Аксиома

       Холодный ноябрьской ветер гудит за окном, кажется, этой ночью выпал первый снег, красиво поблесткивающий при попадании на него последних солнечных лучей, с трудом пробивающихся сквозь тяжёлые снежные тучи на небе.       Впервые за очень долгое время Ольга проснулась в обнимку со своим мужем, крепко прижимающим её одной рукой к себе за талию. Видимо, Рыков и не думал просыпаться, в попытках растянуть это мгновение на как можно дольше. У обоих сегодня выходной. Такие дни — большая редкость, поэтому, Арефьева решила наслаждаться каждой минутой, повернувшись к мужчине лицом и пристроивши голову на его груди. Павел же оставляет лёгкий поцелуй на её макушке, медленно открывая глаза и прижимая брюнетку к себе ещё сильнее.       — Доброе утро — зевая и бросая взгляд на прикроватные часы.       — Доброе — блаженно вздыхая, проводя рукой по груди мужа, ощущая невероятную любовь и трепет к этому человеку.       — Так спокойно сейчас. — повисла небольшая пауза.       — Ты помнишь, у нас сегодня врач в 15:00? — осторожно спрашивает Ольга, поворачивая голову в его сторону, заостряя взгляд на его серых глазах. Вчера они ещё долго обсуждали насущную тему, и всё -таки решили. Они будут пробовать. Они оба достойны этого счастья, и оба видят в будущем голубоглазую девочку с папиным ямочками на щечках и маминой улыбкой, ослепляющей всех вокруг.       — Конечно — мягкий поцелуй на её виске, и теплые мужские ладони на талии.       — Пойду приготовлю нам завтрак, ты поваляйся ещё, отдохни. — мужчина аккуратно поднимается с кровати, выпуская женщину из объятий, стараясь не нарушать её гармонию. Эбола, тихо мяуча, запрыгивает к хозяйке и устраивается около неё.       — И тебе, доброе утро, варежка — обращаясь к животному, которого Ольга уже приняла в собственные объятия, медленно проводя ладонью по белоснежной шерстке, наблюдая как на лице его супруги появляется блаженная улыбка. Арефьева обратно укрывается мягким шелковым одеялом, приятно касающимся тела, оставляя на нем электрические заряды. Так она пролежит около 20 минут, пока родные мужские ладони не коснуться так вовремя упавшей с обнаженного плеча бретельки, и с его улыбкой чеширского кота, милыми ямочками не произнесет: «Завтракать пойдем?» — кажется, подобная сцена клк была несколько лет назад, отдаваясь в голове приятными воспоминаниями и впервые зарождающие любовь к прошлому.

***

      Время стремительно бежит, часы показывают без 20 минут 3 часа дня. Жёлтое такси останавливается у известной клиники планирования семьи — «Никор». Тяжёлые стальные двери, и выходящие на встречу люди с малышом на руках заставляют улыбнуться. Когда её высокие сапоги на небольшом каблуке уже касаются последней гранитной ступеньки, издавая стеклянный скрежет, когда от входа их отделяет всего пару шагов, Рыков неожиданно уменьшает скорость движения, неуверенно смотря на супругу, в горле так и стоят слова, которые через пару секунд сформулируются в очень важный для него вопрос, лицо приобретает серьезный вид, что без сомнения, привлекает внимание Арефьевой.       — Оль, ты уверена? — смотрит на неё снизу вверх, в момент, когда Ольга резко разворачивается, услышав свое имя. После всего рассказанного ей вчерашней ночью, он слишком боиться её ранить, миллион раз пожалев, что не зная всего, вообще стал поднимать эту тему. Вспоминая её мокрый глаза, дрожащий голос, ему самому становится очень тревожно.       — Я не хочу на тебя давить, это должно быть сугубо твоё решение, так, что если ты делаешь это из-за меня, то …— уверенно начинает тот, но не успевает закончить мысль, так как женщина желает несколько шагов вниз по лестнице, приближается к нему и берет под руку.       — Рыков, мы — семья и это наше общее решение, мы вчера всё обсудили, я хочу ребенка, нашего с тобой ребенка, понимаешь? — с мягкостью в голосе, стряхивая с его теплой куртки россыпь снежинок, красиво падающих с неба. Он смотрит на Ольгу и на лице появляется улыбка, рука автоматически оказывается на её тонкой талии, приобнимая.       — Идём — он крепко сжимает ее хрупкую ладонь, и пара входит в клинику.       Больница встречает их ярким светом и громким лепетом врачей, то и дело мечущихся туда и обратно по коридору с папками документов. Отовсюду звучат разные медицинские термины. Множество плакатов посвященных беременности, яркие посторы, улыбающихся семей, крепко прижимающих к себе своих детей. У Ольги на секунду щемит сердце, страх по прежнему поглощает её, вдруг не получится? А если получится, то она банально не сможет выносить этого ребенка или с ним что-то будет не так? Но сейчас, она старается стремительно гнать от себя эти мысли и верить в лучшее, всё будет, обязательно будет. Поддержка мужа придает ещё больше уверенности в этом.       Женщина приятной наружности у стойки регистратуры приветливо улыбается, уточняя есть ли у них запись к врачу на сегодня и к какому. Девушка задаёт ещё несколько вопросов, предлагает напитки, пока Рыков помогает Ольге снять верхнюю одежду, замечая мелкую дрожь на её теле. Брюнетка отказывается, в горле стоит нервный ком, и ничего не хочется, кроме как быстрей оказаться на приёме и услышать нежеланный желанный приговор.        Поднимаясь на нужный этаж каждый из них погружен в собственные мысли, до приема — 7 минут. Арефьева присаживается на край дивана, пристально смотря на пока мигающую красным лампочку, напротив нужного кабинета.       — Олечка, — она до дрожи обожает, когда он её так называет.       — Всё в порядке? — женщина невесомо кивает, всё также не отрывая взгляда от яркого табло. И уже через несколько минут произносит: наше время.

***

       В кабинете тишина, тучная женщина уже достаточно долгое время пристально и с огромным вниманием рассматривает медицинские заключания, которые принесла Арефьева о собственном состоянии здоровья и последнюю справку о диспонтерезации, пройденной Рыковом за последней год. Паша переводит взгляд на Ольгу, замечая как сильно трясутся её руки, и тут же накрывает их своей ладонью, та отвечает мгновенно, скрепляя пальцы в замок, Так спокойнее. Эти мелочи остаются абсолютно не замеченными для врача.       — Ну что я могу сказать, — лицо врача тут же подобрело, женщина даже улыбнулась, взглянув Ольге в глаза. Брюнетка на секунду замирает.       — Противопоказаний для беременности я не вижу, но вам, Ольга Кирилловна, нужно будет ещё раз сдать все необходимые анализы и сделать УЗИ, чтобы уже на руках были исключительно свежие результаты. Назначим вам поддерживающие гормоны, и для начала будем пытаться естественным путём. В крайнем случае, можем прибегнуть к процедуре ЭКО. — на этой фразе супруги переглядываются. Конечно, Арефьева рассматривала, что гинеколог может предложить такой вариант, но была уверена, что Паша будет против и этот вопрос с ним не обсуждала. Всё таки как конкретно эту процедуру после комы перенесет её организм совершенно непонятно, и даже для женщины напротив, гордо носящей статус врача, это остаётся лишь загадкой. А терять Ольгу снова он совсем не хочет.

***

      Тихий шум механического движения колес прерывает тишину, царящую в салоне автомобиля. За окном уже стемнело, яркие огни мелькают повсюду — столица готовится к новому году. Арефьева находится в собственных мыслях, прокручивая в голове слова доктора.       — Ну вот, всё же в порядке, а ты волновалась. Всё у нас получится — полушепотом у самого уха.        — Паш, спасибо, что ты рядом — теплая улыбка отражается в его глазах и бликует сквозь ее очки.        — Но, Я же все -таки твой муж — гордо произносит мужчина, принимая строгий вид.        — Второй — со смехом произносит она, оставляя на его щеке отпечаток розовой помады.