***
— Боже, какой кошмар! А еще после того как Сережа свалился, Димка начал кричать: «радуйтесь, ведь звезда упала»! — задыхаясь от смеха, пересказывала Ира Оксане, которая итак была свидетелем этих событий, но каждый раз внимательно слушала и улыбалась в нужных местах. Иногда Антон очень жалел, что они все видятся очень-очень редко. — А ну дай сюда пульт, — начинает закипать Матвиенко, тихо матерясь себе под нос. — Ты неправильно делаешь, я помню как надо! — с долей обиды отвечает Позов, прижимая несчастный прямоугольник с кнопочками к груди, словно родного сына. Они вдвоем бесконечное количество времени пытались включить проектор на привычном чердаке у Арса для просмотра первой части Гарри Поттера, ведь новогодний марафон никто не отменял. — Вы оба ебланы, — заключает Шастун, выхватывая злосчастный пульт. Через пару секунд на электронной доске появляется картинка рабочего стола с ноутбука Попова. — То-то же. Он падает на диван рядом с Арсением, который последние полчаса активно пытается отогреться. Финальное сражение подбило главного воина, ведь снег был безжалостно отправлен прямо под одежду на всю поверхность тела. Тот приоткрывает глаза и лукаво оглядывает Шаста. Антон бесцеремонно плюхается рядом и перетягивает плед под недовольное мычание. — А ну молчать всем! — повышает голос Кузнецова, падая на диван и роняя голову Оксане на колени. — Гарри Поттер начинается. Сережа звонко открывает пачку чипсов с беконом, показушно шурша упаковкой, из-за чего получает раздраженный взгляд Иры. Катя неосознанно прижалась к Диме, а тот серьезно боится пошевелиться, но руку на плечи кладет. Арс и Антон греются под одним пледом, переглядываясь на цепляющих или милых моментах из фильма. Хоть Шастун и смотрел Гарри Поттера миллион раз, но с друзьями это намного интереснее. Слушать синхронные ворчания Матвиенко и Кузнецовой на противоречивых сценах, звуки умиления от Фроловой и еле различимое сопение Попова почти под ухом, который видимо решил незаметно подремать. Его черты лица разгладились, заставляя впиться взглядом. Антону было даже немного завидно природной красоте и обаятельности Арсения. А если наблюдать за этой картиной и разглядывать каждого друга или каждую подругу, то можно и весь фильм пропустить. Поэтому было принято решение вернуться к просмотру, ближе прижимаясь к Попову, ведь к ночи становилось холоднее, а заболеть совсем не хотелось.***
Просмотр «Гарри Поттер и Философский камень» прошел вполне успешно, поэтому прямо сейчас Шастун спешно пишет маме, что останется ночевать. — Мы танцевали в школьном зале в ритме диско, — громко подпевает Ира, кружась рядом с Катей и Оксаной. — Глотали Ягу, будто это папин виски, — тихо бубнит себе под нос Арсений, сидя нога на ногу, прямо на столе. Он потягивает фанту из красного стаканчика, которые появились на его чердаке непонятно откуда. Антон отводит взгляд. — Давайте поиграем? — неожиданно предлагает Фролова. — В бутылочку? По крайней мере, раньше это было весело. Антон искренне удивляется, ведь все единогласно соглашаются, а Дима уже поспешно допивает фанту. Шастун никогда не любил играть в бутылочку, хотя он и не сможет адекватно объяснить причину. — Я-я-я первый, — неуверенно тянет Димка, не сильно раскручивая бутылку, поэтому горлышко через пару мгновений указывает между Катей и Сережей, но в пользу Добрачевой. Вот это правда повезло! Их поцелуй получился настолько нежным и теплым, что Антон на секунду с уверенностью подумал, что они действительно любят друг друга. Шастун никогда не видел такого, чтобы дружба переходила в искреннюю влюбленность и даже еще дальше, поэтому очень сложно было поверить в возможное подтверждение догадки. Но парень знал, что сейчас наблюдает наверняка долгую и крепкую историю любви. По крайней мере хотелось в это верить. — Кручу, — комментирует раскрасневшаяся Катя, не глядя раскручивает бутылку, а та решает остановиться напротив Иры. Та криво ухмыляется и без промедлений и церемоний притягивает девушку к себе, но также быстро отстраняется, оставляя Добрачеву еще более смущенной. — Учись, как надо делать это правильно, Поз, пока я жива, — подмигивает Кузнецова Диме, который в свою очередь решает показушно закатить глаза. Без каких-либо слов крутит бутылку. Со всех сторон слышится «о-оу», когда та остановливается на Арсе. Он приподнимает бровь и немного растерянно оглядывается по сторонам, словно только пробудился от долгого и полноценного сна. Ира громко цокает и буквально берет дело в свои руки. Она аккуратно целует Попова, видимо не собираясь углублять поцелуй, а тот не особо активно отвечает, но руки на плечи кладет. А Шастун будто оцепенел. Ноги свело, а руки словно задеревенели. Непонятный жгучий ком поднимается прямо к груди и уверенно растет. Надо бы сходить покурить. И срочно. — Неплохо, — кивает Матвиенко, строя деловитое выражение лица. — Эксгибиционист херов! — возмущается Позов, своим громким голосом возвращая Антона на землю. Шастун незаметно проскальзывает на балкон, по пути поджигая сигарету. Так. Что это было, Шаст? Это случайно не ревность? Вот блять. Ну ладно, ладно... Тогда следующий вопрос: к кому? Дружескую ревность сразу же отбрасываем, потому что это точно звучит как бред. К Ире? Если по логике, то да, но почему? Неужели она ему нравится? Да ну, Шастун всегда сразу знает, нравится ему девчонка или нет. С этим обычно проблем нет... Антон понимает, что уже начинает думать односложными предложениями. — То-о-ох, — к его плечу мягко прикасаются. — Ты как? Нормально все? — А? А, ну да, все норм, мне просто... Стало очень душно. Спасибо, Арс. Он впервые за вечер смотрит Арсению прямо в глаза и неосознанно тонет в глубокой синеве. Ох уж эти глаза-Байкалы... — Ты какой-то странный, — Попов выхватывает у Шастуна почти догоревшую сигарету и затягивается. — Ты знаешь, что можешь рассказать мне. «Знаю», — думает Антон. Он переводит взгляд на лес. Если прислушаться, то можно услышать отчетливый бег какой-то живности и одинокие уханья сов. Как же прекрасен зимний лес. Надо сходить туда как-нибудь. — Будешь? — решив проигнорировать вопрос, Шастун достает черные наушники и вставляет провод в телефон. Арсений молча засовывает наушник в ухо, видимо начиная закипать из-за молчания друга. Я злой человек, злой человек Я злой человек, злой человек Я твой человек, твой человек Смотри на меня, падает снег — Ты любишь Земфиру, — Арс не спрашивает, а удивленно констатирует факт, из-за чего Антон смущается, но сконфуженно кивает. Смотри на меня, падает снег Смотри на меня, падает снег Я злой человек, злой человек Я твой человек, твой человек Хлопья снега неожиданно начинают лететь, попадая прямо в лицо. Ребята с улыбками переглядываются, любуясь внезапным снегопадом. Мигающий фонарь особенно выделяет снежинки, поэтому взгляды Антона и Арса прикованы именно к нему. Шастун со стоном роняет голову на руки. Очередной бардак в голове размешался еще сильнее, хотя это уже не новость. Разложить по полочкам сейчас не получится уж точно, но и не особо хотелось. Он чувствует мягкую ладонь на своей спине, а мурашки распространяются на все тело, и Шаст понимает, что основательно замерзает. — Все наладится. — Знаю. Просто много всего. Еще и... —Антон одергивает себя, лишь бы не сболтнуть лишнего. — Мне холодно. Ты можешь обнять меня? — Могу, — шепчет. Обнимает осторожно, за талию, ведь разница в росте, хоть и небольшая, дает о себе знать. Шастун придерживает того за плечи, утыкаясь в шею. Через пару минут они вместе заходят в комнату, где сидят уже крайне сонные ребята, а в голове все еще крутится: Я злой человек, злой человек Я злой человек, злой человек Я твой человек, твой человек Смотри на меня, падает снег Смотри на меня, падает снег Смотри на меня, падает снег Я злой человек, злой человек Я твой человек, твой человек