Двое последних из Поттеров.

Шли недели. Всякий раз, проходя по коридору третьего этажа, я прикладывали ухо к двери, за которой начиналась запретная территория, и по доносившемуся оттуда рычанию заключала, что пока все в порядке. Ребята, делали точно так же, и всегда отдавали отчëт, есть там кто-то или нет. Это подтверждал и Снейп, который неизменно пребывал в привычном для него отвратительном настроении. Сегодняшний день был ничем не примечательным. Мы с ребятами сидели в библиотеке о чëм-то разговаривая. Нас отвлëк бубнëшь Гермионы. Уже какой день Она сидит и готовится к экзабинас. Гермиона начала составлять расписание подготовки к экзаменам, заявив, что нам всем необходимо повторить всю программу, и наложила заклинание на свои записи, пометив разными цветами темы для каждого из занятий. — Гермиона, да до экзаменов еще целая вечность, — в один голос запротестовала я и Гарри с Роном. — Всего десять недель, — отрезала Гермиона. — Это совсем не вечность, а для Николаса Фламеля это вообще как одна секунда. — Но нам не по шестьсот лет, — напомнила ей я. — И зачем нам все повторять, тем более тебе, ведь ты и так все знаешь? — Уже воскликнул Рон. — Зачем повторять?! — Гермиона прямо-таки задохнулась от возмущения. — Ты что, с ума сошел? Ты понимаешь, что для того, чтобы перейти на второй курс, нам надо сдать экзамены? Это очень важно, нам нужно было начать повторять еще в прошлом месяце! И как я об этом забыла! Преподаватели, судя по всему, рассуждали также, как и Гермиона. Они буквально завалили всех домашкой, и потому пасхальные каникулы по сравнению с рождественскими оказались совсем невеселыми. Да и как можно расслабиться, когда рядом с тобой Гермиона вслух повторяет двенадцать способов применения крови дракона или отрабатывает технику движений волшебной палочки. — Никогда в жизни этого не запомню! — наконец взорвался Рон, отшвыривая перо и с тоской уставившись в окно библиотеки. Его можно было понять, в первые за несколько месяцев выдался по настоящему приятный день. Небо было ярко-голубым, как незабудка, а в воздухе плавало предчувствие лета. Гарри, искавший белый бадьян в книге «Тысяча волшебных растений и грибов», оторвал глаза от страниц, только когда Рон неожиданно громко воскликнул: — Хагрид! Что ты здесь делаешь? — От такого крика, Снежок, спавший во внутреннем кормане моей мантии, дëрнулся и испуганно пискнул, из-за чего, все уставились на меня. Хагрид, похоже, пытался скрыться от нас за полками, но понял, что его увидели, вышел оттуда и, шаркая, двинулся к нам. Он не стал подходить слишком близко, а руки держал за спиной, словно что-то прятал. Великан в шубе из кротового меха явно не вписывался в здешнюю обстановку и, похоже, сам понимал, что привлекает к себе внимание, хотя всячески старался этого избежать. И казалось, что он совершенно не рад встрече. — Я так..э-э... Посмотреть зашëл, — пробормотал Хагрид, отводя глаза. Мы с ребятами насторожились. — А вы-то тут чего? Неужто все Николаса Фламеля ищите? Вид у Хагрида тут же стал очень подозрительный. — Да мы уже давным-давно узнали, кто он такой, — важным голосом произнес Рон. — И мы знаем, что охраняет пес, — это философский... Хагрид зашипел, прикладывая палец к губам и быстро оглядываясь по сторонам. — Ты чего... чего об этом кричишь, что с тобой случилось-то? — Кстати, мы кое о чем хотели тебя спросить, — сказал Гарри. — Скажи, кто и что, кроме Пушка, охраняет камень? — Да тихо вы! — снова прошипел Хагрид.— Не надо тут об этом. Вы ко мне попозже загляните... ну.. чтобы... э-э... что-то рассказать, обещать не буду, но тут... ну... об этом вообще нельзя, школьникам такое знать не надо. А то кто-нибудь подумает, что вы от меня все узнали, да! А я-то здесь ни причем! —Тогда увидимся позже, — произнесла я, и Хагрид побрëл прочь из библиотеки. — Интересно, что он там прятал за спиной?—задумчиво спросила Гермиона. — Хочешь сказать, что это может быть связано с философским камнем? — поинтересовался Гарри — Пойду посмотрю, в какой секции он был, — произнес Рон. Он явно устал от занятий. Через пару минут он уже вернулся с тяжелой стопкой книг в руках. — Драконы! — прошептал он. — Хагрид искал что-то о драконах. Вот, смотрите: «Разновидности драконов, обитающих в Великобритании и Северной Ирландии» и «Пособие по разведению драконов: от яйца до адского чудовища». — Хагрид всегда хотел иметь дракона. Он сам мне сказал в тот день, когда мы с ним познакомились, — заметил Гарри. — Но это противозаконно,—удивилась я.—Разведение драконов было запрещено Конвенцией магов тысяча семьсот девятого года, это всем известно. Если мы будем разводить драконов, маглы узнают о нашем существовании! К тому же драконов все равно нельзя приручить, и они очень опасны. Ты бы видел ожоги, которые получил Чарли в Румынии, изучая диких драконов. — Но в Британии драконов конечно же нет? — с надеждой спросил Гарри. — Конечно есть. — Рон посмотрел на него так, словно Гарри сморозил какую-то глупость. — Обыкновенные валлийские зеленые и черные гебридские. Сказать по правде, Министерство магии кучу сил тратит на то, чтобы спрятать их от маглов. Нашим приходится накладывать заклятия на маглов, которые столкнулись с драконами, чтобы они навсегда забыли об этой встрече. — Интересно, что задумал Хагрид? — с любопытством произнесла Гермиона.

***

Через час мы подошли к хижине Хагрида и я с удивлением отметила, что занавески на окнах задернуты. Хагрид впустил нас в хижину, только убедившись, что это именно мы и тут же закрыл за дверь, как только мы зашли. Внутри стояла ужасная жара. Несмотря на то, что на улице было тепло, в камине ярко горел огонь. Хагрид приготовил чай и предложил бутерброды с мясом горностая, но мы все, не колеблясь, отказались от этой экзотической еды. — Ну так что... Вы вроде спросить чего хотели? — первым начал разговор Хагрид. —Да, — согласился Гарри, решив, что не стоит ходить вокруг да около. — Мы хотели узнать, не расскажешь ли ты нам, что охраняет философский камень... кроме Пушка. — Продолжила я мысль брата, запнувшись на имени трëхголового пса. Хагрид неодобрительно посмотрел на нас по очереди. — Не, не расскажу, — категорично произнес он. — Во-первых, я и сам не знаю. Ну, а во-вторых, вы и так уж много всего... э-э... разведали, ни к чему вам больше знать. Да я, если б знал даже, все равно б не сказал, да! А насчет камня — так он ведь здесь не просто так, его из «Гринготтса» чуть не украли... ну.. я так думаю, вы уж сами все поняли. А вот как вы про Пушка разведали — убей не пойму. — Перестань, Хагрид! Конечно, ты не хочешь нам рассказывать, но ведь ты знаешь, ты обо всем знаешь, что здесь происходит. — В голосе Гермионы была неприкрытая лесть, и борода Хагрида зашевелилась. Великан улыбался, пусть улыбка и была скрыта волосами. — Мы просто хотим знать, кто накладывал заклятия, которые должны помешать похитить камень. Нам так интересно, кому — кроме тебя, конечно — доверяет профессор Дамблдор. — Начала уже я, переглядываясь с подругой. Хагрид горделиво выпятил грудь. Гарри и Рон с уважением посмотрели на нас. — Ну... эта... думаю, не будет ничего, если я вам скажу — В голосе попавшегося на лесть Хагрида не было и оттенка сомнения. — Значит, так… Он у меня Пушка одолжил, это раз. А потом кое-кто из профессоров заклятия накладывал... Профессор Стебль, профессор Флитвик, профессор МакГонагалл, — произнося очередное имя, Хагрид загибал палец. — Профессор Квиррелл... и сам Дамблдор, конечно. А, вот еще чего забыл. Точно, про профессора Снейпа. — Снейп?! — одновременно вырвалось у всех четверых. — Вы чего, опять про это? Кончайте, ладно? – Хагрид отмахнулся от нам. — Да как вы не поймете - Снейп... ну, помогает камень охранять, зачем ему его воровать-то? Если Снейп принимал участие в охране камня, значит, он мог легко узнать, какие именно заклинания наложили другие профессора. Похоже, он уже выведал всë, что ему надо, кроме того, заклинание, которое наложил Квиррелл, и еще... — Ведь только ты знаешь, как пройти мимо Пушка, правда, Хагрид? — взволнованно спросила я. — И ты ведь никому об этом не расскажешь, верно? Даже никому из преподавателей? — Да ни одна живая душа не знает, вот как! Кроме меня- э-э... и Дамблдора, конечно, — гордо заявил Хагрид. — Что ж, хоть это хорошо, — пробормотал Гарри, обращаясь к нам. — Слушай, Хагрид, может, откроем окно? Тут у тебя задохнуться можно... — Извини, Гарри, но никак нельзя, — поспешно ответил Хагрид и покосился на горевший в камине огонь. Я, поймав его взгляд, тоже заглянула в камин. — Хагрид! Что это?! — воскликнула я. Ответ не требовался — я уже знала, что это. В самом центре пламени, прямо под висящим над огнем чайником, лежало огромное черное яйцо. — А... это... — Хагрид нервно подергал себя за бороду. — Ну... это... — Где ты его взял, Хагрид? — поинтересовался Рон, встав перед камином на колени и внимательно рассматривая яйцо. Я подошла к нему. — Ведь оно, должно быть, стоит целую кучу денег. — Да выиграл я его, — признался Хагрид. — Вчера вечером и выиграл. Пошел вниз, в деревню, посидел там... ну... выпил. А тут незнакомец какой-то, в карты ему сыграть охота. Хотя, если по правде, так он... э-э... даже рад был, что яйцо проиграл, — видать, сам не знал, куда его девать-то. — А что ты будешь делать, когда из него вылупится Дракон? — поинтересовалась Гермиона. — Ну, я тут читаю кое-что. — Хагрид вытащил из-под подушки толстенную книгу — Вот в библиотеке взял - «Разведение драконов для удовольствия и выгоды». Старовата, конечно, но там все про это есть. Яйцо в огне надо держать, вот как! Потому что драконихи на яйца огнем дышат, согревают их так. А когда он... ну… вылупится, надо ему раз в полчаса ковшик цыплячьей крови давать и... э-э... бренди еще туда доливать надо. А вон смотрите — это как яйца распознавать. Это, что у меня — это Норвежского Горбатого, редкая штука, так вот. Хагрид явно был очень доволен собой, но я его радости не разделяла. — Хагрид, ты ведь живешь в деревянном доме, — трагическим голосом произнесла я, но Хагрид меня не слушал. Он что-то напевал себе под нос, помешивая кочергой дрова в камине.

***

От третьего лица.

Теперь у Элисон и еë друзей появилась новая забота - их беспокоила судьба Хагрида, если кто-нибудь узнает, что он незаконно укрывает у себя дракона. — Я уже даже забыл, что такое спокойная жизнь, — вздохнул Рон. Вечер за вечером они просиживали над домашними заданиями, которые становились все больше и больше. А Гермиона сначала составила программу повторения пройденного для себя и Элис, а теперь готовила такую же для парней. Гарри и Рона это сводило с ума. Как-то за завтраком Букля принесла Гарри записку от Хагрида. В записке было всего два слова: «Он вылупляется». Рон предложил прогулять травологию и после завтрака тут же отправиться прямиком к Хагриду. Но Гермиона и слышать об этом не хотела. — Да послушай, Гермиона, мы, может, больше никогда в жизни такого не увидим, — укорила еë Лис. — Нам нельзя пропускать занятия, у нас могут быть проблемы, а когда кто-нибудь узнает про Хагрида, вообще такое начнется... И если мы еще там рядом окажемся, тогда все... — Заткнитесь, — прошептал Гарри. Малфой, проходивший мимо в паре метров от них, вдруг застыл и прислушался. Теперь можно было только гадать, услышал он что-то или нет — и если да, то как много. Но выражение лица Малфоя Элисон очень не понравилось. Рон и Гермиона спорили всю дорогу до травологии, и в конце концов Гермиона согласилась сбегать к Хагриду после урока. Когда наконец из замка донесся звонок, они побросали совки и лопатки, которыми ковырялись в земле, выскочили из оранжереи и поспешно бросились к опушке леса. Открывший им Хагрид был весь красный от волнения. — Он почти вылез! — прошептал Хагрид, заталкивая их внутрь. Яйцо, с глубокими трещинами, лежало на столе. Внутри что-то двигалось, стуча по скорлупе. Они придвинули стулья к столу и сели затаив дыхание. Внезапно раздался треск, яйцо развалилось пополам и на стол выпал маленький дракончик. Его нельзя было назвать симпатичным. Элис подумала, что он напоминает скомканный чëрный зонтик. Он был ужасно тощий, топорщащиеся на спине крылья казались непомерно большими для такого тела. Морда у дракончика была длинная, с широкими ноздрями, пробивающимися бугорками рогов и выпученными оранжевыми глазами. Дракончик чихнул, из ноздрей вылетело несколько искр. — Ну разве не красавчик? — проворковал Хагрид. Он вытянул руку, чтобы погладить своего любимца по голове. Дракончик молниеносно раскрыл пасть и лязгнул острыми клыками, пытаясь ухватить Хагрида за палец. — Вот умный малыш! Сразу узнал свою мамочку! — восхитился Хагрид — Хагрид, а как быстро растут Норвежские Горбатые драконы? — озадаченно поинтересовалась Гермиона. Хагрид открыл было рот, чтобы ответить, но внезапно побледнел и, вскочив на ноги, метнулся к окну. — Что случилось? — крикнула Лис, хотя уже знала ответ. — Кто-то в окно заглядывал, а я, как назло, занавески неплотно задвинул, — сокрушëнно выговорил Хагрид. — Мальчишка какой-то... вон, убегает. Элис подскочил к двери и распахнула еë. Даже на расстоянии она легко узнала убегавшего. Элисон тяжело вздохнула. Теперь о существовании дракона знали не только они четверо, но и Малфой.

***

Всю следующую неделю Малфой, завидев Элисон, Гарри, Рона и Гермиону неприятно улыбался, и его улыбка их нервировала. Большую часть свободного времени, они проводили в полумраке хижины Хагрида, пытаясь урезонить великана. — Отпусти его, — настаивал Гарри. — Выпусти его на волю. — Не могу. — Хагрид покачал головой. — Он же маленький совсем. Он умрет один. Они посмотрели на дракончика. За неделю он стал раза в три длиннее. Из его ноздрей беспрестанно вырывались клубы дыма. Однако Хагрид, кажется, этого не замечал. Судя по всему он вообще забыл обо всëм, в том числе и об обязанностях лесника, и если и выходил из хижины, то только за продовольствием для своего подопечного. По полу хижины, заваленному птичьими перьями, перекатывались пустые бутылки из-под бренди. —Я ему имя придумал - Норберт. — Хагрид смотрел на дракона влюбленными глазами. — Он меня уже знает... смотрите вот. Норберт! Норберт! Где твоя мамочка? — Он рехнулся, — прошептала Элисон, наклонившись к Гарри и Рону. — Хагрид, — громко позвал Гарри. — Еще две недели, и Норберт не будет помещаться в твоей хижине. А к тому же, возможно, у нас нет в запасе и двух дней! Малфой в любой момент может донести на тебя Дамблдору! Хагрид закусил губу — Я... Я ж понимаю, что навсегда его здесь оставить не могу, но и бросить его не могу... нельзя так. Лис вдруг резко повернулась к Рону. — Чарли! — воскликнула она. — Ну вот, теперь и ты рехнулась, — спокойно отреагировал тот. — Меня зовут Рон, ты забыла? Уже всех своих братьев друг от друга отличить не можешь? — Да нет, я про Чарли, нашего.. то есть твоего старшего брата. Мы можем отправить Норберта к нему. Ведь Чарли сможет о нем позаботиться, он ведь изучает драконов в Румынии, а когда Норберт вырастет, он отпустит его на волю! — Гениально! — завопил Рон. — Как тебе идея, Хагрид? Идея Хагриду не понравилась, но после долгих уговоров и убеждений великан согласился послать Чарли сову. Видимо, в глубине души надеясь, что ответ придет не скоро, а может, и не придет вообще.

***

Следующая неделя тянулась необычайно медленно. В среду, когда все ушли спать, Гарри, Элисон и Гермиона все ещë сидели в Общей гостиной, дожидаясь Рона. На часах было уже двенадцать, когда они услышали какой-то шорох. Через мгновение из ниоткуда появился Рон, сбросивший с себя мантию-невидимку. Он был у Хагрида, помогая тому кормить Норберта, который теперь десятками поедал дохлых крыс. — Он меня укусил! — Рон вытянул руку, обмотанную окровавленным носовым платком. — Я теперь, наверное, несколько дней даже перо не смогу держать. Если честно, более жуткого зверя, чем дракон, я в жизни не видел, а Хагрид с ним возится так, словно это маленький пушистый кролик. Вы представьте только: Норберт меня укусил, а Хагрид мне ещë выговаривать начал за то, что я его малютку испугал. А когда я уходил, он ему колыбельную пел. В темное окно внезапно постучали. — Это Букля! — воскликнул Гарри, кидаясь к окну, чтобы впустить сову — Она принесла ответ. Гарри, Рон, Лис и Гермиона положили письмо на стол и склонились над ним. Дорогие мои Рон и Элисон! Как у вас дела? Спасибо за письмо. Я буду счастлив, взять Норвежского Горбатого дракона. Но доставить его сюда будет непросто. Я думаю, лучше всего будет переслать его с моими друзьями, которые прилетят навестить меня на следующей неделе. Проблема в том, что никто не должен видеть, как они перевозят дракона, — ведь это незаконно. Будет идеально, если вы сможете привести дракона на самую высокую башню замка Хогвартс в субботу в полночь. Тогда они успеют добраться до Румынии до наступления утра. Пришлите мне ответ, как можно быстрее. С любовью, Чарли. Ребята задумчиво посмотрели друг на друга. — У нас есть наша с Элис мантия-невидимка, — медленно произнес Гарри, правильно истолковав сомнения Друзей. — Думаю, она вполне сможет спрятать нас с Роном и Норберта — так что все получится. Гарри произнес это так спокойно просто для того, чтобы успокоить друзей, на самом деле у его плана имелись серьезные изъяны. Хотя бы потому, что Норберт мог запросто прожечь мантию. Да и заткнуть ему пасть, чтобы он не издал ни звука, было нереально. Но к его облегчению, все согласно кивали. И это свидетельствовало о том, насколько трудной и изматывающей была для них вся последняя неделя. Потому что теперь, они были готовы на самый безумный вариант, лишь бы избавиться от Норберта. И от Малфоя.

***

И тут произошло то, чего никто не ожидал. Наутро укушенная рука Рона раздулась, вдвое увеличившись в размерах. Рон никак не мог решить, не будет ли слишком рискованным поход к мадам Помфри: ведь она, наверное, могла сразу определить, что это укус дракона. Однако спустя несколько часов выбора у Рона уже не было. Рука позеленела. Похоже, что клыки Норберта были ядовитыми. Гарри, Лис и Гермиона, примчавшиеся в больничное крыло в конце дня, застали Рона в ужасном состоянии. — Это не только из-за руки, — прошептал Рон. — Хотя ощущение такое, что она вот-вот отвалится. Тут ко мне зашел Малфой - сказал мадам Помфри, что пришел забрать книгу, которую мне дал, а на самом деле, чтобы надо мной поиздеваться. Он угрожал, что расскажет мадам Помфри, кто укусил меня на самом деле. Я-то ей сказал, что это собака, но не знаю, поверила ли она. Не надо было мне его бить тогда на матче — он ведь именно за это нам теперь мстит. Ребята попытались успокоить Рона. — В субботу в полночь все закончится, — напомнила ему Гермиона, но почему-то Рона это совсем не обрадовало. Более того, он вдруг вскочил на кровати, и лицо его покрылось потом. — В субботу в полночь! — щипло повторил он. — Я только сейчас вспомнил: Малфой забрал у меня книгу, чтобы мадам Помфри ему поверила, что он приходил именно за ней. А в этой книге лежало письмо от Чарли! Так что теперь он все знает... Элисон, Гарри и Гермиона даже не успели ничего сказать по этому поводу. В палату вошла мадам Помфри и выпроводила их, заявив, что Рону необходимо поспать.

***

— Менять планы уже поздно, — заявил Гарри, когда они вышли из палаты. — Мы не успеем послать Чарли еще одну сову, а другого шанса избавиться от Норберта может и не представиться. Нам придется рискнуть. А к тому же у нас есть мантия-невидимка, и вот о ней Малфой ничего не знает. Когда они пришли к хижине Хагрида, чтобы рассказать тому о случившемся, у дверей хижины с грустным видом сидел Клык — его хвост был замотан тряпками. А Хагрид даже не впустил их внутрь, а разговаривал с ними, высунувшись в окно. — Не пущу я вас... Норберт тут расшалился, — объяснил он. — Но ничего такого... уж я-то с ним справлюсь. Когда они закончили свой рассказ, глаза Хагрида наполнились слезами, хотя, возможно, дело было в том, что именно в этот момент Норберт ухватил его за ногу. — А-а-а! — вдруг взревел Хагрид, но тут же выдавил из себя кривую улыбку. Судя по всему, он не хотел, чтобы Элис, Гарри и Гермиона забеспокоились еще больше. — Ничего страшного... куснул меня за сапог, просто, он же ребенок всего-навсего. Ребенок ударил хвостом в стену, и хижина заходила ходуном. Ребята в троëм пошли обратно к замку, думая про себя, что дождаться субботы будет нелегко.

***

Когда пришел момент прощания с Норбертом, Гарри Элис и Гермиона наверняка посочувствовали бы Хагриду, если бы так не беспокоились за успех операции. Правда, ночь была темной и облачной, но они уже немного опаздывали, потому что Гаррии Элис пришлось задержаться в замке. Да, заместо Рона добровольцем вызвалась Лис, а Гермиона осталась в общей гостиной у камина, дажидаться ребят и следить за хорьком - Снежном. А задержались они из-за Пивза, увлеченно игравшего в теннис с самим собой в холле первого этажа и заставившего их ждать до тех пор, пока игра ему не наскучила. Хагрид уже упаковал Норберта в огромный деревянный ящик. — Я там ему кучу крыс запихнул и бренди тоже приготовил, чтоб не проголодался по пути, — произнес Хагрид приглушенным голосом. — Я ему еще туда плюшевого мишку положил, чтоб он по дороге не скучал. Из ящика доносились странные звуки: Лис показалось, что как раз в этот момент плюшевому мишке отрывали голову. — Прощай, Норберт! — срывающимся голосом выдавил из себя Хагрид. — Мамочка никогда тебя не забудет! Гарри и Элис встали по обе стороны ящика и набросили на себя мантию. Позже, они бы и сами не смогли объяснить, как им удалось доволочь ящик до замка. Была уже почти полночь, когда они втащили ящик на первый этаж, и, немного передохнув, снова подхватили его и двинулись по темным коридорам. Каким-то чудом им удалось подняться сначала по одной лестнице, потом по другой. Даже тот факт, что Гарри и Элисон уже хорошо изучили замок и знали кратчайший путь к цели, не облегчал их ношу. — Почти пришли! — тяжело выдохнул Гарри, утирая пот, когда они оказались в коридоре под самой высокой башней. Они уже снова подхватили ящик, настроившись на последнее усилие, когда в коридоре раздался какой-то шум Забыв, что они невидимы, они резко отступили в тень, вглядываясь в темные очертания двух борющихся друг с другом людей. И вдруг зажглась лампа Профессор МакГонагалл в ночной рубашке из клетчатой шотландки и с сеточкой для волос на голове крепко держала за ухо вырывающегося Малфоя. — Вас ждет дисциплинарное наказание! — вскричала она, увидев, кто перед ней. — И двадцать штрафных очков! Как вы посмели ходить по школе посреди ночи?! — Вы не понимаете, профессор! — визжал Малфой. — Гарри Поттер — он скоро будут здесь! С драконом! — Что за чушь! — возмутилась профессор МакГонагалл. — Как вы смеете мне лгать?! Идемте, Малфой, а утром я поговорю о вас с профессором Снейпом! После того, что случилось, почти отвесная винтовая лестница, ведшая на башню, показалась им чем-то просто несерьезным. И уже через несколько минут они оказались на свежем воздухе и, сбросив с себя мантию перевелили дух. Лис вдруг начала приплясывать. — Малфоя ждет наказание! — радостно выкрикнула она. — Я так счастлива, что даже петь хочется! — Не надо, — посоветовал Гарри, хотя настроение у него тоже было просто прекрасное. Наверное, они странно смотрелись со стороны: уставшие, мокрые, улыбающиеся своим мыслям. Стоявший между ними ящик, наверное, тоже смотрелся странно — особенно если учесть, что он сильно покачивался из стороны в сторону. Возможно, Норберту тоже стало весело. Десять минут спустя из темноты спланировали четыре метлы. Друзья Чарли оказались веселыми людьми и к транспортировке Норберта отнеслись, как к забавному приключению. Тем более что они уже все продумали и захватили с собой специально изготовленное для этого случая крепление. Когда еще минут через десять метлы поднялись в воздух, между ними висел большой деревянный ящик Гарри и Элисон проводили его глазами, а когда он пропал из виду, пошли вниз по винтовой лестнице. На душе у них было легко. Норберт улетел, Малфой им больше не угрожал и разве могло что-нибудь омрачить их радость? Ответ поджидал их у подножия лестницы. Как только они спустились по ней, из мрака вынырнуло лицо Филча. — Так-так-так, — прошептал он. — Кажется, у нас серьезные проблемы. — Сказала Лис Гарри и только сейчас поняла, что мантия-невидимка осталась на крыше.