — успокаивающе шепчет Женя, словно вчитываясь в мои мысли. — А конченный дружок должен быть выебан за решеткой за всё дерьмо, что преподнес вашей семье. — Я лишила «Юбилейный» спонсора, — бурчу себе под нос, пока мама любимого мужчины что-то доказывает своему суженному. — Ему дали подписку о невыезде. — Надеюсь, этого ублюдка посадят надолго. Пожимаю плечами, припоминая обстоятельства дела. Вероятнее всего его возможности позволят закончить дело на этапе условного срока. И пойдет он припеваючи портить жизнь остальным. — У Кира не оказалось миллиардов, — усмехаюсь, — значит, он успел вывести деньги на какие-то счета незарегистрированные в России. — На ком они могут быть, если не на тебе? Недоумеваю. Действительно, никаких иных наследников не наблюдается, а значит нет никаких счетов и деньги хранятся где-то на собственных территориях в наличных. — Просто они могут понадобиться ему же в любой момент. Я могу продать акции компании, но тогда он собственноручно меня придушит. — улыбаюсь. — Мы справимся. Женя ласково целует меня в щеку и приподнимается со стула, наполняя фужеры всех присутствующих игристым вином. Этакое совмещенное празднование Нового года, а также победы на чемпионате страны. — Ну что, молодежь, предлагаю нам выпить за начало чего-то охеренного! — размашисто произносит глава семейства, и я смеюсь, замечая, как его супруга ударяет его по предплечью. — Жека, Есения, вы потрудились на славу в этом году! Желаю, чтобы сезон закончился для вас наилучшим образом… — И поздравляем вас со скорым бракосочетанием. Мы правда очень рады. Мои глаза округляются, и я с непониманием всматриваюсь в радужку глаз партнера. Пожимает плечами, явно сообщая о своем длинном языке, не позволивший сдержаться до совместного объявления данной новости. А где же объемный монолог о раннем возрасте, о несостоятельности нас как личностей, о возможной спешке в наших поступках? Где то, над чем я обязательно должна задуматься? — Пап, кажется, они и охерели. — смеется Игорь, и я вытягиваюсь из бессознательного транса, когда предводитель тоста дает младшему смачный пендаль. — Кажется, теперь стоит сказать что-то мне… — немного поджимаю губу, нервно удерживая фужер со спиртным. — Я правда хочу сказать вам спасибо. Что позволили на второй совместной встрече ощутить семью, за то, что не вынуждаете сомневаться в собственных решениях, что поддерживаете и не пытаетесь уберечь от собственных поступков. Женщина радостно подплывает ко мне, накидываясь с дружескими объятиями. Кажется, это то, что мне было так необходимо. Ощущение семейного благополучия и спокойствия. Ощущение того, что прежде не было мной испытуемо за стенами собственного жилья. — Бать, неси платок, будем реветь. — саркастически произносит Женя, и я наотмашь наступаю ему на большой палец ноги. — Ауч! Понял, замолчал. Усмехаюсь. — Спасибо за веру в него. Твое отношение привело его к достижениям. — шепчет на ухо тётя Валя, пока мужская половина приступает что-то яростно искать на экране плазмы. Поглаживаю стройную женскую фигуру по спине, а на лице красуется довольная моська с милой улыбкой. Вибрация смартфона на скатерти побуждает отпрянуть от объятий, и мгновенно подхватить мобильник со стола. В спешке провожу пальцем по сенсорному экрану и мгновенно соприкасаюсь слуховыми рецепторами с теплым баритоном дядюшки.

— Ну что, Лис, поздравляю. Каюсь, посмотрел в повторе, спасибо мужикам, что поделились связью.

Его голос наполнен радостью и смешан с грустью. Почти как фиолетовый цвет. Вроде бы и не черный, но всё же недостаточно светлый. — Я ждала твоего звонка пару дней назад. — наигранно отвечаю я, удаляясь из комнаты, заполненной смехом и беспокойством за мою персону.

— Как ты? У тебя есть деньги? Ты не голодаешь? А инвентарь?

Шквал вопросов из его уст и некое включение режима «папочки». Лыблюсь, присаживаясь на кухонную табуретку. — Кир, пожалуйста, слей информацию на этого ублюдка.

— Да ты чего, Есь! Сейчас он заявится на зону за попытку залезть в трусы к моей племяннице, и добрые люди сразу объяснят, что за подобное бывает.

Знает. Грудная клетка сжимается и дышать становится труднее. — Пожалуйста, ты мне нужен на свободе. — нервно шепчу я, дёргая ногой.

— Слушай, может ты себе в квартиру закажешь такой же шкаф…

— Что? Недоумеваю.

— Ну тот, дубовый, не помнишь чтоли? Ты меня пугаешь, Есь, что с памятью? В твоей спальне дома, вспомнила?

Брови сводятся на переносице. Но в моей спальне нет никакой лишней мебели и тем более шкафа. Вещи запиханы в гардеробную комнату, которая пустеет уже пару лет, после того, как я свинтила на вольные хлеба. — Поняла, закажу. — лгу, цепляясь за осознание того, что что-то супер важное для нашей неудавшейся семьи находится в моей комнате. — Как раз я замуж выхожу. Нужно будет поработать над интерьером в новое жилье. Поперхнулся. Резкий кашель разрывает динамик.

— Чего блять?! Ты свихнулась?

— Он самый лучший, Кир, почти как ты, только без косяков, мудацких поступков и бизнеса. — смеюсь.

— Тогда меня устраивает. Ладно, любимая, мне пора. Мы скоро увидимся, только не ошибись.

Положительно киваю, ощущая как солоноватая жидкость дорожками скатывается по щекам. Завтра я буду ковыряться в своей прошлой детской комнате в надежде найти то, что ранее было сокрыто от моих глаз. Только не ошибись, Есения Лисецкая.

***