Хозяин леса

Костя наносил кучу воды и с помощью Прасковьи затопил баню. Соломин немного смущался, возвращаясь мыслями к причине, по которой именно сегодня вечером решил привести себя в полный порядок, чтобы завтра утром можно было просто принять душ. – Мы же завтра в баньку собирались, чего ж тебе не терпится так? – спросила бабушка, вручая чистые полотенца. – Бабуль, – ласково обратился Костя. – Просто я сегодня вспотел очень. Хочу смыть его с себя и попариться немного. Ты точно не хочешь первой в баню? – Нет, пусть остынет немного, – сказала Прасковья, думая, с чего бы внуку переходить на такое ласковое обращение к ней. – Ты даже не спросил, что мы увидели на поляне. – Одуванчик, – пожал плечами Соломин. – Вечером, за чаем, послушаю. Обещаю. – Иди уже, – подтолкнула внука в спину бабушка. – Мне есть что тебе рассказать. Костя провел в бане почти полтора часа и, выйдя, чувствуя себя чистым до скрипа, зашел в дом. Пока Прасковья мылась, Соломин почистил и поставил вариться картошку и заварил крепкий ароматный чай. – Хозяйничаешь? – спросила Прасковья, зайдя на кухню. – Да, – кивнул Костя, наливая чай в кружки. – Рассказывай. Бабушка села на стул, отпила немного и сообщила: – Вся поляна усеяна цветами. Там не только один одуванчик. Там теперь и ромашки, и васильки, и даже дикий львиный зев. А клевера столько, что им пахнет в воздухе. – Правда? – спросил, чуть краснея, Соломин. Прасковья кивнула, неспешно попивая чай: – Ты знаешь, почему? – Нет, – покачал головой Костя. Соломин немного кривил душой: он предполагал. Ему почему-то пришло в голову, что чем сильнее к нему привязывается Гордей, тем больше цветов на поляне. В сердце проклятого леса. В сердце самого хозяина леса. Костя не понимал, почему и как связаны медведь, Гордей и лес, но твердо знал, что они связаны, сплетены во что-то единое, неразделимое. – Ты не выглядишь удивленным, – заметила бабушка. – Довольным – да, но не удивленным. Ты как-то причастен к цветам на той поляне? – Не знаю, – честно сказал Соломин. – Бабуля, ты ведь и сама не знаешь, как и что происходит в лесу… А ты тут живешь дольше меня. – Но я не хожу каждый день в лес, – пожала плечами Прасковья. – С твоим появлением лес начал меняться, чего не было столетиями. Я уверена, что ты что-то делаешь. – Делаю, – кивнул Костя. – Что? – спросила бабушка. – Цветы красивые и пахнут сладко… Но к добру ли это? – К добру, – заверил Соломин. – По мне нет ничего более странного, чем это застывшее время. Даже мне жутко… Я не понимаю, почему ты опасаешься изменений? – Наверно, потому, что я и тут живу, – призналась Прасковья. – Не своей жизнью, а жизнью Таисии. Но живу. Многие были рады, те, кто тут не живут, а просто ждут, пока их жизнь начнется. И ты ждешь. А нужно жить тут, здесь и сейчас. Я боюсь, что ты сгинешь там, в лесу. – Я не сгину, – сжал ладонь бабушки Костя. – Я понимаю, что ты боишься, но я не могу просто сдаться. И я живу тут, а не жду, когда смогу сбежать, правда. – Но что может быть за жизнь там, в лесу? – спросила бабушка. Соломин задумчиво повертел чашку, наблюдая за тем, как плавают в остатках чая чаинки, и спросил: – Что мне тебе сказать? – Правду, – попросила Прасковья. – А если я её, правду, не знаю? Я не могу сказать тебе то, чего не знаю, – вздохнул тяжело Костя, потерев виски. – Я просто делаю то, что мне приказывает сердце. И что получится в результате – я не знаю, но я не могу иначе. Мне нужно, чтобы ты мне поверила, доверилась и дала время разобраться самому. – Ты не будешь рисковать собой? – спросила бабушка устало. – Я уже несколько раз обещал, что не буду, – вздохнул Соломин. – У тебя, случайно, нет пива? – Пива нет… – покачала головой Прасковья. – Но есть домашнее вино. Будешь? – Буду, – не стал привередничать Костя. – Отпразднуем расцветшую поляну? – Отпразднуем, – кивнула бабушка. – А как ты свой день рождения хочешь отпраздновать? Соломин растерялся, а затем спросил: – Он уже скоро? – Ты совсем потерял счёт дней? – спросила Прасковья. – Твой мобильный все еще может быть часами, фотоаппаратом, калькулятором и календарем. – Спасибо, – растерянно отозвался Костя и подскочил. – Я сейчас! Только поставлю на зарядку мобильный. Соломин только сейчас подумал, что мог бы сфотографировать хозяина леса и узнать наконец, как тот выглядит. Поставив телефон на зарядку, он вернулся к бабушке и взял свой стакан вина. Заверив, что понятия не имеет, как отпраздновать приближающийся день рождения, Костя с удовольствием выслушал предложения Прасковьи, соглашаясь почти со всеми. Утром Соломин встал очень рано – и не потому, что зазвенел будильник, а просто от собственного нетерпения. Собрав нужные вещи, наносив воды, Костя направился к лесу, пользуясь тем, что Прасковья еще спала. Соломина раздражали попытки бабушки удержать его в селе, пусть он и понимал, что она делает это, чтобы обезопасить внука, уберечь дочь от горя потери ребенка. Костя был уверен, что Прасковья любит Таисию гораздо сильнее, чем его самого. Медведь тихо фыркнул и ткнулся мордой в розовый рюкзак, словно требуя угощения. – А ты, я смотрю, уже привык к тому, что я тебя угощаю, – погладил огромную морду Соломин и принялся снимать рюкзак. – Подожди, косолапый, ты мне мешаешь. А я тебе принес печенье и яблоки. И не фыркай мне! На тебя не напасёшься сгущенки. Целую банку за раз схомячить можешь. Медведь шумно задышал, но отступил на шаг, давая Косте возможность достать из рюкзака угощения. Соломин в этот раз особо не осторожничал и просто кормил хищника с руки печеньем. Медведь с аппетитом пережевывал печенье, забавно чавкая. Костя погладил хищника по большой морде и поскрёб за ухом, стараясь пробраться пальцами под густую и длинную шерсть, чтобы почесать саму кожу. – Все, ты перекусил, самое время мне с Гордеем пообщаться, – сообщил Соломин. – Ты не против? Медведь фыркнул и сел на пушистую попу, всем своим видом давая понять, что никуда не пойдет. Костя закрыл глаза и через мгновение почувствовал, как Гордей сжал локоть и затем мягко поцеловал в губы. – Привет, – улыбнулся Соломин. – Я тоже скучал. Гордей, я очень хочу узнать, как ты выглядишь. У меня с собой телефон, и я сделаю твою фотографию. Ты не против? Хозяин леса дважды сжал ладонь Кости, отвечая согласием. – Встань напротив меня, в паре метров, и стой. Я сейчас открою глаза, подготовлюсь к фотографированию и закрою глаза вновь, – предупредил Соломин и открыл глаза. Достав телефон и включив камеру, Костя закрыл глаза и несколько раз нажал на кнопку, чтобы точно получилась хоть одна фотография, на которой будет видно лицо хозяина леса. Предупредив Гордея, Соломин открыл глаза. Открыв галерею, Костя стал рассматривать фото. На них везде был медведь, стоящий на задних лапах, но не это поразило Соломина. Он и сам подозревал, что увидит на снимках именно косолапого, а не Гордея. Лес. На фото лес выглядел мертвым. Деревья были без листьев, хвойные местами сохранили иглы, но те были желтыми, мертвыми. Мох – и тот выглядел пожухлым, неживым. А на одной из веток была видна белка, вполне себе живая, даже упитанная. – Чтоб его, – не стал ругаться Костя. – Жуть какая. Соломин закрыл глаза и протянул ладонь, сообщая: – Увидеть тебя не удалось. Но я увидел лес таким, какой он есть – мертвым. Отнесешь меня к пруду? Мне интересно, жив ли он. Гордей обнял за плечи и дважды сжал плечо, а затем подхватил Костю на руки. Пользуясь возможностью, Соломин обнял за шею хозяина леса и, найдя губами, поцеловал в подбородок, прижался носом к шее Гордея, втягивая запах мужчины. – Ты вкусно очень пахнешь, – сообщил Костя. Хозяин леса чуть слышно хмыкнул. Соломин провел рукой по лицу и ощутил широченную улыбку на лице хозяина леса. Костя в ответ тоже улыбнулся и добавил: – Мне как-то неудобно… Я тебе могу кучу всего приятного говорить, а ты в ответ только молчишь. Жаль. Ну да ладно. Скажи, ты нормально сейчас живешь в палатке? Тебе уютно? Гордей дважды пожал бедро, сообщая, что ему комфортно. – И тебе не тяжело меня носить? – уточнил Соломин, просто чтобы не молчать. «Нет», ответил одним пожатием хозяин леса. Костя кивнул, замолчав, понимая, что темы для разговора у его закончились. Соломин столько всего хотел обсудить с Гордеем, но не мог: ему было неудобно общаться с тем, кто ни слова не мог сказать. Хозяин леса наконец поставил Костю на ноги, и тот предупредил: – Я открываю глаза. Взяв мобильный, Cоломин вновь включил камеру, навел ее на кусты и иву, смотря на экран: видел он живую зелень, а затем нажал кнопку и сделал снимок. На фото зелень выглядела такой же – живой, сочной, летней. Соломин закрыл глаза и сообщил: – Тут на фото все живое. Я все еще в том же лесу? Гордей почти беззвучно подошел и отрицательно один раз сжал плечо Кости, сделал паузу и дважды сжал плечо, заставив того вздрогнуть. Соломин мотнул головой и спросил: – Как такое возможно? Хозяин леса погладил по плечу, словно бы пытаясь успокоить. – Это тот же лес и в то же время не тот же? – спросил Костя. Гордей ответил согласием. – Это параллельная вселенная? – озвучил свою догадку Соломин. Хозяин леса положил руки Кости себе на плечи и выразительно пожал плечами. – Ты не знаешь, что такое параллельная вселенная? – спросил Соломин, и Гордей ответил положительно. – Ох… Сейчас объясню. Это миры, которые существуют, гипотетически, параллельно нашему, они могут разными быть, но существуют на месте моего мира, но в другом измерении. Ты понял? Хозяин леса дважды сжал плечо, соглашаясь, а затем на повторный вопрос о том, что этот лес в параллельной вселенной, ответил согласием. – Ты можешь уйти из леса в этом мире? – спросил Костя и, получив отрицательный ответ, продолжил: – А я? Могу я выйти из леса в этом мире и быть тут свободным? Гордей какое-то время ничего не отвечал, то ли размышляя, то ли не желая отвечать, а затем все же сжал дважды плечо Соломина. Костя шумно выдохнул, понимая, что несмотря на то, что ничего не знает об этом мире, ему хочется уйти, выбраться, забыть о том страшном месте, в котором он застрял, и начать жить в новом месте заново. Но Соломин понимал, что никогда не бросил бы хозяина леса тут, в одиночестве, запертым в теле медведя. – Я не уйду, – твердо сказал Костя. – Гордей, я тебя не оставлю тут в твоем полном одиночестве. Я хочу, чтобы ты был свободен. Чтобы все жители Дальнего стана и Яблоновки были свободны. И даже сам лес был чистым и живым. Мне кажется, что всех можно спасти. Это правда? «Да» – дважды сжал плечо Соломина хозяин леса. – Ты сделаешь мне тот же чай? Я к нему принес пышек, бабушка пекла, – сообщил Костя. – Она печет не сказать, что очень хорошо, но прилично. Гордей пожатием согласился и помог Соломину усесться на плед, а затем принялся возиться, ставя чай. Костя вслушивался, пытаясь понять, что происходит рядом, и заговорил вновь, стараясь прогнать тишину и развлечь заодно хозяина леса: – Я никогда не любил фэнтези и фантастику, а сейчас сам попал в такое и очень переживаю, что у меня недостаточно знаний. Все, на что я могу полагаться – сказки. Но там заклятие злой колдуньи снимается поцелуем, к примеру. Гордей тихо хмыкнул и прижался губами к губам, начиная неспешный, мягкий поцелуй, лаская руками волосы. Соломин тихо рассмеялся, когда хозяин леса чуть отстранился: – Я уверен, что ты прекрасно знаешь, что поцелуй не поможет, но тебе просто нравится пробовать снять проклятие именно таким способом! Гордей сжал плечо Кости дважды, подтверждая, что тот полностью прав. Соломин рассмеялся и кивнул, заверив: – Мне тоже нравится пробовать этот способ снятия проклятия, но нужно найти что-то более действенное. Мне очень жаль, что ты не можешь сказать, как это сделать. Хозяин леса погладил Костю по голове, коротко поцеловал в губы и сел рядом, перетянул к себе на колени Соломина, погладил по спине и прижался лбом к плечу, давая понять, что рядом, что рад видеть. Костя улыбнулся, гладя Гордея по голове и спине, положив подбородок на макушку, делясь теплом и давая почувствовать близость. – Я тут, я рядом, – шепнул Соломин. – Я никуда не денусь. И дело не только в том, что я не могу уйти. Дело еще в тебе. Ты мне нравишься, хоть и звучит это странно. Я тебя даже не видел ни разу. Хозяин леса поднял голову, прижался щекой к щеке. – Какой ты нежный, – шепнул Костя, найдя губами губы, мягко целуя. Соломин слышал, как закипела вода, но не стал прерывать поцелуй. Да и Гордей не спешил снимать Костю с колен, жадно целуя в ответ, забираясь под одежду ладонями, лаская обнаженную спину. – Эй, – чуть отстранился Соломин. – У нас еще целый день впереди. А я еще и не позавтракал. Думаю, ты тоже голоден. Хозяин леса кивнул и ссадил на плед Костю, отошел к костру, что-то там делая. Соломин устроился поудобнее и сообщил: – Мужчина, умеющий готовить – настоящая находка. Соломин просто ощутил запах жареного мяса и яиц. Гордей, похоже, кроме чая решил приготовить и завтрак. – Ты это мясо в этом мире добыл? Или нашел белку в моем? Хозяин леса подошел и взял ладонь Кости в свою, словно предлагая задать вопрос более внятно. – Я буду есть мясо этого мира? – спросил Соломин. Гордей сжал руку дважды. – Это чье мясо? – спросил Костя. – Кролик? Почувствовав отрицательное пожатие, Соломин продолжил расспросы, но каждый раз получал отрицательный ответ: – Белка? Ежик? Крысы? Кабан? Лиса? Волк? Я сдаюсь… Я не знаю… Птица какая-то? Нет… Это существо, что не встречается в моем мире? «Да» – ответил двумя пожатиями Гордей. Костя охнул удивленно, понимая, что теперь ему даже жалко есть неведанную зверюшку.