Шэньчжоу: царство пустоши

      Хуа Чэн кинул осторожный взгляд вниз, убедившись, что ощущение, которое испытывал на данный момент не являлось плодом его воображения. Се Лянь слишком крепко прижался к нему, при этом неосознанно натирая своим правым коленом то самое место — Сань Лан густо покраснел и в панике начал брыкаться, стараясь отодвинуться как можно дальше, но своими действиями сделал в итоге только хуже. В попытке успокоиться он судорожно вдохнул побольше воздуха и посчитал в уме до десяти, силясь увести мысли подальше от этого места. Через некоторое время реакция спала на нет, и сердце, отбивавшее сумасшедший от волнения ритм, вернулось обратно в норму.       — !       Видимо, слишком рано он обрадовался.       Голова Се Ляня наклонилась немного ниже — его лицо оказалось на одном уровне с глазами Хуа Чэна. Тот моментально замер и снова почувствовал, как грудь обдало душащим жаром, который будто пополз все выше и остановился в районе его забинтованной шеи. Сань Лан хотел поднять руку, чтобы нащупать ее и убедиться, насколько она горячая, однако ладонь не могла просунуться между телами, чтобы даже элементарно отодвинуть Се Ляня немного подальше. Хуа Чэн оставил свои никчемные старания еще что-то сделать и просто вперился взглядом в чужое лицо.       Дыхание принца было достаточно размеренное и еле слышимое: он так сладко спал, что невольно захотелось никогда его не будить. Сань Лан смотрел на длинные ресницы, невольно пересчитывая каждую волосинку одну за другой, и все время начинал сначала, если сбивался случайно со счету. Он не знал, сколько времени прошло, когда наконец оторвал взгляд и переместил его ниже к носу, а потом невольно к губам. Щеки предательски покраснели, а быстро набирающее обороты сердце начало постукивать все громче и громче.       Если наклониться чуть-чуть пониже, то их губы могут соприкоснуться. Это было слишком искушаемо.       Хуа Чэн вздрогнул от собственных мыслей и снова попытался отодвинуться, чувствуя себя ни на что ни есть настоящим негодяем. Помотавшись из стороны в сторону, он в конце концов смог только чуть ниже просунуть свою ладонь, отчего та оказалась напротив паха юноши. Дотронувшись до бедра Се Ляня, чтобы еще раз попробовать как-то поменять положение чужих ног, Хуа Чэн в который раз потерпел неудачу — так еще и Се Лянь протестующе замычал, просунув колено между бедрами Сань Лана.       — Ах…       Хуа Чэн захлопнул с силой рот.       Что-что-что?! Какого черта он сейчас сделал?       — Гэгэ, гэгэ, ты меня задавишь!..       — М-м-м…       Се Лянь не откликнулся, а Хуа Чэн не знал, когда все же умрет: сейчас или все-таки, когда проснется принц. Ситуация настолько критическая и неразрешаемая, что даже не знаешь, какая из зол лучше. Сань Лан с одной стороны понимал, что лучше будет сейчас разбудить парня, чтобы освободиться, и наконец, облегчить свои страдания, но с другой Се Лянь сможет увидеть, насколько сейчас возбужден Хуа Чэн — какова тогда будет его реакция?       Смущение? Негодование? Отвращение? Злость?       Ненависть?       Сань Лан вздрогнул.       Нет, он ни за что не позволит увидеть себя в таком виде.       Тогда…что же делать?        Хуа Чэн быстро пораскинул мозгами, вспомнив некоторые сцены, свидетелем которых успел стать, когда его запирали на несколько дней в винном погребе, чтобы он рассортировал все вина по разным категориям. Слуги часто там уединялись, предаваясь плотским утехам, и один раз Хуа Чэн воочию смог увидеть процесс от начала до конца, причем он прекрасно знал, что те мужчина и женщина заметили его. Они тогда ничего не сказали, и даже наоборот, будто поощряли — в конце концов, почему бы не поиздеваться над психикой несозревшего ребенка?       Хотя считали ли его вообще за маленького мальчика?       Прикинув, что тогда сделала служанка, Хуа Чэн просунул свою руку под штаны, схватившись сильной хваткой за твердоватый член. Тело вздрогнуло от пронзившей боли, отчего парень испугался и, как ошпаренный вытащил ладонь.       ...Что он пытался сейчас сделать?       — М-м-м… Сань Лан?       Хуа Чэн замер, а душа ушла куда-то в пятки.       Се Лянь потер заспанные глаза, еще не совсем осознавая всю ситуацию. Только в момент, когда он полностью раскрыл веки, взгляд принца метнулся по парню в объятиях и его застывшему выражению лица, от которого громко захотелось рассмеяться. Юноша хотел было открыть рот, однако через секунду понял, что крепко прижимал Хуа Чэна к себе — и тоже замер, но в отличие от непроницаемого лица Сань Лана немного покраснел.       — Ой! Прости, я случайно! — Се Лянь, наконец, отпустил его, и отодвинулся подальше. — Я часто обнимаю подушки во сне, наверное, перепутал тебя с ними, ха-ха-ха…       Принц подумал, что Сань Лан подхватит его настроение, чтобы разбавить неловкую ситуацию, однако понял, что тот до сих пор лежал неподвижно, поэтому тихонько толкнул его. Се Лянь хотел было спросить, что случилось, но не успел, так как его глаза быстрее метнули взгляд немного ниже в сторону сжатых в простынь ладоней.       Только, когда, принц замолчал, Хуа Чэн перестал судорожно обдумывать, как ему все объяснить и избежать проблем. Он посмотрел на Се Ляня и увидел, как тот внимательно разглядывал что-то внизу…       Сань Лан быстро подскочил с кровати. В итоге первой же реакции было бежать.       Се Лянь подскочил следом.       — Постой, Сань Лан! — Его ноги запутались в одеяле, и пока он пытался выбраться, мальчик уже разобрался с замком на двери и быстро убежал в коридор. — Это нормальная реакция! В твоем возрасте я бы сказал, что это хороший показатель здоровья и развития! Ну не убегай! Все решаемо!        ✦✦✦       Год спустя       Звуки работающей дрели гремели на всю аудиторию, невольно перекрывая голос лектора, которому приходилось только вздыхать и кидать недовольные взгляды на парня в углу. Тот будто не замечал множество глаз студентов в аудитории и продолжал делать свою работу, устанавливая новый голографический проектор, недавно разработанный Се Лянем. Сделав последние штрихи, парень откинул инструмент в сторону, отчего тот с громким хлопком упал на пол, заставив всех присутствующих невольно закрыть уши от противного скрипа по паркету.       В конце концов преподаватель больше не мог выносить таких мучений.       — Да сколько можно уже?! Почему это нельзя сделать после моего занятия?       Сань Лан равнодушно ответил:       — Потому что в это время мне необходимо идти к другому профессору.       На самом деле это была не совсем правда.       Сложив все раскиданные вещи в пространственное кольцо, Сань Лан вышел из аудитории, напоследок сделав поклон профессору. Он неспешим шагом пошел вдоль коридора, ловля в свою сторону очередные взгляды прохожих, на которые он не особо обращал внимание. Остановившись возле большого стеклянного лифта в холе, парень оперся на ближайшую стену, пустым взглядом уставившись на огромные часы, которые летали в воздухе с помощью прибора, уменьшающего силу гравитации.       Через десять минут показалась знаменитая на всю академия троица.       — Му Цин, твою мать, из-за тебя мы снова опаздываем!       — Что?! Не ты ли испортил оладьи, поэтому мне пришлось делать новый завтрак?!       — Это был омлет, придурок! Как вообще можно печь оладьи без муки?       — Слышь…       — Прекратите оба!       Громкий голос отдался эхом на все помещение. Се Лянь понял, что они снова натворили шума, поэтому только раздраженно вздохнул, желая поскорее скрыться за дверьми аудитории и побыть хотя бы несколько часов в тишине, не выслушивая переругивания двоих дурачков.       Три месяца назад из-за некоторых инцидентов и не хваток комнат многих студентов пришлось заселять вместе. Будто в насмешку, Му Цина и Фэн Синя умудрились засунуть в одну достаточно большую комнату на последнем этаже — там даже была отдельная маленькая кухня. Се Лянь примерно понимал с каким умыслом коменданты решили поступить подобным образом, однако никто не ожидал, что, поселив этих парней практически отдельно от остальных студентов, они все равно не оставят никого в покое. Принц часто получал жалобы и просьбы сделать что-нибудь с шумом наверху, потому что как Фэн Синь, так и Му Цин, оба слушались в основном только его. Такой муки Се Лянь не испытывал, наверное, никогда в своей жизни.       — Гэгэ.       Услышав знакомый хрипловатый голос, Се Лянь повернул голову в сторону противоположной от лифта стены. Его губы моментально расплылись в сладкой улыбке, из-за которой Фэн Синь почувствовал тошноту, а Му Цин закатил глаза.       — Ах, Сань Лан! — Он немедленно подбежал к парню, встав напротив. — Что ты здесь делаешь? Разве профессор Мэй не направил тебя устанавливать проекторы?       Хуа Чэн медленно кивнул.       — Угу, но я уже все закончил. Думал сейчас пойти в лабораторию и прибраться немного после вчерашнего тестирования системы зажигания.       Се Лянь в удивлении выпучил глаза.       — Уже все? Со скольких ты в академии…?       — …       Сань Лан отвел взгляд, заставив принца горько вздохнуть. Он сложил руки на груди, с укором глядя на юношеское лицо, которое с момента их первой встречи успело приобрести более-менее здоровый цвет кожи. Бинты постепенно слой за слоем начали пропадать, оставив только завернутыми правый глаз и немного нос. Тонкие губы имели чуть бледноватый оттенок, из-за чего постоянно беспокоили Се Ляня — тот постоянно направлял Сань Лана к медсестре в медпункт, чтобы та проверила давление и может посоветовала выпить какие-нибудь биологические активные вещества. Со временем юноша понял, что скорее всего Сань Лан от природы бледен как призрак, поэтому отстал и не настаивал на своей сильной заботе.       Хотя сам Хуа Чэн был очень-то не против.       — Ну так?       — …       Се Лянь зажмурил глаза, потерев указательным и большим пальцем переносицу. — Хотя не говори. Не помню, чтобы ты ночевал в комнате.       Принцу, как человеку, который проявлял большую активность в академии, предоставлялись небольшие привилегии, куда как раз включалось проживание в одиночной комнате. Конечно, он воспользовался предоставленной возможностью и предложил Сань Лану остаться у него еще на какое-то время, на что тот в принципе согласился.       — Гэгэ, прошлой ночью я спал у профессора.       В этот раз Се Ляню пришлось промолчать.       Он совершенно забыл, что Сань Лан предупреждал его об этом. Его это немного расстроило.       С каких-то пор, — вроде с прошлого месяца, — Хуа Чэн все чаще начал оставаться у Мэй Няньцина, возвращаясь в их комнату только ради того, чтобы переодеться или забрать какие-нибудь вещи. Се Лянь долго ломал голову, что не так, и даже пару раз собирался с духом, чтобы спросить в чем причина таких внезапных решений, на что Сань Лан как обычно махал головой и говорил: «Все в порядке, гэгэ, наставник просто попросил готовить ему ужины». Нет, Се Лянь, конечно, отдал парня в помощники, но это уже за рабство считается!       Принц невольно погрустнел, из-за чего Хуа Чэн резко выпрямился и напрягся.       — Гэгэ, если хочешь, я прекращу к нему приходить.       Се Лянь поджал губы, уставившись пронзительным взглядом на Сань Лана, из-за чего у того прошлись мурашки по коже.       Конечно, он хочет! Но не может же ему напрямую сказать!       Сань Лан же сразу поймет, что он соскучился!       — Нет, все в порядке. Я не вправе решать, где тебе жить и что делать.       Принц кинул какую-то фразу на прощание и, быстро подхватив за подмышки Фэн Синя и Му Цина, которые уже готовились начать драку из-за омлетов и соевого молока, скрылся за створками лифта. Хуа Чэн кинул последний завороженный взгляд на его спину и отправился ленивой походкой в сторону главного выхода.        ✦✦✦       Се Лянь никогда и не думал, что когда-нибудь посчитает обучение в академии чем-то скучным.       Преподаватель на протяжении часа рассказывал строение стандартного движка последней модели межпланетного истребителя, который являлся чуть ли не практически единственным космическим кораблем, использованным правительством в военных целях. Королевство Сяньлэ считалось передовым государством, где все сферы деятельности человека так или иначе были связаны с работой искусственного интеллекта и оружии, принцип действия которого основывался на концентрации разреженного эфира в воздухе. Этот метод работы стал одним из самых важных открытий галактического сообщества: до этого для действия даже простейшего автоматизированного пистолета требовалось закачка колоссальных объемов духовной силы. Тем более не у каждого она еще и была.       В принципе старым способом многие государства пользуются по сей день. Включая империю Лун.       Се Лянь прилег головой на руки, сложенные на парте, и устремил свой взгляд за окно. Время перевалило за полдень, но из-за осадков звездной пыли появился довольно густой туман, делая погоду мягко говоря мерзкой и тоскливой. Юноша почувствовал сонливость — вся атмосфера так и претила тому, чтобы он провалился в мир сладких грез.       Ему снилось нечто странное: яркий взрыв, обломки, но при этом и какая-то безумная тишина. Среди хаоса он стоял один, в своей привычной манере устремив взгляд на звезды — будто все происходящее вокруг ни каким боком его не затрагивало. Только маячащая фигура впереди заставляла обратить на себя внимание и замереть. Се Лянь почувствовал, как сердце пропустило удар: знакомый мальчишка, побежав из всех сил в его сторону в итоге был захвачен огнем, став пеплом прямо на его глазах.       Юноша распахнул в ужасе глаза, когда услышал голоса его одногруппников, которые собирались покинуть аудиторию.       — Эй, Ваше Высочество, ты, что заснул?       Перед его носом стоял Му Цин, держащий в руках свой коммуникатор, на котором отображалось имя Мэй Няньцина. Фэн Синь стоял уже напротив выхода, лениво облокотившись о ближайшую парту, и ждал, когда они подойдут. Се Лянь медленно хлопал глазами, выглядя довольно заторможенным — видимо, еще не до конца очнулся от своей дремоты.       — М-м-м, да.       Он вскочил с места, засунув в пространственный кулон свой планшет, и под удивленный взгляд Му Цина стал спускаться вниз. Тот достаточно быстро догнал его, попутно бросив в трубку что-то учителю. Се Лянь не до конца расслышал.       — Не думал, что Ваше Высочество сможет так нахально спать на обозрении не то, что студентов, но и преподавателя на его занятии.       Принц остановился возле Фэн Синя и кинул на него равнодушный взгляд.       — Ты сарказма у Му Цина поднахватался? Видимо, ваше совместное проживание дало свои плоды.       Оба вышеупомянутых кинули друг на друга полный отвращения взгляд и быстро ретировались в коридор. Се Лянь довольно хмыкнул и отправился следом, попутно пытаясь выбросить из головы ненужные мысли о виденной недавно им картинке во сне. От нее стало как-то неспокойно на душе, а еще немного тоскливо.       Ведь в том мальчике он узнал никого иного как Сань Лана.       — Эй, Се Лянь, пока ты дрых без задних ног, со мной связался Мэй Няньцин и настоятельно попросил, чтобы после этой пары ты немедленно шел в лабораторию.       Усмешка Му Цина заставила Се Ляня отправить ему прищуренный взгляд. Фэн Синь же только раздраженно цокнул, на удивление не начиная спор — он просто пошел дальше, и принц не стал слишком сильно зацикливать на этом внимание, больше сосредотачиваясь на том, что передал ему этот человек полный сарказма.       — Лабораторию? Но у нас же еще две пары.       — Ум, он сказал отпросил тебя с занятий, так еще и со словами: «Этот помешанный принц все равно просиживает здесь попусту штаны».       Се Лянь громко захохотал.       — Ах-ах-ах, да уж в его репертуаре! Ладно, — он сделал глубокий вдох и успокоился, — так, а зачем я ему нужен? Вроде я уже закончил проект по созданию двуручного меча с модератором электричества.       Му Цин махнул рукой:       — Я ничего не понимаю из того, что ты говоришь, так что даже не объясняй. Он сказал, что вроде из твоего дома привезли машину на тестирование потенциала духовных каналов и физиологического обследования тела.       Се Лянь остановился на половине шага и замер.       Через пару месяцев ему уже шестнадцать, а так до сих пор и не выяснилось, какова же природа его духовных сил. Окружающие говорили, что такая поздняя дифференцировка каналов нередка и довольно часто происходит у людей как раз-таки с практически полностью открытыми меридианами. Чтобы духовная энергия заполнила все протоки, конечно же, нужно время, тем более у каждого человека оно разное. Однако, даже Се Лянь понимал, что шестнадцать лет это уже максимально поздний срок — обычно с такими характеристиками тела как у него, конечная загроможденность каналов заканчивается на пятнадцатый срок жизни.       Так в чем же причина? Скорее всего, тут только два варианта: патология или же эволюция организма.       Второй вариант практически сразу отпадал. Поэтому оставался только один.       Из-за такой возможности Се Лянь боялся узнать правду.       — Се Лянь? С тобой все хорошо? Ты сильно побледнел. — Фэн Синь, который ушел далеко вперед от них, вернулся обратно, когда заметил, что принц впал в серьезный ступор. — Может, стоит пойти в общежитие перед тем, как отправиться к профессору?       — Все в порядке. — Он неловко улыбнулся. — Идите на занятия, я тогда отправлюсь в лабораторию.       Его ноги помчались вперед, будто убегая от какого-то монстра в тени. Се Лянь даже не стал оглядываться и смотреть на реакцию оставленных им друзей: не хотел видеть выражения их лиц. Чем быстрее он придет к наставнику, тем быстрее все закончится, и тогда он с Сань Ланем пойдет на ужин, а потом в комнату, где потом они смогут вместе поболтать о всякой всячине, на время на заморачиваясь об их собственных внутренних переживаниях и проблемах.       Да, он должен спешить. Ведь Сань Лан его ждет.       ✦✦✦       Хуа Чэн откинулся на спинку стула, устало стряхивая затекшие кисти рук, и уставился на небольшого робота, которого сумел смастерить впервые собственными руками. Он скептическим взглядом обвел корпус небольшого изобретения, и повертев накладку несколько раз, убедился, что та приделана достаточно прочно и не должна была слететь.       Этого небольшого помощника он собирался подарить Се Ляню на его день рождение.       Спрятав робота в небольшую коробку и задвинув ее подальше под стол к другому хламу, парень немного потянулся, а потом встал, решив проверить, чем занимался профессор за соседним столом.       — Профессор Мэй, вы собираетесь сконструировать эту штуку?       Услышав Хуа Чэна, мужчина устремил на него недовольный взгляд.       — Несносный мальчишка, так долго работаешь под моим крылом, а до сих пор не знаешь, что это ядерный реактор?       В ответ парень раздраженно выдохнул.       — Извините, я недостаточно компетентен во всяких таких вопросах.       — Так возьми и поступи на учебу.       — Я же сказал, что не могу, сколько еще раз повторять.       — Ты даже не пробовал!       — Дело не в том, что не пробовал, а обстоятельства не позволяют.       Ведь Хуа Чэн находился под строгим контролем Хуа Цзиньлуна.       Глупо было думать, что этот человек не достанет его в академии: в конце концов, Хуа Чэн даже не находился под ее защитой, а просто пребывал нелегально. Четыре месяца назад Цзиньлун поймал его во время промежуточных экзаменов, проводимых в учебном заведении, как раз тогда, когда никто практически не мог заметить его исчезновения. В тот день парень думал, что его обязательно убьют — он даже готов был написать предсмертную записку Се Ляню, где признался бы в своих чувствах и в том, что являлся выходцем из семьи военачальников империи Лун, с которой по контракту у принца был намечен брак. Однако молодой господин не только его не убил, но и поощерил, решив, что Хуа Чэн находился подле Се Ляня по причине того, что осознал свои ошибки и хотел таким образом их исправить. К тому же он простил даже его побег — на самом деле, это в конец не укладывалось в голове парня.       Ему поставили только одно условие, при котором в его нынешнюю жизнь больше бы не лезли: в течение года Хуа Чэн должен был добиться доверия принца, чтобы тот наверняка не захотел разорвать помолвку.       Итак, год был почти на исходе.       Сань Лан поджал губы, пытаясь примерно рассудить, когда ему стоит все рассказать Се Ляню. В принципе, в ближайшие дни ничего важного не намечалось, поэтому вполне можно было бы все объяснить хоть сегодня. Однако страх чужой реакции сильно душил и говорил, что лучше как обычно все перенести на потом, хотя Хуа Чэн сам понимал, как это было неразумно.       Ему стоит собраться со всеми силами и раскрыть все секреты прямо сегодня. Нельзя больше откладывать.       — Профессор Мэй, в какой час пример освободится Его Высочество?       — Минут через десять, я отпросил его с последних занятий.       Парень захлопал ресницами, и не скрывая удивления спросил:       — Зачем?       — Ты утомляешь своими вопросами, мой сегодняшний запас ответов исчерпан.       — Мастер, хватит шутить.       Мэй Няньцин надменно хмыкнул, и похрустев поясницей, махнул рукой, тем самым говоря Хуа Чэну, что тот шел за ним. Не став больше ничего спрашивать, он просто покорно отправился следом, выйдя в итоге за пределы комнаты и оказавшись в лаборатории с конструкцией некоторых кораблей. Устремив взгляд вперед, Хуа Чэн увидел, что угол, который раньше до этого был свободен, теперь был занят какой-то горизонтальной кабинкой в человеческий рост с прикрепленными к ней многочисленными проводами, отходящими к главному компьютеру.       — Когда эта машина появилась здесь?       Профессор выгнул бровь и посмотрел на мальчика, как на тупицу.       — Мне кажется с каждым днем ты становишься хуже и хуже.       Хуа Чэн устало вздохнул.       — Так можете сказать, в чем я провинился, а то Вы с самого начала дня только и делаете, что издеваетесь надо мной.       Мэй Няньцин промолчал, никак не прокомментировав последнюю фразу, но Хуа Чэн примерно догадался в чем причина такого детского поведения.       Наверное, около месяца назад, наставник всячески старался уговорить Сань Лана пройти вступительные экзамены в академию, которые будут буквально через два месяца. Он утверждал, что у него есть огромный потенциал для того, чтобы стать хорошим исследователем и даже боевым мастером. Хуа Чэн постоянно отнекивался, прикрываясь тем, что у него закрыты все энергетические каналы, поэтому он никаким боком не сможет стать хорошим бойцом, а вытягивать успеваемость только теоретическими навыками у него не получится. Хоть это и было правдой, но настоящей же причиной служило то, что Цзиньлун не позволил бы ему этого сделать, ведь шавке положено только выполнять приказы хозяина, а такое своевольничество привело бы только к неприятностям.       Хоть Хуа Чэн и не считал себя дерьмом собачьим, но пока что у него не было силы ни на то, чтобы противостоять семейке Хуа, ни на защиту Се Ляня.       Кстати, насчет него.       — Так эта машина как-то связана с принцем?       — Верно, эта красавица способна к оценке физиологического и анатомического состояния тела. — Мэй Няньцин провел рукой по прозрачной дверце кабинки, и восхищенно вздохнул. — С помощью анализа можно определить общие параметры организма и его развитие. Но самое главное, что есть в этом устройстве — это исследование тела и составление полной карты открытых и закрытых духовных каналов. А уже на основе этих данных можно понять, как какому типу по духовной энергии все же относится человек — стражу или проводнику.       Когда профессор замолчал, Хуа Чэн с любопытством еще раз оглядел устройство, желая увидеть, как оно сработает на деле. Он представил, как сможет лицезреть картину безупречных и полностью открытых духовных каналов Се Ляня — скорее всего они будут выглядеть как звездная карта, ведь так?       Пока парень пребывал где-то в своих мечтах, Мэй Няньцин уже успел с помощью ИИ запустить главный компьютер и параллельно тест-машину. Убедившись, что все в норме, он поднял взгляд с интерфейса десктопа и многозначительно взглянул на Хуа Чэна:       — Эй. Залезай.