Когда сердца стучат в унисон

Дела делаются, события случаются. А мозги Кавински все возвращаются все к одному и тому же. Было тщетно надеяться, что отпустит легко. Наоборот, он слишком зациклился. Нездоровый фокус. И его это уже не ебало. Он выполняет свои функции, помогает, делает все, что в его силах ради того, чтобы жизнь наладилась как можно скорее. И ни одна сторонняя сволочь не посмеет его уколоть за то, что его мысли летают далеко от физического тела. А если и посмеет, наблюдатель легко сможет поставить наглеца на место. Но никто не решается. И объективно это правильно- не лезть на рожон, не вставать на пути одного из верхушки нынешней системы. Аукнется. И Кавински не мог сказать, что положение его не устраивало. Он внутренне радовался. Лишь Радан пару раз окинул его вопросительным взглядом, когда их пути пересекались. Ответ, что все налаживается, его устроил. На первое время. Наблюдатель расскажет, когда и сам сможет разобраться. И выпросить разрешение у Райи на это. Контракт может меняться, но только с соглашения двух сторон. А сейчас, даже ради синевласки, он не сможет рассказать, он слишком держится за свое шаткое положение.

***

Утром дня встречи Кавински успокоился. Сначала подумалось, что это лишь затишье перед бурей. Но спокойствие, какое-то внутреннее умиротворение было и на пороге бункера. Это не мешало ему поступить достаточно нагло и дальновидно. Он взял запасную одежду, смазку, которой, как оказалось, тут и не водилось, некоторые непортящиеся продукты. В конце концов, теперь тут есть и его комната, где планировалось надолго задержаться.

***

-Привет-привет,- голограмма появляется за спиной, но Кавински ничуть не пугается. Был ли расчет на неожиданность или просто случайность, он не знал. Просто разворачивается, улыбается и чуть наклоняет голову,- О, вижу у тебя хорошее настроение. Есть повод? -Тебя рад видеть,- и он не врет,- Ты мне поверишь, если я скажу, что соскучился? -Поставлю под сомнение. Ты слишком хорошо создаешь амплуа человека, который не тешиться такими эмоциями,- прямо и в лоб. Но наблюдателю нравилось. После жизни во лжи он стал ценить честность, даже такую. -По большей степени правда. А еще меня теперь не мучает тревожность. -Расскажешь подробнее? -Скажем так. Теперь я отчетливее вижу собственное будущее. И практически никто из новобранцев не капает на мозги. Не представляешь, они наконец-то поняли базовые принципы их новой работы,- под конец фразы вырывается усмешка. Он делает кивок в направлении кресел- она их так и не убрала?- и, дождавшись, когда девушка сравняется с ним, легким шагом направляется к ним. -Я рада, что твои дела налаживаются. Но ты тут не за этим,- он замечает ошейник, лежащий на "его" кресле. Модернизированный, с гладкими краями, а также световыми вставками ярко-голубого цвета. Изнутри была подкладка, на вид достаточно бархатная. Но главным атрибутом был голубой бант, нежно прицепленный к нему. -Каким образом ты заставила Кима сделать это?- рукой показывает на бант. Он просто смеется. Ее специфический юмор всегда попадал в его душу, вызывая только теплые чувства. Особенно сейчас, когда он мог так открыто и легко выразить это. -Об этом история умалчивает,- заговорчески шепчет она. Пожалуй, сейчас они разделяют эту радость на двоих. Его смех заразен. Кавински без слов снимает бант, повязывая тот на подлокотнике. Куртка вешается на спинку, а ворот водолазки оттянут вниз. Руки в этот раз не дрожат, дрожит сердце от предвкушения. Уши от щелчка не закладывает, глаза смотрят прямо в полупрозрачные глаза напротив. Улыбка все так же сияет на загорелом лице. -Мне такой дизайн нравится больше, но все равно мало понимаю, как ты вообще планируешь все проворачивать. -Пошли, у меня для тебя сюрприз,- Райя улыбается и, развернувшись на носках, прошла вперёд. Нет вариантов, кроме того, что предполагает следовать за ней. -У меня еще пару вопросов к тебе есть. Литературу я по этому поводу не нашел, но у меня возникли некоторые проблемы... на личном фронте. Терра упаси, я не пойду такое спрашивать у кого попало,- знаний в некоторых областях явно были недостаточными. Даже у такого героя-любовника, как он. Особенно настолько специфичные. -Конечно, отвечу, если смогу. В конце концов у меня не все знания человечества. Лишь процентов 90%,- она явно хвастается,- Мы практически пришли, к слову,- девушка открывает ему дверь в какое-то большое пространство, где в центре, ярко переливаясь красным и голубым шли провода к какому-то устройству, отдаленно похожему на огромное яйцо. Лежало оно под небольшим наклоном. Снизу был фундамент, на полметра по периметру превышая размеры самой капсулы. Невысокий, больше похожий на ступеньку. Все это завершало куполообразное стекло, непрозрачное. Оно скрывало что-то внутри. Он пока не может понять, что это. Слишком странно это выглядело. Ничего похожего он не видел, ни о чем похожем он не слышал и не читал. Ему осталось лишь тешиться догадками, одну из которых решает озвучить. -Это новое оружие?,- со скепсисом спрашивает парень, подходя к устройству ближе, практически впритык. Наклоняется, чтобы лучше рассмотреть, проходит по кругу, изучая. Прикладывает руку к поверхности стекла. Если не было команды «не трогать», значит такое действие разрешено. Любопытство не порок, в конце концов. -Нет, но, думаю, тебе понравится. Сними куртку и залезай,- купол открывается, что дает повод отшатнуться от него. Внутри нечто белое и мягкое, визуально так точно. В голове всплывают ассоциации с древним гробом, о котором было упоминание в тех книгах "правдивой" истории. Выглядит достаточно мило, если не учитывать огромное количество проводников и проводов. Которые одновременно и не мешались, если туда залезть, но привлекали внимание. -То есть, полезай, сам узнаешь?,- усмехается наблюдатель. Не боится. Наверное, тут сыграло его просто огромное доверие к ней. За пару месяцев, а она уже стоит на одном уровне с Раданом. -Узнаешь,- ответ под шорох снятия куртки. Вешалок нет, никакой мебели, абсолютно. Зато был довольно удобный для этого провод, который находился непозволительно высоко для его роста, который он рассматривал,- не мучайся,- рядом появляется стул. Наблюдатель хмыкает, скептически смотря на девушку,- я не все могу предусмотреть. И сейчас я занималась тем, что разрабатывала оружие против этих тварей, твой ошейник и это устройство. Не обессудь,- она пожимает плечами. Снова приходится ему объяснять такие базовые вещи. Он лишь хмыкает, вешая предмет одежды и кидая сумку с вещами, которые она еще не успела прокомментировать. Кавински подходит, руками хватаясь за борты. Обивка и вправду очень мягкая, подушечки пальцев отчетливо это ощущают. Задается вопросом, стоит ли снимать обувь. Стоит, непозволительно пачкать нечто столь чистое, хоть такой команды и не было. Скинув свои джодхпуры, он перекидывает одну ногу. Как только она находит опору, наблюдатель делает рывок и уже сидит на коленях, которые тонут в мягкости внутренней части. Сконфужено переворачивается под прямым взглядом девушки. Как только тело ложится, он уже понял, что все равно нервничает. Руки снова опираются об борты, степени ища опору. - Во-первых, поправь ошейник. Там есть специальные контакты, они должны быть точно на твоем затылке. Во-вторых, надо лечь чуть выше. Можешь посмотреть, так будут точно такие же контакты, как и на твоем ошейнике. Они магнитные, тебе нужно их правильно подставить друг к другу,- он отцепляет руки и выполняет ее просьбу,- Отлично. Теперь положи руки по швам, ноги на расстоянии твоих плеч. Твои ориентиры- прямоугольные черные выемки. Положи конечности меж них,- и он снова подчиняется. Под аккомпанемент ее голоса тревога отпускает. Снова приходит спокойствие,- теперь, главное, не пугайся. Так как я боюсь осечки, если ты будешь двигаться, мне придется тебя зафиксировать,- на последнем слове захлопываются "оковы". По три на каждой конечности, две других фиксируют его груди и талию. Он пытался не испугаться, но рефлекторно дергается. Получается только головой, все остальное намертво схвачено. - Я уже не так уверен в этом решении,- он издает смешок и смотрит на нее. -Все в порядке, я тестировала это. С тобой ничего не произойдет. Вероятность этого меньше одного процента,- спокойно объясняет. -Но она есть. -Очень маловероятно. Вероятность того, что ты разобьешься на машине с твоей манерой вождения- в несколько раз выше,- она тяжко вздыхает. Ей понятна сама теория вероятности, но искренне не понимает, почему сейчас Кавински не хочет это воспринимать. Даже в истерике он отдавал себе отчет в своих знаниях,- Полное доверие, напоминаю. -Знаю,- он отворачивая, вновь, уже чисто движением головы соединяет контакт устройства и ошейника. -Теперь самое сложное. Будет нечто похожее, что у тебя случилось, когда ты одевал ошейник. Я сейчас закрою стекло. Лучше закрой глаза и расслабься,- Она отходит на пару шагов, дожидаясь от него ответа. - Не очень радужно,- он не хочет повторять тот опыт, но и отступать уже не будет. -Я уверена, что тебе понравится, вне зависимости от пути. Такое будет только в первый раз. Купол неспеша закрывается. Становится темно, неуютно. Он старается последовать совету ровно настолько, насколько возможно в данной ситуации. Перед глазами буквально на секунду появляются искры, ему больно. Он чувствует, как отключается. Скорее всего от той боли, которое его тело отказывается воспринимать.

***

Очутился он в крайне странном пространстве. Внешне очень сходное с главным залом купола, только все искрит и сверкает от того количества проводов, которые проходят буквально по каждой... стене? Кавински бы решил, что это сон. Но ощущения ничем не отличаются от реальности. Мысли не путаются от дурмана Морфея, оставаясь такими же точными и трезвыми. -Добро пожаловать, Кавински,- металлический голос приветствует гостя, вызывая у того недоумение. -Рехобоам, оставь нас,- женский голос доносится из-за угла, постепенно становясь все ближе. Кавински протирает глаза ровно в тот момент, когда силуэт показывается. Он в конец удостоверяется, что это не настоящее. Потому что в этот момент перед ним стоит не голубоватая голограмма. Перед ним стоит Райя. Визуально из плоти и крови. Дурман сознания, не иначе. Он отворачивается, не имея сил смотреть. Сложно, очень сложно осознать. Он не знает, где он находится, почему он видит ее. Спокойствие явно помахало ему рукой. Наблюдатель оседает на пол, ладонями опираясь о решетку, которая играла тут подобие пола. Она холодная, это он чувствует. -Кавински,- осторожно зовет голос,- Кавински, все хорошо. Давай я тебе теперь все объясню,- она подходит. Он видит, как его освещённую фигуру закрывает тень. Голова сама поворачивается, взгляд бегает по фигуре, по помещению, не пытаясь даже сфокусироваться на чем-то одном. -Ты уж попробуй,- он никогда не думал, что его голос звучать настолько хриплым. -Твое сознание в данный момент в Рехобоаме,- со спокойствием объясняет она, присаживаясь возле него. Протянутая рука приглашающе появляется перед его лицом. Он просто хватается за нее своей, неверующе смотря перед собой. О, Алла, до чего же она теплая,- Я подумала, что такое вполне возможно после того, как Лололошка появился тут. Он хоть и мироходец, но я задумалась о такой возможности для других. -Мироходец?,- он не понимает смысла слова, хотя оно и говорящее. Что-то за гранью его сознания. -Я тебе позже объясню этот момент. Физически он отличен от других жителей Аллотерры. Это отличие и позволило появится тут просто так, без особых условностей. Я периодически занималась этой идеей, проводила расчеты. Я тебе не говорила об этой функции ошейника, ибо не хотела потом тебя разочаровывать. Я не была уверена в успехе. Только-только мы с Кимом прекратили исследования и последующие опыты. Все равно, я не знала, как будет это происходить с тобой. Получится или нет. Скажу честно, я сильно переживала по этому поводу. Но получилось, теперь ты тут,- она усмехается, второй рукой беря его ладонь, согревая ее. Показывает, что теперь она для него более чем телесная,- Добро пожаловать ко мне домой, Кавински,- торжественно заканчивается она. -Мне сложно поверить,- он смотрит на свою руку, которая находится меж ее. Кожа темнее, чем его. Он хоть иногда и представлял, как она выглядит вживую, но реальность была в тысячу раз лучше. Ее ладони худые, кожа тонкая, видны вены. Но они все равно, несмотря на внешнюю хрупкость, больше его собственных. Кавински наконец поднимается глаза, он смотрит в ее лицо, отмечая каждую деталь. Больше всего его удивляют волосы. Ярко-синие. Таких не бывает, только если после специальной окраски. А у нее есть, это делает все более особенной в его мыслях. Хотя, казалось бы, куда больше. Черная водолазка подчеркивает все, начиная с груди,- голограмма будто нарочно скрывает все- заканчивая легко выделяющейся талии. Ремень с серой бляшкой, которая поддерживает брюки, которые заканчиваются чуть выше лодыжек, как бы намекая, что они сшиты далеко не на ее рост. Благодаря натянутой ткани от сидящей позы, они открывают вид еще сильнее. И он снова отводит глаза. Нет, не насмотрелся, наверстает. Нужно привести мысли в порядок. Он пока сохраняет грань приличия, не хочет, чтобы она чувствовала себя неуютно под столь пристальным взглядом. -Понимаю, тебе нужно время привыкнуть. Я подожду. Иди сюда,- она отпускает его руку, в этот раз кладя свои на его плечи. Притягивает, аккуратно обнимая. Он не ожидал такого, а от давления плюхается с коленей на бедро. Щека удобно размещается на ее прикрытой груди. Кавински думает отстраниться, но Райя абсолютно не делает никаких действий для этого, в какой то момент лишь укрепляет невесомые до этого момента объятия. Наблюдатель абсолютно не понимает куда деть руки, до этого безвольно висящие. Отогнал мысли о том, чтобы поместить их на ее бедра и талию- буквально единственные места, до которых он смог бы дотянуться в такой позе.

***

Они сидят так минут 20. Никто не хочет отстраняться: Райя из-за того, что давно никого не обнимала, Кавински по причине сбывшейся мечты о прикосновении конкретно этого человека. Но им приходится. Время у них ограничено, Райя помнит это. Она ослабевает хватку на чужой спине. -Кавински, я, конечно не против остаться тут подольше, но мне стоит тебе еще кое-что рассказать и показать,- она отстраняется, а Винс, потеряв опору, чуть ли не падает. Не будь это перемещением его сознания, он бы мог и заснуть. В таком трансе он пребывал именно в тот момент. -Хорошо,- он садится, видя, как Райя уже встает. Неожиданно для себя видит протянутую ему руку. -Я тяжелый,- усмехается. Негоже для девушки предлагать такой жест. -По характеру? Я знаю,- зеркалит его ухмылку. Делать нечего, он принимает предложенный жест, который помогает ему подняться,- 75 килограммов даже не были моим рабочим весом, тяжелый ты наш. Он бы и почувствовал себя оскорбленным, не будь сказано это настолько тепло. -Пошли, устрою тебе небольшую экскурсию. А после отправлю тебя обратно,- последняя фраза, как удар тока. -Почему? -АПМ-существа, если помнишь,- хмыкает она, двигаясь в том направлении, откуда пришла.

***

Они заходят в комнату, весь периметр которой был усыпан мониторами, показывающими буквально каждый угол в бункере. Но было исключение, он не видел нигде комнату, в которой остановился. - Я убрала камеры из всех предполагающихся жилых комнат,- читает вопрос в его глазах. -Давно? -Спустя пару дней после падения Империи. Это было дело пары минут. Странно, но его абсолютно не нервировало такое наблюдение. Камер в прямом смысле этого слова он не видел нигде, но всегда было чувство, будто за ним наблюдают. И это была не паранойя. Безрассудно бы было, если бы их не было. Учитывая прошлое, в особенности безрассудно. -Зачем столько заморочек? Зачем отдельная комната, если ты буквально сама синхронизирована с этим компьютером? -Человечность играет свою роль,- хмыкает, ясно показывая, что такого рода вопросы ее не устраивают. Некоторые темы находят свой конец в том, что она искренне хочет быть более похожей на человека. -Как знаешь. За мной интересно наблюдать?- в шутку сказано, а интерес настоящий. -Допустим,- улыбается и делает жест рукой на дверь.

***

Кавински осматривает все коридоры, пытаясь запомнить хоть часть дороги. Не особо хочется повторения недавней ситуации. И пускай он надеется, что плутать тут без компании и не придется. - Я сделала так, чтобы Рехобоам отзывался на твои просьбы. Если заблудишься тут один, то просто обратись к нему. И он кивает, уже полностью переключая внимание на идущую впереди девушку.

***

Таким образом его проводят практически по всем точкам. Что-то кажется интересным, что-то не совсем. Но в приятной компании слишком быстро пробегает время. -В принципе, мы практически закончили,- сообщает Райя, приоткрывая железную массивную дверь, пропуская его вперед. Он заходит в просторное помещение, в котором... ничего нет? Даже нет вездесущих проводов на стенах, которые были буквально везде. Железо и бетон, и на этом все. Абсолютно ничего примечательного. Бывший наблюдатель слышит неторопливые шаги сзади. Он не торопит с объяснениями, потому что и так знает, что ему все расскажут, покажут и объяснят настолько точно, как он сам и попросит. Не передать удивления, когда чужая рука хватает за шею и тянет назад. Второй его удерживают за грудь. Железная хватка, из которой и выбраться сложно. Он рефлекторно хватается руками за душащую конечность. -Не трогать,- с угрозой звучит над его ухом. Кавински безвольно опускает руки. Хватка не настолько сильна, чтобы ему хотелось осесть на пол из-за недостатка кислорода, но достаточная, чтобы начала кружится голова. -А теперь могу тебе показать,- с последним словом комната преображается. Визуальная иллюзия или что-то другое, но теперь они стоят на цветочном поле. Ощущения настолько настоящие, что впору и поверить, что они переместились в другое место. Запах, слабый теплый ветер, тепло от солнца на коже. Он это ощущает, но не в полной мере из-за неослабевающих тисков в виде ее рук. Одни чувства притуплены, другие обострились в несколько раз. Картинка вокруг меняется и Кавински узнает свою мастерскую. Ощущения и запахи тоже меняются, становясь под стать окружению. Потом ему показали и бункер, и набережную Альт-сити. Много всего, одним словом. В один момент он просто перестал воспринимать смену кадров. Руки убирают моментально. Пространство в момент перестраивается, и он даже не успевает заметить изменения. Его разворачивают и толкают в грудь. Голова кругом, он не может сориентироваться и летит назад. Спина, а после и голова, касается чего-то мягкого. Блондин лежит так минуту, потому что состояние явно не такое, какое могло бы позволить ему моментально реагировать на раздражители. Опасности нет, он может себе дать такую возможность. Он аккуратно поднимается на локтях, оглядывая помещение. Лежит он на кровати, а вокруг него, без стеснения, развернулось то, что даже в элитном секс-шопе Альт-сити и не встретишь. Комната-фетишиста, не иначе. Красные глаза вспыхивают предвкушением. Он поворачивает голову к девушке, ожидая дальнейших действий. -Надеюсь, тебе понравилась экскурсия,- специально медленным шагом она идет к нему,- Оказывается, что мне нравится поступать не в соответствии с твоими ожиданиями,- она улыбается, корпусом наклоняется к нему. Улыбается ему в лицо,- Что ж, до встречи и да, можешь отнести свои вещи в уже "твою" комнату. Бывший наблюдатель не успевает ничего сказать. Перед глазами темнота, а тело зафиксировано. Твою ж... Крепежи разъединяются, а купол открывается. Глаза привыкают к свету. -Вот сука,- раздраженно бурчит он. -Но тебе понравилось,- ехидно разносится по комнате. Он предпочтет на это не реагировать. Фантомные ощущения все еще есть на теле, заставляя до сих пор испытывать трепет.