Спаянный лед

Чжан Жишань все делает правильно. Но когда он по приказу Его Превосходительства уводит подальше часть людей Чэньпи, сердце у него не на месте. Он все делает правильно, а Его Превосходительство — тем более; откуда же это странное беспокойство, почему так давит на сердце, почему он думает о том, что надо поспешить? Его Превосходительство способен выйти целым и невредимым из любой передряги, Чжан Жишань всегда верил в него, почему же?.. Он торопится обратно при первой возможности, едва убедившись, что его не будут преследовать, и когда не видит Его Превосходительства в пещере, сердце останавливается. Всего лишь на мгновение: Чжан Жишань солдат, его стихия — действие, он должен найти начальника и вернуть в строй. Самообладание и умение не терять голову в сложных ситуациях — вот что Чжан Цишань ценит в нем, и Чжан Жишань не должен его подвести. Его Превосходительство обнаруживается в ледяном колодце. Он не откликается, не шевелится и, кажется, едва дышит. Сердце лейтенанта замирает еще раз. Все хорошо, Его Превосходительство не может умереть, говорит он себе. Найти веревку, спуститься, взвалить Чжан Цишаня на спину, подняться с грузом на плечах — лейтенант выполняет эти действия не задумываясь, это часть его работы, то, что он умеет отлично. Его Превосходительство невероятно отважен и порой безрассуден; для того и нужен адъютант, чтобы подстраховать в случае необходимости, — как трость, на которую всегда можно опереться. Рыбаки предлагают местный способ отогреть Его Превосходительство и привести в чувство. Чжан Жишань, взвесив все, должен признать, что это действительно оптимальный выход. Вот только... Когда шатер из веток уже готов, и от раскаленных камней поднимается согревающий горячий пар, Чжан Жишань осознает, что раздеть Его Превосходительство придется ему. Рыбаки отходят подальше, чтобы не мешать, даже не подозревая о смятении в душе лейтенанта. Но медлить некогда, нужно спешить, пока пара много, и Чжан Жишань начинает расстегивать и снимать одежду с Его Превосходительства. Руки не дрожат, четко делают свое дело. Чжан Жишань старается не смотреть ни на что, кроме завязок и пуговиц, но взгляд против воли выхватывает детали. Широкие ровные плечи, красивые настолько, что больно смотреть; гладкая безволосая грудь с темными сосками — однажды Чжан Жишань видел в распахнутом вороте рубашки, как проступает на ней татуировка. Ноги — длинные и сильные, крепкие бедра и... Нет, обрывает себя Чжан Жишань, ты не сделаешь этого, ты не имеешь права, не смей. Никогда не смей даже взглядом касаться того, что тебе не принадлежит. Он выходит наружу и ждет, когда раскаленный пар сделает свое дело. Холода он не ощущает. Только горячий толчок в груди — когда Чжан Цишань появляется в проеме из веток, такой же, как всегда, уже полностью одетый, полный сил и плещущей через край энергии. — С вами все в порядке? — спрашивает лейтенант, подскакивая с камня, на котором сидел. — Конечно, — легко отвечает Чжан Цишань. — Это всего лишь холод. Лейтенант смотрит на него с затаившейся в глазах восхищенной улыбкой. Его Превосходительство невероятен. Чжан Жишань счастлив служить ему. Знание о том, как выглядит Его Превосходительство без мундира, он прячет куда-то в самые потаенные уголки души и клянется себе никогда не вынимать. Это лишнее. Он не должен был это видеть. (Но как сладко было увидеть!) — Говорят, замерзая, люди будто засыпают? — не может не утолить любопытство лейтенант. — Да? — удивляется Его Превосходительство. — Я вообще-то отлично понимал, что происходит. Мое тело остывало, теряло возможность функционировать. Когда температура опустилась бы до определенных значений, мне пришел бы конец. — Не лучшее ощущение, — говорит Чжан Жишань, словно сам переживая это состояние. — Да, но мне не о чем было волноваться, — улыбается Чжан Цишань, и в ответ на недоуменный взгляд лейтенанта добавляет: — Я знал, что ты придешь и отогреешь меня, как бы я ни промерз. Чжан Жишаня окатывает внезапным жаром посреди ледяного грота.