Маловероятно

Нину разбудил громкий стук. Ей даже знать не хотелось, что это такое и кто был причиной страшного звука. А благодаря её муженьку причин было более, чем достаточно. Их старший сын появился на свет целых восемь лет назад, и для расстройства родителей не давал даже малейшего повода. Руслан хорошо спал в младенчестве, рано научился ходить, сказал первое слово примерно в год, а к трём уже прекрасно разговаривал. От Матиаса он унаследовал светлые волосы и редкостное терпение, а поэтому спокойно делился игрушками с младшими, не злился, когда кто-то из братьев случайно ломал его замки из конструктора, и даже разрешал им трогать свою приставку. Правда, у Руслана не было ни способностей к языкам, ни незаурядной памяти, и в учёбе он звёзд с неба не хватал, но за старания получал твёрдую четвёрку. Матиас порой винил себя: может, они где-то недоработали? Не дали их первенцу достаточно, чтобы он дотягивал до идеала? Как ему жить с тем, что у него почти не получается учиться на высшие баллы? А Нина считала: прекрасно будет жить, и прекрасным человеком вырастет. Руслан интересовался окружающим миром, а ещё говорил, что хочет стать врачом. Может, как раз им и станет. Если Руслан унаследовал характер Матиаса и зелёные глаза Нины, то его средний брат Артур не взял, кажется, ничего от отца. Внешне он походил на мать, сидеть на одном месте не любил, постоянно то разбивал что-нибудь, то падал и разбивал колени, то случайно ломал поделки старшего брата. Артур был кармой для всей семьи Хельваров. Для бюджета семьи точно. Три пары кроссовок на сезон, бесконечно рвущиеся штаны, а ещё драки, конфликты с воспитателями… Копия матери. Только вот маленькая Зеник любила хозяйничать, играла в кухню, в гостиницу и иногда в детский дом. Артур любил играть в зомби-апокалипсис. Креативно, но разрушительно. Где-то в доме снова что-то стукнуло, и Нина всё же заставила себя встать. В коридоре ей не встретился ни один ребёнок. Это было подозрительно, но в целом логично: Руслан предположительно отсыпается после учебной недели, Арина ещё вовсе не умеет ходить… Может, повезёт, и это кошка решила утащить что-нибудь со стола? Не повезло. Даниэль отчего-то решил, что разбить стеклянную дверцу серванта — хорошая идея. И его игрушечный пластмассовый молоток активно ему в этом помогал. — Нельзя, — строго произнесла Нина, подхватывая сына на руки и относя его подальше от серванта. — Так делать плохо. В семье Хельваров существовало правило: не повышать голос на детей и при детях. Только вот это правило стало не совсем действительным после рождения Артура. Нина всё ещё не кричала, старалась донести всё с помощью интонации, но порой невольно срывалась. Не могла она быть идеальной матерью. Старалась, но не могла. Даниэль недовольно надул губы, но плакать не стал. Он в принципе редко плакал, просто находил себе другое занятие. Нина с уверенностью могла сказать: по поведению ребёнка в младенчестве и раннем детстве можно определить, каким он будет дальше. Во всяком случае, это работало со старшими детьми. Малышка Арина, или просто Риночка, как её называл Матиас, в основном спокойно дремала, но так же спокойно закатывала истерику, если ей хотелось. Плакать у неё получалось громко и требовательно. Так, что старшие пугались. — Доброе утро, — на кухню заглянул сонный Матиас. — Мои вафельки уже проснулись? — Пока что частично, — прошептала в ответ Нина, удерживающая младшего сына на руках. Это было несколько проблематично: он принялся возиться и вертеться, и мать предпочла отдать неугомонного ребёнка отцу. — Я ещё не успела ничего приготовить. — Тогда подожди, — мужчина кивнул и несколько раз моргнул, словно пытаясь стряхнуть остатки сна. — Даниэль, пойдём смотреть мультики? — Давай, — согласился мальчишка, широко улыбаясь и обнимая отца за шею. — Папа, пойдём. Говорил Даниэль к своим неполным трём годам превосходно. Лучше, чем его старшие братья, уж точно. Нина, конечно, не сравнивала сыновей вслух, но про себя отмечала их различия. Чего ж они получаются такие непохожие, интересно? Проверять дальше они не будут. Арину на ноги поставят, а за пятым ребёнком не пойдут. Специально так точно. Пока Матиас занимался Даниэлем, Нина спешно вытащила из холодильника упаковку яиц и молоко. Надо сделать тесто для вафель. Тесто одно, а печь придётся с учётом предпочтений каждого. Послаще и с вишнëвым вареньем — для неё самой, сырные — для Матиаса и Руслана, со сгущёнкой — для Артура, и самые простые, без добавок — для Даниэля. Скажи ей кто, что когда-нибудь она запомнит, кому какие вафли надо готовить, не поверила бы... Она разбила в миску первое яйцо и чуть вздрогнула, когда на её талии устроились широкие тёплые ладони. — Хочу готовить с тобой, — шепнул Матиас, утыкаясь носом жене в макушку. — Это идеально. — Что идеально? Тереть сыр? — со смешком поинтересовалась Нина, вовсе не ожидавшая серьёзного ответа. — Нет, не совсем. Наша с тобой жизнь. Ты, дети, эта уютная квартира... Наш дом. Я всегда об этом мечтал, — Хельвар редко говорил на подобные темы. Слова и не требовались, всё читалось по его поступкам. — Давай готовить, моя маленькая красная птичка. Скоро все проснутся. Нина не нашла слов и лишь кивнула. Да, готовить действительно надо. Но пока дети спят или чем-нибудь заняты, они с Матиасом могут разделить это утро только на двоих.

***

— Яра, просыпайся, — Николай легонько потрепал дочь по худенькому плечу. — Нам пора в садик. Обычно по утрам Яру собирала Зоя. Собирала ей волосы, как нужно, одевала, а Николай только кормил дочь завтраком. Так сложилось, и всех Ланцовых-Назяленских это устраивало. Только вот ближайшие три дня Зои дома не будет. Она вместе со своими родителями (никак иначе Лилиану с Юрисом в семье не называли) уехала в Балакирев, причём это была идея самого Николая. "Развейся, отдохни, ты такая уставшая в последнее время, да-да, мы точно сами разберёмся". Вообще-то, они прекрасно разбирались. Только вот Яра вовсе не собиралась вставать. — Не хочу в садик, — сонно и очень невнятно выдала девочка, отворачиваясь и заползая под одеяло с головой. — Не пойдём. Всё. Мужчина был готов поклясться: такого решительного тона он ещё никогда не слышал. — Но нам нужно вставать, — только вот в ответ на его довод послышалось ещё более уверенное «нет». И вот как спорить? Так убедительно звучит… — Ладно, не пойдём в садик. Будем весь день делать уборку. Твои друзья тогда без тебя доиграют в покорение моря. Очередная игра с сюжетом. Николай бы и сам с удовольствием присоединился, да хоть в роли корабля, но его, к большому сожалению, пока что не пригласили. Дети многое упускали. Главного моряка и не позвать… — Нет, — повторила Яра, всё же открывая один глаз. — Я им не разрешала. Властная, как мать. И хитрая, как отец. И, разумеется, очаровательная. Как с такой юной леди можно спорить? У него самого получалось весьма сомнительно, а поэтому Николай предпочёл удалиться на кухню и заняться завтраком. Но тут его ждал первый неприятный сюрприз: хлеб для тостов закончился, йогурты тоже, а приготовлением еды заранее никто не озадачился. Вторым неприятным сюрпризом оказался тот факт, что дочери потребовалось совсем немного времени, чтобы проснуться окончательно. Минута-другая — и маленькая проныра в пижаме с котиками и феерическим золотым гнездом на голове (как это теперь распутывать?) прибежала на кухню, вполне себе бодрая и весёлая. — Папа, доброе утро, — заявила она так энергично, словно и не уползала под одеяло совсем недавно. — А что мы будем кушать? — Мороженое, — сразу же нашёлся Николай. Ничего не случится, если один раз у ребёнка вместо полноценного завтрака будет порция пломбира. — Беги умывайся и мой руки. Он как раз за это время чуть подогреет мороженое в микроволновке, чтобы у ребёнка потом горло не разболелось. И подумает, как именно действовать дальше. Мороженое Яра поела с удовольствием. И с ещё большим удовольствием побежала выбирать одежду в детский сад. Вариантов было чересчур много, и порой Николай даже думал, что они переборщили. Но... Разве можно удержаться и не купить своей маленькой доченьке очередное пышное платьице? А бантик? А футболку с милыми котиками? А туфельки под каждое платье? К тому же, ребёнку нужно прививать чувство стиля... — Папа, я решила, — девочка указала пальчиком на своё любимое бирюзовое платье, довольно повседневное, тёплое и похожее на те платья, что висели в гардеробе Зои. — И надо ленту в волосы. Ты же понял, какую? Лент у Яры было много. А вот времени, чтобы собраться и не опоздать, становилось всё меньше. Николай с горем пополам сумел вплести бирюзовую ленту дочери в косу. Он, конечно, умел делать несколько несложных причёсок, но сегодня то ли пальцы не слушались, то ли малышка слишком сильно вертелась. Вот и почему нельзя посидеть спокойно? Вся в отца, определённо. И, разумеется, они опаздывали. Но быстро ехать, когда в машине ребёнок, Николай не любил. Поэтому просто включил радио и то и дело вместе с Ярой затягивал песню. — Папа, тебе мама звонит, — девочка потянулась к отцовскому телефону, на котором до этого собирала бонусы в мини-играх от разных банков, и взяла трубку. И заодно поставила на громкую связь. — Мама, привет! — Привет, привет. У вас там всё хорошо? — первым делом уточнила Зоя. Николай не очень хорошо слышал, но ему показалось, что голос жены звучал довольно. — Не опоздаете? — Королевы не опаздывают, а задерживаются, — поправила Яра. — Принцессы тоже. — Тебе что привезти, принцесса? — со смешком поинтересовалась женщина. — И где папа? — Папа везёт нас в садик. А привезти... Игрушечку, — какую именно, Яра уточнять не стала. Какую-нибудь хорошую, очевидно. — И браслетик. Как у бабушки, фиолетовый. Или как у тебя, синий. — А бирюзовый? — Балакирëв славился своими украшениями из натуральных камней. В прошлую свою поездку туда Лилиана купила себе несколько украшений с аметистом, а для Зои привезла браслет из авантюрина. Яра тогда была слишком маленькой, чтобы носить аксессуары. — Я нашла тебе очень красивый. — Да, давай-давай! — девочка чуть не подпрыгнула и заулыбалась. Бирюзовый был её любимым цветом. — А ещё надо привезти шоколадочку. Можно две или три. Но лучше пять. "Шоколадочками" называлось практически всё вкусное в их доме. Просто Яра ещё в свои два распробовала шоколадные конфеты, и, видимо, руководствуясь принципом "шоколад вкусный, значит, всё вкусное — шоколад", начала называть всё одним словом. Удобно, особенно если много разных слов ты пока не выговариваешь. А если уже выговариваешь... Ну что, изверги родители что ли? Ребёнка переучивать, если в семье такой вариант прижился. — Хорошо, хорошо. Тогда я потом папе позвоню, спрошу, что привезти ему, — пообещала Зоя. — Вам привет от бабушки с дедушкой. Не опаздывайте, а я пойду ещё посплю. И, несмотря на то, что Николай в данный конкретный момент завидовал, он бы ни на что не променял их с дочерью утро. Совсем скоро Яра вырастет, её не придётся заплетать, и она уже не будет делиться всеми своими мыслями и рассуждениями, перестанет так нуждаться в родителях... Но пока этого всего ещё не случилось. У Николая всё ещё была маленькая златокудрая девочка, которую можно баловать и приходится отвозить до детского сада. Сейчас эта девочка разглядывала проезжающие мимо машины, а её отец думал, что ему невероятно повезло и с ней, и тем более с её матерью.