Мышеловка

Мы потеряли всё. Достижения цивилизации, от разработок техники, медицины и науки, до предметов искусства, память, знания, культура… Холод забрал целую эпоху. Всего лишь за пару лет температура планеты снизилась до экстремальных значений. Хоть ученые и предупреждали нас, никто не хотел верить в подобное. Когда же угроза оказалась реальностью, и температура стала стремительно падать, силы и ресурсы всего мира были брошены на проекты по спасению человечества. Лидирующим среди них вскоре стала стройка особых поселений, что смогли бы выдержать критические температуры. Такие поселения должны были основываться вокруг гигантских генераторов, производящих достаточное количество тепла. Сложность заключалась в том, что для их функционирования требовалось огромное количество угля, газа или же нефти, тем самым новые населённые пункты могли быть построены только на богатых этими ресурсом землях. Никто не знает, сколько всего люди успели построить таких поселений, одно известно точно — недостаточно. Многие так и не добрались до спасения, холод и последующий за ним хаос забрали их по пути к новому дому. Другие решили остаться, в надежде, что погодные условия скоро наладятся, но, увы, были погребены под толщей снега и льда. До нас доходили истории, что некоторые генераторы, из-за экстренной спешки при строительстве, были изначально не исправны, и впоследствии при использовании взрывались вместе с поселением. Так или иначе, большая часть человечества сгинула в ледяном аду. Но всё же, есть ещё надежда. Крохотные остатки цивилизации разбросанные на ледяных пустошах замёрзшего мира. Мы всё ещё верим, что серое непроглядное небо однажды снова озарит свет далеких звёзд. "Записи, найденные на руинах очередного неудавшегося поселения, назовем его F-024. Почему они там все откинулись вымерли — точно не ясно. Скорее всего, всё по классике: ресурсов стало не хватать, народ запаниковал, восстание, и т.д. Перебили друг друга, а в шахте пахать некому, ну и как обычно. Генератор покрыт льдом долгое время, дальнейшей эксплуатации не подлежит." Конец отчета о сорок восьмой разведывательной экспедиции.

***

Снежная пустошь всегда остаётся неизменной. Белый, серый, снова белый. Цветовая палитра нового мира изрядно обеднела. Кругом лишь снег, скалы и серое небо. Ничего нового, в какую сторону не меняй направление, пейзаж будет один и тот же. Изредка надоевшее однообразие разбавляли видневшиеся из под снега остатки цивилизации, но и тех после каждой бури становилось всё меньше и меньше. Покрытые льдом здания, или то, что от них осталось, обломки дредноутов, или даже скелеты последних самолётов. Все они тоже были до омерзения одинаковы — пустые, заброшенные, холод почти полностью поглотил их. Никто не знает, сколько бурь переживет очередное напоминание о человеческой цивилизации. Но пока эти развалины не сгинули окончательно, для людей они продолжают иметь важное значение, ведь могут хранить в себе много ценного. Ценным сейчас представлялось иное, чем раньше: любые механизмы, детали для оборудования, лекарства, семена, и многие другие ранее обыденные вещи. Всё, что могло продлить существование их поселения, облегчить процессы добычи ресурсов, и возможно, спасти чьи-то жизни. Увы, насколько важными были эти руины, настолько и опасными. Лишь дорога и исследование местности забрали множество жизней. Мало кто решался выходить из поселения на ледяные пустоши, в объятия критических температур. И уж ещё меньше согласилось бы лезть в обрушающиеся развалины, которые, помимо различных ценностей, таили в себе множество неприятных сюрпризов. Обвалы и хищники были не самой страшной участью. Всегда можно было наткнуться на рейдеров, сошедших с ума изгнанников, а то и вовсе на стаи каннибалов. Риски велики, но выбора нет. Выживание поселений стоит важнее всего. Поэтому были основаны аванпосты разведчиков, в которых набирали самых выносливых, сильных и волевых. В основном, они состояли из бывших военных, наемников, и прочих физически развитых людей, но были и исключения. Ключевым качествами разведов всегда являлись смелость, граничащая с безумием, и готовность идти на крайние риски на благо поселения. Трое из таких безумцев сейчас пересекали очередной снежный хребет. Два снегохода по заданию аванпоста плавно следовали на север с целью проверить очередной ориентир. — Эй, Узуй, — характерное шипение устройства связи вынуло разведчика из фантазий о тёплом пляже, легком морском бризе и золотом песке. Эх, а ведь если бы мир не рухнул в грёбаную пропасть, его контракт уже бы подошёл к концу, и он со спокойной совестью и кучей денег на счёте сейчас бы грелся где-то на островах, валяясь на шезлонге. Обязательно с тропическими коктейлями и знойными красотками. — Мы уже пять часов едем. — снова раздался высокий женский голос из наушника. — Всего пять, — раздраженно вздохнул Тенген. Еще бы немного, и он возможно бы вспомнил, каково это — ощущать солнечные лучи. Но вот он снова в холодной реальности, всё с теми же унылыми видами. Блеск. — Вы, ближники*, те ещё неженки. Неужели уже выдохлись? * — разведчики, занимающиеся в основном ближайшими к поселению миссиями. — Извини, не все привыкли неделями торчать с медведями в пустошах. — Тенген мог поклясться, что его спутница закатила глаза. — К тому же, не забывай — с нами малыш Генья, он вообще редко с аванпоста выбирается, и уж точно не привык отсиживать задницу на снегоходе часами. — М-Мицури, всё в порядке, не надо… — послышался на фоне голос третьего разведчика. Узуй усмехнулся, оглядывая окрестности. "Малыша", что ростом в скором будущем догонит двухметрового Тенгена, действительно можно пожалеть, ведь его брат с агрессивной гиперопекой запрещает Генье даже самые простые вылазки. И единственная возможность выбраться с аванпоста появляется только когда сам Шинадзугава старший отправляется в дальние экспедиции. И то, приходится упрашивать старших разведчиков, в надежде что его всё же возьмут с собой, что собственно в этот раз и случилось. Внимание сконцентрировалось на обстановке. Скоро они приблизятся к крупным валунам, что могут оказаться неплохим временным убежищем. — Ладно, прекращаем уныло ныть. Устроим привал у тех глыбин, — отдав команду, Тенген повернул снегоход правей, приближаясь к цели. Мицури с пассажиром за спиной последовала за ним, и вскоре они уже спешились у подножья одного из гигантских камней. — Вот это нам повезло с погодой, — бодро щебетала Мицури, заканчивая свой поёк. Сейчас была возможность стянуть защитные очки и ткань маски с лица, что не могло ни радовать уставшую от постоянного дискомфорта молодую альфу. После того, как отряд убедился, что ближайшая территория безопасна, она как всегда первая помчалась за едой. Прожорливость девушки никого из разведов уже не удивляла. Конкуренцию ей в этом мог составить только её старший товарищ — Ренгоку. Остальные же могли только завидовать их аппетиту, способному получать удовольствие даже от чего-то настолько стрёмного, как их походные пайки, которые на вкус большинства разводов были едва съедобны. — Всего минус тридцать, давно уже так не теплело. — вяло копаясь в своей трапезе тихо согласился Генья. Тенген, рассматривая горизонт в надежде разглядеть цель их прибытия, уловив суть диалога лишь нахмурился: — Ветра почти нет, это странно. По прогнозам наших метов**, всё должно быть не так блестяще радужно. ** — метеорологи. Занимаются отслеживанием и прогнозом погодных условий, предупреждают об опасности поселение и разведчиков. — Ну вот, опять ты начинаешь, — обиженно уставилась на старшего разведа девушка, — Почему бы просто не порадоваться счастливому стечению обстоятельств? К тому же, нам осталось всего лишь часа два-три до места прибытия. — Если так подумать, — вдруг начал обычно не инициативный в разговорах Генья, — Наша цель — обсерватория, верно? — дождавшись утвердительного кивка он продолжил, — Судя по карте, это место располагается всего в четырех часах от другого поселения, разве не логично предположить, что там уже всё зачищено? — Не совсем, — Узуй закончил свой осмотр "любимых" пейзажей, и направился подготавливать транспорт к отправке, — Во-первых, разведы в любом случае должны проверять любые неизведанные ориентиры без исключений. То, что в этой точке уже были люди, не означает, что они забрали всё, что можно было забрать. Во-вторых, это ближайшее население, Спасенные, как они себя называют, оно, как знаешь, весьма... своеобразное, — поморщившись, как от чего-то протухшего, он проверил крепление багажного отсека, — Мы не ведём с ними дел, и не знаем о их передвижениях. Вполне возможно, эти фанатики пропустили это место по каким-нибудь религиозным убеждениям. К тому же, мы давно не видели их следов и не ловили их радиосигнал. — Что не может не радовать. — пробурчала Мицури, тоже присоединившись к осмотру своего транспорта. — Может, их поселение уже и вовсе уныло вымерло, — ухмыльнувшись, продолжил Узуй, — Ничего удивительно, с такими ублюдскими законами и сектантскими замашками. — закончив приготовления, он облокотился на своего “верного скакуна”, — Ну и в-третьих, мы уже около года разведуем окрестности и хорошо ориентируемся в этой местности. Новые точки так близко к поселению находятся довольно редко. Но твой уважаемый братец, — многозначительный взгляд был уставлен на Генью, — умудрился по пути в дальнюю экспедицию разглядеть раньше никем не замеченную достопримечательность. За что большое ему спасибо. — Признай, ты злишься на него, потому что из-за этого тебе пришлось тащиться сюда, хотя ты снова собирался в дальнюю, — усмехнулась единственная дама в отряде, убирая последние остатки их пребывания на этом месте. — Но ты же понимаешь, что аванпост не может так часто отправлять вас далеко, люди устают. Да и вокруг поселения тоже хватает задач для разведов. — Мне пришлось “тащиться сюда” лишь из-за того, что на предыдущей миссии меня задержал блестяще тупорылый новичок. — Угрюмо ответил Узуй, забираясь на снегоход, — Вернись я на пять часов раньше, сейчас бы ехал в дальнюю на север, вместе с отрядом засранца Санеми. Ну и ладно, хватит терять время, отправляемся. Мотор был заведен, и снегоход мягко двинулся в направлении цели. Оставшиеся двое быстро последовали примеру старшего разведчика, и уже через полминуты нагнали успевший набрать скорость транспорт. Узуй был из тех, кто один из первых рвался в дальние экспедиции. Хоть однообразные серые виды чертовски надоедали, а пищевые пайки и вовсе вызывали отвращение, всё это было куда лучше безысходной унылости поселений. На дне крупного углубления в форме кратера, вокруг огромного дымящегося генератора, располагались настроенные друг на друга тёмные косые бараки и их хмурые жильцы. Эти люди, ещё несколько лет назад имевшие все блага цивилизации, вынуждены сегодня пахать в шахтах, дабы не замерзнуть на смерть. Кому повезло больше — попали в теплицы, мастерские, на кухни и в лазареты. Но от всех людей в поселении веяло дикой безысходностью. Каждый оплакивал свою прошлую жизнь, погибшую под слоями снега и льда. Разведы всегда держались отчужденно к остальным, аванпост, в котором они проживали, находился на самом краю, и большая часть его обитателей без крайней нужды в поселение не спускалось. Тенген же это царство унылости посещал только ради трех прекрасных дам, работающих и живущих в единственном в поселении пабе. Но даже его блестящие красавицы не могли удержать Узуя в этом депрессивном месте. Пустоши таили в себе множество опасностей, и это хоть немного заставляло бывшего наемника чувствовать себя живым в этой мертвой серой реальности. И чем дальше он отдалялся от поселения в опасную неизвестность, тем хоть немного ярче казалась его жизнь. Поэтому да, Тенген определенно злился, что ему не удалось отправиться в дальнюю, но не на кого-то конкретно, а на ситуацию в целом. Возможно, после этой плёвой вылазки, аванпост всё же отправит его на что-то долгое и далёкое. Но перед этим он, конечно же, навестит трех очаровательных красоток, и развеет их тоску и скуку своим ярким присутствием. Оставшаяся часть пути прошла на удивление быстро, и вот уже к пяти часам вечера они достигли нужных координат. После недолгих поисков, на возвышенности среди скал разведчикам стала заметна часть нужного им строения. — Ого, это место действительно сложно было увидеть, — зашипела связь передавая голос Мицури, — Как думаете, сколько наших бывало поблизости и ничего не замети? Направив снегоход в сторону подъёма к постройке Узуй ответил по связи: — Повезло с погодой. Во время снега разглядеть среди скал что-либо было бы нереально. — Я же говорила — счастливое стечение обстоятельств! — Мицури, серьёзней. Мы не знаем, что там внутри, на вид блестящее место для логова каких-нибудь отбросов. — остановил весёлые напевания девушки Тенген, уже подъезжая к сломанному блокпосту. Их цель оказалась небольшой научной базой с выделяющейся размерами обсерваторией. Эти несколько, на первый взгляд, покинутых зданий, по всей видимости, не занесло снегом только из-за возвышенного расположения и нахождения между скалами. Но даже так, весь вид построек был весьма удручающий. Часть купола обсерватории обвалилась под давлением снега, половина зданий обледенела, и видимо, попасть туда будет довольно не просто. По всем внешним признакам, какого-либо транспорта на базе не имелось, что снижало шансы встретить кого-либо живого почти к нулю. Но шанс всё ещё оставался, поэтому спешившись и вооружившись, отряд двинулся на разведку. Двадцать минут поверхностного вооруженного осмотра подтвердили, что ничего и никого угрожающего жизни на территории объекта не имеется. Но так же наметанный взгляд разведов успел разглядеть, что чем поживиться тут хватает. — Что ж, видимой опасности нет, но сильно не расслабляемся, — напутствовал Узуй собравшихся в главном здании, — Предлагаю закончить сбор здесь как можно скорей и сразу отправиться на аванпост. У меня нет никакого желания морозить здесь задницу ещё ночь, все согласны? Генья сразу кивнул. Его это здание пугало до чёртиков, завывающий ветер из главного зала особого шарма не предавал. Мицури выглядела задумчивой, будто проводя какие-то только ей известные расчеты, через пару мгновений всё же заговорила: — Судя по всему, сборы тут займут часа 2 от силы... если вы будите действовать вдвоем, — словив два вопросительных взгляда девушка уже бодрее продолжила, — Обследуя восточную часть территории я обнаружила видимый только отсюда склад, где-то в тридцати минутах от этой базы. Мы его раньше не видели из-за закрывающей его скалы, но я уже точно бывала на таких складах. С последнего такого удалось достать кучу батарей и полезной техники, думаю, есть смысл мне одной туда смотаться. Было бы обидно тратить опять кучу времени и топлива на ходку к маленькому складу, который, скорее всего, уже пуст. — В этом есть смысл, — после недолгой паузы раздумий подвел вердикт Тенген, — но лучше отправляйся с Геньей, мало ли что там... — Да брось, Узуй, ты забыл? Я бывший морпех, могу за себя постоять! Да и какой шанс того, что в маленьком складе окажется опасностей больше, чем на целой научной станции? Малыш Генья будет полезней здесь. Как только вы закончите, мы свяжемся, и я сразу отправлюсь вам на встречу. Генья лишь смотрел то на одного, то на другого старшего разведчика, понимая, что ввиду отсутствия опыта, его мнение здесь будет лишним. Поэтому юному Шинадзугаве лишь оставалось ждать их вердикта. Это было довольно рискованно. Тенген нахмурился, решая все за и против. Всё же, выгода превышает риски, даже если они задержатся и Мицури вернется позже, им всего лишь нужно будет переночевать в этом стрёмном месте. И в стремнее ночевали. Ну а опасности... Мицури опытная разведчица, не полезет на рожон, и если заметит что-то — не станет рисковать, как тот же мелкий идиот, что достался ему на прошлой миссии. В любом случае, случись что, у них есть связь, и это совсем недалеко. Так что, не найдя весомые доводы против, Узуй всё же согласился. — Отлично! — просияла бывшая военная, тут же заторопившись, — Тогда мне нужно спешить, я сообщу когда прибуду на место. — заканчивала она уже в дверном проеме. Когда последнее эхо звонкого девичьего голоса затихло в помещении, Узуй устало вздохнул: — Всем бы ее энтузиазм. Ну, чего застыл, "малыш", у нас полно работы. — уже направляясь на верхние этажи ухмыльнулся старший. — Пожалуйста, хватит меня так называть. — Насупился рослый подросток. — Договаривайся с Мицури. — продолжил Тенген в той же манере, но позже продолжил по делу. — Начни с будки у блокпоста, и иди дальше по малым зданиям, тут я сам копаться буду. — уже со второго этажа донеслось до младшего разведчика. — Понял — принял. — в своей тихой манере ответил Генья, поспешив исполнять указания. Всё же, ему ещё надо доказать свою полезность, чтобы в следующие разы его более охотнее брали с собой, а не только из жалости Мицури. И может, тогда брат начнет доверять ему чуть больше. Но это пока рано загадывать. А ещё — он только рад покинуть это стрёмно завывающее здание, от которого у него мурашки бегут по коже. Через какое-то время Узуй уже не был так оптимистично настроен. Он перерыл большую часть обсерватории, но ничего особо важного так и не нашел, лишь по мелочи: кое какие детали, немного лекарства, пару полезных механизмов. В основном попадался лишь бесполезный мусор, вроде записей исследований о "важных" сейчас астрологических событий. Закончив с верхними этажами он отправился в подземный, спуск куда был опрометчиво не замечен ими ранее. И тут уже было что-то интересное. В подвальном помещении было значительно теплее, чем в остальном здании. И дело было не только в отсутствии сквозняка. Этаж явно чем-то отапливался, хотя температура вряд ли дотягивала хотя бы до приемлемой для житья. Возможно, ближе к источнику тепла, дела обстоят лучше. Похоже, ставить базе статус необитаемой было рано. Основной коридор был слабо освещен редкими аварийными лампами, и из некоторых приоткрытых дверей тоже исходило тусклое освещение. Обмозговав ситуацию, разведчик принял решение пока не связываться с Геньей по рации. Пока нет причин пугать пацана, и ничем он тут не поможет. Да и лишний шум может спугнуть проживающих тут "мышей", если они тут всё же есть. Достав оружие Тенген осторожно приступил к разведке территории. Помещений тут было не так много, и вскоре он дошел до последнего. Проникнув внутрь, он обнаружил источник тепла. Небольшой радиатор работал, как видимо, на горючем, и обогревал комнату уже до приемлемого значения. Здесь определенно кто-то был. Тело альфы напряглось, в ожидании опасности, но время шло, и ничего не происходило. Простояв около минуты изучая местные убранства, Узуй двинулся в глубь комнаты. И тут произошло то, что произошло. В одном углу послышался шум, и всё внимание и дуло оружия отточенными рефлексами было направлено туда. В тот же момент раздался треск, и боковым зрением Узуй замечает, что металлический стеллаж, казалось бы прикрученный к стене, стремительно падает на него. Отскочить не успеет. Остается только затормозить. Разворачиваясь к шкафу и останавливая его падение, он замечает что-то мелкое, вылетевшее из-за других полок, и рванувшее в коридор. Чертыхаясь приложив все свои усилия, альфа откидывает конструкцию обратно к стене и пускается в погоню. Выбегая из комнаты он видит небольшой силуэт уже в конце коридора. Вот и нашлась подвальная мышка. — Эй, а ну стой! — нагнать мелочь получается только поднявшись на первый этаж, когда тот тормозит, открывая тяжёлую дверь из подвала. Преследуемый только успевает рвануть от злосчастной двери, секунду колеблясь стоит ли попытаться ее запереть, как из неё моментально вылетает Узуй, хватая паршивца за шиворот. — А-а-а! Нет! Отпустите! Грёбаные сектанты!!! Не пойду! Отпусти-и-и! — брыкаясь взвыл как серена пойманный детёныш, да так громко и яростно, что альфа даже пошатнулся от неожиданности. Тут же в помещение врывается готовый к драке Генья, но увидев происходящее, мягко говоря, не мало удивившись странной картиной перед ним, медленно убирает оружие. Мелкое нечто явно являлось ребёнком, вроде бы мальчиком. Он был укутан в поношенную одежду, висящую на худощавом тельце. Сверху второпях был натянут и не застегнут большой меховой тулуп не по размеру, за шиворот которого сейчас и был подвешен пойманный найдёныш. Голову защищала съехавшая на глаза шапка-ушанка, что закрывала ему обзор, тем самым усиливая панику. Ребёнок с такой прытью пытался отбиться, молотя руками и ногами во все стороны, что успел пару раз заехать по Узую. Не то чтобы это принесло ему хоть малое количество вреда, но вот уровень раздражения поднимало очень даже. — Изверги!!! Уроды моральные!!! Отпусти-и-ите! Не пойду! Не пойду! Не пойду! — продолжает голосить как резанный и брыкаться мальчишка, — Лучше убейте, не пойду с вами никуда-а-а! — тут и вовсе послышались всхлипы, похоже истерика переходила в рыдания, — Не хочу умира-а-ать! Дедушка! — на этой ноте ребёнок и вовсе разревелся в три ручья. Шокированный Генья всё же приходит в себя, задав самый насущный вопрос: — Это что за сопляк? — С-сам ты сопля-я-як! Изверги-и-и! Не пойду-у-у! Пытавшийся осознать, какого чёрта всё же происходит, Узуй почувствовал, что у него дергается глаз. Психанув, он хорошенько тряханул свою легкую ношу, что последовало за собой новую волну уже затихающего воя. — Ты! Блестящий идиот?! Ты что вытворяешь?! Я тебя чуть не подстрелил! — услышав опять начинающийся вой, развед снова тряхнул пару раз ребёнка, — А ну успокаивайся, унылый тупица! Никакие мы не изверги, и убивать тебя не собираемся. И тащить тебя никуда мы не будем, сдался ты нам, чучело мелкое! Ребёнок всё же поправил свою шапку, и недоверчиво уставился на здоровенного раздраженного мужика, что не вызывал ни капельки доверия. Потом перевел взгляд на второго, что был поменьше, но лицо вон какое злобное, ещё и всё в шрамах. Точно бандит какой-то! И сделал выводы: — С-с чего я должен вам верить? Вы врываетесь в мой дом, гоняетесь за мной, за шкирку вот держите! Больно вообще-то! — всхлипывая и дрожа продолжил обвинения мальчуган, — Самые настоящие изверги! Тенген вздохнул, пытаясь успокоиться. Очень быстро досчитал до десяти. И всё же поставил свой груз на землю. — Побежишь снова — получишь по своей вертлявой заднице, понял меня? — дождавшись утвердительного кивка, даже штук десять кивков, альфа продолжил, — Где взрослые? Сколько людей здесь живет? — С-спасенным ничего не расскажу! — трясясь от страха и сжимая кулаками свой тулуп, сейчас доходивший ему чуть ли не до щиколоток, дерзко заявил допрашиваемый, — Х-хотите, убивайте, никаких дел с людоедами не веду! Узуй нервно усмехнулся. Какое же заманчивое предложение. Но вслух сказал другое. — Так. С чего ты взял, что мы из Спасенных? — Ну а кто ещё? Б-бандиты? Со стороны Геньи раздался сдерживаемый прыск. — Бандиты. — тихо повторил он, продолжая сдержать смех. Узуй же закатил глаза. Боже, чем же он заслужил такое? Нет ну может и заслужил, но как ему это разгребать то? — Слушай блестяще внимательно, повторять не буду. Мы разведчики из поселения Т-722. Восемь часов отсюда на снегоходе. — на этих словах ребёнок уже неверяще уставился во все свои глазища на говорящего, но Узуй решил продолжить, — Ничего общего с всякими фанатиками не имеем, больных не изгоняем, жертвы не приносим, омег не...пользуем. Обычное население с обычными людьми. Не изверги, и уж тем более, не уроды. Последние слова были особо выделены. Сам ребёнок сначала с сомнением косился то на одного то на другого, потом как-то погрустнел и опустил голову. — Значит, — тихо начал он, заламывая свои пальцы, — Другие поселения всё же есть… — после последующей тишины мальчик взволнованно перевел внимание на Тенгена и продолжил, — Мы не знали! Дедушка видел только Спасенных, ещё появлялись всякие...бандиты. Мы в телескоп видели. Мы не знали... Парнишка, будто вспомнив что-то неприятное, снова удручённо уставился в пол. В таком виде он уже не был столь дико раздражающим. Тощий малой лет девяти-десяти на вид, с огромными грустными глазищами. И как он смог так выбесить взрослого альфу? Тенгену даже стало немного совестно за его грубое поведение. — Кхм, — прокашлявшись снова начал разведчик, — И так, вы не знали. Кто вы? Где остальные? Твой Дедушка? — решив оставить сантименты на потом, Узуй всё же продолжил выполнять главную задачу. Вздохнув и собравшись с мыслями, ребёнок начал отвечать: — Дедушки больше нет. Умер шестьдесят три дня назад. Был еще брат, он... Забрал дедушкин вездеход и уехал. Три недели назад. Он не вернется. — более уверенно продолжил мальчик, твердо посмотрев в глаза Узую, — Я тут один. Твою мать. Узуй тяжело вздохнул. Даже Генье стало как-то не по себе. Через минуту Узуй всё же взял себя в руки и продолжил диалог. — И как ты тут выживаешь? Ребёнок уставился на него, как на слабоумного. "Этот дядька точно разведчик? Что за глупый вопрос?" Но все же ответил: — Радиатор ты уже видел, в подвале ещё есть цистерны с горючим. Снег растапливаю и кипячу, воду храню в бочках там же. Еда... Ещё остались припасы, — Тут мальчишка запнулся, не зная стоит ли продолжать, но отведя взгляд закончил, — Припасов осталось мало. — Насколько мало? — вдруг спросил до этого молчавший Генья. — Недели на две-три, если раз в день питаться, то и на месяц хватит. — пожал плечами ребёнок. — Судя по твоему виду, раз в день ты уже давно питаешься, — окинул его внимательным взглядом старший разведчик. Мальчуган весь насупился, отворачиваясь. — Н-не так уж и давно. Как брат... — он снова запнулся, явно выбирая слова, — Тут бы ещё на пол года хватило, брат забрал большую часть. Вот это да. Узуй даже присвистнул. — Да уж, а я думал Генье с братом не повезло, — усмехнувшись, он поднял с пола опрокинутый до этого ржавый стул, со скрежетом присаживаясь. — Хороший у меня брат. — возмутился Генья, надувшись. — Ага, хороший. Когда спит зубами к стенке и брата не мутузит. Генья цокнул, но возмущаться дальше не стал. Он понимал, что старший товарищ скорее подтрунивает, ведь у них с Санеми довольно хорошие, даже можно сказать дружеские отношения. Младший Шинадзугава даже немного завидовал. — И так, — Тенген вольготно расположившись, как ни в чём не бывало продолжил свой допрос. — Почему твой брат не взял тебя с собой? Вопрос был слишком в лоб, но у разведов больше не было времени сюсюкаться. Сейчас важно получить основную информацию и принять решения, что делать дальше. Почему брат мальчишки свалил в принципе можно было предположить — ресурсы кончались, температура опускалась, и вообще было не ясно, выдержит ли вся база очередную бурю. Да даже будь ещё какая-либо причина, это было сейчас не важно. Другое дело, почему ребёнка оставили. Раз у смывшегося был вездеход, взять ещё одного человека было бы не трудно. Какие могут быть причины? Мальчишка был болен и не в состоянии перенести дорогу? Это бы составило сложности, всё же Тенген не собирался оставлять здесь ребёнка. — Ну. Я был бы обузой. — как само собой разумеющееся ответил мальчик, снова уставившись себе в ноги, — Вы не подумайте, Кайгаку не бросил меня здесь умирать или что-то такое. К-Кайгаку это мой брат, — уточнил он, снова занявшись заламыванием пальцев, — На базе есть ещё рабочая вышка связи, по ней можно связаться... С тем поселением. Он сказал, что если станет совсем худо, мне нужно будет лишь выйти с ними на связь и передать свои координаты, — продолжил он оправдывать своего горе-братца, — Н-но... Я бы всё равно с ними не связался. — совсем тихо он закончил. А. Так его брат просто был мудаком. Это упрощает задачу. — Блеск. — заключил Узуй, потирая переносицу, — Что ж, ну по крайней мере, в основном мы разобрались. — Эм, извините... — вдруг обратился ребёнок, — У вас больше нет вопросов? — нервно поглядывая на разведчиков, робко спросил он. Дождавшись утвердительного ответа, мальчик продолжил, — Могу я тогда спуститься? Здесь... Очень холодно. И только сейчас разведчики обратили внимание, как дрожит посиневший мальчишка. Блестящее, Узуй. Просто блестяще. — Э-да, иди, — сконфуженно ответил Тенген, изо всех сил сдерживая желание треснуть себя по лицу. Устроил расспрос, умник. Додуматься до того, что маленький организм гораздо хуже переносит холод чем взрослые опытные разведчики не мог. К тому же, уже активно темнело. Черт, им нужно торопиться. Переведя внимание на Генью, он раздраженно цыкнул. Тот тоже заметно замерз, хоть и показывал всем видом, что это не так. — Ты тоже иди спустись. Стоит закончить осмотр, я там толком ничего и не искал, — буднично начал старший разведчик, вставая и разминаясь. Но через мгновение уже серьезно добавил, — Я свяжусь с Мицури, нужно рассказать о нашей находке и скооперировать дальнейшие действия. Пока собирай всё что найдешь в подвале. Как закончу — спущусь. — оставив указания Узуй направился к выходу, для лучшей связи. Генья кивнул и поспешил к спуску в подвальные помещения. Выйдя на улицу старший разведчик наконец то выдохнул. Он сейчас бы многое отдал за сигарету, ну увы, такие вещи были сейчас роскошью. К тому же, стоит поторопиться. Уже поправляя наушник и собираясь выйти на связь с Мицури, Тенген услышал характерное шипение. Это было не устройство связи, что поддерживает сигнал на небольшом расстоянии и обычно используется разведами в одном отряде. Шипела рация, что передает сигнал с аванпоста. Узуй нахмурился, тут же доставая устройство из нагрудного кармана. Такие рации вручались только одному члену отряда, обычно ведущему, и использовались крайне редко в чрезвычайных случаях. — Прием. — кратко ответил он, приняв сигнал. — Узуй, вы находитесь на координате задания? — из устройства послышался слегка искаженный нежный женский голос. Говорящая вещала быстро и по делу, но тон голоса оставался таким же дружелюбным, но каким-то невообразимым образом, одновременно холодным и отчужденным, что и обычно. Даже если ей однажды придется передать информацию о гибели всего поселения, вряд ли тон её голоса хоть немного изменится. — Да. Мы заканчиваем. Возникли... Некие обстоятельства. Что происходит? — сразу к делу перешел разведчик. Раз поступил сигнал с аванпоста дело не терпит отлагательств. — С северо-северо-запада идет мощный циклон. Вам нужно немедленно возвращаться на аванпост. Узуй смачно чертыхнулся. Как не вовремя. Чем там занимаются меты, раз информация о бурях доходит так поздно? — Сколько у нас времени? — Двадцать минут максимум. Вы готовы отправляться? — не услышав ответа в течении какого-то времени, голос позвал снова — Узуй? — Чёрт. Похоже, у нас проблемы. — всё же ответит Узуй, быстро соображая, как донести суть до штаба, — Мицури сейчас в тридцати минутах на востоке. В обсерватории с одним снегоходом остались я и Генья, и... Шинобу, тут ребенок. Один. После недолгого молчания из рации послышался вздох. — Вы не сможете переждать бурю на месте. Она будет длиться минимум всю ночь. Температура упадет до -70. Там негде спрятать снегоходы, и ты знаешь, чем это грозит. — всё тем же монотонным голосом продолжила связующая аванпоста, — Тенген, ты знаешь, что выбора нет. Действительно. Единственное, что ему остается — немедленно отдать приказ отряду отправляться. Мицури сразу отправится на аванпост со своей нынешней позиции, и они с Геньей нагонят ее уже по пути на базу. А ребёнок... Они не могут взять его с собой. Даже если оставить весь багаж, люди могут продержаться только на пассажирских обогреваемых местах, посадить кого-либо на грузовой прицеп не выйдет. Остаться всем здесь означает пожертвовать снегоходами, без укрытия они не переживут бурю. Как бы не хотелось это признавать, в нынешних реалиях транспорт дороже человеческих жизней. Судорожно соображая, какие могут быть варианты, Узуй стал нервно наворачивать круги. Вдруг в воображении особенно ярко всплыло недавно увиденное. Исхудавшая заплаканная мордашка с этими огромными грустными глазищами. Такой мелкий, а уже такое обреченное выражение. И эти грёбаные слова, сказанные так, будто это констатация факта: " Я был бы обузой". Черт. Должно быть хоть что-то! Узуй резко остановился, снова нажимая кнопку передачи. — Шинобу! Полтора месяца назад у меня была экспедиция в этом районе, — с энтузиазмом начал разведчик, вспомнив важную информацию, — Мы с Ренгоку тогда нашли бункер к югу-востоку отсюда. Тогда ещё Танджиро ногу сломал, и Ренгоку чуть нам всем плешь не проел, торопя вернуться, помнишь? В базе должны были остаться координаты. Послышался вздох. — Как такое забудешь. Секунду... — возникла пауза, пока девушка искала информацию, Тенген всё больше и больше уверялся в своем плане. — Все верно. В тридцати пяти минутах от обсерватории, от Мицури ближе. Тенген, что ты задумал? — Этот бункер у подножья скалы оснащен заездом для транспорта. Мы уже там останавливались. Там можно переждать хоть ночь, хоть несколько дней. — Узуй воодушевился своей идеей, полностью уверенный в своем плане, посвящал в него связную, — Я отправлю Мицури и Генью туда, сам останусь в Обсерватории. Тут есть обогреватель в подвале, я утеплю проходы и... —Узуй, — рация снова зашуршала, но уже другим голосом, — Это опасно. Бури непредсказуемы. Температура может упасть ниже. Здание, скорее всего, засыплет полностью. — Тогда раскопаюсь с крыши. Не первый раз и не последний. — уверенно продолжил альфа, — Я не брошу здесь ребёнка. После недолгого молчания послышался ответ: — Хорошо. Отправляем точные координаты укрытия. Командуй отряду. Вся ответственность на тебе. — Так точно. Конец связи. Тенген, победно усмехнувшись, поспешил связаться Мицури.

***

Тем временем, далеко на юге молодая связистка сняла наушники, и отодвинувшись от уже выключенного микрофона, глубоко вздохнула. — Уважаемый господин Убуяшики, не слишком ли рискованно было давать одобрение на такой сомнительный план? — как всегда мило улыбаясь, она перевела взгляд холодных фиалковых глаз на мужчину за спиной. — Что ж, возможно ты права. — улыбнулся в ответ глава аванпоста, — Но даже не дай я свое одобрение, разве поступил бы Узуй иначе? — задумчивый взгляд был устремлен на данные метеорологов. Оставить одного ребёнка на верную смерть, но вернуться невредимым, и продолжить приносить неоценимую пользу целому поселению, или же рискнуть своей жизнью, но остаться верным своим принципам? Кто знает, что правильно, что нет? Его разведчики достаточно опытны и дальновидны, чтобы принимать собственные решения исходя из ситуации. Он же, привязанный к аванпосту слабым болезненным телом, может лишь направлять и наставлять. Но этот выбор делать не ему.