Часть 3. Немного об объятиях
12 марта 2023 г., 12:54
1.10.18
Незаметно для всех прошел первый месяц учебы. Можно сказать, что мимо. И напоследок не забыл так нагло подмигнуть и как бы усмехнуться прямо в лицо: «Смотрите-ка, уже очередной год подряд вы тратите меня впустую». Но все же всегда находилось исключение из правил.***
– Шаст, смотри, – пасмурным сентябрьским днем мы собрались на одной из очередных посиделок в квартире Никиты, – батя летал в Бразилию, привез новую футболку. Карпов старший являлся заядлым футбольным болельщиком, но к его сожалению, сын не унаследовал эту черту. Как бы Некит ни хотел вникнуть в футбол, ему с трудом удавалось понять ажиотаж отца и его друзей вокруг данного движения. Но на то, чтобы кичиться перед одноклассниками очередным атрибутом, привезенным родителями из другой страны, силы у него были всегда. – О, Рикарду Карвалью, – Шастун стал единственным в нашей компании, кто искренне восхищался подобного рода сувенирам, – только он за Португалию играл. Ты уверен, что отец был в Бразилии? – А, ну или из Португалии, – пожав широкими плечами, ответил юноша, – я хуй знает. Батя в командировке несколько стран посетил. – Понятно, не ценитель ты, – коротко усмехнулся Антон. – Вот мне бы дома такую коллекцию футболок, как у тебя. – Ну висели бы они у тебя на стене, – пробурчал Толик, потянувшись к куску пиццы с пеперони, – и что дальше? – А дальше созерцание, – отложив рассмотренную вдоль и поперек вещь, Шаст поправил волосы, слегка завившиеся от влажности. – Мы будем играть в правду или действие? – скучающим тоном произнесла Люся, подпирая рукой подбородок. – Да, давайте, – я мгновенно поддержала идею подруги, лишь бы закончить разговор о футболе, против которого я ничего не имела, но больно уж утомительно стало всем в комнате (кроме, разве что, одного человека). Антон вообще порой поражал меня своей любознательностью и каким-то наивным детским любопытством. Что бы мы ему ни рассказывали, он с неподдельным интересом внимал каждому слову. Будь то унылая история Толи об умерщвлении их старого кота, то увлекательные рассказы Карпа о летних приключениях в Мадриде. Меня же Шастунец сам постоянно о чем-то спрашивал на уроках и чаще всего об абсолютно рандомных вещах, которые только могли прийти в его светлую голову. – Только давайте без дурацких действий, – осушив стакан с колой, промолвил Толик, – тебя касается, Карп. – А мне и самому больше не хочется получать пиздюлей от предков, – с дерзостью в голосе сказал Никита. Примостившись на теплый ковер в гостиной, парень потряс перед нами бутылкой из-под газировки. Каждому из нас правила игры были ясны, как небо в безоблачный день, поэтому уже через секунду мы сидели в кругу. Интересно, пять одиннадцатиклассников, собиравшихся заниматься чем-то, сидя в кругу, и на полу, выглядят странно? Начерченной пентаграммы только не хватает для того, чтобы фантазия пустилась в пляс. – На правах того, кто предложил играть, я кручу первой, – заявила Люда, взмахнув своими золотистыми кудряшками. – На правах хозяина квартиры, я буду первым, – Карп с легкостью отобрал у девушки бутылку. – Как дети малые, – с толикой осуждения посмотрел на них Толя, но не смог сдержать непроизвольную улыбку. Вложив всю свою рвущуюся наружу мощь, Никита раскрутил предмет, который чуть не отлетел мне в колено. – Ты пыл-то свой поумерь, – благодаря быстрым рефлексам я успела отодвинуться в сторону, – я так понимаю, бутылка выбрала меня. – Сорян, – Карпов посмотрел на меня с извиняющейся улыбкой, – правда или действие? – Задавай вопрос, мне лень делать что-либо, – это стало абсолютной правдой, когда я ощутила под собой невероятную мягкость коврового покрытия. – Прости, конечно, за вопрос в лоб. Я все-таки не Люся, чтобы такие задавать, – девушка тут же слабо толкнула Никиту в бок, – но мне просто интересно. Если бы был шанс, ты стала бы возобновлять отношения со Славой? Ну да, вы же с ним, насколько я знаю, еще поддерживаете общение. Так что, лично тебе ли так интересно, Карп? Или для кое-кого спрашиваешь? – Нет, не стала бы, – ответ пришел ко мне молниеносно, ведь я не раз думала на эту тему, – я поняла, что мы с ним слишком разные. Поэтому мне повезло, что все сложилось таким образом, а не иначе. Более драматично вышло, если бы я осознала нашу несовместимость, стоя у алтаря с букетом белоснежных цветов. Белоснежных, как чистый лист, с которого я бы начала свою жизнь. Или в этом учебном году я действительно ее начала? – Здравые мысли, – нежно улыбнувшись, Антон невесомо похлопал меня по коленке. Юноша почти ничего не знал о моей ситуации с бывшим, поскольку тема личной жизни, на мое удивление, была единственным табу для Шастуна. Насколько он любил обсуждать литературные произведения, настолько же и страшился вопросов по типу: «А что там у тебя на личном фронте?» Не спрашивал об этом у других и сам избегал прямых ответов, хотя по своей природе являлся очень открытым человеком. – Вот и правильно, пошел он нахер, – уверенно высказался Никита и подмигнул, глядя мне в глаза. – Ты, Светик, у нас умница, никогда не пропадешь. Услышав его реплику, я непроизвольно закатила глаза, но глубоко внутри у меня нарастало приятное и согревающее чувство. Еще с детства Карпов отличался умением поддержать товарищей успокаивающими словами или спасительными объятиями. На меня безотказно действовало все вместе. – Все, моя очередь, – только со второго раза у меня получилось прокрутить бутылку, указавшую на Люду. – Выбирай. – Давай действие, – девушка радовалась игре подстать ребенку, познающему миру. – А разомни плечи Толику, – с хитрым прищуром я глянула на перманентно напряженного парня, – мож, он хоть немного расслабится. – Ха-Ха, – недовольно произнес юноша, – прекрасное действие. – Ты еще и жалуешься? – поперхнувшись куском пиццы, высказался Шаст. – Или ты бы предпочел на моем месте Леночку? – Люда массажировала плечи Толи явно без особого энтузиазма и старания, ибо парень продолжал сидеть с хмурой миной. – Прошу, даже не напоминай, – раздраженно протянул тот в ответ. – Они про девушку с параллельного класса, которая где-то третий год подряд динамит его, – шепнула я сидящему рядом Антону, вдруг решив посвятить его в тему. – Надеюсь, он не будет дарить ей гранатовый браслет, – тихо усмехнулся Шастун и обратился к неумелой массажистке, – ну все, Люд, видишь, у Мельника еще больше мимических морщин на лбу из-за твоего массажа появилось. Крути лучше. – А потому что к этому делу надо с любовью подходить, а к Толе я испытываю только дружеские чувства, – спокойно проговорила Люся и заботливо приобняла товарища в знак подтверждения собственных слов. Еще один человечек, считающий объятия лекарством от любого недуга для любого друга. Хах! – Антон, правда или действие? – чуть ли не пискнув от необъяснимого восторга, спросила Люда, когда бутылка указала на высокого парня. – Э, ну давай правду, – судя по сосредоточенному выражению лица Антона, он уже был готов к каверзному вопросу от излишне любопытной девушки. Эх, неопытный ты еще, Шастунец. Такую свободу выбора сейчас ей предоставил. Надо было действие выбирать. – Ты влюблен? Ну или хотя бы нравится кто-нибудь? – искрящимися глазами Люда считывала реакцию парня на ее, естественно, самый гениальный вопрос всех времен и народов, только ради которого и нужно было придумать игру «Правда или действие». – Да... – Антон испустил едва слышный вздох, а на его лице проступила утомленная ухмылка. – Да, есть один человек, в которого я влюблен. – Ух ты, а вы встречаетесь? – Люда кинулась расспрашивать парня, будто заметила зеленый сигнал на светофоре. – А мы знаем этого человека? – Эй, один вопрос и один ответ, – на каком-то интуитивном уровне я ощутила острую необходимость защитить Шастуна от дальнейшего обсуждения его личной жизни. – На первый вопрос он уже ответил. Теперь ты крути, Антон. Я протянула ему бутылочку, но юноша не взял ее, а только обернулся на меня с самой милой улыбкой на свете. Во взгляде его зеленых глаз читалась смиренная благодарность. В тот миг мне показалось, что еще никто, кроме него одного, не глядел на меня так искренне и честно. Передо мной предстала не выявленная ранее сторона парня. Такая ранимая и трогательная. Весьма неожиданно для самой себя я почувствовала неприятное щипание в носу. Это еще что такое?! Не хватало расплакаться при всех. Подумаешь, Шастун посмотрел на меня как беззащитный котенок, которого подобрали с сырого асфальта, принесли домой, пригрели, покормили и спать уложили на мягкую постель. Ну что в этом сравнении слезливого? – Ничего страшного, Свет, – по-прежнему улыбаясь, наконец изрек Антон, – я спокойно могу сказать, что мы не встречаемся. Там все слишком запутанно и сложно. И нет, вы этого человека не знаете. Но, вероятно, могли случайно увидеть когда-то на улице. – И чего ты на меня налетела? – возмущенно проронила Люся, сердито смотря мне в глаза. – Сам Антон более сдержанно отреагировал, чем ты. – Просто мы со Светой как-то затрагивали эту тему, – вклинился Шастун до того, как я уже собралась колко ответить подруге, – поэтому она знает, что меня такие разговоры совсем не прельщают. Антош, а что это значит? Если не лукавить, то такого вообще-то не было. Мы всегда избегали обсуждения наших с тобой личных жизней, и именно поэтому я поняла, что тебя не прельщают подобные разговоры. А не потому, что ты сам об этом сказал. – Ну что, Люда, все, что хотела узнать, узнала? – в разговор ворвался хрустящий чипсами Никита, увлекшийся скорее едой, чем игрой. – Ладно, Антош, я тебя поняла, – учтиво произнесла смущенная Люся, – если ты сам не захочешь, я не буду возвращаться к таким вопросам. – Спасибо. И вам всем вообще-то спасибо, – теребя кольца на длинных пальцах, заговорил Шаст. – Переходя в вашу школу, я, честно сказать, не надеялся так сразу влиться в давно сплотившуюся компанию. А вы так радушно приняли меня, как будто я стал недостающим винтиком для вашего механизма... Это лето... Да и весь прошлый год оказались очень эмоциональными и энергозатратными для меня, поэтому к сентябрю запас моих моральных сил исчерпался. Я думал, что смогу обрести хотя бы минимальное душевное спокойствие только к маю следующего года. Но вы все стали настоящей находкой для меня! Проведя с вами один месяц, я уже стал ощущать себя полным стремлений. Но, чтобы не быть пустозвоном, могу заявить, что еще не все чувства заблагоухали в моей душе. Зато мощный старт для этого уже дан. Вы офигенные! Нет слов, одни эмоции. Вау... По окончании душещипательного спича Антона я первая же кинулась к нему с трепетными объятиями. Остальные ребята дружно поддержали мой порыв, и вот мы уже вчетвером повисли на смутившемся юноше. В тот момент, заполненный счастьем до самых краев, каждый из нас, быть может, пришел к одно и тому же выводу. Мы обнимаем других, чтобы обняли нас самих.***
Так и выяснилось, что для кое-кого минувший месяц оказался вполне себе продуктивным. Да и я была бы не права, если бы с пеной у рта утверждала, что провела этот сентябрь впустую. Ибо я обрела нового друга. А еще, похоже, стала намного сентиментальнее.
Примечания:
Ну что, понемногу раскрываем для себя героев.
