Шэньчжоу: царство пустоши

      Солнце игриво проникало своими лучами в одно небольшое окно на верхнем этаже общежития, пока ветер мягко поднимал чуть прозрачные светлые занавески — в комнате стояла утренняя свежесть. Шкаф из каштанового дерева скромно находился в углу, откуда кучей практически вываливалась из-за плохо закрытой дверцы белая одежда. Рядом, кажется, располагался стол, который под навесом большого количества книг мог в любой момент проломиться вниз, а висевший над ним чертеж космического корабля, от того, что на нем часто делали разные пометки, немного съехал в бок. Если повернуть голову в противоположную сторону от парты, то можно увидеть стоящую вдоль другой стены кровать, на которой, почти не дыша, спал беспокойно мальчик.       Хуа Чэн, дрожа, приоткрыл свой слабо видящий глаз. Его веко немного проморгало, чтобы убрать помутнение со зрачка, и мальчик оглядел всю комнату еще сонным взглядом, особо не задумываясь, в каком месте он сейчас находился. Такой умиротворенной атмосферы у него еще не было ни разу в жизни, поэтому, еще немного, но парень хотел насладиться этим моментом. Глаза снова обратно закрылись, и Хуа Чэн стал проваливаться в сон.       Там он увидел огромную черную дыру.       В ее окрестностях летало бесчисленное количество астероидов и какого-то космического мусора. Хуа Чэн не до конца понимал свои ощущения: он будто смотрел на все со стороны, но и почему-то казалось, словно сам являлся частью этого множества маленьких звезд. Он снова глянул на дыру, почувствовав странное ощущение страха и одновременно восхищения.       Через некоторое время откуда-то появился маленький свет, будто от слабо работающего фонарика. Мальчик посмотрел в сторону, откуда он шел, и заметил неприметную планету, которая с каждой секундой становилась все ярче и ярче, и в итоге засияла так, что перекрыла своим великолепием все рядом находящиеся звезды.       Это было еще более завораживающе.       Через некоторое время планета слабо задрожала — гравитационное притяжение черной дыры резко увеличилось в степени, из-за чего все объекты вокруг начало затягивать внутрь. Хуа Чэн почувствовал, как ужас, который он до этого испытывал перед этим зрелищем, начал расти в геометрической прогрессии, но не из-за дыры.       А той маленькой планеты.       Хуа Чэн почувствовал удушение и распахнул широко глаз. Он подскочил с места, но чуть не упал обратно от сильной головной боли, которая пронзила его, будто высокоскоростная пуля. Жалобный стон раздался с бледных суховатых губ, немного отрезвляя затуманенный разум, и возвращая обратно в реальность. Мальчик потрепал рукой грязные слипшееся волосы и оглядел обстановку вокруг уже более осознанным взглядом, моментально насторожившись и приготовившись к худшему.       В этой комнате он никогда не был. Мало того, такое светлое помещение парень в принципе видит впервые.       Хуа Чэн принялся копаться в воспоминаниях о вчерашнем дне, стараясь слишком сильно еще не паниковать. Он прикусил губу, моментально зашипев от неожиданно пронзившей боли, и облизал место укуса, чтобы смочить его слюной. Наверное, там огромный синяк, учитывая, как сильно его вчера побили.       Припоминая о вчерашней драке, в памяти Хуа Чэна внезапно возник один образ.       Точно! Вчерашний парень!       Тот красивый юноша!       Хуа Чэн судорожно задышал от участившегося сердцебиения. Тот мальчик был настолько сильным, что смог голыми руками разделаться с толпой наемников, превышавших его рост раза в два. Он не смог, к сожалению, тщательно рассмотреть чужое лицо — запомнились только глубокие карие глаза, в которых Хуа Чэн увидел тогда свое отображение. Они были не такие вызывающие необычными как у того же Цзиньлуна, но все равно казались отчего-то очень притягательными и завораживающими.       Ах, он же сможет встретиться снова с этим человеком, ведь так?       Голова Хуа Чэна коснулась обратно подушки, и он прикрыл глаз, чтобы вспомнить образ его спасителя. Через некоторое время он услышал звук отпирающейся двери и достаточно громкие голоса, поэтому быстро подскочил с кровати, с нескрываемой тревогой уставляясь на выход из комнаты. Там Хуа Чэн обнаружил двоих высоких подростков с довольно угрюмыми лицами: у одного были сведены брови к переносице, от чего тот сразу стал выглядеть свирепее, а у другого были поджаты сильно губы, словно он был чем-то глубоко оскорблен. Мальчик на постели напрягся, кинув острый взгляд на посетителей, выражения лиц которых моментально стали одинаково мрачными, когда они заметили такое явное чужое недружелюбие.       В итоге эти двое одновременно крикнули:       — Эй! Чего глаза вылупил?       Хуа Чэн вопросительно изогнул бровь, не понимая конкретно, что происходит, пока не услышал чуть дальше за дверьми более знакомый голос:       — Почему вы встали в проходе? Что-то не так?       — Се Лянь! Ты посмотри на этого дикого гаденыша!       Человек, откликнувшийся на имя «Се Лянь», все-таки протиснулся вперед с мягкой улыбкой глядя на парней:       — А вы как бы отреагировали на незнакомцев, которые выглядят как две мутные обезьяны?       Когда он повернулся, Хуа Чэн почувствовал, что у него перекрыло дыхание.       Это он! Он!       — С тобой все хорошо?       Се Лянь подошел ближе, присев на стоящий рядом с кроватью стул, и внимательным взглядом начал оглядывать мальчика с ног до головы, пытаясь найти какие-нибудь признаки болезни. Но все, что он смог обнаружить — это большой черный глаз, который смотрел почему-то на него с каким-то непередаваемым блеском. Парень почувствовал себя отчего-то неловко от такого пристального внимания и даже немного смутился, поэтому быстро отвернулся в сторону друзей, которые хмуро глядели на парнишку.       — Фэн Синь, Му Цин, что-то не так?       Фэн Синь еще сильнее посуровел:       — Все не так! Се Лянь, почему мы привели этого оборванца сюда! Из-за него тебя еще ранили!       — Тс-с-с!       Се Лянь подал знак замолчать и невольно посмотрел на мальчика, который сидел с распахнутым глазом и поджатыми губами.       Хуа Чэн думал о том, что лучше бы он умер.       — Эй-эй, не делай, пожалуйста, такое лицо. — Се Лянь неловко улыбнулся, сделав нервный смешок. — В этом нет твоей вины. Когда я вчера подошел, чтобы осмотреть тебя, то случайно споткнулся сначала о свои развязанные в бое шнурки на кроссовках, а потом о руку одного из тех потерявших сознание бандитов, и упал, напоровшись рукой на нож.       В подтверждение своих слов юноша приподнял рукав своего пиджака, где с локтя по самую кисть была перебинтована рука. Хуа Чэн взглянул на нее с еще большим сожалением, чем было до этого, и впервые Се Лянь почувствовал вину от того, что натворил.       Зато сзади стоящие Фэн Синь с Му Цином ощущали себя несколько двояко. С одной стороны, они беспокоились за здоровье своего беспечного друга, а с другой, хотели громко засмеяться от той нелепой сцены, которую они успели запечатлеть вчера. В итоге Му Цин, не сдержавшись, весело захихикал до коликов в животе, пока смутно не почувствовал мурашки по коже. Подняв взгляд, он заметил с каким пренебрежением и омерзеньем смотрел на него этот мелкий паршивец, и почувствовал, как зачесались сильно кулаки.       — Тц, даже сдержаться не можешь. Никакой силы воли. — Рядом, стоящий Фэн Синь тоже не оценил его прорыва смеха.       Му Цин не выдержал:       — Ха, думаешь я не видел, как ты зажал рот рукой, что никто не слышал твой гогот? Я по крайней мере смеюсь в открытую, а не стараюсь лицемерно это скрыть!       — Ты!..       Се Лянь, сидевший к ним спиной, резко встал, подхватив под локоть начавших драку парней, и вышвырнул обоих за пределы комнаты, что-то им сказав про сутру, а потом с громким хлопком закрыл дверь. Вернувшись обратно, он заметил, как мальчик продолжал глядеть на него с неким восхищением, при этом его настроение будто даже заметно улучшилось, когда двоедурков вышли из комнаты…       Ах, наверное, Се Лянь ошибся. Хотя, если подумать, то они иногда тоже его раздражают.       Кашлянув тихо в кулак, Се Лянь продолжил разговор:       — Кхм, итак, как тебя зовут?       Хуа Чэн замер.       Он не хотел называть свое настоящее имя — имя, которая дала ему та семья. Оно ассоциировалось с неприятными воспоминаниями, которые отзывались болезненными ощущениями по всему телу. Хуа Чэн тихо-тихо сглотнул, сжимая в руках одеяло, и думая, что же сказать. Когда мальчик поднял голову, чтобы посмотреть на Се Ляня, он ошеломленно замер, когда увидел его спокойно ждущие ответ глаза.       — …Сань Лан.       Пусть лучше будет тогда простым третьим сыном в семье.       ✦✦✦       — Итак, Сань Лан, говоришь, что сбежал из дома? Почему же тебя преследовали те бандиты?       Хуа Чэн помрачнел, услышав этот вопрос. Его руки непроизвольно замедлились, когда он пытался просунуть ладонь в рукав рубашки, которую любезно предоставил ему Се Лянь.       Тот, увидев реакцию мальчика, хмыкнул:       — Если не хочешь, можешь не рассказывать.       Сань Лан уронил рубашку, нервно крикнув:       — Нет! Дело в том, что…я украл у одного из них банковскую карту. Очень хотелось купить что-нибудь поесть.       Се Лянь окинул взглядом фигуру Хуа Чэна, подмечая ее болезненную худобу. Когда пару часов назад он перевязывал чужие травмы, то успел заметить, как сильно был изувечен мальчик: его спину покрывали огромные шрамы, у которых в некоторых местах была видна запекшаяся кровь, а где-то вообще просачивался отвратительный гной. Юноша, когда увидел состояние тела подростка, почувствовал, как гнев закипает в груди — ему хотелось до смерти избить подонков, в чьих венах текла прогнившая кровь, раз они были способны поднять руку на слабого ребенка.       Однако, услышав, как Сань Лан сейчас неудачно соврал, решил пока отложить этот вопрос на какое-то время.       Се Лянь удовлетворенно хмыкнул.       — Так ты голоден?       Ресницы Хуа Чэна чуть заметно задрожали, когда он увидел чужую яркую улыбку. На самом деле не сказать, что парень слишком уж хотел есть, — родители часто его не кормили, поэтому он привык не питаться целыми сутками, — но, увидев, с каким ожиданием в глазах смотрел на него Се Лянь, медленно кивнул. Засмеявшись, юноша потрепал мальчика по голове, и заметив, что тому не удобно застегивать пуговицы забинтованными пальцами, помог ему, в считанные секунды продев каждую пуговичку в дырочку.       Довольный результатом, Се Лянь пошел к выходу из комнаты, а Хуа Чэн готов был провалиться сквозь землю от смущения.       Оказавшись в коридоре, парочка заметила ожидавших их Фэн Синя и Му Циня, которые на удивление тихо стояли в сторонке на приличном расстоянии друг от друга. Се Лянь почесал голову и подошел к ним, при этом на автомате взяв Сань Лана за руку, от чего тот, кажется, окончательно полностью одеревенел или превратился в камень. Его ладонь сразу начала покрываться потом от волнения, из-за чего он хотел вырвать ее из чужой хватки, но Се Лянь достаточно крепко держался.       Хуа Чэн чувствовал — еще чуть-чуть и он снова упадет в обморок.       Взяв под охапку оставшуюся парочку, вся четверка вышла из здания на улицу, где Сань Лан увидел удивительное количество девушек и юношей в одинаковой одежде, различающейся только по цвету. Се Лянь, наблюдавший постоянно за мальчиком краем глаза, заметил, как он с любопытством оглядывал окружение, мягко улыбнулся, начав разговор:       — Ах, тут как всегда шумно. Извини, мне, наверное, стоило привести тебя куда-нибудь в отель.       Хуа Чэн помотал головой и ничего не сказал.              — Посмотри на этого паршивца!       — Фэн Синь, прекрати! — Се Лянь кинул на парня недовольный взгляд, на что тот только злобно цокнул и ушел вперед за Му Цином, у которого не было терпения больше ждать троих медленно ползущих улиток. — Эй, вы…       Се Лянь вздохнул, но догонять не стал.       — Извини, они всегда такие.       — Мгм.       — Ладно, тогда пойдем вдвоем? Что ты хочешь поесть? Как насчет омлета? Или фаршированных грибов с креветкой?       Се Лянь начал перечислять бесчисленное количество блюд, треть из названий которых Хуа Чэн до этого ни разу не слышал. Он поднял свой зачарованный взгляд на юношу, наблюдая за его мимикой и слушая восторженный голос, и не мог понять, почему чувствовал себя так умиротворенно. В какой-то момент мальчик остановился, потянув за собой парня, на что тот резко затормозил и с вопросом посмотрел на него. Услышав от Се Ляня: «Что-то случилось? С тобой все в порядке?», Сань Лан ощутил огромный ком в горле.       Он с большим трудом его сглотнул.       — Сань Лан? Тебе нехорошо? — Се Лянь в панике наклонился чуть пониже, чтобы его лицо было на уровне глаз Хуа Чэна, и беспокойно посмотрел на него.       Они некоторое время смотрели друг на друга, пока мальчик с искренностью не сказал:       — Сань Лан съест все, что угодно, гэгэ.       ✦✦✦       В столовой было еще более людно, чем снаружи, но Се Ляня это особо не останавливало или волновало. Толпа вокруг, увидев, что пришел Его Высочество Наследный принц, моментально начала рассасываться, освобождая дорогу юноше в сторону андроидов-диетологов, которые раздавали блюда с едой, когда к ним подходили ребята, называя номер заказа. Се Лянь, посадив Хуа Чэна на ближайший свободный столик, подошел к электронному стенду, где купил себе и мальчику два карамельных чая с молоком и взбитыми сливками, а также порции обычных маринованных куриных лапок с чашками риса и на всякий случай воздушный омлет.       Сань Лан, пока ждал Се Ляня, чувствовал на своей спине бесчисленное количество взглядов и шепотков, которые были слышны практически со всех сторон. Он поднял взгляд на юношу, заметив, что на того также смотрели практически все присутствующие, и сделал для себя лаконичный вывод — Се Лянь весьма и весьма популярен.       Даже как-то ревностно.       — Итак, Сань Лан, — юноша вернулся и сел на противоположное место от мальчика, — расскажешь о себе?       Хуа Чэн хмыкнул и отвел глаза от такого пронзающего взгляда. Некоторое время помолчав, он все-таки решился заговорить:       — Рассказывать нечего. Ненавистный ребенок в семье, которому выпала честь побыть немного полезным. Меня отправили сюда с Цзинь… с одним человеком, чтобы они убедились, что я не принесу проблем. Но вышло немного не так, как планировалось.       — Так ты сбежал от семьи?       — М-м-м, да. Вроде того.       Между ними возникла тишина, но ее быстро прервал агрессивный удар кулака Се Ляня по столу.       — Выходит, это они тебя так искалечили! Что это за родители такие, как подобное возможно?!       Се Лянь всегда имел завышенное чувство справедливости и старался помогать всем, кто находился в беде. Вчера, когда его случайно толкнул какой-то парень на улице, он заметил на своем пиджаке чужую кровь, поэтому не особо задумываясь, побежал прямо за ним, решив, что тот ранен. Конечно, когда Се Лянь прибыл на место, то был глубоко шокирован сценой, что предстала перед ним: кучка взрослых мужиков пинали полумертвого мальчика, который, свернувшись калачиком, терпел все удары, не произнося и звука.       Се Лянь тогда подумал, что если бы вовремя не среагировал, то, возможно, на его глазах впервые бы умер человек.       — Гэгэ, все хорошо. Я больше туда не вернусь.       Юноша помотал головой, чтобы подавить свой гнев, но, когда услышал утверждение Сань Лана, вопросительно уставился на него:       — Куда ты тогда пойдешь?       Хуа Чэн немного задумался:       — М-м-м, пока не знаю. Думаю обратиться либо в службу по поиску рабочей силы на замену сломанных андроидов, либо на крайний случай в приют для бездомных.       Мальчик замолчал, а Се Лянь не знал, что ему следовало сказать. Он уставился в свою тарелку полную еды, но чувствовал тошноту только от одного ее вида. Напротив сидящий Сань Лан тоже не притронулся даже к ложке, продолжая тихо сидеть, словно его здесь и нет. Между ними возникло очередное молчание, которое разбавлял только шум в столовой, создаваемый разговорами множества людей внутри столовой.       Спустя некоторое время, Се Лянь, наконец, съел первую ложку риса.       — Ты можешь остаться здесь, со мной, пока мы не найдем решения, как лучше будет поступить. Я не позволю тебе якшаться со всякими разбойниками и гнить где-то в трущобах.       Хуа Чэн ошеломленно замер, а юноша, будто не заметив, продолжил монолог:       — Место это хорошее, ребята неплохие. Думаю, никто не будет против, если ты побудешь на моем попечении, я и работу могу дать, чтобы ни у кого не возникало вопросов по поводу твоего бесплатного проживания. Да и не только я в принципе, мой профессор…       Се Лянь продолжал уговаривать мальчика, придумывая различные уловки, чтобы тот остался. Он подумал, что Хуа Чэн был против или стеснялся, поэтому старался говорить более непринуждённо, чтобы мальчик не почувствовал какого-то давления или напора — стремление помочь нуждающемуся в какой-то мере помутнило рациональную часть мозга принца и вывело на первый план собственные эгоистичные желания. Се Лянь не мог вынести, как подросток — вот так вот запросто — хотел погубить свое будущее и счастливую жизнь.       Но его мысли о Хуа Чэне были несколько неверными. Тот настолько преисполнился чужим предложением, что в какой-то момент вышел из реальности, думая, что все это прекрасный сон, где его мысли и чувства наконец были услышаны. Благодарность к Се Ляню, восхищение его безмерной добротой захлебывали с головой, и Хуа Чэн не знал, что делать с этими ощущениями, куда их выплеснуть, кому их можно посвятить.       — Б-Боже, Сань Лан, почему ты плачешь?!       В итоге он действительно горько заплакал, пошмыгивая носом, а бинты на лице от горячих слез начали быстро намокать. Се Лянь немного запаниковал, не зная искать ли салфетки или как-то сушить бинты, но в итоге успокоился и пересел на другой стул поближе к мальчику. Его руки нежно обвили чужую голову, похлопывая мягко по макушке, пока Сань Лан уткнулся личиком ему в грудь, хватаясь мертвой хваткой за ткань синего пиджака.       Такую сцену окружающие запомнили надолго.       ✦✦✦       Через десять минут Сань Лан успокоился, но пересесть Се Ляню обратно на свое место не дал, из-за чего юноше пришлось перетащить свой поднос на другое место и там уже доедать купленные блюда.       Пока они ели, юноша рассказал поподробнее про место, где они сейчас находились.       Начиная с более широкого понятия, это королевство Сяньлэ, самое передовое государство из всех новых созданных с недавнего времени наций. За ее основу была взята старая умирающая планета, где на удивление хранилось огромное количество ресурсов и минералов, которые удалось использовать для реконструкции и создания устойчивого и хорошо защищенного энергетического ядра. К тому же такие богатые ископаемые отлично послужили экономике и стремительному развитию королевства: всего через пару тысячелетий оно догнало по развитию старые государства, в частности империю Лун, из которой был родом Хуа Чэн. Однако такая роскошь также вышла планете боком — многие древние семьи и другие королевства устраивали грабежи и интервенцию [1], поэтому была также необходима усиленная защита и способность дать стоящий отпор врагам.

[1] Интервенция — агрессивное вмешательство одного или нескольких государств, преимущественно вооружённое, во внутренние дела какой-нибудь страны (ист. Oxford Languages)

      Механики создавали и разрабатывали новые оружия, многие из которых не оправдывали ожиданий, но одной группе ученых все-таки удалось изобрести межпланетный истребитель, что мог совершать межпространственные прыжки — это был первый в истории корабль способный телепортироваться и за считанные секунды оказываться в абсолютно любых точках измерения.       Его назвали Гуань-ди — в честь почитаемого бога войны и богатства.       Конечно, в последующем многие пытались создать новую улучшенную версию Гуань-ди, однако по сей день мало кому удалось сделать. Хуа Чэн слышал краем уха от его отца, когда тот разговаривал с Цзиньлуном, что император пытается до сих пор привлечь к себе в государство механиков из Сяньлэ, и только сейчас Сань Лан понял, что сам был частью этого масштабного плана.       Впрочем, без разницы. Хуа Чэну теперь незачем встречаться с этим неизвестным Наследным принцем, да и желанием как таковым он до этого и не горел.       — Так вот, это же главная академия королевства, где учат юных борцов управлению кораблями и основам ведения боя, а также молодых ученых созданию передовых технологий. Я только на первом курсе и не совсем еще могу рассказать о всех тонкостях учебы, однако здесь очень интересно! — Се Лянь сам себе кивнул, когда переступил небольшую лужу на дорожке. — Так еще вышло, что ассистирую профессору Мэю, поэтому могу тебя с ним познакомить. Думаю, он найдет тебе достаточное количество поручений.       Юноша огляделся вокруг, заметив свободную скамейку во дворе главного корпуса, и опустился на нее, взглядом приглашая Хуа Чэна тоже сесть. Тот сразу приземлился рядом и немного задумался над сказанным ранее Се Лянем, особенно над одним наиболее шокирующим фактом:       — Ты на первом курсе, а уже лаборант?       Се Лянь, когда услышал вопрос, выпрямился и немного гордо сказал:       — Ага, профессор узрел и разделил мои стремления! Я мечтаю создать свой собственный корабль, на котором буду путешествовать по галактикам, поэтому он с радостью согласился мне посодействовать!       Сань Лан был взбудоражен.       — Ум, гэгэ самый лучший, у тебя все получится.       Они еще немного поболтали о разных вещах, начиная от того, что хотели бы поесть чуть позже и заканчивая болтовней Се Ляня насчет космических кораблей. Хуа Чэн мало, что понимал, однако невероятный интерес собеседника и его умение рассказывать даже самые сложные вещи простым языком заставляли его впитывать в себя любую информацию как губка.       Да и на самом же деле Сань Лан просто наслаждался чужим мягким голосом и счастливыми глазами.       — Эй, Ваше Высочество, Вы, когда собираетесь на занятия? — Неожиданно возникший Фэн Синь прервал идиллию, из-за чего Хуа Чэну захотелось пнуть его куда-нибудь лужу. — Парнишка еще с тобой?       — Ум, да, я решил его оставить у себя!              — Чего?!              Фэн Синь начал безуспешно ругать за беспечность Се Ляня, который на все слова только пожимал плечами и на каждый чужой вопрос находил вполне нормальный аргумент. Когда все его претензии получили ответ, Фэн Синь, не зная куда деть накопившуюся злость, начал ругать все, что на земле своими ногами ходит, из-за чего Се Ляню пришлось подорваться с места и закрыть чужой рот ладонью. На крики повернулись все бродящие студенты, и даже откуда-то взялся Му Цин, который, оказывается, до этого вместе с другими однокурсниками искал Се Ляня.       — Мэй Няньцин ждет тебя.              — Снова? Ах, но разве я не настроил ему еще вчера систему питания его дрона? — Се Лянь заметно погрустнел. — Мне надо заниматься своим проектом.       — Видимо, это подождет.       — Но…              — Ваше Высочество.       Юноша ничего не сказал, лишь печально вздохнул и отпустил Фэн Синя, собираясь вернутся в лабораторию профессора. С другой стороны, он обрадовался, ибо сможет уже сейчас познакомить наставника с Сань Ланом и получить официальное разрешение на его пребывание здесь. С такими мыслями Се Лянь подхватил мальчика за руку и с громким: «Пойдем!», рванул вперед, оставив друзей где-то позади. Хуа Чэн, не сопротивляясь, отправился за ним, однако его брови периодически сводились в переносице, когда в голове снова возник вопрос, который он задавал себе на протяжении всего дня       Что еще за «Ваше Высочество»?