Влюбиться в монстра

My teeth are beating and my knees are weak, It's as if there's something up with the wiring. You can poke your head behind the mountain peak It don't have to mean that you've gone into hiding. © Arctic Monkeys — Body Paint

Он видит, как она танцует. Совершенно не стесняясь себя, полностью обнажая свою натуру. Это подкупает, очаровывает, и именно в эту минуту стоя на танцполе спортивного зала академии Невермор Тайлер Галпин отчётливо понимает: он влюблен в неё. Так, как это бывает только в книжках или фильмах, но влюблен настолько, что забывает о том, что сам он монстр, которому велено сблизиться и разбить сердце Уэнсдей Аддамс. Нет, не так. Это скорее она разобьёт его сердце. Ведь он не может перестать улыбаться, глядя на её замысловатый танец и где-то на подкорке сознания отчётливо вертятся мысли, что он вполне впишется в их странную семейку, и, наверняка, родители Уэнсдей будут только рады. Ведь её первая любовь, первый парень оказался хайдом. Красавица и чудовище. Надо же, как банально. Только в их сказке красавица в виде готической барби, а монстр с кучей кудряшек на голове и милой улыбкой на лице. — Тайлер? — Уэнсдей с непроницаемым лицом возникает рядом, и музыка внезапно сменяется на медленную. — Ну как тебе мой танец? — Потрясающий. — Он не может сдержать улыбки, прижавшись губами к её плечу. — Как и ты сама, Уэнс.

***

Она видит, как он несёт хаос. Сменяет свой человеческий облик, который слетает с него словно обёртка с шоколадки. Его танец смертоносен, и Уэнсдей не может оторвать взгляда от того, как ручной монстр защищает её от нормисов, в очередной раз решившихся на подлянку в сторону изгоев. Они отлетают от ударов лап монстра словно игрушечные, и сквозь красную краску на теле хайда Уэнсдей не может понять, появилась ли там кровь. В тёмном небе отчётливо появляется вспышка молнии, освещающая лик монстра, и спустя какое-то время звучит удар грома, но даже он не может заглушить хруста человеческих костей. Уэнсдей вздрагивает от ужаса, а затем кричит, едва не надрывая связки: — Тайлер, пожалуйста, остановись! Она точно не уверена в том, что именно его останавливает: её крик или первые капли дождя, упавшие на макушку. Хайд выпрямляется и оборачивается назад, глядя прямо на Уэнсдей. Её тёмные глаза с потекшей тушью, неотрывно следящие за ним из темноты переулка, медленно, но верно приводят монстра в себя. Тот делает пару шагов навстречу Аддамс, затем замирает и начинает трансформацию обратно. Всего пара секунд, и перед Уэнсдей снова стоит Тайлер, практически обнажённый и перемазанный красной краской с ног до головы, но она даже в полутьме замечает, что костяшки его рук содраны в кровь и перепачканы землёй. — Тайлер, боже! — Она кидается ему навстречу, даже что-то отрывает от подола своего чёрного платья, прижимая к его ладоням. Галпин не знает, что и сказать, ему хочется обратиться вновь и забиться в самую глубокую нору в лесу, лишь бы любимая не видела его таким, но вот беда, в её глазах нет ни намёка на испуг. — Уэнс, я не… — Тсс! — Она прижимает пальчик к его губам, а затем трепетно обнимает за сутулые плечи. Дождь становится все сильнее, начиная барабанить по крышам академии, но Уэнсдей не шевелится, словно полностью приросла к этому месту и к Тайлеру, даже не думая шевелиться, хотя её платье наверняка уже промокло насквозь. — Спасибо. — Вдруг срывается с уст Аддамс, и она замирает в миллиметре от его приоткрытых губ. — Спасибо тебе, мой маленький монстр. Хайд не знает, что говорить, но это и не нужно, когда она целует его так искренне, словно, наконец, прозрела и поняла, кто перед ней на самом деле. Монстр, который всецело и полностью влюблен в неё. Её чудовище.