Останься

      Утро в Мэноре началось рано. Гермиона бегала в попытке хоть как-то подготовиться ко встрече с родителями Драко. Она высушила волосы и уложила их в легкие волны, именно сегодня усмирить непослушную копну было излишне сложно. Она нанесла легкий макияж, выделив губы и переодевшись в строгое черное платье девушка показалась Драко. Он осмотрел девушку и засмеялся. — Что? Что не так? У меня что-то в зубах? Макияж размазался? Что? — Не переживай так, они просто люди. Даже если они чертовски херовые люди. — Не говори так! Это твои родители, Драко. Я итак уверена, что вряд ли прийдусь им по душе, не хочу им давать еще причин. Как я выгляжу? — Мне было больше по душе, когда ты была в моей рубашке сегодня утром. Или как вчера бегала в своём крошечном топе и джинсовых шортах по Мэнору. — Он закрыл глаза и улыбнулся. — Грейнджер, поверь, ты прекрасна в любой одежде, а без неё ещё лучше… — Пожалуйста, только не упоминай об этом при своих родителях. — О, думаю портреты уже им обо всём рассказали. И уточни, я вообще не могу упоминать о тебе ничего? Как же они поймут серьёзность моих намерений? - Он деланно поднял брови в удивлении. — Пожалуйста… — Взмолилась девушка. В компании друзей Драко часто позволял себе пошло выражаться, но с родителями… Гермиона готова будет умереть от стыда, если они услышат один из специфических комплиментов Драко. — То есть не упоминать о твоих молочных бёдрах, твоей прекрасной английской груди и сладкой коже? — О, Боже, конечно нет! — Гермиона залилась краской. Она готова была провалиться сквозь землю, понимая, что они абсолютно не готовы. — Хм… Мне больше нравится как звучит «О, Боже, да»! — Передразнил он девушку. — Перестань. — Строго проговорила она. — Я подумаю, сладкая.       Мужчина поднялся с кровати и прошёл к шкафу. Он выбрал тёмно-серые брюки и белую оксфордскую рубашку. Гермиона закусила губу, осознавая насколько привлекательным он был сейчас, он всегда умел произвести впечатление. — Губы, Гермиона.       Девушка резко вынырнула из мыслей, понимая, что до активации порт-ключа оставалось меньше часа, а закушенная губа для Драко была сродни красной тряпки для быка. Она подошла к зеркалу и пригладила подол платья убирая с него невидимые пылинки. Мужчина подошёл к ней сзади и опустился подбородком на её плечо. Он вдохнул запах гриффиндорки и поцеловал её в шею. Он оторвался от её кожи и тяжело дыша оглядел девушку. — А к чёрту. — Он резко прижался к ней губами, руками скользнув по платью, задирая его вверх. — Драко, что ты делаешь? — Она нервничала, она не могла появиться перед его родителями прямиком после секса. — Я хочу тебя, умоляю… Только скажи и я остановлюсь. — Он не прерывал ласки девушки и уже завел руку в её трусики. — Чёрт… — Вожделеюче прорычал он.       Она была мокрая, Гермиона поняла это ещё, когда любовалась им и закусывала губу. Она и сама хотела его прямо сейчас, как можно быстрее, она хотела хоть на минуту отвлечься от грядущей встречи. Она легонько прижалась бёдрами к его возбуждённому паху и руками наклонилась вперёд, прогибаясь больше в пояснице.       Мужчина звякнул ремнём и быстро вошёл в неё. Он быстрыми толчками вбивался в хрупкую девушку. Двумя руками он обхватил Гермиону за бёдра и начал двигать её на себя, помогая углубить проникновение. Девушка стонала и закусывала губы в кровь. Драко впился в её шею оставляя красные следы и следы от зубов. Он любил, когда на её коже появлялись его отметины, которые Гермиона никогда не убирала. Переведя одну руку на её клитор он принялся кружить вокруг ускоряя её оргазм. — Да, да, Драко, вот так…       Он ускорил темп и толчки сменились на более жесткие, кажется, он упирался прямо в её матку. От этой близости он сходил с ума. Она сводила его с ума. Девушка вскрикнула и кончила сжимая его член, от этого тугого ощущения он кончил почти сразу же. — Боже, Драко… — Люблю, когда ты сравниваешь меня с Богом. — Отдышавшись проговорил мужчина. Он ухмыльнулся и поцеловал девушку. — У нас есть еще минут десять, поэтому мне лучше принять душ. — Боже! Я не успею привести в порядок волосы! И платье, оно измято. И моя шея! — Девушка провела руками по следам своего мужчины и залилась румянцем. — Они не могут это увидеть! — Наложи маскирующие, не переживай, думаю, они догадываются, что мы уже некоторое время трахаемся. — Малфой! — Осталось девять минут! — Сказал мужчина, удаляясь в ванную.       Гермиона наложила очищающее и маскирующее заклинание и попыталась разгладить одежду. Бытовая магия не была её сильной стороной, но платье и впрямь стало выглядеть лучше. Но её внешний вид всё равно выдавал её с потрохами, она только что занималась сексом. Мужчина вышел из ванной и снова был безупречно красив, Гермиона облизнулась и посмотрела прямо в его глаза. — Грейнджер, если ты не оставишь свои губы в покое, мы точно пропустим портключ. Иди сюда. — Он взял её за руку и поцеловал в макушку. — Всё в порядке, что бы ни случилось, я люблю тебя. — И я.       Успев договорить Гермиона прижалась ближе к мужчине и их засосал портключ.

***

      Утро для Пэнси Поттер началось с разбора множества корреспонденции и писем от новых спонсоров фонда. Речь её мужа всегда производила особенный эффект на всех богачей магической Британии. Они заваливали девушку письмами с просьбой принять их в ряды жертвователей. Но в этот раз «избранный» превзошёл самого себя. Пэнси всегда была рада тому вниманию, которое уделал муж ей и фонду. Кажется, для него это было так же важно, как и для неё. — Много желающих? — Много. Благодаря тебе. — Девушка любящим взглядом посмотрела на мужа и улыбнулась. — Этого будет достаточно? — Не знаю… Никогда не бывает достаточно, ведь мы каждый раз подключаем всё больше ресурсов. И у нас всё больше заявок от тех, кто просит помощи. — Люди поймут, Пэнс. С каждым годом спонсоров всё больше, просто дай им время.       Они весь день могли бы провести разбирая чеки от волшебников Лондона, но Гарри предложил девушке прогуляться к целителю, они итак собирались это сделать после вчерашнего инцидента. Пара вышла отправилась в Мунго. Гарри часто обращался к целителю после тренировок или не очень удачных вылазок. — Мистер Ларсен? Добрый день, мы с женой хотели бы проконсультироваться. — О, мистер Поттер приветствую вас! Миссис Поттер. — Он аккуратно пожал девушке руку и пригласил в свой кабинет. — Прошу располагайтесь! Чем могу быть полезен? — Понимаете, моя жена… — Я беременна и вчера нерадивый официант ударил меня в живот. — Перебила его девушка. — Мне было достаточно неприятно, мы с подругой проверили плод несколькими заклинаниями, но ничего не увидели серьезного. Но ведь мы не целители… Поэтому мы пришли к вам. Так сказать, убедиться. — Конечно! Я с радостью осмотрю вас. Думаю, это всего лишь формальность, раз сейчас никаких проблем нет. Я могу начинать? — Да, да, конечно, всё, что угодно… — Пролепетала девушка.       Мужчина кивнул и принялся орудовать палочкой у живота Пэнси. Гарри взял жену за руку и начал поглаживать большим пальцем её ладонь. Мужчина записывал какие-то показания себе в блокнот. Целитель то хмурился, то озарялся в изумлении, вскоре, он присел за свой стол и звучно прочистил горло. — Что ж, вижу, у вас будет крепкий и сильный ребёнок, магия плода чувствуется уже сейчас, это нонсенс! Конечно, мистер Поттер, не стоит удивляться таким способностям вашего ребёнка, но, это поистине удивительно! Я проверил ребёнка и с ним всё в поряке. И всё же есть небольшое последствие удара, оно не на плоде, а на вас, миссис Поттер. У вас открылось внутреннее кровотечение. И я рекомендую незамедлительно провести более глубокую диагностику и подготовить вас к нашему вмешательству. Так как это кровотечение может быть опасным и для вашего ребёнка. — Да, да, конечно. Делайте всё, что потребуется! — Говорила Пэнси дрожащим голосом. Она крепче сжала руку мужа в взглянула на него. — Мистер Ларсен, это опасно? — Гарри поцеловал руку жены и обхватил её двумя руками. — На ранних сроках для плода всё опасно. Но я бы сказал так, опаснее для жизни миссис Поттер ждать время, которое потребуется для стабильной жизни плода, чем делать операцию. Тем более, раз ребёнок силен уже на таком сроке, не думаю, что могут возникнуть осложнения. — Сколько необходимо ждать? — Нет. — Отрезал он. Голос Гарри был жестким. Пэнси хотела было возразить, но он продолжил, перебивая жену. — Мы не будем ждать ни секунды, Пэнс. — Но это может навредить ребёнку. — Вред твоему здоровью тоже на нем скажется! И, Пэнси, мне никто не нужен кроме тебя. Если выбор стоит между тобой и кем-то ещё это всегда будешь ты.       Девушка покрылась румянцем и несколько слезинок выкатилось из глаз. Она кивнула, глядя мужу в глаза и повернулась к целителю, чтобы узнать всю информацию о диагностике и о том, когда будет назначена операция.       Было решено оставить сегодня девушку под наблюдением, а завтра утром проведут все необходимые процедуры. Гарри поручил Кикимеру собрать сумку для хозяйки и принести её в больницу, пока сам ни на шаг не отходил от жены. Он постоянно держал её за руку и постоянно твердил, что всё будет хорошо. Иногда эти слова были не только для Пэнси. Он говорил их и для себя, потому что он уже любил этого ребёнка и не хотел его потерять.       Конечно, Гарри не врал, говоря, что в любом случае выбирает Пэнси, но всё же, ребёнок был тоже важен. Они зашли в небольшую светлую палату и девушка легла на кровать, рядом сел Гарри. Он не мог говорить о своих переживаниях при жене, ведь тогда она не согласится на операцию. Но он никак не мог унять эмоции, которые выдавали его с потрохами. — Милый? — Да? — Не переживай, с нами всё будет хорошо. — Она не могла не заметить его волнение. Девушка погладила мужа по щеке и пригласила лечь рядом на кровать, прижавшись к его груди. — Я люблю тебя, Гарри. — Я люблю тебя, Пэнс, всё будет хорошо.

***

      Драко и Гермиона появились у ворот шикарного особняка. Драко приложил фамильный перстень к воротам и они открылись. Девушка огляделась и кажется слишком много восхищалась красотой здания и сада вокруг, потому что услышала смешок блондина. — Грейнджер, едва ли этот дом сильно отличается от Мэнора. — Да, но… Тут просто невероятно… — Согласен, моя мать занималась им всё последние годы. Она превзошла себя. Сад даже больше, чем дома. — Ты часто тут бываешь? — Нет, у нас немного странные отношения с родителями, особенно после того, как отец перестал иметь на меня влияние. — Думаешь, это будет ужасно? - Замялась Гермиона. - Я имею ввиду сегодняшний обед. — Я практически уверен. — Он остановился и внимательно взглянул в глаза Гермионе. — Мы можем уйти, если ты передумала. — Нет! Мы пойдём туда и сделаем это, если ты конечно сам не передумал.       Он ухмыльнулся, поцеловал девушку и взял её за руку. Едва они достаточно приблизились к входной двери, она открылась и взору открылась просторная гостиная. Этот дом был такой же роскошный, как и британский особняк. Гостиная была напичкана различными предметами антиквариата, которые стоили наверное тысячи галлеонов. Они прошли дальше и их встретил пожилой эльф, он проводил пару в столовую, которая выглядела также роскошно. Там уже сидели Люциус и Нарцисса. — Вы опоздали. — Даже не подняв головы произнес Люциус. — И тебе доброго дня, отец. - Закатив глаза произнес Драко. - Мама, спасибо за приглашение. — Драко подошёл к женщине и поцеловал её в щёку. — Драко! Рада, что вы приняли моё приглашение. Мисс Грейнджер, рада лично познакомиться. — Она улыбнулась и кивнула девушке, жестом предложив место для молодых людей. — Я распорядилась на счёт обеда, не зная ваших предпочтений, надеюсь, что вы останетесь довольны. — Миссис Малфой, спасибо за приглашение не беспокойтесь, всё прекрасно.       Они заняли приготовленные им места по правую руку от мистера Малфоя и приступили к обеду. Драко вёл светскую беседу с отцом, обсуждая дела, разговор был напряженным, а Гермиона сидела, опустив глаза в свою тарелку. Драко довольно скоро заметил, что девушка чувствует себя неловко, поэтому взял её за руку под столом, переплёл их пальцы и нежно погладил внешнюю сторону кисти. — Драко, милый, может быть вы останетесь? У меня есть порт-ключ на завтрашний день. Думаю, ты мог бы показать мисс Грейнджер наши владения. — Спасибо за приглашения, мы обсудим это. — Он взглянул на девушку и поцеловал руку девушки, не расцепляя положив на стол. — Миссис Малфой, можете называть меня Гермионой. И спасибо за предложение. — Прекрасно! Гермиона, очень необычное имя, у него есть какая-то особенная история? - Прощебетала Нарцисса. — Не думаю... - Неловко ответила девушка. - Моя мама была очарована Шекспиром, она увидела это имя в Зимней сказке. — О, как это интересно! В моей семье была традиция, которую я решила продолжить. Блэки давали детям имена звезд и созвездий, вы наверняка в курсе. — Конечно, я много читала о древнейших семьях магического мира, к сожелению, многое я смогла узнать только из книг, так как никто из моего окружения не мог мне помочь. И эта традиция, она просто потрясающая, принадлежность к звёздному небу это что-то невероятное... Я всегда любила рассматривать звёзды. Это была моя частичка магии ещё с детства. - Это просто прелестно, Гермиона, у нас с вами много общего!       Люциус красноречиво закатил глаза и прочистил горло, желая сменить тему. Его желваки напряглись и кулаки сжались до посинения костяшек, от учтивости его жены. — Драко, ты всё ещё отдаёшь уйму наших денег тому фонду, которым теперь занимается девчонка Паркинсон? — Да, я всё ещё спонсирую фонд, своими деньгами. Так будет и дальше, ведь это, пожалуй, меньшее, что я могу сделать, чтобы отмыть наше имя от дерьма. - Прошипел Драко, явно недовольный начинающимся разговором. — Ах вот оно что! А что на счёт статьи в Пророке, где на первой полосе смакуются детали вашего расставания с Асторией? От этого ты собираешься отмываться? — Люциус! — Шикнула миссис Малфой. — Отец, тебе ли не знать, что Скитер пойдёт на всё ради громкой статьи. Тем более, что Астория сама пришла к ней в руки. — Я могу смириться с твоим отказом от свадьбы с Гринграсс, но ради чего? - Многозначительно закатил глаза Малфой-старший. - Она отличная партия, имеет прекрасное воспитание и манеры. Ничего личного, мисс Грейнджер, но вы едва ли сможете претендовать на звание Леди Малфой. — Пренебрежительно протянул мужчина. — Люциус! — Вскрикнула Нарцисса. — Отец, это не твоё дело. Не тебе решать, кто достоин! — Прошипел Драко. — Если так понравилась Астория, может быть ты возьмёшь её в жены? — Это моё дело! Ты мой наследник. И именно мою фамилию ты позоришь! — Я позорю?! — Взревел Драко. — А может быть это ты окунул нашу фамилию в грязь, когда решил пресмыкаться перед чёртовым Томом Реддлом? — Он бросил салфетку на стол и резко встал из-за стола. — Мы поднимемся в мою комнату и обсудим твоё предложение, мама, а пока, прошу нас простить.       Он взял Гермиону за руку и быстро направился в сторону лестницы, когда его окликнул Люциус. — Надеюсь, этот дом вы не будете порочить? Портреты рассказали все подробности вашей жизни в Мэноре! - Выплюнул мужчина. — Ещё как будем, отец. — Громко ответил Драко, утягивая за собой наверх Гермиону.       Гермиона залилась краской и шикнула на Малфоя, уж что-что, а делиться их интимной жизнью точно не входило в её планы. Они зашли в одну из комнат на втором этаже. Спальня Драко была довольно светлой и просторной, как и спальня Мэнора, единственным различием были цвета. Если британская версия была оформлена в зеленых оттенках, то эта комната была сплошь серебристо-серой.       Как только дверь захлопнулась, мужчина прижался к ней поцелуем. Девушка не сомневалась, что сейчас её мужчина взбешен. Она аккуратно отстранилась и взглянула ему в глаза. — Ты как? — Прекрасно. — Едко ответил мужчина. — Грейнджер, мы оба знали, что так и будет. Просто… Я думал, что он хотя бы попытается. Я же его сын… Блять! - Он ударил кулаком стену. - Он всю мою жизнь унижает меня! Он никогда не считался с моим мнением, но не в этот раз. — Драко… Он тебя любит, только в очень своеобразной манере… — Попыталась оправдать его Гермиона. Вообще, где-то в глубине души она понимала, чем так недоволен Люциус. Она не ровня его сыну, тут он прав. — Любит?! Ты слышишь себя? — Усмехнулся он. — Гермиона, этот человек не знает, что такое любовь… — Не говори так. — Ты его не знаешь. — Так расскажи? — Она хотела, чтобы он рассказал, чтобы поделился с ней чем-то личным и сокровенным. Она хотела, чтобы он раскрылся. — Каким он был в детстве? — Таким же. — Безразлично протянул он. — Требовательным, властным, самолюбивым? Он не был любящим. Скорее, он любил, когда его боялись и пресмыкались. — Даже собственный сын? — Удивленно спросила Гермиона. Едва ли её отношения с родителями были такими же. Они действительно любили свою дочь. — Тем более собственный сын. Когда я только получил письмо из Хогвартса он сказал мне, что я должен быть лучшим, я же Малфой. И угадай, что было дальше. — Он улыбнулся, погружаясь в воспоминания. — Одна девчонка с лохматой головой была лучше меня буквально во всем. — Усмехнулся он. — Люциус буквально считал это собственным провалом. — Боже, Драко… — Не делай такое лицо. Вообще-то, именно благодаря тебе я вдвое больше читал и занимался, потому что так у меня был шанс тебя обогнать. — Ты был неплох в зельях. — Подбадривающе начала она. — О, и в квиддиче. — Неплох? Грейнджер, я обошёл тебя по зельям на Ж.А.Б.А. - это непросто неплох, я превосходен. — Не может быть. Это какая-то ошибка, я лучше всех сдала Ж.А.Б.А. — Нервно сопротивлялась она. — О нет, по зельям именно я был лучшим, а ты была второй. — Он с гордостью поднял нос и заметил растерянный вид девушки. — Грейнджер, это нормально быть лучшей не во всём, не расстраивайся. — Нет-нет, всё в порядке, это не так важно. — Соврала Гермиона. Для неё быть лучшей во всем, что она делает было обязательным, такова была её природа. — Ты расстроена. Тебя правда это волнует? — Я просто не знала об этом. Эта информация застала меня врасплох! — Щёки гриффиндорки покрылись алыми пятнами. — Грейнджер, успокойся, я обошёл тебя на один балл. Даже для Люциуса это было слабо. — Давай больше не будем вспоминать экзамены. — Хорошо. — Улыбнулся мужчина. — Мы можем больше не говорить про учёбу. Что тебя интересует? — А какой была твоя мать? — Она всегда заботилась обо мне. Люциус ненавидел то, как она вела себя со мной. Его видение моего воспитание было несколько… Строже. Он говорил, что её нежность делает меня слабым, но мать всегда находила к нему подход. — Вот видишь, значит и сейчас он поймёт. — Ты же понимаешь, что мой отец не сможет мне приказывать. Я делаю всё, что хочу. — он подошёл вплотную к гриффиндорке и опустился на её губы поцелуям.       Он расстегнул её платье и аккуратно спустил его вниз. Он принялся покрывать её шею и грудь поцелуями. Платье упало на пол, Гермиона перешагнула его, оставшись в одном нижнем белье. Он поставил руки на её бёдра и стянул её трусики. Мужчина прижался губами к её промежности и начал требоваться целовать её половые губы и посасывать клитор. Девушка закатывала глаза, а её колени подгибались от наслаждения.       Он встал и поднял её голову на себя. Мужчина взглянул ей в глаза, замечая то наслаждение, которое отражал её внешний вид. — Чего ты хочешь Гермиона? Я не пойму, пока ты не скажешь. — Он провел носом по её скуле и опустился на шею посасывая тонкую кожу. — Тебя, тебя всего.       Он поднял её за бедра и подошёл к кровати, опустив девушку на постель. Он стал покрывать всё тело поцелуями, устроившись между её ног. Она расстегнула его ремень и скользнула руками под боксеры. Почувствовав его твёрдый член Гермиона стала водить рукой по всей его длине, уделяя большое внимание головке. Она провела большим пальцем по смазке, которая обильно сочилась из возбужденного мужчины. По рычанию, которое различалось среди его сбивчивого дыхания, она понимала, что всё делает правильно.       Он покусывал её шею и оставлял темные пятна поцелуев. Драко подвёл свой член к её влагалищу, она буквально молила его о том, чтобы он скорее вошёл. Драко провёл своей рукой по её складкам и обильно смазал член в её соках. Мужчина толкнулся в неё размеренным, но глубоким движением, девушка застонала, она машинально обвила его своими ногами и выгнулась ему на встречу. Драко увеличил силу толчков и продолжил поцелуи. Он прокладывал дорожку от её уха к ключице. Следы укусов и небольшие синяки стали проявляться на теле девушки, опаляя её приятным жаром. — Я люблю тебя, Драко… Боже, да!       Она кончила довольно быстро, сжавшись вокруг его члена. Сделав пару точков он кончил вслед за ней. Уперев свою голову прямо в её плечо. — Гермиона, ты сводишь меня с ума. Это просто невероятно. — Не люблю, когда ты врёшь мне. - Сбивчиво пробормотала гриффиндорка. — Что? Ты сомневаешься? Видимо, я редко говорю тебе это, но Грейнджер, ты потрясающая. Твоя попка, грудь, сладкая кожа, идеальная талия и губы, да, губы, ты сводишь с ума. Ты вся. Я никогда не хотел никого так сильно. Я, блять, никогда не любил никого, как люблю тебя. Ты удивительная… — Он перекатился на спину и увлёк за собой девушку, укладывая её голову себе на грудь. — Я обычная, Драко. Во мне нет ничего особенного, абсолютно. — Ты сама не понимаешь о чем говоришь. Гермиона, ты особенная, ты научила меня любить. Я всегда был эгоистом, а с тобой это не так. — Он нежно гладил её талию и вдыхал такой родной запах. — Ты заставила меня измениться.       Внезапно прямо перед ними появился старый домой эльф, который, казалось, ничуть не стеснялся увиденного. Гермиона принялась натягивать на себя одеяло, её щёки горели от неловкости ситуации. — Хозяин Драко, ваш отец просит вас спуститься с мисс Грейнджер. У него есть важный разговор. — Конечно, передай ему, что нам потребуется какое-то время, мы ещё не кончили. - Он специально использовал именно это слово. — Конечно, сэр.       Эльф удалился, а Гермиона свела брови и несколько раз ударила мужчину по груди. — Что ты творишь! Как я буду смотреть в глаза твоим родителям! - Протестовала гриффиндорка. — О, Грейнджер, это того стоило поверь. В гневе ты просто очаровательна. — Он захохотал и принялся кусать шею девушки, оставляя еще больше новых отметин.       Спустя полчаса пара спустилась вниз в гостиную. Люциус Малфой сидел на диване в одной руке у него находился бокал огневиски, а во второй он держал какую-то книгу. Весь его вид сочился высокомерием и одновременно презрением. — Мисс Грейнджер, как долго вы намерены портить жизнь моему сыну. — Его голос был слегка скучающим. — Отец! — Зарычал Драко. — Не стоит, Драко, я и сама в состоянии ответить. — Она провела своей рукой по его плечу и перевела взгляд на Малфоя-старшего. — Я думаю, мистер Малфой, что мы с вашим сыном в состоянии решить самостоятельно, с кем и сколько нам быть. И вам уже стоит перестать указывать Драко, что делать. — Интересно. Быстро же «героиня войны» раздвинула свои очаровательные ножки перед бывшим Пожирателем смерти.       Драко сделал резкий выпад в сторону отца, но Гермиона быстро схватила его за руку и остановила. — Да что с вами не так?! Благодаря вам он стал Пожирателем! Вы своими руками чуть не уничтожили свою семью! Ваш сын спас вас и ваше чёртово имя, а теперь это он тот Малфой с которым все хотят иметь дело, а не вы. Он спасает ваш род, а вы ведёте себя будто война вас ничему не научила. — Он оскверняет мой дом и моё имя шашнями с «грязнокровкой»! Ох простите, «маглорожденной», кажется так вас теперь принято называть. - Прошипел мужчина. — Когда-нибудь, вы пожалеете о том, что вели себя так с ним. Надеюсь, для этого не будет поздно. — С сожалением проговорила девушка, когда в комнату ворвалась Насцисса. — Что ты устроил, Люциус! — Она успела застать лишь часть разговора из которой было понятно, что мужчина здорово разозлил Гермиону. — Прошу прощения, миссис Малфой, но наверное нам лучше уйти. — Гермиона взглянула на Драко, который уже кипел от злости, а его побелевшие костяшки уже хрустели от напряжения. Он быстро кивнул и обернулся к матери. — Рад был увидеться мама. — Он поцеловал женщине щёку и обернулся на отца. — Прощай отец, не могу сказать, что было приятно. — Миссис Малфой, ещё раз извините, что вам пришлось стать свидетелем этой сцены. — Дорогая, зови меня Нарцисса. Думаю, это мне стоит извиниться за поведение моего мужа… Надеюсь, что это наша далеко не последняя встреча. — Женщина улыбнулась гриффиндорке и эта улыбка показалась ей искренней. — Конечно, Нарцисса, спасибо ещё раз.       Они вышли за дверь и Драко взглянул на часы. Порт-ключ активируется через два часа. Он предложил девушке прогуляться по саду и побережью, на котором стоял особняк, чтобы скоротать время до перемещения.       Нарцисса повернулась к мужу и с разочарованием посмотрела на него. Она слышала почти весь разговор, надеясь, что Люциус опомнится и внемлет словам Гермионы. - Я не потерплю такого обращения с нашим сыном. - Он позорит наш род! Нарцисса, хватит потакать всем его прихотям! - Он любит эту девочку, а ты унижал её! Ты вёл себя отвратительно, Люциус, это ты позоришь сам себя! Никто не просил твоего мнения о Гермионе Грейнджер! - О, конечно, зачем меня слушать, а же теперь никто! - Ты сам виноват в том, что наш сын вырос без твоего присутствия! Ты сам отдалялся от него постоянными наказаниями и недовольством, не замечая его успехи! Он каждую ночь плакал из-за того, что был недостаточно хорош для тебя! Для своего отца! - Не унималась Нарцисса. - Если ты не остановишься, ты потеряешь его! - Нарцисса! Он мужчина! Он должен был стать сильным! - Взревел мужчина. - Он стал сильным, но не из-за твоего воспитания, Люциус. Тебе лучше попытаться понять нашего сына, и считаться с его выбором. Он итак редко здесь появляется, в один день мы его больше можем не увидеть! И это будет твоя вина! - Перестань причитать, Нарцисса! Он не сделает этого. - Однажды я уже чуть было не лишилась его по твоей вине, Люциус. Если из-за тебя я потеряю собственного ребёнка, я никогда тебе этого не прощу!       Женщина вышла из гостиной в сад, оставив Малфоя-старшего одного. Люциус видел, что он допустил много ошибок в воспитании сына, но кто его может винить, он и сам не видел отцовской любви и заботы. Он просто не мог этого дать собственному ребёнку, с этой задачей всегда справлялась Нарцисса.       Откровенно говоря, он не чувствовал большой неприязни в Гермионе Грейнджер. Где-то в глубине души он отмечал какой умной она была, в особенности для маглорожденной. Да, грязнокровкой он назвал её только для большего драматизма, он давно понял, что ошибался в своих взглядах. Люциус не мог не признать её вклад в спасении Британии от Пожирателей во главе с Волдемортом. А сейчас он видел ещё и её смелость и характер с которыми она отвечала ему.       Люциус наполнил бокал дорогим огневиски и улыбнулся своим мыслям. Где-то в глубине души он понимал, почему именно Гермиона Грейнджер завладела сердцем его наследника, пусть пока он этого и не мог признать.

***

      Гарри появился дома поздним вечером, тогда он получил послание от Рона, он хотел встретиться и поговорить. Что ж, сейчас он мог разговаривать, он мог делать что угодно, лишь бы не думать о Пэнси и их ребёнке. Ему просто необходимо было отвлечься.       Гарри отправил сову Рону и сообщил, что он готов встретиться в Дырявом Котле через полчаса. Даже если Рональд не прийдёт, у него будет отличная возможность выпить. Он вышел из камина в баре и увидел за столиком друга, который уже пил огневиски. — Рон, хотел поговорить? — Жестом Гарри позвал официанта и заказал выпить. — Да, на самом деле, я должен был это сделать раньше. — Лучше поздно, чем никогда? — Слушай, я должен извиниться… Я вёл себя как полный урод. Я не был настоящим другом для тебя и теперь ты сблизился с хорьком! Я считал это предательством. Я не мог принять, что вы все выбираете слизеринцев. — Рон, но это не совсем выбор! Я люблю Пэнси, а она по совместительству слизеринка. Я просто люблю её и всегда буду. — Теперь я понимаю. Гарри, послушай, я влюблён. Это Лав, всегда была она и только она. Я думал, что мы с Гермионой должны быть вместе, что так правильно, но она никогда не любила меня по-настоящему. А Лаванда, она заботится обо мне, она никогда бы не предала меня, как это сделала Гермиона! — Думаю, вам стоит поговорить, Гермиона не предатель. Она просто долго не могла разобраться в себе, отчасти, как раз потому что не хотела тебя обидеть. — Гарри усмехнулся. — Нет, Гарри. Она предала меня, она давала надежду! — Ты в этом уверен? Потому что я не помню, чтобы она давала шанс вашим отношениям, как пары. Скорее это шанс на дружбу. — Ты не понимаешь! Я унижался, а она просто играла моими чувствами! — Рон, я думаю, что вам надо это обсудить. Потому что Гермиона, она счастлива. Ты всё поймёшь, когда увидишь её, она будто та самая Гермиона из школы. И вернул её именно Малфой. Плевать, насколько глупо он ведет себя с другими. Он любит её, а она любит его. А ещё, он не так плох. Мы и правда стали ладить. — Поверить не могу, что ты сейчас говоришь мне это! Он чёртов придурок и высокомерный засранец! Я никогда не смогу принять его. И даже не говори мне о том, что он заслуживает второго шанса, потому что я уверен, что это не так. — Ладно, как скажешь. - Произнёс Гарри зная вспыльчивость друга. Он надеялся, что эти эмоции отпустят Рональда точно так же, как и обида на него. - Что ж Лаванда? Ты уверен? Кажется, ваши прошлые отношения начинались точно так же, а потом ты устал. — Пожал плечами Гарри, вспоминая прошлое. — Это совсем другое, Гарри! Понимаешь, она совершенная!       Рон ещё долго рассказывал про его новую жизнь, а Гарри просто слушал. Несмотря на всё то, что он сказал на счет Гермионы друг так и не смог принять пару Малфоя и Гермионы. Скорее речь Гарри произвела несколько обратный эффект, теперь Рон считал Малфоя врагом номер один.       Они опустошили бутылку и попрощались, обещая не пропадать из жизней друг друга. Рон обнял друга и отправился в квартиру к Лаванде, в которой он практически жил, проводя все ночи там.       Поздно вернувшись домой Гарри сразу отправился в ванную, чтобы скорее наступил завтрашний день, день операции Пэнси. Хоть встреча с Роном несколько отвлекла Гарри, сейчас всё же на него нахлынули эмоции. Он принял душ и лег на кровать, мечтая побыстрее провалиться в сон. Так и случилось. А уже завтра он отправится к жене, ожидая новостей об операции.

***

      Драко и Гермиона оказались в гостиной Мэнора поздним вечером. Они поужинали и расположились в гостиной с бокалами вина. Он удивлялся тому, какой хрупкой была девушка снаружи, но как яростно она защищала свои интересы перед его отцом. Кажется, он никогда не видел чтобы кто-то осмелился перечить его отцу, но не Гермиона. Она даже в этом была особенной. — Прости меня за то, что я сказала твоему отцу. Я не должна была себя так вести. — Милая, сегодня ты была просто великолепна. Я вообще-то никогда не видел, чтобы с ним так разговаривали. Зрелище просто превосходное. — Я не понимаю, что на меня нашло. Просто то, как он вёл себя, я будто должна была снова доказывать всем, что я заслуживаю находиться здесь. — После того, что он наговорил тебе, это меньшее, чего он заслуживает. Поверь, ты не сказала ничего лишнего.       Он потянулся к ней и провёл рукой по её скуле, оставив на девушке взгляд полный нежности. — Ты и сама не понимаешь, какая ты, Грейнджер. Уверен, что Поттер победил Тома Рэддла только благодаря тебе… — Я просто помогала Гарри искать крейстражи. Я практически не участвовала в сражениях… — Гермиона, перестань обесценивать это. Ты сделала достаточно. Пойдем спать. Сегодня был тяжёлый день, Грейнджер. — Пойдём.       Они поднялись в спальню и легли в кровать. Гермиона действительно очень устала. Сегодняшний день был одним из самых эмоциональных за последнее время. Она пережила знакомство с Малфоями, как бы ужасно это ни было. И хуже всего было то, что ей действительно хотело бы поладить с его семьёй. Конечно, чистокровные аристократы едва ли будут счастливы от такой партии, но она бы хотела, чтобы родители Драко её приняли.       Гермиона не привыкла так быстро сдаваться, особенно, после всего того, через что они прошли. Она заставит считаться с собой.

***

      Пэнси всю ночь провела без сна. Она то и дело думала про предстоящую операцию. Почему это произошло именно с нами? Могла ли ты что-нибудь изменить?       Она нежно прикоснулась рукой к своему животу и принялась его поглаживать. Она закрыла глаза, пытаясь сдержать слёзы. Сейчас девушку одолевал страх. Нет, это был ужас. — Я не могу защитить собственного ребёнка. Салазар… Гарри, ты не заслуживаешь такого.       Девушка сжала одеяло рукой и вжалась в подушку. Она считала, что это то, чего она заслуживает. Это её наказание за содеянное, она была уверена в этом. Это её наказание за то, что она слишком легко отделалась во время войны.       Пэнси подумала про Гарри, он не должен потерять ещё и ребёнка. Он не может снова провалиться в ту бездну, из которой его вытащила Пирсон. Её сердце сжалось, завтра она может потерять ребёнка. Она снова положила руку на живот и принялась говорить с ним. — Ты сильный. Мы с тобой обязательно справимся. Завтра всё пройдёт хорошо.       Всю ночь она думала о Гарри и их будущем ребёнке. Это будет мальчик, девушка была уверена. Пэнси знала, что Гарри мечтал о сыне, он старался не давить на девушку, но частенько говорил о будущем наследнике. Он рассказывал, как будет учить его летать на метле, мечтал увидеть его первый выброс магии.       Пэнси хотела ему всё это дать. Она так боялась, что их жизнь может рухнуть, что всё больше погрузилась в мысли. Она провалилась в сон, а её руки так и остались на животе.