Шаттердом на Уллындо

*** Ким Намджун был потомственным военным — со стороны папы. Поэтому час физподготовки с утра, обливание холодной водой, строгая дисциплина и отбой по расписанию. Зато мамины гены отвечали за посещение музеев, запойное чтение, сочинение текстов для рэп-баттлов и побеги через окно после комендантского часа. Мама была красавицей, играла на скрипке в Сеульском филармоническом и настаивала на учебе в университете искусств. Намджун понимал, что внешностью пошел в папу-генерала и поэтому, не дав себе время на раздумья, поступил в военное училище. Но чтобы никто не обвинял в непотизме, подальше от отца — на факультет боевых мехов или егерей. На самом деле факультет назывался вычурно и красиво — “Инженерно-морские оборонные силы”. За названием скрывался факультет тех несчастных, кто должен был уметь водить егерей в девятибалльный шторм, ремонтировать их (иногда даже на ходу), немножко проектировать, а еще иметь психически устойчивую личность, способную войти в дрифт. Нет, егеря на одного тоже существовали, но они не были предназначены для боя — только патрулирование. Потому что просто невозможно одновременно удерживать этакую махину и драться с кайдзю. Не то, чтобы сейчас часто приходилось с ними драться — вовсе нет. После закрытия Великого Разлома, чертовы ящеры беспокоили редко, но каждое их нашествие все равно было хм… впечатляющим. Через три года после закрытия — на поверхность всплыли два мелких кайдзю второй категории. Ерунда на самом деле, особенно если у тебя есть егеря. Но в том-то и дело, что их уже не было. Так что пара прибрежных городков в Северной Корее просто перестали существовать. Потом диктатор Ким запустил свою ядерную ракету и, наконец-то, попал по цели. Только вот побережье потом пришлось дезактивировать. Второго ящера завалили объединенными усилиями китайцев и русских, при активной помощи японских сил самообороны. Народу потеряли не так много — тысячи три (не считая жертв среди гражданского населения), но только потому что монстры были мелкие и глупые. После этого все живо вспомнили о проекте егерей и принялись возрождать старые базы. Русские быстренько обновили свою на Шикотане, вызвав очередной приступ истерики у японцев. Те, в свою очередь открыли базу на Амами. Корея решила не мелочиться и основала сразу две — на Чэджу (элитно-показательный объект с открыточными видами) и Уллындо (семьдесят три квадратных километра вулканической почвы, гора Сонъинбон, три бара в Тодоне — самая дорогая выпивка у Ли Ёнджи). Естественно, все стремились на Чэджу. Но Ким Намджун в гордыне своей оказался таким дураком, что сам попросился на Уллындо (рядом с которым уже бог знает сколько времени ничего не происходило), потому что больше всего на свете боялся обвинений в кумовстве. Там его встретили начальник базы (стремящийся к выходу в отставку по выслуге лет) и хмурый младший лейтенант Мин Юнги, которого на Уллындо отправили в качестве наказания за непочтительность и нарушение субординации.